Мария Метельская 
Огненный отбор

https://mybook.ru/author/mariya-metelskaya/ognennyj-otbor-22023
Аннотация

Принцесса получила знак избранницы драконов и собирается на отбор, а меня – лучшую студентку Королевской Академии, заставили ехать с ней в качестве охранницы. Крылатые не любят людей, и я была уверена, что не задержусь в их империи дольше недели, но в планы вмешались великие духи драконов прародителей. Теперь моя главная миссия – выжить. Только как это сделать, если на каждом углу поджидают враги, а холодный, как ледышка, первый советник Императора открыто меня ненавидит? И мне бы обходить его десятой стороной, но у судьбы на всё свои планы.

Огненный отбор

Мария Метельская. Огненный отбор

© Метельская М., текст, 2023
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

* * *

Глава 1

Солнце только-только уместилось на голубом небосклоне. В коридорах академии царила утренняя тишина, распространяя объятия Морфея на каждого адепта. Почти на каждого.
Как бы я хотела оказаться в своей тёплой кроватке и досматривать сны о каких-нибудь заморских принцах. А не стоять в мрачноватом кабинете ректора, слушая его бред.
Самый бредовый бред в мире.
– Повторите, пожалуйста, ещё раз. Видимо у меня галлюцинации начались, – тихо попросила я сидящего за письменным столом мужчину.
Ректор посмотрел на меня исподлобья и предпочёл промолчать.
– Какие, к чёрту, драконы? Какой отбор? – рявкнула я, теряя самообладание.
В приёмной послышался грохот упавшего подноса и звон разбившейся посуды.
Бедный секретарь. Совсем зашугали.
– Оливия, успокойся, прошу тебя, – вздохнул лорд Дэрриш и устало потёр переносицу. – Если бы я хотел устроить клоунаду, выбрал бы другое время, но никак не пять утра.
– Хорошо. Тогда я сплю или в худшем случае умерла. Другого объяснения вашим словам нет. – я метнулась к кожаному дивану, испугав открывшего дверь Джеральда. Секретарь вошёл в кабинет и тут же вышел обратно, видимо, предпочтя зайти позже.
И как он ещё от стресса не окочурился в нашем-то заведении?
– Отлично, – резко бросил ректор. – Я с удовольствием дам тебе объяснения. Но слушать их нужно молча.
Наткнувшись на серьёзный взгляд мужчины, я послушно выпрямила спину и сложила руки на коленях. Я же всё-таки прилежная адептка.
– Честно говоря, когда я в первый раз услышал новости, был в таком же шоке, как и ты, – поделился Дэрриш, стуча пальцами по деревянной поверхности стола. – Две недели назад Его Величество Тириан Аравийский срочно вызвал меня к себе на аудиенцию. Я заподозрил неладное с самого начала. Всё было слишком неожиданно.
Ну да, нечасто наш король приглашения раздаёт. Даже для ректора Королевской Академии времени не находится.
– Сами переговоры длились от силы полчаса, но словами не описать, какое удивление они у меня вызвали.
– Магистр Дэрриш, можно, пожалуйста, ближе к делу?
Мужчина закатил глаза, пробормотав что-то про неугомонных адепток.
– С Его Величеством связались драконы. И не просто драконы. Сам Бертранд Линарин Оторе. Их император.
Дэрриш замолчал и посмотрел на меня, явно ожидая реакции. А реакция была. Да ещё какая. Я замерла, широко раскрыв глаза, и удивлённо посмотрела на ректора.
Люди с драконами совсем не ладят: крылатые ненавидят каждую человеческую душонку, а мы стараемся держаться от них на расстоянии и не беспокоить вспыльчивых существ. Неприязнь между нашими расами идёт из глубины веков. Там вообще какая-то мутная история случилась.
Мы оградились от драконов железной стеной, впрочем, как и они от нас. Логично, что нам почти ничего не известно об их устоях, ценностях, да и вообще о том, что происходит с империей Аргарион.
– Вижу, ты осознала весь масштаб катастрофы, – верно подметил Дэрриш.
– Хотите сказать, отбор устраивает император драконов? Себе? – дождавшись утвердительного кивка, я спросила: – А я здесь при чём?
– А при том, что на отбор поедет принцесса Катриона Аравийская – единственная дочь нашего короля, – гаркнул Дэрриш и добавил уже тише: – Ты поедешь в качестве её фрейлины. Его Величество Тириан попросил выбрать сильнейшую студентку нашей академии.
– У принцессы, что ли, своих фрейлин нет? – съязвила я, прекрасно зная ответ на вопрос.
У младшей дочери короля был не только эшелон фрейлин, но и вообще всё, что она хотела. А хотела наследница всегда очень многого: то карету золотую, то животинок диких, то в академию сразу на пятый курс. В общем, Катриона – до жути избалованная принцесса с дурным нравом. Я даже сочувствую императору драконов. Такую невесту и врагу не пожелаешь.
– Нужна не просто фрейлина, а охранница. Девушка, которая сможет не только стать компаньонкой Её Высочества, но и защитить, если понадобится. При дворе нет женщин, которые и обладают магией, и владеют оружием, и знают этикет, – ректор поднялся с кресла и принялся мерить кабинет шагами. – Поэтому ты – прекрасная кандидатура.
– Кто вам такое сказал?
– Я такое сказал.
– Вы ошиблись, соболезную.
Дэрриш громко вздохнул, прикрывая глаза рукой.
Прижавшись к спинке дивана, я тихо наблюдала, как он уверенно подходит к письменному столу и начинает хлебать воду прямо из графина.
Нервный какой-то стал. Сначала адепты доводили, а теперь ещё и отбор навязали. В отпуск бы ему.
Утолив жажду, мужчина посмотрел на меня с откровенной мольбой. Даже жалко стало.
– Оливия, ты хороший маг, умеешь обращаться с оружием и безупречно знаешь этикет. А ещё своенравная, себе на уме и врёшь хорошо. На данный момент ты – лучшая кандидатура на роль фрейлины-охранницы.
– Я ненавижу следовать этикету. Из меня выйдет ужасная придворная дама, и вы об этом прекрасно знаете, – мрачно возразила я, складывая руки на груди.
Ну правда. Какая из меня фрейлина? Терпеть не могу реверансы, формальности, званые ужины, которым больше подходит название «званые ужасы», и прочую аристократическую белиберду. Родители пытались учить меня светским манерам, да и я пробовала приобщиться к высшему обществу. Но не вышло. Или просто не захотелось.
– Не придумывай, – приказным тоном ответил Дэрриш, показывая, что эта тема закрыта. – У нашего королевства очень напряжённые отношения с драконами, поэтому Его Величество, помимо тебя, отправляет в Аргарион ещё несколько своих лучших воинов. Они не смогут ходить за вами всё время, как конвой, но будут день и ночь охранять покои принцессы.
Замечательно. Главное, чтобы меня не трогали.
– Отбор – не прихоть императора, а традиция. Так что Бертранд Оторе решительно намерен жениться.
– Сочувствую ему, – тихо буркнула я.
– Адептка Шэролл!
– Всё. Молчу.
Приложила пальцы к губам и выжидающе уставилась на раздражённого ректора.
– Отбор – не прихоть монарха, а традиция, – процедил Дэрриш, повторяясь. – В Аргарионе это своего рода проявление уважения к великим духам драконов-прародителей. Каждый повелитель выбирал и, как видишь, продолжает выбирать себе пару с помощью отбора. И предотвращая твой вероятный словесный поток – императора не заставляют насильно быть с кем-то. Половину девушек владыка выбирает сам. На остальных указывает дух великого дракона. – Ректор нахмурил лоб, вспоминая что-то, и продолжил: – Этот дух не просто выбирает первую попавшуюся девушку, а основывается на магической, физической и ментальной совместимости. Но последнее решение всегда за императором. Он сам выбирает себе жену.
– Откуда у вас такая информация? – перебив Дэрриша, поинтересовалась я, нервно сминая юбку длинного синего платья, официальную форму нашего учебного заведения.
– Его Величество поведал на аудиенции. Но я ещё не всё тебе рассказал. Есть много нюансов.
– Кто бы сомневался, – снова ляпнула я невпопад.
Ректор медленно выдохнул через нос и посмотрел на потолок.
Помолиться захотел?
– Оливия Шэролл, ты просто невыносима. Слушай и не перебивай! Видит Всевышний, я всей душой прошу тебя помолчать.
Ну, раз всей душой, значит, помолчу…
– Магия духов-прародителей работает на манер поискового заклинания – ищет невест по всему миру и выбирает наиболее подходящих. В этот раз, ко всеобщему удивлению, знаки избранниц появились не только у дракониц, но и у других рас. Духи отобрали тридцать девушек, в числе которых оказалась и наша принцесса.
Всё. Занавес.
Я скептически посмотрела на Дэрриша и выразительно приподняла бровь. Человек и дракон? Это невозможно. Мы несовместимы не только из-за взаимной неприязни, но и из-за физических особенностей. Если принцесса каким-то непостижимым образом станет императрицей, она просто не сможет подарить императору наследника. В лучшем случае родит полукровку, а в худшем – вообще никогда не забеременеет. Может, прародители драконов дали сбой и Катриона получила знак избранницы случайно?
– Я знаю, о чём ты думаешь. Даже сами драконы были ошарашены выбором невест, но духи не ошибаются. И с духами не спорят. Раз они приняли такое решение, значит, так тому и быть.
– А если отказаться? – полюбопытствовала я.
– И добровольно развязать войну между империями? Нет, ужасный вариант, – покачал головой ректор.
– Неужели Бертранд как-его-там настолько оскорбится отказу, что дойдёт до войны? Вряд ли он вообще захочет видеть в своём дворце людей, не говоря уже об их участии в отборе.
– Верно, но даже сам император не может пойти против воли духов. Они не просто ставят свою метку. Они наделяют её определённой силой… Хотя нет. Начну с другого. – Дэрриш на секунду задумался. – В Аргарионе каждый монарх, приходящий к власти, должен обзавестись наследником. Он устраивает отбор, благодаря которому, не без помощи духов, находит достойную кандидатуру на роль матери и императрицы. Отборы имеют между собой временные промежутки. Зачастую они почти равны годам правления одного императора. На моей памяти самый маленький временной промежуток был пятьдесят лет, самый большой – восемьсот.
Кажется, мой подбородок коснулся пола. Это что получается, какой-то император правил дольше восьмисот лет?
Удовлетворившись моей реакцией, ректор продолжил:
– За эти временные промежутки духи набираются сил: они копят их, чтобы суметь «провести» следующий отбор, то есть отобрать невест и наделить их знаками избранниц. В нашем случае они копили силы пятьсот лет.
Я не смогла сдержать поражённого вздоха. Я, конечно, знала, что драконы долгожители, но чтобы настолько…
– Как видишь, цифра огромная, – подытожил ректор. – Понимаешь, что случится, если одну из невест уберут с отбора против воли духов?
– Сила метки обрушится на драконов? – вякнула я, подобрав челюсть с пола.
– Именно так. Ни императору, ни его народу такого «подарка» не нужно. К тому же неизвестно, все ли невесты смогут добраться живыми до империи. Никто не хочет рисковать.
Я невольно передёрнулась. То есть как это неизвестно? Грозный и могучий император Аргариона не способен обеспечить своим наречённым хорошую защиту?
Я ещё даже не видела драконов вживую, но они уже начинают меня раздражать.
– Оливия? – напряжённо окликнул ректор, наблюдая за моим мрачным выражением лица. – Только не закатывай истерики. Этого мне только не хватало.
– Не будет истерик, – заверила я, поджав губы. – То есть от невест попытаются избавиться? У императора драконов пока нет наследника – он уязвим. Это кому-то выгодно, так?
Дэрриш одобрительно кивнул.
– Правильно догадалась.
Смотрю, у крылатых нешуточная борьба за власть.
– Надеюсь, Его Величество Тириан основательно подготовил сопровождающую нас охрану, – еле слышно пробормотала я.
И что же это? Мне всё-таки придётся ехать в Аргарион? Но я хочу вернуться целой и невредимой, а не принести себя в жертву ради императора драконов! Тем более я учусь – пятый курс. Через шесть месяцев защита дипломной работы, и потом – свободное плавание. Не хотелось бы этого лишиться.
– Сколько будет длиться отбор? И что мне делать с учёбой?
– Примерно месяца три. Но сроки могут либо уменьшиться, либо увеличиться, в зависимости от обстоятельств. Что касается учёбы – не волнуйся. Считай свою поездку стажировкой. Не каждому магу выпадает честь стать охранником самой принцессы.
Ректор смотрел с уважением, и я расслабилась. Если подумать, отбор – это не так уж и плохо. С такой стажировкой меня любые работодатели с руками и ногами загребут.
Дэрриш с улыбкой наблюдал за моими мысленными метаниями и… умилялся. Похоже, нашему ректору действительно пора в отпуск.
– В Аргарион вы с принцессой отправитесь уже через три дня. В карете доберётесь до границы, и там вас встретят драконы.
Я поморщилась. До границы с Аргарионом ехать минимум неделю, максимум – месяц. Зависит от того, сколько раз Её Высочество захочет сделать привал и отдохнуть. А зная вздорный нрав Катрионы, отдыхать мы будем каждые двадцать минут.
Но это ещё полбеды.
– Магистр, а что мне делать с нарядами? – полюбопытствовала я осторожно. – У фрейлины должен быть полный гардероб. Моих платьев точно не хватит, чтобы безупречно сыграть роль компаньонки.
– Об этом не беспокойся. Корона возьмёт на себя обязанности по созданию твоего имиджа и выделит всё необходимое.
Я довольно улыбнулась. Меня ещё и бесплатно оденут! Определённо, в этом отборе есть свои плюсы. Пусть и придётся жить под одной крышей с драконами.
Я справлюсь. Чуть-чуть потерплю, присмотрю за Катрионой и счастливая поеду домой.
Уверена, надолго мы в Аргарионе не задержимся.

Глава 2

Ненавижу эту чёртову карету, ненавижу этот чёртов отбор, ненавижу этих чёртовых драконов! Будь проклят тот день, когда я подумала, что отправиться в Аргарион не такая уж и плохая идея.
Я тряслась в душном, пыльном маленьком экипаже и мечтала послать всех чешуйчатых в далекое эротическое с их отбором.
– Оливия, когда будет следующая остановка? – плачущим голосом осведомилась принцесса. – Я хочу в туалет.
Я раздражённо заскрежетала зубами. Мы едем уже шесть суток и, кажется, за это время я стёрла себе всю эмаль. Да и не только её.
– Ваше Высочество, мы делали остановку в таверне полчаса назад, – процедила я, стараясь не заорать. – Следующая будет через несколько часов.
– Но я хочу в туалет сейчас!
– Так что же не сходила заранее? – рявкнула я что есть мочи. Достала.
Катриона насупилась, сложила руки на груди и отвернулась в окно. Обиделась.
Слава Всевышнему. Хотя бы час поеду в тишине.
Я, конечно, знала, что у принцессы весьма капризный характер, но не представляла, до какой степени. Наше знакомство вышло, откровенно говоря, неприятным. После наставительной беседы с королём и Дэрришем я немедля отправилась в предоставленную карету и в первый раз встретилась с Её Высочеством. Катриона была красавицей. Даже приукрашивать не нужно. Насыщенного цвета каштановые волосы, карие оленьи глазки, розовые губки, которые при виде меня сердито поджались, и по-королевски сморщенный носик.
Девушка сидела на мягкой бархатной обивке белоснежного экипажа, взирая на меня с явным недовольством. Вместо приветствия я услышала визгливое «Ты опоздала!» и затем несколько минут лицезрела надутые губы и осуждающий взгляд.
Сказать, что я ошалела, – ничего не сказать.
Каким-то образом в итоге получилось прийти с Катрионой к перемирию. О чём я сейчас безумно жалела. Принцесса была не только нагловатой, капризной, несдержанной девушкой, но ещё и жуткой болтушкой.
Она говорила и говорила, говорила и говорила. Останавливалась, чтобы перекусить, а потом снова говорила. Уже через два дня нашей совместной поездки я хотела выкинуться из окна кареты и умереть прямо на дороге. Или выкинуть Катриону.
Последний вариант мне нравился намного больше, ибо принцесса, не обращая внимания на мои страдальческие стоны, всё равно продолжала болтать!
Это было невыносимо. Не знаю, как я буду защищать её во дворце, если уже сама хочу убить…
– Ливи, ну может, попросим остановиться где-нибудь? – жалостливо протянула девушка, послав мне полный страдания взгляд.
– Хорошо, я попрошу кучера, – согласилась я, чем несказанно обрадовала Катриону. Но счастье её было недолгим. – Скажу ему остановиться возле каких-нибудь кустиков и отвернуться. Ты сходишь в туалет, а я посторожу.
На лице принцессы появился вселенский ужас. Она шокированно округлила глаза и быстро замотала головой в разные стороны.
– Что? Уже не хочешь нужду справить?
Мне кивнули в ответ.
– Ну как хочешь, – пожала я плечами, ликуя внутренне.
Катриону нужно ставить на место её же оружием – наглостью. Принцесса казалась мне ребёнком, наивным, избалованным и требовательным. Девушке только недавно исполнилось девятнадцать, она расцветала на глазах, превращаясь в прекрасную женщину. Но вот её характер заставлял лезть на стены. А я по сравнению с ней чувствовала себя умудрённой опытом старушкой, не иначе. Хотя и была всего лишь на три года старше.
Кротко вздохнув о своей нелёгкой доле, я откинулась на мягкую спинку экипажа. За окном проносились лесные пейзажи, временами сменяясь редкими поселениями. Мы уже были на юге Невилании – нашего королевства, и до Аргариона оставалось примерно два дня. Пережить бы их ещё. С такой-то компанией.
Родителям я ничего не сказала про отбор. Магистр Дэрриш сделал мне липовый приказ о стажировке, который я без зазрения совести предоставила семье. Те поохали, порадовались, подбодрили и отправили в добрый путь. Точно так же, как когда-то на первый курс.
Корона лично обеспечила меня целым гардеробом новых нарядов. Причём в нём были не только платья, но и костюмы для верховой езды, сорочки, комплекты со штанами, туфли, сапоги и даже украшения. Из меня сильно хотели сделать настоящую фрейлину.
Я наивно думала, что у меня слишком большой багаж для нашей кратковременной поездки, пока не увидела чемоданы принцессы. Нужно ли упоминать, что для них выделили отдельную карету? Думаю, сразу понятно, сколько одежды с собой взяла Катриона. С какой целью – не знаю. Может, хотела похвастаться, а может, произвести впечатление на драконов. Уж очень часто она упоминала, какие у них крылья, какие у них глаза, а какие у них плечи, и руки такие мощные, и сами они высокие, и вот прям они не просто драконы, а не иначе как боги мира.
Это почти в точности её слова.
Понятия не имею, где она такое узнала или вычитала. Но верится мне, что Катрионе очень быстро придётся разочароваться.
Ещё через день, такой же невыносимый, как и десять предыдущих, мы наконец подъехали к границе империи Аргарион.
На горизонте замаячила драконья стража. Или как она тут правильно называется?
Несколько мужчин вышли вперёд и бесстрастно смотрели на то, как мы с Катрионой высаживаемся из королевской кареты. А мне стало так хорошо, что я чуть не полетела с радостными визгами в сторону чешуйчатых. Больше никаких разговоров про платья, украшения, балы, пиры, ложки, вилки, десерты и прочую дребедень!
– Графиня Оливия Шэролл? – вперёд вышел жилистый мужчина в офицерской синей форме. Дракон на первый взгляд ничем не отличался от человека. Разве что своим внушительным ростом и мышцами, которые проглядывались даже сквозь мундир.
– Да, – я подошла ближе, присев в ненавистном реверансе.
Теперь придётся привыкать к такому приветствию.
Катриона стояла позади и напряжённо дышала мне в затылок. Совсем на неё не похоже. Может, переволновалась?
– Нам сообщили, что с принцессой Катрионой Аравийской приедет одна из фрейлин. Вы её компаньонка, я правильно понимаю? – бесстрастно спросил офицер, осматривая меня с ног до головы и переключаясь на принцессу.
– Да, – я кивнула, тут же изумлённо застыв. На мгновение наши взгляды пересеклись, и я увидела невозможное. Невозможное для людей. У мужчины были оранжевые, будто огненные глаза с совсем по-звериному вытянутыми зрачками. Невероятно.
Так я и стояла поражённая, пока остальные драконы не принялись с неохотой разгружать наш багаж.
О, подождите, милые мои! Это вы ещё про вторую карету не знаете. Она как раз должна скоро подъехать. Вместе с бравыми воинами, которых выделил Его Величество Тириан и которые по сравнению с вами похожи на нескладных юношей.
– Я должен осмотреть принцессу на наличие метки.
Я снова внимательно вгляделась в хмурое лицо офицера и в особенности в глаза, но уже не увидела вытянутых зрачков. Странно. Значит, они у драконов не на постоянной основе?
Как же хотелось спросить это вслух, но я лишь пробормотала:
– Да, конечно. Катриона, будь добра, подойди ближе, – фамильярно обратилась я к принцессе, но та будто бы не услышала. Застыла как вкопанная и стоит!
– Катр-р-риона, – прошипела я, дергая её за рукав.
Ойкнув, девушка наконец отмерла и аккуратно подошла к офицеру, будто опасаясь, что он её съест. Куда делась её решительность?
Пока мужчина какой-то лупой сканировал руку принцессы, я осторожно сканировала его и заодно остальную стражу.
Нет. Всё-таки не похожи драконы на людей. Высокие, рослые, сильные, с хищными чертами лица и, главное, неприязненными взглядами. Сначала я не заметила, а теперь во всей красе наблюдала, как они чуть ли не плюются, когда переносят магическим потоком очередной чемодан с одеждой.
Уверена, в их мыслях сейчас проносится что-то типа: «Тратим свою драгоценную магию на каких-то людишек».
Неприятно. Но это драконы. Тут нечего ловить.
От дальнейшего наблюдения меня отвлёк звук скрипящих колёс.
Я резко обернулась и тут же расплылась в идиотской улыбке. Ну что, чешуйчатые. Принимайте вторую партию.
По широкой дороге прямиком к нашей компании приближалась белоснежная карета с зевающим кучером, почти дохлой кобылкой и плетущимися подле неё уставшими воинами.
Зрелище было настолько эпичным, что мои плечи начали подрагивать – я тщетно пыталась сдержать смех.
– Ещё невеста? – нахмурившись, не понял офицер.
Если бы, мой дорогой. Если бы.
– Леди Шэролл, Ваше Высочество, сейчас мы откроем портал в императорский дворец. Ваш багаж будет доставлен туда же.
– А остальной вы тоже доставите? – невинно полюбопытствовала я.
– Какой остальной? – недоумённо спросил дракон, и я, не выдержав, начала откровенно хихикать.
Утомительная дорога полностью убила всё моё самообладание. Или же у меня просто началась истерика.
– Как какой? – возмущённо воскликнула пришедшая на помощь Катриона. – А мою одежду вы не хотите забрать? Фрейлине чемоданы перетаскали, а на принцессу сил не хватило? Я, по-вашему, в чём во дворце ходить должна?
Офицер и остальная стража застыли, кидая ошарашенный взгляд то на принцессу, то на меня, то на приближающуюся карету. На секунду в их лицах промелькнуло осознание и, клянусь Всевышним, они страдальчески закатили глаза!
– Кхм, не волнуйтесь, Ваше Высочество, – процедил офицер сквозь зубы и скривился, будто лимон съел. С военной выдержкой у них, видимо, не очень. – Мы разгрузим карету и тут же доставим весь ваш багаж во дворец.
Катриона благосклонно кивнула и с гордо поднятой головой пошла вперёд к уже открытому порталу. Я обворожительно улыбнулась стражникам и последовала за принцессой. Напоследок бросила взгляд в сторону нашей кареты, где с измождённым и безразличным ко всему видом стояли королевские воины. Да уж. Бравые защитники принцессы, ничего не скажешь.
– Вас может чуть-чуть укачать, но это нестрашно. Такое бывает при переходе. Заходите в портал друг за другом, – проконсультировал очередной дракон, ткнув рукой в сторону голубого ореола, мол, идите наконец отсюда.
Катриона уверенно сделала шаг навстречу к императорскому дворцу. Я последовала за ней.
Вот и приехали.

Глава 3

Правило, которое я запомню на всю жизнь после возвращения из Аргариона, – ни при каких обстоятельствах не пользоваться драконьим порталом на полный желудок.
Стоило только войти в этот сгусток магии, как моё тело подхватили сильные голубые потоки и стали швырять, крутить, вертеть, пока наконец не выкинули в просторный дворцовый зал. Как будто я мешок с картошкой.
Что там дракон говорил? «Может чуть-чуть укачать»? Да меня сейчас наизнанку вывернет прямо на этот мраморный пол.
– В гробу я видала этот отбор, – прошипела я сквозь зубы, сгибаясь пополам от головокружения.
Я закрыла глаза и осторожно начала массировать виски, чтобы хоть немного снять отвратительные последствия переноса. Катриону я не видела, зато услышала протяжный страдальческий стон и последовавшие за ним проклятия.
Удивительно. Даже королевские особы не прочь посквернословить.
– Неужели прибыли? – иронично спросили звонким голосом откуда-то сверху, отчего я вздрогнула всем телом.
Пробормотав недостойное для леди слово, я медленно подняла голову. И на всякий случай помолилась, чтобы меня не стошнило. Нас выбросило к подножию длинной мраморной лестницы, на вершине которой стояла рыжеволосая женщина. Женщина с большой буквы.
Красное платье с глубоким декольте облегало на незнакомке все, что только можно было облегать. Куча сверкающих золотых драгоценностей, сжатые губы и надменное лицо с нехорошим прищуром не оставляли никакого сомнения, что это особа знатных кровей.
Драконица. Безумно красивая и почему-то очень злая драконица.
– Приветствую вас в императорском дворце, Ваше Высочество, – представительно начала она, обращаясь к Катрионе. А меня тут не существует, да?
Недовольно взирая на высокомерную даму, я присела в корявом реверансе. Голова всё ещё жутко кружилась, выбивая из меня хвалёное аристократическое изящество, но я старалась держаться с достоинством. Хоть это и непросто, когда на тебя смотрят как на букашку.
Судорожно выдохнув, я нашла глазами принцессу и еле подавила желание ругнуться в голос. Катриона снова застыла, будто статуя. Она поражённо смотрела на грациозную женщину, забыв про свою тошноту и, собственно, про манеры. Обычно при дворе не разрешается так откровенно на кого-то глазеть. И вообще неприлично так долго не отвечать на приветствие. Дурной тон, чтоб его. Осторожно я приблизилась к девушке, пихнула её в бок и для пущего эффекта незаметно двинула по ноге. Манёвр сработал.
– Добрый день, Ваша Светлость, – Катриона очнулась и присела в глубоком реверансе. Таком же корявом, как и у меня.
– Смею заметить, вы опоздали на всеобщий сбор. Но полагаю, у вас были на то уважительные причины, – почти прошипев последнее слово, драконица с кошачьей грацией начала спускаться к нам.
О да. Остановки в тавернах, чтобы справить нужду и припудрить носик, это действительно уважительные причины.
– К сожалению, дорога была нелёгкой, ведь… – принцесса запнулась и кинула на меня вопросительный взгляд.
Нет уж. Сама выкручивайся. Недовольно поджав губы, Катриона на мгновение замялась и всё-таки ответила:
– Столица Невилании находится достаточно далеко от столицы Аргариона. Мы спешили как могли, но, увы, обстоятельства, не зависящие от нас, не позволили прибыть в срок.
Я хочу её покусать. Не знаю, как мне удалось сохранить маску радушия и спокойствия, когда на деле внутри всё кипело. Не зависящие от нас обстоятельства? Безусловно. Это же благодаря им мы ехали вместо стандартных восьми дней одиннадцать.
– Ну конечно, – кивнула драконица, явно ни капельки не поверив. – Меня зовут герцогиня Савейя Ла Фрейн. Я распорядительница этого отбора и на некоторое время занимаю пост управляющей дворца. По всем возникающим вопросам обращайтесь напрямую ко мне.
Савейя подошла к нам и улыбнулась. Точнее, оскалилась, будто показывая, что обращаться к ней совершенно не нужно, если мы хотим уехать из Аргариона живыми.
Я чуть приподняла бровь и ещё раз окинула женщину изучающим взглядом. Слишком уверенно держится. По-хозяйски, словно она не просто распорядительница отбора, а полноправная владелица дворца. С ней будет сложно.
– Прошу за мной. Я покажу вам ваши покои, – драконица развернулась, тряхнув огненной гривой, и направилась наверх. Мы последовали за ней, но, не успели и шагнуть на первую ступеньку, как сзади раздался оглушительный грохот.
Я тут же, не думая, начала ставить щиты на принцессу. Быстро обернулась, намереваясь атаковать, но, увидев причину шума, облегчённо выдохнула. Из знакомого голубого портала, появившегося в центре зала, вылетал наш с Катрионой багаж. И судя по тому, насколько резко он это делал, драконы-пограничники были не в духе.
Я оглянулась на принцессу с герцогиней и сильно прикусила щёку изнутри, чтобы не засмеяться в голос. Катриона не изменяла себе – она обожающим взглядом смотрела на родные чемоданы, тогда как Савейя на миг потеряла своё надменное выражение лица и поражённо следила за летающим багажом.
– Герцогиня Ла Фрейн, слуги же доставят наши вещи в комнаты? И вы, случайно, не знаете, когда прибудет моя личная охрана? – смело спросила Катриона.
– Я сейчас же прикажу слугам заняться транспортировкой ваших вещей, – чуть помедлила с ответом распорядительница, оглядывая заваленный королевским барахлом пол. – Но ваша охрана не сможет попасть сюда. Во дворец строго запрещено пускать люд… – женщина запнулась и тут же исправилась: – Пускать неприглашённых лиц. Теперь прошу вас следовать за мной.
Принцесса, ни капельки не расстроившись, бодро полетела вверх по ступеням, ну а я устало поплелась за ней, параллельно размышляя о сложившейся ситуации. Слова герцогини про королевских воинов нисколько не удивили. Я знала, что так будет. Драконы уже пошли на жертвы, пригласив нас к себе – в святая святых. Ещё кучку людей они не потерпят.
Чувствую, нашей доблестной охране придётся топать домой.
Шагая по длинным коридорам, я время от времени посматривала на идущую впереди распорядительницу. Нам тут определённо не рады. Хоть Савейя и пыталась держать себя в руках, взгляд, который она бросала то на меня, то на Катриону, говорил сам за себя. Цепкий, укоризненный, неодобрительный, неприязненный – можно вечность перечислять. И если с принцессой драконица формально побеседовала, то меня даже не захотела поприветствовать.
Но так даже лучше. Меня не будут трогать, а я спокойно прослежу за Катрионой. До своих комнат нам пришлось идти долго. Очень долго. Ноги жутко устали, голова раскалывалась, но я старалась отвлечься от неприятных ощущений, переключая внимание на помпезные интерьеры дворца. А дворец, к слову, был огромным и, что скрывать, красивым. Высокие потолки с хрустальными люстрами, светлые стены, бархатные красные ковры, огромное разнообразие фарфоровых ваз и редких картин. Императорское жилище – поистине сокровищница мира. Сколько же бедным слугам приходится убирать такую махину?
Преодолев ещё пару лестничных пролетов, мы наконец-то пришли к пункту назначения.
– Это этаж невест, построенный специально для проведения отбора, – гордо начала Савейя, неторопливо шествуя по красной дорожке и указывая на белоснежные двери. – Все покои избранниц новые, оснащены по последнему слову техники. Конечно, не без магических приспособлений.
Распорядительница остановилась напротив одной из дверей и повернулась к Катрионе.
– Это ваши покои, принцесса. Дотроньтесь до ручки двери и подождите, пока она не загорится зелёным. Ваша фрейлина… – герцогиня бегло осмотрела меня с ног до головы. – Как ваше имя, леди?
– Графиня Оливия Шэролл.
Драконица пренебрежительно хмыкнула.
Надо же. Посчитала, что недостойна её внимания? Хотя отчасти её можно понять. Видок у меня был действительно так себе. Пыльное дорожное платье, растрёпанная причёска и замученный вид. Хотя в академии после пар по боевой магии я и не такое видала.
– Леди Оливия, ваши комнаты находятся дальше по коридору, – Савейя нетерпеливо довела меня до нужной двери. – Сделайте тоже самое, что и Её Высочество.
Я послушно повторила действия Катрионы.
– Замечательно. Ваш багаж уже доставили. Сегодня в семь состоится официальный ужин, на котором будут присутствовать Его Императорское Величество Бертранд Линарин Оторе, Его Светлость Первый Советник герцог Рейнард Эстанвиль и главные смотрители отбора. За двадцать минут до трапезы за вами зайдет служанка, постарайтесь не опаздывать, – отчеканив последние слова практически по слогам, Савейя круто развернулась и быстро покинула коридор.
Я неотрывно смотрела ей вслед до тех пор, пока она не скрылась за поворотом. Неприятная особа. Хоть и не плюётся ядом в открытую, но у меня плохое предчувствие. С ней будет много проблем.
– Ливи, ты только посмотри, – ко мне подбежала принцесса, восхищённо вздыхая. Она открыла дверь в отведённые мне покои и забежала в просторную светлую гостиную, радостно кружась. – У нас в замке такие апартаменты только для почётных гостей отведены.
– Можно ли считать, что мы тут почётные гости? – усмехнувшись, я прошла к мягкому дивану и устало присела. А ведь апартаменты действительно шикарные. Но мне сейчас не до наблюдений. Так хочется просто полежать в горячей ванне и лечь спать. Желательно на день.
– Как это «можно ли считать»? Нужно! – уверенно воскликнула Катриона, приосанившись. – Ты видела, как нас встретили? Сама распорядительница лично проводила до комнат. Драконы очень великодушные, а слухи всё-таки врут!
Я удивлённо взглянула на восторженную принцессу, застывшую с блаженной улыбкой на губах.
– Катриона, ты перед отбором сказок начиталась?
– Почему сразу сказок? Это была научная литература об особенностях драконьей расы. Я отлично подготовилась к отбору, в отличие от тебя, – подопечная демонстративно махнула ладонью, мол, что с тобой разговаривать, и ушла к себе.
Мне оставалось лишь устало качать головой. Ну что за наивное создание? Конечно же, научную литературу читала. Где ещё будут писать о великодушных, сильных, благородных драконах и их любви к людям, кроме как в научной литературе?
С кряхтеньем я поднялась с удобного дивана и решила проверить свои комнаты, попутно обходя стоящие на полу сумки. Потом разберу.
В моём полном распоряжении теперь была небольшая гостиная, обставленная дорогой изящной мебелью. Даже камин имелся! В одном из помещений обнаружилась спальня с маленьким балконом, не уступавшая по роскоши интерьерам дворца.
Я бы не прочь судорожно вздохнуть от восторга и похлопать в ладоши, но всё вокруг настолько блестело и переливалось, что, казалось, я попала в музей. Получается, не все сказки врут, и драконы действительно любят золото. А вот мне такая излишняя помпезность не нравилась.
Плачевную ситуацию спасла ванная комната, при виде которой я согласилась простить драконам всё на свете. Слава Всевышнему, она была совершенно обычной. Просторной и без всяких позолоченных вставок.
Хоть что-то хорошее в этой поездке.

Глава 4

Я уже второй час отмокала в прекрасной большой ванне, по размеру напоминавшей мини-бассейн, и блаженно дремала. Единственное, что я смогла сделать после прибытия – набрать горячей воды, вылить в неё флакончик с пеной и хорошенько искупаться.
До ужина ещё четыре часа. Времени вагон. Разве может что-то помешать моему маленькому счастью?
Оказалось, может.
Дверь с грохотом открылась, врезаясь в стену, и через проём влетела взъерошенная Катриона.
Не ожидав вообще никаких гостей, я удивлённо крякнула, поскользнулась и с возмущенным бульканьем ушла под воду.
– Ливи! У меня беда, – Катриона топнула ножкой, наблюдая за моими барахтаниями.
Глаза были в пене, нос был в пене. Вообще всё было в пене. Плевалась я тоже пеной.
– Катриона! – гаркнула я, протирая пощипывающие веки. – Тебя стучаться не учили?
– Я принцесса, – возмущённо сказала она.
– А я теперь кикимора болотная благодаря тебе!
Я раздражённо плеснула ногами, обдавая наследницу брызгами, и злорадно понаблюдала, как та с визгом вылетает из моей ванной.
Как она вообще вошла в мой номер?
Страдальчески простонав, я взялась за голову и ушла под воду уже сама.
После купания я решила наведаться к беспардонной принцессе и прояснить ей некоторые правила нашего сотрудничества. Я, конечно, не грозная дама и не зануда, но должно же быть хоть какое-то личное пространство?
Я стремительно шла, почти бежала по длинному коридору, чтобы ни с кем не пересечься, но фортуна сегодня явно не на моей стороне.
– Вы только посмотрите. Одна из счастливиц, выигравших куш. Человечка на побегушках у принцесски, – насмешливо протянула идущая навстречу девушка.
Судя по мерцающей на руке татуировке, одна из невест. Грациозная, изящная, утончённая. И снова драконица.
Ничего отвечать не буду. Её тон мне совсем не понравился, но скандалы сейчас ни к чему. Только хуже сделаю. Ещё обвинят в чём-нибудь.
Я собиралась обойти ящерицу, но меня злобно дёрнули за локоть.
– Ты оглохла? Не знаешь, как с герцогинями разговаривать?
– Меня учили, что прежде чем начать разговор, нужно поприветствовать леди, – спокойно произнесла я, встречая негодующий взгляд.
– Леди? Тебя даже слуги так не называют. Ты им противна. Низший сорт. – Драконица откинула чёрные как смоль локоны и скривила губы. – Уже завтра с твоей принцессы снимут метку избранницы. Смекаешь, к чему я веду?
– С чего ты взяла, что её снимут? – спросила я заинтересованно и, кажется, попала в точку.
Брюнетка замялась, её глаза забегали, но она быстро опомнилась и едко выплюнула:
– Она человек.
– Брось. Ты просто боишься проиграть. Настолько низкая самооценка? Хотя, будь я тобой, тоже бы боялась, – фыркнула я и придирчиво осмотрела ящерицу. Слова возымели эффект.
– Тварь!
Девушка замахнулась рукой для пощёчины, но я оказалась быстрее. Схватила драконицу за запястье и незамедлительно вызвала магический импульс. Не такой сильный, чтобы покалечить всерьёз, но достаточный, чтобы поставить крылатую на место. Брюнетка, вскрикнув, вырвалась из захвата и с ужасом посмотрела на свою руку, но никаких следов нападения не обнаружила. Она шипела, обмахивала пострадавший участок кожи и кидала на меня недоумённые, разъярённые, ненавидящие взгляды. Знаю, магический ожог – это неприятно. Его прелесть в том, что он не оставляет никаких следов, зато болит, как настоящий.
– Ещё раз меня тронешь, и такое будет не только на руке. Я не посмотрю на то, что ты невеста императора, – процедила я, обходя драконицу и устремляясь в покои Катрионы. Можно было и не провоцировать, но ничего. Впредь не будет лезть к магам.
В номер принцессы я попала без каких-либо усилий. Закрыв за собой дверь, я начала сканировать её на предмет защитных свойств и ужаснулась, когда не увидела ничего. Совсем ничего. Это просто обыкновенная деревянная дверь, которая закрывается на такой же обыкновенный ключ. Тогда зачем Савейя просила дождаться того зелёного свечения?
Я ещё раз подёргала за ручку. Открыла, закрыла, пошатала, постучала и недовольно запыхтела. Всё-таки плохо, что королевская охрана отправилась домой. Теперь придётся самой ставить защитное плетение для Катрионы. Да и себе тоже защиту необходимо сделать. Особенно после случившегося в коридоре. Лучше двойную. Нет. Тройную.
Но все разумные мысли вылетели у меня из головы, когда до слуха донеслись чьи-то всхлипывания. Не раздумывая, я бросилась в спальню принцессы, но от увиденного захотела выйти обратно.
Моя подопечная сидела на огромной куче разноцветной одежды и горько ревела, вытирая слёзы, кажется, каким-то платьем.
– Ты чего ревёшь?
Катриона на миг замолчала, хлюпнула носом и заревела с новой силой.
– Я не знаю, в чём идти на ужи-и-ин.
– Катриона, с тобой приехала целая карета одежды! Мы можем всю империю нарядить! – воскликнула я, с негодованием пиная разноцветные тряпки.
– А ты видела герцогиню? Одно её красное платье весь мой гардероб затмило. А что будет на ужине? Я же принце-е-есса! А выглядеть буду хуже остальны-ы-ых.
Всевышний, дай мне сил.
К шести часам я и потрепавшая мне нервы Катриона сидели в её гостиной в ожидании служанки. Наводить королевский марафет я не умела, поэтому со скрипом пришлось обратиться к местной прислуге. На удивление, нам не отказали в помощи.
А потом стало понятно почему.
– Ваше Высочество! Перестаньте вертеться, – служанка усердно дёргала принцессу за волосы, создавая у неё на голове какое-то подобие пирамиды.
От этой пытки я любезно отказалась и сейчас с удовольствием наблюдала за муками Катрионы. А мучилась принцесса сильно. Драконица-служанка, которая была очень неравнодушна к шевелюре моей подопечной, с каким-то странным наслаждением создавала что-то непонятное. При взгляде на эту картину сразу понимаешь фразу «красота требует жертв».
Надо бы шикнуть на служанку, чтобы делала осторожнее, но месть – это святое. За одиннадцать дней Её Высочество изрядно поиграла на моих нервах. К тому же принцесса сама хотела блистать. Пусть терпит.
Сама я, уже полностью собранная, довольно посматривала в зеркало и поглаживала нежно-голубую ткань шифонового платья. Выгляжу очень даже элегантно. Как настоящая графиня. Пепельно-русые волосы завила и оставила распущенными. Передние пряди заколола сзади, чтобы не лезли в лицо. Из драгоценностей надела только тоненькие серебряные серёжки с маленькими бриллиантами и кулон-капельку с таким же камнем. С недавнего времени я терпеть не могу всё золотое.
Пока я любовалась собой и наблюдала за сборами подопечной, мысли то и дело возвращались к происшествию в коридоре. Я не знаю о расе драконов ничего. Ни их уклада жизни, ни их иерархической системы, ни какая у них магия и прочее, прочее, прочее. Это жутко нервирует, потому что мы с Катрионой уязвимы. То, что случилось в коридоре, уверена, повторится ещё не раз. Так просто нас в покое не оставят.
– Всё готово, – бросила служанка и с недовольным видом развернула принцессу ко мне.
– Ну как? – Катриона осторожно потрогала объёмное гнездо на голове, смотря на меня с затаённой надеждой.
– Чудесно выглядишь, – похвалила я, между прочим, не соврав. Причёска была слегка… скажем, необычной. Но ей почему-то шла. Уложенные каштановые кудри смотрелись очень даже мило, особенно в сочетании с персиковым платьем и невинным личиком принцессы.
До трапезной нас провожала та же служанка. С таким же недовольным выражением лица.
Интересно, эта раса знает, что такое улыбка?
– В зал мне заходить запрещено, поэтому дальше сами. Остальные невесты уже там, – сказала драконица, показывая на огромные двери.
Не дождавшись нашей реакции, девушка резво ускакала по коридору. Точнее, убежала от нас, как от прокажённых. Спасибо, что хоть собраться помогла, а то была у меня мысль, что к нам вообще никто не придёт.
– Катриона, прекрати трястись! Это всего лишь ужин, – обратилась я к дрожащей принцессе, самостоятельно открывая двери в просторный зал. Снова, блин, отделанный золотом.
На наше появление обратили внимание только несколько невест, как я поняла, не дракониц. Крылатые даже не подняли глаз, продолжая переговариваться друг с другом через длинный стол. Они держались уверенно, высокомерно и определённо долго готовились к ужину. От огромного количества ярких платьев и блестящих украшений у меня зарябило в глазах. Некоторые невесты напоминали дворцовые люстры.
Я присела рядом с Катрионой и, облокотившись на мягкую спинку стула, начала исподтишка рассматривать невест. Знакомая коридорная ящерица сидела далеко от нас, но всё равно увидела мой взгляд и оскалилась.
Замечательно. Нажила себе первого врага. А ведь и дня не прошло… Пять девушек, включая принцессу, были не драконьей расы: эльфийка, две дриады и даже хрупкая фейри. Неплохо духи драконов разошлись. Даже до лесного народа своими метками добрались.
Рядом с ними сидели компаньонки, только, в отличие от меня, эти дамочки были преклонного возраста. Они хмуро смотрели на своих подопечных, на остальных девушек, на стол… в общем-то им не нравилось абсолютно всё.
Иноземные избранницы мне показались какими-то отстранёнными. Такое ощущение, что их кто-то запугал. Уж не драконицы ли в коридорах пошугали?
– Бригетта, тут как-то душно становится, тебе не кажется? – заявила какая-то блондинка, обмахиваясь руками.
– Да-да, – вторила ей соседка. – Как будто какая-то мерзость воздух пожирает.
Парочка дружно повернулась в нашу с принцессой сторону и прыснула.
Не-е-ет, это не отбор. Это клоунада какая-то!
– По-моему, мы им не нравимся, – тихо подметила Катриона.
– Неужели ты научилась мыслить рационально?
– Я всегда мыслю рационально.
– Ну да, конечно, – я покивала и закатила глаза.
В трапезную зашли ещё четыре невесты, – тоже драконицы, а слуга объявил, что приём скоро начнётся.
– Разве император не должен был выбрать ещё девушек? Тех, кого не отметили духи? – удивлённо шепнула я принцессе.
– Не знаю, я тоже так думала, – пожала плечами та.
Странно.
– Уважаемые невесты и гости империи Аргарион, – громко прозвучало со стороны дверей, и мы дружно повернули головы. – Позвольте вам представить, Его Императорское Величество Бертранд Линерин Оторе, Первый Советник Его Императорского Величества герцог Рейнард Эстанвиль, Её Светлость распорядительница отбора герцогиня Савейя Ла Фрейн… – и ещё несколько каких-то длинных странных имён, которые я благополучно прослушала. От звонкого официального голоса слуги снова начала болеть голова.
Повисла минутная тишина, и из распахнутых настежь дверей показался мужчина. Император.
По нашим рядам прошёл слаженный восхищённый вздох. Даже Катриона не удержалась. А я вздохнула скорее от удивления.
Светлые, коротко подстриженные волосы гармонировали с золотым камзолом, расшитым такими же золотыми нитками. Я, не удержавшись, недовольно скрипнула зубами. Опять всё золотое. У меня скоро глаз начнёт дёргаться от этого цвета.
Но сейчас одежда была не столь важна. Меня удивило лицо Бертранда. Бесспорно красивое, но молодое лицо, говорившее, что повелителю по человеческим меркам не больше двадцати пяти лет.
Я повернулась к Катрионе, чтобы поделиться информацией, но принцесса не обращала на меня никакого внимания и смотрела на Бертранда так, как я недавно на свою ванную.
Император с приветливой улыбкой прошёл во главу стола, а в трапезный зал тем временем зашёл другой дракон.
Снова прокатился слаженный вздох восхищения. На этот раз и мне захотелось его поддержать.
Первый советник вошёл уверенной, тяжёлой походкой, нацепив на себя маску холодного безразличия ко всему. Он не смотрел ни на стол, ни на невест и спокойно прошёл на место подле императора.
Кажется, я понимаю, почему в книгах Катрионы восхваляли драконов. Герцог был красив. Чёрные волосы, цвета воронова крыла, правильные черты лица. Чертовски красив, но не мальчишеской красотой, как император, а настоящей. По-драконьему хищной. Упрямые, плотно сжатые губы и волевой подбородок намекали на то, что у Рейнарда сложный характер.
Лучше с ним вообще никак не контактировать.
Савейя в этот раз была снова при параде, снова в драгоценностях и снова в красном. Вслед за ней спешили смотрители отбора: рослый тучный мужчина, кажется, герцог Освальд «какой-то там», строгая на вид женщина в возрасте, ещё один мужчина, потом ещё один и ещё…
И куда столько смотрителей?
Когда все заняли свои места, Бертранд поднялся для короткого приветствия.
– Дорогие избранницы и гости нашей империи, – произнёс он мягким, приятным голосом, и я ещё сильнее уверилась, что император молод. – Я бесконечно рад видеть вас в Аргарионе. Духи-прародители не ошиблись и выбрали удивительно прекрасных невест. Во время отбора дворец в вашем полном распоряжении. Ни в чём себе не отказывайте.
Все невесты, даже драконицы, широко заулыбались и тихо похлопали.
– Ох, – вздохнула Катриона и счастливо взглянула на меня.
Я лишь скептически поджала губы, благоразумно промолчав. Пусть восторгается кем хочет.
Пришедшие с подносами слуги поставили передо мной салат с зелёными листьями и ещё непонятно чем. Тут вообще было много непонятно чего. В основном какая-то трава. Видимо, повара считают, что благородные аристократки должны всю жизнь сидеть на диете.
Я хотела приступить к трапезе, но растерянно зависла, глядя, как служанка раскладывает возле моей тарелки непонятные столовые приборы. Что это за приборы, я не знала. Они абсолютно отличались от привычных и по размеру, и по форме.
Я подняла обескураженный взгляд на принцессу, заметив, что та смотрит на стол с паникой. Прищурившись, я присмотрелась к остальным невестам и недовольно цокнула. Сервиз, который нам дали, был драконьим. Вероятно, у них свои правила трапезы, не такие, как у нас. Но для званых приёмов с иноземными гостями всегда использовали специальный универсальный набор, принятый во всех империях и королевствах. Сейчас такой был только у эльфийки, дриад и фейри. А мы с принцессой сидели с озадаченными взглядами и пялились в свои тарелки.
И что делать? Попросить поменять набор?
Я осторожно шепнула проходящей мимо служанке о проблеме, но та лишь недобро посмотрела и развернулась. Просто прекрасно! Какое гостеприимство.
– Предлагаю вам немного рассказать о себе, дорогие гости. Отбор пока не начался, но, думаю, будет лучше, если я хотя бы узнаю ваши имена, – внезапно подал голос император, и невесты оживились.
Катриона, забыв про вилки с ложками, тоже повернулась к дракону. А я сидела. Сидела и недовольно барабанила по столу, потому как голодный желудок, требующий пищи, обещал скоро петь раненым китом.
Этикет или еда? Еда или этикет? Ответ однозначный. Плюнув и на драконов, и на их правила, взяла самую обыкновенную вилку и начала ковырять салат. Сами виноваты.
– Меня зовут герцогиня Аверилл Вальтанис, Ваше Величество, – раздался голос коридорной ящерицы. – Мой род Вальтанис служит императорской семье уже больше трёхсот лет. Вы, вероятно, знакомы с командующим северными эршами герцогом Алазаром Вальтанис.
Эршами? Это у них так стража называется?
Аверилл начала долгую беседу с Бертрандом про её прекрасный род, а я всё так же жевала салат, тыкая своей несчастной вилкой по тарелке. И кидала мимолетные задумчивые взгляды в сторону советника. Савейя упорно пыталась привлечь его внимание. Она что-то возбуждённо рассказывала, то и дело срываясь на смех, а герцог лишь коротко, спокойно отвечал.
Не буду признаваться, что меня заинтересовал Рейнард. Да и неправда это вовсе. Я просто не могла его не замечать. Даже сидя на другом конце стола, я чувствовала его драконью магию. Герцог Эстанвиль давил своей впечатляющей силой. Душил, будто пытался стиснуть мой магический фон со всех сторон. Никогда такого не испытывала. Даже в академии, где обучалась бок о бок с почтенными магистрами, ни разу не было случая, когда чья-либо магия так на меня воздействовала.
Уверенные движения рук, нарезающих прожаренное мясо, вальяжный вид и лёгкая ухмылка: всё говорит о том, что советник здесь хозяин положения. Опасный. Пугающий. Если бы мне сказали, что император на самом деле он, а не Бертранд, я бы без раздумий поверила.
Рядом с герцогиней Ла Фрейн сидели смотрители. Большинство было совершенно безучастно к ужину, а вот один дракон, кажется, герцог Освальд Коннел, вызывающе смотрел на нас с Катрионой. Он сидел на другом конце стола, но это не мешало ему всё время кривиться, скалиться и морщиться. Смотрителю было откровенно плохо от нашего вида. Пару раз я ловила его сальный взгляд и передёргивалась от омерзения. Ещё одна проблема на мою голову.
– Меня зовут Катриона Аравийская. Я младшая дочь короля Невилании Его Величества Тириана Аравийского, – мягко произнесла Катриона, вернув меня из задумчивости.
– Удивительно, что духи избрали представительницу королевских кровей. Я польщён вашим присутствием, принцесса. К сожалению, мы не можем устроить экскурсию по столице и показать вам достопримечательности, но дворец в вашем полном распоряжении, – любезно ответил Бертранд и, подумав, закончил с едва заметной неприязнью: – Надеюсь, вам понравится Аргарион. Даже несмотря на вашу принадлежность к людям.
Невесты-драконицы радостно оскалились и понимающие покивали. Даже распорядительница не сдержала ухмылки. Ящерица двуличная.
Я гневно воззрилась на Бертранда, до боли сжимая в руках столовые приборы. Злость внутри вспыхнула, как фитилёк. И плевать, что он император. Разве так должен вести себя мудрый правитель? Мы не по своей воле сюда приехали, а чешуйчатые смеют ещё и попрекать нас!
Катриона сжалась от слов драконов, вымученно улыбнулась и уставилась в свою тарелку. Император перевёл выжидающий взгляд на меня.
Ну что ж.
– Я графиня Оливия Шэролл, Ваше Величество, – я чуть склонила голову. – Фрейлина и компаньонка Её Высочества.
– Приятно познакомиться, леди Оливия. Чувствуйте себя как дома.
– Всенепременно. Уверена, мне понравится Аргарион. – я сдержанно улыбнулась и, подцепив лист салата, безразлично добавила: – Даже несмотря на то что это империя драконов.
Ответа не последовало. Я невозмутимо посмотрела на вскинувшего бровь Бертранда и ещё раз доброжелательно улыбнулась, игнорируя гробовую тишину. Они первые перешли черту.
Через несколько мгновений разговор за столом возобновился – император вернулся к знакомству с другими невестами. Значит, мой выпад проигнорировали? Неожиданно. Я думала все драконы несдержанные. Тем более их повелитель.
Хмыкнув, я взяла бокал с водой, сделала несколько глотков, чтобы успокоиться, и едва не поперхнулась.
Мощная магия первого советника снова начала меня душить. Как будто кто-то накинул невидимый ошейник. Дыхание сбилось, руки задрожали от натиска чужой силы, и я испугалась, что просто не выдержу такого давления.
Проглотив ком в горле, я сделала ещё несколько жадных глотков и с громким стуком вернула бокал на стол. Выдохнув через нос, ущипнула себя за руку, чтобы снять дрожь, и повернулась к Рейнарду, встречая его цепкий взгляд.
Советник прищурился, приподнял уголок губ в незаметной усмешке, а затем как ни в чем не бывало продолжил трапезу.
Давление его магии прекратилось.
Что это было?
– Ливи, не стоило, – тихо шепнула Катриона, отошедшая после своего выступления.
– Стоило. Они не имели права так говорить.
Не имели. Но стала бы я огрызаться, если бы знала, что получу такую реакцию от Рейнарда? Нет. Никогда.
Я вернулась к трапезе, краем уха слушая невест. Мысли в голове метались и никак не хотели складываться в цельную картинку. Бертранд совсем не походил на владыку могущественной империи. Может, родители погибли и ему пришлось слишком рано занять престол? Но зачем тогда сразу устраивать отбор? Не лучше ли утвердиться у власти или набраться опыта, в конце концов? И советник. Что, чёрт возьми, он делает?
Наверно, мои вопросы останутся без ответа. Спрашивать что-то у самих драконов себе дороже. Да и нет необходимости. Скоро мы отсюда уедем, и я забуду негостеприимных ящеров, как страшный сон.
– Графиня Шэролл, я, конечно, понимаю, что вы из других земель, где не учат этикету. Но вы не дома, а в императорском дворце. Ведите себя как подобает, – прозвучал внезапно едкий голос.
Я резко повернула голову и наткнулась на плевавшегося ядом Освальда Коннела. Он наблюдал за моей трапезой с неприязнью, как будто я ела не салатные листья, а его собрата.
Что, неправильную вилку взяла? Всадить бы её тебе в руку и прокрутить пару раз.
Савейя тоже уставилась на зажатый в моей руке прибор и недовольно покачала головой, взбесив ещё сильнее. За столом снова воцарилась тишина, прерываемая лишь скрежетом чьих-то зубов.
Оказалось, моих.
Не обращая внимания на выпад чешуйчатого и неодобрительные взгляды, я тщательно прожевала съеденное. Нарочито медленно отложила столовые приборы на тарелку, промокнула губы салфеткой и, когда смотритель уже собирался возмутиться моим молчанием, перебила его:
– Ваша Светлость, я, конечно, понимаю, что вас не научили хорошим манерам, но нельзя обращаться к собеседнику, пока он изволит трапезничать. Это дурной тон.
Унизить захотел? Попробуй.
Освальд побагровел, сжав скатерть, и начал злобно пыхтеть. Тоже мне, огнедышащий дракон нашёлся.
– Ах да. Чуть не забыла. В приличном обществе для гостей из других народов используют специальные универсальные наборы, чтобы не ставить их в неловкое положение, – отчеканила я. Беспардонно взяла в руки драконий нож и прокрутила, внимательно его рассматривая. – Игнорирование этих правил – дурной тон. У вас ужасные манеры, Ваша Светлость. Вы решили попрекать меня своей же неосмотрительностью по отношению к почтенным гостям. Прошу извинить, но я не учила столовый этикет вашей расы.
– Почему вы не интересовались нашим этикетом, графиня? – вмешался Бертранд.
– Он для меня бессмысленен.
Я почти услышала, как натянулось напряжение в воздухе. Император неопределённо кашлянул, а Освальд ещё сильнее запыхтел.
– Да как ты смеешь, дря…
– Хватит, – жёсткий голос Рейнарда прорезал воздух, заставляя смотрителя захлопнуть рот и разгневанно уткнуться в своё блюдо. Меня пробрало до самых костей. – Не опускайся до этого уровня, Освальд.
Ах, значит, не опускаться?
В бешенстве я отложила вилку и с вызовом посмотрела на советника. Самодовольный придурок. Ледышка бесчувственная.
– Не хочу вас расстраивать, Ваша Светлость, но до моего уровня герцогу Коннелу нужно подниматься, а не опускаться.
– И на каком же вы уровне, позвольте спросить? – вкрадчиво поинтересовался Рейнард, переводя на меня оценивающий взгляд.
– На уровне тактичной, вежливой и учтивой леди, герцог Эстанвиль.
Я вернулась к ужину. Подвинула к себе замечательный вишнёвый десерт, взяла маленькую ложечку и попробовала. Вкусно. Но под таким количеством взглядов кусок в горло больше не полезет.
– Я учту это, графиня Шэролл, – холодно ответил советник и отвлёкся на шептавшую что-то Савейю.
– Ливи, у нас могут быть проблемы. – Катриона испуганно смотрела на меня, нервно теребя ткань платья.
– Не волнуйся. Обычный разговор ничего не значит, – пробормотала я и сама своим словам не поверила.
Не знаю, что подумал Рейнард, но до окончания ужина он больше ни разу не обратил на меня внимания. Невесты вернулись к переговорам, император задавал вопросы, и все забыли неприятный инцидент.
Я старалась игнорировать произошедшее, но нормально поесть так и не смогла. Интуиция вовсю вопила о том, что герцог Эстанвиль не простит мне эти пререкания.
Но я тоже ничего не собираюсь прощать. Пусть Рейнард для начала разберётся с собой и со своей магией.
А меня трогать не надо.

Глава 5

Мы покинули зал почти последними. Ни я, ни Катриона не желали лишний раз встречаться с драконицами, весь вечер бросавшими на нас недоброжелательные взгляды.
Просторный коридор заполнился невестами и слугами, следившими, чтобы избранницы добрались до покоев. А во главе этой стайки величественно шагала Савейя, о чём-то переговариваясь с одной из дракониц.
Я неторопливо шла рядом с принцессой, но всё же чуть-чуть отставала, чтобы видеть её полностью. Не уверена, что крылатые опустятся до подлых нападок, но после ужина от них можно ожидать всё что угодно.
Отвлекшись от наблюдения за Катрионой, отрешённым взглядом я взглянула на тёмные окна, но увидела лишь хмурую себя. Снаружи уже давно стемнело, отблески магических люстр не давали рассмотреть, что происходит извне, показывая только моё недовольное отражение.
Спрашивается, зачем нас вообще позвали на этот отбор? Впрочем, я и так знаю. Ведь все избранницы должны обязательно в нём участвовать, иначе духи разгневаются, разозлятся и накажут бедных маленьких драконов. Уж лучше бы Катриона никуда не поехала и чешуйчатых как следует проучили. Может, погостеприимнее бы стали и на людей бы больше не бросались.
Я встряхнула головой, отгоняя глупые мысли. Рассуждаю как обиженный ребёнок…
С другой стороны, что в этом такого? Мне можно. Не я первая начала этот цирк.
Подумать только, меня отчитали за вилку! Нашли повод, чтобы придраться. Для чего нужно было нас трогать? Мы же вели себя спокойно, тихо, не начинали разбор полётов. Я даже при дворе короля Тириана не была такой вежливой, как с этими ящерицами! На ужине и ухмылки их терпела, и насмешки. Взгляды эти плотоядные… Зачем? Если можно было сразу послать всех к чёрту и удалиться с гордо поднятой головой. Ещё напоследок вилкой бросить в Освальда. И в Бертранда. А в ледышку не просто вилку – целый столовый набор запустить. Потому что за магией своей не следит и ведёт себя как… Как ледышка! Какого вообще дьявола он делал? Запугать решил? А Катриону почему тогда не трогал? Или трогал…
Я окинула принцессу внимательным взглядом.
Нет, она бы точно не стала молчать. Запаниковала, заистерила, но не смолчала бы.
– Ты же понимаешь, что это был фарс? – тихо раздалось сбоку.
Удивлённая, я повернула голову и увидела проходящую мимо светловолосую девушку. Она, не дождавшись моего ответа и даже не взглянув на меня, проплыла вперёд, будто ничего не говорила вовсе.
Мне же не послышались, верно?
– Ливи, что-то случилось? – Принцесса растерянно обернулась.
– Нет, всё в порядке, – успокоила я, подходя ближе. Совсем не заметила, как перешла на медленный шаг из-за странного вопроса и не менее странной невесты.
Её лица я не смогла разглядеть, только белые кудри и лазурное платье. У меня даже предположений не было, кто это, потому что дракониц на ужине я не запомнила. Из иноземных невест только у эльфийки были светлые волосы. Но платье не лазурное. Значит, обращалась ко мне точно крылатая. И её слова… Перед нами специально разыграли спектакль? Если подумать, версия весьма правдоподобная. Тогда становится понятно, почему Освальд придрался к вилке и почему император проявил неуважение к Катрионе. Но какой в этом смысл? Могли бы просто проигнорировать нежеланных гостей. Если они так не рады нам, логичнее было бы просто не обращать внимания.
– Ливи, не стоило тебе пререкаться, – прервала молчание принцесса. В её голосе отчётливо слышался укор.
Я сделала глубокий вдох, а затем выдох. Снова вдох. И выдох.
За последние минут тридцать я слышу это уже седьмой раз. Ещё один, и мне станет плохо.
– Извините! Ваше Высочество! Леди Шэролл! – окликнул мелодичный голос.
Приподняв полы длинного платья, к нам спешила знакомая эльфийка. На трапезе девушка сидела почти напротив нас, и я изредка ловила её сочувствующие взгляды. Догадывалась, что дойдёт до знакомства.
– Я тис Мириэль Тариллион, – поклонилась она. – Но можно просто Мириэль. Эльфийские титулы сильно отличаются от ваших. Слишком непривычные.
– Рада знакомству, Мириэль. Тогда я просто Катриона, – доброжелательно улыбнулась принцесса.
Надо же. Когда не капризничает, похожа на милую девушку. Вот бы всегда такой была.
– Оливия, – тоже улыбнулась я.
– Я слышала вашу ссору, – Мириэль грустно посмотрела на меня.
– Мне кажется, её не слышал только глухой.
Эльфийка поравнялась с нами, и мы не спеша пошли в крыло невест.
– Мне жаль, что Его Величество и герцог Коннел так сказали.
Не только они.
– Не верю, что они отчитали меня за какую-то вилку, – недовольно буркнула я, не сказав ничего про Рейнарда. Мало ли, советник услышит. Как говорится, помяни чёрта, он и явится.
– Мне тоже показалось это немного нелепым… Я считаю, что это не ваша вина. Драконий этикет вам знать не обязательно. Его ведь почти никто из иноземных невест не знает!
– Тогда зачем нужно было устраивать такое?
– Думаю, они специально. – Мириэль обвела нас с Катрионой внимательным взглядом. – Я ни разу не видела, чтобы император или первый советник вели себя так неподобающе. Но с герцога Коннела станется. Он помощник при дворе, важная шишка и омерзительный дракон.
Значит, всё-таки спектакль устроили. Только непонятно, почему та драконица мне об этом сказала. Пожалела?
– Ты знаешь императора и остальных? Встречала их раньше? – восхищённо спросила Катриона. Я навострила уши.
– Да. У эльфов с драконами торговый мир, а мой отец тесно сотрудничает с императорским двором. Я была на ежегодном балу и на нескольких званых ужинах.
– Ого-о, – завистливо протянула принцесса.
– Каким был император? И советник, – спросила я невзначай.
Мы сбились с пути, перестав идти за остальными невестами, и вышли в колонный зал. Дорогу от трапезной до своих покоев я запомнила, но всё же решила довериться Мириэль. Она шла уверенно, подтверждая, что была во дворце не раз.
– Как сказать… Они были сдержанными. Император любезничал со всеми гостями. Никого не принижал! А герцог Эстанвиль спокойно вёл переговоры. Хотя его поведение не особо отличалось от того, что было на сегодняшнем вечере.
Не удивлена. Как есть ледышка.
– Почему же с нами чешуй… кхм, драконы совсем не любезничали?
– Я полагаю, они просто хотят, чтобы вы в скором времени покинули империю.
– Мы и так собирались сделать это в скором времени, – пробормотала я тише, ловя возмущённый взгляд Катрионы.
Так. Пусть даже не заикается о том, что хочет остаться! Принцессу, кажется, ничему не научил званый ужин.
Мы поднялись на этаж невест, и я неосознанно прибавила шаг к своим покоям, но запнулась, услышав предложение эльфийки.
– Не хотите погостить у меня? Мне тут скучно. С дриадой и фейри не пообщаешься, они какие-то зашуганные и вялые. А драконицы себе на уме. Есть среди них нормальные, но они придерживаются официоза.
Голос у Мириэль был жалобный, даже умоляющий. И смотрела она с надеждой.
Я задумчиво кинула взгляд в окно, на непроглядную темень. Люстры в коридоре горели слабо, оповещая о том, что близится ночь. Я была не против ещё немного побеседовать с эльфийкой, она казалась приятной. Но сейчас мне просто хотелось спать.
Мириэль, будто прочитав мои мысли, поспешила заверить:
– Я понимаю, что сейчас поздно, но завтра мы вряд ли сможем поговорить. Начнётся первое испытание.
– Мы с радостью примем приглашение, – довольно кивнула принцесса, и мне не осталось ничего другого, кроме как согласиться.
Впрочем, я бы и сама, скорее всего, согласилась. Трудно отказать дружелюбной эльфийке, когда она единственная пошла нам навстречу. Эльфы сами по себе народ мирный, спокойный и не любит скандалов.
Пока я смотрела, как девушка открывает дверь в свои покои, я вспомнила её слова про завтрашний день.
– Мириэль, ты, случайно, не знаешь, в чём будет заключаться испытание?
– Ну-у-у… вообще это хранится в тайне, но на одном из приёмов я слышала разговор герцогини Савейи. Она ведь распорядительница и всё про него знает… – Эльфийка чуть потупилась, посмотрев по сторонам. – Давайте мы лучше зайдём в комнаты. В коридоре рассказывать не хочется.
Она пропустила нас внутрь, щёлкнула пальцами, включая светильники, и я замерла.
Абсолютно обычная гостиная без тонны золота, в отличие от наших с Катрионой покоев, где каждый предмет блестел, сиял и переливался.
Мы с принцессой изумлённо переглянулись, подумав об одном и том же.
– Мириэль, ты не просила поменять свои покои? Тебе сразу их предоставили? – кисло спросила я.
– Сразу, – растерянно ответила эльфийка, присаживаясь на пуфик. – Что-то не так?
– В наших комнатах всё немного…
– Всё золотое, да? – сразу догадалась Мириэль.
Я удручённо кивнула, а принцесса лишь неопределённо пожала плечами. Её Высочество полностью устраивал такой шик.
– Теперь я ещё больше уверена, что на ужине к вам специально цеплялись. Драконы любят золото, но не до такой степени. Они не помешаны на нём, – эльфийка с грустью посмотрела на Катриону, ободряюще похлопав её по плечу. – Вас очень сильно хотят убрать с отбора.
Я знала это ещё по дороге в Аргарион.
– Как связана куча золота с тем, что они хотят нас убрать? Будь это не драконья империя, я бы подумала, что так пытаются встречать важных персон.
– В некоторых империях ходят слухи о том, что Невилания, эм… очень бедна, – замялась Мириэль, виновато посмотрев на нас. – Возможно, вам хотят показать, что вы тут не к месту. В смысле, не подходите обстановке или…
– Или людишкам из обедневшего королевства не место в золотом и процветающем Аргарионе, – закончила я.
Мириэль угукнула, покивав головой, а вот Катриона расстроилась уж слишком сильно. Принцесса и так после ужина растеряла свою болтливость, но сейчас совсем поникла, опустив взгляд на хрупкие ладошки и тяжело вздохнув.
Это никуда не годится. Нужно поговорить с этим комнатным цветочком и объяснить, что книжный мир отличается от действительности. Она слишком замечталась о благородных драконах. Пора уже понять, что реальность намного суровее.
– Что там насчёт испытания? – сменила я тему.
– Ой, чуть не забыла. Первым испытанием должна быть проверка на чистоту.
– Чистоту? – не поняла я, на секунду задумавшись. – Невинность?!
– Да.
Катриона оторвалась от разглядывания своих рук, вскинула голову и смутилась.
– Хочешь сказать, драконам нравятся девственницы? – скептически посмотрела я на Мириэль.
– Не драконам, – она тоже начала розоветь. – Императору.
Я хотела съехидничать, но вовремя вспомнила, что браки в высшем обществе имеют ряд особенностей. Девушка, если она в первый раз выходит замуж, обязана быть невинной. Её целомудрие никак не влияет ни на брачную церемонию, ни на последующую судьбу пары, но моральная сторона вопроса всё усложняет. Это традиция. Устаревшая традиция, которой кичится знатное общество.
Я тоже раньше старалась следовать традициям. Даже несмотря на то что они мне не нравились, я всегда делала всё возможное, чтобы не опозорить родителей перед другими аристократами. Не упасть в грязь лицом. Но потом поняла, что не хочу такой жизни. Не хочу выходить замуж в восемнадцать, не хочу читать книжки о том, как быть примерной леди и угождать мужчинам, не хочу жертвовать своей магией ради кольца на пальце и роли безвольной жёнушки. Родители тоже осознали, что не получится из меня благочестивой девушки, поэтому позволили учиться. До сих пор благодарна им за это.
Учёба очень удачно изменила мою графскую сущность. В Королевскую Академию брали всех, кто владел магией, – независимо от того, граф ты, герцог или обычный человек без титула. Все равны, ни у кого нет привилегий. Только полная свобода от высшего общества, никаких правил. Поэтому я совсем отдалилась от пышных балов, торжественных приёмов и дворцового этикета. И ни капельки об этом не жалею.
Выйдя из задумчивости, я медленно повернулась к Катрионе. Восемнадцать лет, наследница короны, живёт во дворце с кучей камеристок. Первое испытание она пройдёт точно, знач… Стоп. Моя прекрасная встреча с коридорной ящерицей. Как же я могла забыть про неё.
Во время нашего разговора, если его можно так назвать, Аверилл весьма уверенно заявила, что принцесса испытание не пройдёт. И реакция на мой вопрос «Почему?» была довольно-таки странной. Неужели не соврала? Драконы действительно пойдут на обман?
– Я невинна! – возмутилась принцесса, неверно растолковав мой взгляд, и ещё сильнее покраснела.
– Успокойся, я не сомневалась.
Но насчёт того, что Катриона действительно не пройдёт испытание, отчего-то была уверена. Аверилл занимает не последнее место при дворе. Судя по её приближённости к императорской семье, она вполне могла узнать о некоторых планах. Возможно, даже от Савейи.
– Если невеста не проходит испытание, духи снимают с неё метку?
– Почти. Отец рассказывал, что метку снимают не только они, но и сам император. Там двойная процедура.
– Но её же ставили именно духи, – недоумённо ответила я и обратилась к подопечной: – Катриона, у тебя метка появилась внезапно?
– Да. Ложилась спать без неё, а проснулась уже с этой татуировкой, – она подняла руку и показала замысловатый рисунок.
И как Бертранд будет её снимать?
– Духи-прародители тесно связаны с императорской династией, – терпеливо начала Мириэль, увидев мой озадаченный взгляд. – Они могут общаться с теми, в ком есть хоть капля наследной крови. Но если император может к ним обратиться в любое время через ритуал, то… ну, например, герцогиня Савейя говорит с ними только в пик их активности. То есть во время отбора.
– Герцогиня Савейя? В ней императорская кровь? – заинтересованно спросила принцесса, подавшись вперёд.
– Она принадлежит к императорской семье. Дальняя родственница. Я уже и не знаю, из какой она ветки.
Неожиданно. Но логично. Кому, как не родственнице, хоть и дальней, доверить проведение отбора? И тайны не придётся раскрывать непросвещённым.
– Так почему всё-таки метку снимают не духи?
– Там очень сложная процедура, – нахмурилась Мириэль. – Сначала император с помощью ритуала активирует прошение на снятие метки, а потом уже духи её окончательно «стирают». Драконы-прародители перенаправляют силы, полученные со снятой метки, на остальных избранниц.
– Замкнутый круг какой-то, – пробормотала я. – Мне рассказывали, что если с невесты снимут знак избранницы против воли духов, то его сила обрушится на драконов. Но, судя по твоим словам, духи вообще никак не противятся снятию. Император просто проводит ритуал и они соглашаются? У них семь пятниц на неделе?
Мириэль тихо засмеялась.
– Тут всё решает время снятия. Если до отбора – значит, кара прародителей обрушится на Аргарион. Если после, то нет. Для духов главное, чтобы невеста приехала на отбор. Именно поэтому перед первым испытанием все девушки должны предстать перед ними.
– Каким образом?
– Этого я не знаю. Отец интересовался у Савейи вскользь и поведал немногое.
Голова сейчас взорвётся от того, что у них тут происходит.
– Мириэль, а духи выглядят как реальные драконы? – полюбопытствовала Катриона. – Я имею в виду, они как привидения?
Тоже интересно. В какой форме они вообще проявляются?
– Честно говоря, я не знаю. Это известно только тем, кто с ними общается. То есть императорской семье.
– Понятно, – вздохнула принцесса.
– Кстати, я совсем забыла предложить вам чаю, но, думаю, сейчас слишком поздно, чтобы звать слуг, – Мириэль застенчиво показала на небольшие настенные часы.
И правда, почти десять вечера.
– Не стоит. У меня плохое послевкусие после той дряни на ужине, – заверила я и скривилась, вспомнив чудесный зелёный салат.
– У меня тоже, – Катриона выразительно поморщилась.
– Ах, это тижма. Растение такое. Его используют в основном в лечебных целях. Оно очень хорошо очищает организм, но только в свежем виде. Тижма, сорванная больше недели назад, может быть ядовита. Помню я один случай в детстве, когда…
Мы ещё немного посидели у Мириэль, поболтали о разной чепухе, а когда на часах перевалило за десять, отправились к себе.
Я хотела спать. Скинуть с себя платье, снять неудобные туфли и лечь в тёплую постель, зарывшись в мягкое одеяло. Но пришлось ещё час ставить защиту на комнаты принцессы.
В свои покои я попала уже заполночь, донельзя уставшая, выжатая как лимон. Но сон, как назло, не шёл из-за роя надоедливых вопросов в голове, который жужжал, гудел, свистел, не давая уснуть. Действительно ли драконы подменят результаты испытания Катрионы? Готовы ли они идти на такие жертвы? Это же, по сути, тоже против воли духов. Обман. Или нет? Не знаю, что там за прародители, может, привидения, а может, что-то бесформенное, лишь наделяющее силой, но оставят ли они без внимания такой манёвр?
Изнурённый организм в конце концов пересилил, и я провалилась в крепкий сон.

Глава 6

– Ливи, я так волнуюсь! – Принцесса ходила по гостиной из угла в угол, размахивая руками.
Мельница королевская. Умудрилась же притащиться в такую рань! Разве принцессам не положено спать до двенадцати дня и принимать поздний завтрак в постель?
Я сидела на мягком диване, поджав под себя ноги, и протяжно зевала. К моему огромному сожалению, сегодня меня разбудило не приветливое солнышко, как почти всех героинь женских романов, а громкий топот за дверью.
Слуги всё утро куда-то бегали, что-то носили, кричали, шумели. Ещё и невесты мельтешили туда-сюда, будто ужаленные. К испытанию готовились. Хотя что к нему готовиться? Ни платье выбирать, ни марафет наводить не нужно – всем избранницам выдали белый бесформенный балахон с балетками того же цвета.
Катриона тоже хороша, вскочила ни свет ни заря и первым делом понеслась ко мне, чтобы своей болтовнёй, охами, ахами, вздохами добить окончательно.
– Ливи, я знаю, что пройду испытание, но так страшно! Вдруг что-то пойдёт не так? Вдруг они ошибутся? Вдруг неправильно определят?
Протяжно зевать я перестала и внимательно посмотрела на подопечную. Сказать правду? Или оставить как есть?
Нет, определённо нужно рассказать. Иначе только хуже будет.
– Катриона, присядь, – похлопала я рядом с собой.
Она вопросительно на меня уставилась и осторожно опустилась на диван.
– Не буду ходить вокруг да около. – Я замолчала, подбирая нужные слова, но всё же решила рубить с плеча. – Ты действительно можешь не пройти испытание. Вернее, я почти уверена, что не пройдёшь.
Принцесса подарила мне оторопевший взгляд и недоумённое выражение лица.
– То есть как это не пройду? Почему? Я же говорю, что я невин…
– Катриона, выслушай меня, пожалуйста. Не перебивай.
Она нахохлилась, как воробушек, но покорно промолчала, кинув в мою сторону негодующий взгляд.
На разговор я потратила минут двадцать: раскладывала ей всё по полочкам, объясняла, что да как, да почему, умолчав лишь про Аверилл. А в ответ получила истерику.
– Почему ты думаешь, что они опустятся до такого? Это же унизительно! – Катриона вскочила, повышая голос до визгливых ноток. – Ты всех драконов считаешь изверг…
– Успокойся! – прикрикнула я не терпящим возражений тоном. – Сядь и услышь меня наконец!
Удивительно, но подействовало – подопечная возвратилась на место.
– Я не желаю тебе зла, наоборот, пытаюсь помочь. Неужели ты не поняла, как драконы относятся к нам? Катриона, они открыто унизили тебя. Они придрались к столовым приборам! Ты хоть раз видела, чтобы при дворе твоего отца делали подобное? Первое испытание не зависит ни от твоих физических, ни от умственных, ни от творческих и других способностей. Результат можно легко подменить, а мы ничего доказать не сможем.
– Я действительно не пройду? – принцесса шмыгнула носом часто-часто захлопала пушистыми ресничками и, кажется, приготовилась плакать.
Ну конечно. Без слёз никуда.
– Катриона, неужели тебе так важен этот отбор?
В ответ утвердительно закивали.
– Почему?
Теперь она поджала губы и покачала головой, показывая, что ничегошеньки не расскажет.
– Как знаешь, но мой тебе совет. Вытри слёзы, умойся и пройди испытание с гордо поднятой головой. Ты принцесса. Твой титул выше, чем у всех присутствующих здесь невест. Так покажи им, что Её Королевскому Высочеству не нужны какие-то отборы. Договорились?
Снова лёгкий кивок на пару с доверчивым взглядом. Вот и порешили.
Первое испытание проходило в очередном огромном зале, интерьер которого больше походил на убранство храма. Витражные высокие окна, мраморные белоснежные колонны, разместившиеся по периметру, золотой алтарь, занимающий одну четвёртую помещения, и сотни свечей.
Но меня поразило другое.
Лишь только войдя, я почувствовала эхо странной призрачной магии, которая каждую секунду словно пыталась тебя коснуться, заглянуть в самую суть, согреть, приласкать, разлить тепло по венам.
В центре стояла массивная огненная арка, напоминающая портал. Жаркое пламя вздымалось ввысь почти до потолка, искрилось, изгибалось, звало к себе. В нём было что-то особенное, неуловимое. Будто огонь был живым.
Не только я заметила это, остальные девушки тоже смотрели на всё с восхищением.
– Дорогие избранницы, – пронзительный голос Савейи разлетелся по помещению. – Перед вами светлейший огонь, контролируемый великими духами прародителей.
Стойте, так это и есть то самое представление невест духам, о котором говорила Мириэль? Не думала, что оно будет настолько буквальным.
Возле огненной арки вскоре появились жрецы в оранжевых мантиях, а к герцогине Ла Фрейн подошли император и первый советник.
Последний, в отличие от приветствовавшего всех Бертранда, был слишком хмур, холоден, руки напряжены и спрятаны за спиной, грудь размеренно вздымается. Рейнард стоял, изображая скалу. И с глазами такими, что взгляд оторвать невозможно. Они будто отражают светлейший огонь – горят, пылают, взрываясь яркими алыми всполохами.
Это удивительно. И очень странно.
И вообще, почему я смотрю на эту ледышку?!
– Прежде чем отбор начнётся официально, каждая невеста должна пройти через арку, подтверждая свой статус избранницы.
По рядам девушек прошёл испуганный ропот.
Понимаю, взять и добровольно зайти в настоящий огонь – уже слишком. Даже если им управляют духи и он вроде как безобидный.
Я стояла с остальными компаньонками в стороне, почти возле стены, и неотрывно наблюдала за процессом. Церемония прошла довольно быстро. Невесты, осознав, что пути назад нет, подходили к порталу, тяжело вздыхали и делали шаг. Только несколько дракониц и храбрившаяся Мириэль заходили в огонь с высоко поднятой головой. На выходе метка на руке избранницы начинала сиять красным, подтверждая её участие в отборе.
Когда прошла последняя невеста, огонь стал не просто пылать, он взмыл ввысь, ударяясь в потолок, окрасился в багровый цвет и просто исчез.
Восхитительное зрелище. Даже находясь достаточно далеко от арки, я почувствовала эхо огненной магии духов-прародителей. Настолько сильное, что его тепло пробрало до глубины души. Понятно, почему драконы беспрекословно чтят волю духов. Их могущество неизмеримо.
После того как пламя исчезло, местные жрецы взяли бразды правления в свои руки и начали первое испытание. Скажу честно, часть с церемонией представления понравилась мне намного больше.
Невесты чересчур медленно проходили сквозь арку, ту самую, которая совсем недавно пылала огнём. Теперь она была сверху донизу исписана рунами. В большинстве случаев они вспыхивали белым светом, означающим, что девушка невинна.
Только один раз из-за незнакомой драконицы магические руны загорелись красным – порочным цветом, но обошлось без скандалов. Надеюсь, Катриона в случае чего тоже не подведёт.
Принцессу я старалась не выпускать из вида ни на секунду. Она была в ряду примерно двадцатая по счёту, но личности, стоявшие за ней, мне категорически не нравились. Та самая блондинка со своей рыжей подружкой, которые хихикали над нами во время званого ужина, и Аверилл.
Крылатые всё время перешёптывались, смотрели принцессе в спину. И оказалось, не просто так.
Сложив руки на груди, я облокотилась на холодную мраморную колонну и с интересом наблюдала, как драконицы непозволительно близко от Катрионы магичат какую-то оранжевую сферу. Причём делают это не скрываясь, но, кроме меня, их действий почему-то никто не замечал.
Удар в спину – это подло и непростительно. Проучить ящерок точно стоит.
Я сфокусировалась на скандалистках, слегка пошевелила пальцами, сплетая любимейшее заклинание, и расплылась в довольной улыбке.
Через несколько секунд в зале раздался слаженный крик.
Три ящерки, в числе которых была обожаемая мной Аверилл, удивлённо взвизгивая, начали прыгать, топтаться, будто что-то отплясывая, и трясти в воздухе руками.
«Дьявольские пляски» – известная каждому адепту магическая шутка. Заклинание самое простое для наведения, но трудное для снятия, потому как, чтобы нейтрализовать его, нужно сконцентрироваться на своей силе. А как тут сконцентрируешься, когда приходится причудливо скакать по полу, выдавая «изящные» па?
Остальные невесты недоумённо, даже испуганно смотрели на развернувшееся шоу, императорская семья стояла в растерянности, герцогиня Ла Фрей недовольно окрикивала танцующих, наказывая вести себя подобающе, а первый советник сканировал зал.
Очень злой первый советник очень пристально сканировал зал.
Ну уж нет! Себя я не раскрою.
Я прекратила смеяться, приподняла бровь и растерянно посмотрела на прыгающих девушек. Ещё и головой покачала, мол, какое необычное поведение, и я вот к нему не имею совершенно никакого отношения.
Драконицы плясали добрых пять минут. Мало, конечно, но зато эффективно. Троица после своего блестящего выступления больше Катриону не трогала. Вообще притихла и потупилась под гневными взглядами Савейи.
Когда безумные танцы закончились, священники возобновили проверку. Невесты снова начали проходить испытание с той же черепашьей скоростью. От продолжительного ожидания у меня затекли ноги и пришлось прижаться к колонне, почти повиснув на ней. В какой-то момент я даже начала дремать, пока мой покой бесцеремонно не нарушили.
– Леди Шэролл, вам не рассказывали, что нападение на аристократию в Аргарионе карается темницей?
Сердце ушло в пятки от знакомого низкого с хрипотцой голоса. Ледяного голоса.
– О чём вы, герцог Эстанвиль? – притворно удивилась я, скосив глаза на советника.
Откуда узнал? Ведь я точно видела, что он даже не посмотрел в мою сторону, – просто беглым взглядом окинул периметр. Да и заклинание моё было незаметным, я его аккуратно сплела. Годы тренировки!
– Бросьте, леди Шэролл, – Рейнард приблизился, вставая рядом. – Вы прекрасно понимаете, что я имею в виду.
– Ошибаетесь.
Сбоку многозначительно хмыкнули, словно знали, что я отвечу именно так.
С огромным усилием мне удалось удержать взгляд на Катрионе и не повернуться к возвышающемуся надо мной мужчине. Боковым зрением видела, что тот сканирует меня чересчур внимательно, пристально. Будто в душу заглянуть пытается.
– Произошедший с невестами казус – ваших рук дело, – тон советника уверенный, строгий.
Какой вы прямолинейный, герцог. Аж тошно стало.
Не буду ему отвечать.
– Может, вы соизволите посмотреть на меня? Не обращать на собеседника внимания – дурной тон, – прозвучало насмешливо.
Меня сейчас передразнили?!
Я резко повернулась, встречая пристальный, испытующий взгляд золотистых глаз.
– Вы вроде порядочный мужчина, – я оценивающе рассматривала породистое лицо. – Всегда так беседы ведёте?
– Что вы имеете в виду?
– Вы начали со мной разговор, даже не поздоровавшись. Не пожелали хорошего дня, не поинтересовались, как моё здоровье. Вы не знаете этикет приветствия? – Я нагло врала. Хорошего дня желать необязательно, как и спрашивать про здоровье.
Рейнард прищурился, разглядывая меня как занятную зверушку. Наверно, в его глазах я такой и являлась.
– Я рад вас видеть, леди Шэролл, – произнёс он как-то предвкушающе и в следующую секунду осторожно взял мою ладонь.
От осторожного прикосновения горячих губ к чувствительной коже по всему телу прошла мелкая дрожь.
Я стояла в глубоком шоке и молчала. Даже пикнуть не смогла.
И пол под ногами затрясся.
– Как ваше здоровье? – прозвучало настолько иронично, что я поняла – издевается.
– Вы забыли пожелать хорошего дня, – просипела я, вырывая руку.
– Прошу простить мою невнимательность. Хорошего вам дня, графиня Шэролл.
Снова издевательский тон и шутливый поклон.
– Какую игру вы затеяли, герцог Эстанвиль? – спросила я хмуро.
Но лучше бы промолчала.
Лицо Рейнарда ужесточились, снова принимая свой холодно-непроницаемый вид, голос огрубел, глаза потемнели, окрашиваясь в цвет раскалённой меди. Точно так же, как на церемонии представления.
– Вчера вы показались мне весьма догадливой девушкой. Подумайте получше, графиня.
Да, я догадливая девушка. Но понять, что вы хотите, герцог, невозможно!
Я не проронила ни слова, молча оглядывая ненавистного дракона. Нужно отметить, ему идёт чёрное. Но равнодушное выражение лица всё портит.
Рейнард, осознав, что не добьётся от меня никаких предположений, неодобрительно покачал головой.
– У всего есть последствия. И у ваших слов, и у ваших действий. – Он сделал шаг, оказываясь непозволительно близко. – Повторяю вопрос. Что вы сделали леди Делиринь, леди Роук и герцогине Вальтанис?
– Ничего такого, что могло бы быть опасно, – вскипела я, вскидывая голову. – Они заслужили.
– Заслужили?
– Вы точно первый советник? Как смогли занять такую серьёзную должность, если настолько невнимательны к тому, что происходит вокруг? Или вы только на людей кидаетесь? – выпалила я и тут же прикусила язык.
Дэрриш говорил, что до добра он меня не доведёт. Кажется, доигралась.
Рейнард напрягся, и я почувствовала знакомое давление на магический фон. История со званым ужином повторялась, но теперь удушение было намного сильнее, невыносимее. До такой степени, что мне пришлось держаться из последних сил, чтобы не скатиться по колонне и не застонать от болезненных ощущений.
– Повторите, – ледяным тоном потребовал герцог.
Я помотала головой. Я жить хочу.
У советника вырвался рык. Тихий такой, угрожающий, аж до костей пробрало.
Я упрямо сцепила зубы, не отводя взгляд от метающих молнии глаз. Дракон зол. И, в отличие от вчерашнего столкновения, сейчас нас не разделяет длинный стол, заставленный бокалами и тарелками.
Если мне захотят свернуть шею, я ничего не смогу сделать.
– Послушай меня, девочка, – проникновенно начал Рейнард, наклоняясь ко мне. – Не испытывай моё терпение, если не готова столкнуться с последствиями.
И ушёл.
Молниеносно развернулся и твёрдым шагом направился в сторону императора.
Какая я тебе девочка?!
Я глубоко задышала, пытаясь прийти в себя и вернуть самообладание. Не хватало ещё прямо здесь всю злость выплеснуть. Пусть и очень хотелось.
Наглый, самодовольный, грубый, бесчувственный, циничный придурок!
Мне нужно срочно остыть. Уйти куда-то и дать волю эмоциям – всему, что я пережила с того момента, как приехала в Аргарион. Начиная от долгой изматывающей дороги в эту чёртову империю, заканчивая бесчувственной ледышкой с его раздражающей магией. Чтобы без драконов поблизости, без Катрион… Всевышний, я совсем забыла о принцессе!
Растеряв всё недовольство, я взволнованно отыскала взглядом подопечную, отмечая, что большая часть невест уже прошла арку, и облегчённо выдохнула.
Катриона стояла пятой в очереди, бросая на меня недоумённые, испуганные взгляды. На меня вообще все бросали взгляды: невесты, жрецы, Бертранд со смотрителями.
Ну и пусть. Пусть смотрят. Только нужно взять себя в руки, Оливия. Ты стала слишком вспыльчивой.
Облокотившись на ставшую уже такой родной колонну, я сцепила ладони в замок за спиной и несколько раз глубоко вздохнула. Так и стояла, ни о чём не думая, ничего не замечая, пока не настала очередь Катрионы.
Принцесса неуверенным шагом зашла в злосчастную арку, постоянно оглядываясь на меня, а жрецы, размахивая руками, начали проверку. Долгие минуты ожидания длились, казалось, вечность. Драконы сосредоточенно проводили ритуал, Катриона стояла без единого движения с неестественно прямой спиной и немигающим взглядом.
Через несколько мгновений руны загорелись ярко-красным. Раскатистый голос выдал в унисон с моими мыслями:
– Порочна!
Со стороны невест послышались смешки, и я с усилием сжала руки в кулаки, чтобы не поотрывать ящерицам их невидимые крылья.
Катриона опустила голову, закрывая волосами лицо, но, вопреки моим опасениям, не разревелась, а медленно подошла к остальным избранницам и подняла на меня блестящие от невыплаканных слёз глаза.
Умница.
Я на секунду прикрыла веки, чувствуя маленькую гордость за подопечную, затем широко улыбнулась и подняла большой палец вверх.
Жрецы, увидевшие одобрительный жест, поперхнулись. Да и не только они.
А что вы хотели, друзья мои? Вот такие сейчас нравы. Нецеломудренные.

Глава 7

– И сколько она уже так?
– Один час.
Но по ощущениям, целую вечность.
– Без остановки?
Я обернулась на Катриону и тяжело вздохнула.
– Да.
Как я тогда сказала? «Горжусь своей подопечной»? Сейчас уже не очень.
Катриона держалась молодцом на первом испытании. Не реагировала на насмешки, с улыбкой слушала мою похвалу, с поднятой головой дошла до своих покоев – и заревела.
Это было настолько неожиданно и резко, что в первый момент я растерялась, застыв прямо на пороге. А принцесса ревела знатно, с чувством, с эмоциями, навзрыд.
Пришлось накладывать полог тишины, чтобы никто не услышал этих завываний. Даже когда нас зашла проведать Мириэль, подопечная не отвлеклась от своего занятия.
– Ну Катриона, – ласково произнесла эльфийка, поглаживая сидевшую на диване принцессу. – Ну перестань, что ты. Это же не конец жизни! А тому, кто это сделал, всё аукнется. Кстати, кто это сделал? – спросила Мириэль, поворачиваясь ко мне. Эльфийку уже просвятили, что результат испытания поддельный. – Те драконицы, которых ты танцевать заставила?
– Нет, вряд ли, – я развеселилась, вспоминая инцидент. – У них сил едва ли хватит на нормальное заклинание. Я почти не чувствую их магический фон, поэтому сдаётся мне, это дело рук тех, кто повыше, – я потыкала пальцем в потолок.
– Подожди, хочешь сказать, что герцогиня Ла Фрей и… – эльфийка запнулась, красноречиво посмотрев на меня.
Я кивнула.
– Да, император и Ледышка.
– Лед… ледышка?
Ой, оговорилась.
– Герцог Эстанвиль, – замешкавшись, объяснила я.
– Ты называешь первого советника ледышкой? – воскликнула Мириэль, отвлекаясь от Катрионы.
И столько возмущения в голосе, словно я его чем похуже обозвала.
– Да. Только не спрашивай почему. Это оправданно.
Принцесса перестала хныкать и странно на меня посмотрела, вытирая влажные от слёз щёки.
Не понимаю, что такого в прозвище? Он сам его заслужил. А вещи… в смысле, люде… в смысле, драконов нужно называть своими именами.
– Осторожнее с этим, Оливия. Я слышала, почти все при дворе всерьёз опасаются герцога. Только император с ним может фамильярничать, – хмуро посоветовала Мириэль. – Когда я была на приёмах, наслушалась всякого. Некоторые говорят, что у него жёсткий нрав. Он не терпит предателей, наглецов, трусов, подхалимов… да многих не терпит. А ещё его обязанности как первого советника очень масштабны. Он не просто замещает Его Величество, но и заведует внешними связями, внутренним устройством империи. Говорят, ему эрши – императорская армия – подчиняются беспрекословно. Так что ты бы поаккуратнее с ним. Не нарывайся, Ливи, у него слишком много полномочий. Вдруг отомстит.
Н-да. Угораздило же меня именно с ним лбом столкнуться. Но это странно, что у обычного советника, пусть даже и первого, столько власти в руках. В Невилании первый советник занимается делами внутри королевства. И то в его правах – только помогать Его Величеству Тириану.
Впрочем, не важно. Меня это волновать не должно. Ни сейчас, ни когда-нибудь ещё.
– Уже нет смысла осторожничать. Сегодня метку сниму… – начала я, не подумав, и хлопнула себя по лбу.
Притихшая Катриона завыла с новой силой, и эльфийка опять кинулись успокаивать её. А я понуро стояла, наблюдая, как пол в моей гостиной превращается в одну большую лужу.
После двадцати минут беспрерывного проливания слёз было решено напоить Катриону успокоительным и отправить спать. Я навела слабый магический сон на принцессу и закрыла в спальне, а сама с Мириэль осталась в гостиной.
– Ты уверена, что императорская семья виновата? – спросила девушка, разливая ароматный цветочный чай по фарфоровым чашкам.
– Я ни в чём не уверена. Но сделала выводы из увиденного. – я отложила печенье на тарелку и повернулась к эльфийке. – Когда в самом начале одна драконица не прошла испытание, все удивились. Кроме Ледышки, естественно. Хотя Бертранд тоже эмоции особо не показывал, а вот Савейя и смотрители были в шоке. И это ещё мягко говоря, – сказала я, вспоминая выражение лица распорядительницы. Она явно не ожидала такого исхода от невесты своей расы, даже не сразу взяла себя в руки.
– В какой-то степени это логично. Нравы драконов из высшего общества немногим отличаются от наших, эльфийских, и, полагаю, от ваших тоже, – ответила Мириэль, задумываясь. – Они тоже чтят чистоту молодых девушек, особенно приближённых ко двору. А та драконица как раз-таки была одной из таких. Может, поэтому все удивились?
– Тоже вероятно, но когда огласили результат Катрионы, ни у распорядительницы, ни у остальных и мускул не дрогнул. А ещё я видела ехидное лицо Освальда. – я передернулась, вспоминая мерзкого ящера.
– Герцог Коннел ужасный тип, – согласно скривилась Мириэль.
– В общем, я не могу быть до конца уверенной, но и отрицать очевидное нет смысла.
– М-да уж.
Мы на минуту замолчали, думая каждая о своём. У меня уже долгое время в голове вертелся вопрос, в чём причина подобной неприязни драконов к людям. В истории, к сожалению, умалчивается многое. Какой бы учебник, какую бы книгу я ни брала, везде «напряжённые отношения между расами установились из-за распрей в прошлом». А какие распри, что случилось в этом прошлом – неизвестно.
Если подумать, испытаний на отборе достаточно. Невесты обсуждали, что будут проверки на выносливость, на смекалку, на смелость и прочие. Катриона вполне могла бы вылететь ещё в начале отбора, самостоятельно и честно. Зачем нужно было проворачивать такой обман уже на первом испытании? Не могу понять. Да, наверно, и никогда не пойму.
Завтра мы отправимся в Невиланию, и у меня появятся другие заботы. Например, как пережить ещё одиннадцать дней в карете с Её Высочеством.
– Мириэль, знаешь, во сколько будут снимать метку Катрионе? – спросила я эльфийку.
– Знаю лишь то, что ритуал собираются провести вечером.
Я понятливо угукнула. Надеюсь, все пройдёт хорошо.
Через несколько часов после нашей беседы за Катрионой пришла Савейя. Вид при этом у неё был такой счастливый, будто на праздник собирается.
– Леди Шэролл, вы фрейлина Её Высочества или няня? – с насмешкой спросила распорядительница, увидев, что я следую за Катрионой.
– А вы распорядительница отбора или наша знакомая?
– Что за странный вопрос?
– Не страннее вашего, – объективно резюмировала я. – Вы не наша знакомая, поэтому моё положение вас никак не касается.
– Вы достаточно самоуверенны и прямолинейны для графини, – оглянулась на меня Савейя. – Я бы на вашем месте не стала дерзить вышестоящим господам.
– Вы никогда не будете на моём месте, Ваша Светлость. Не тешьте себя напрасными надеждами.
Катриона недовольно дёрнула меня за рукав, кивнув в сторону идущей впереди герцогини.
Ну а что? Какой привет, такой и ответ. Не могу я держать язык за зубами. Это врождённая особенность. Или патология – смотря с какой стороны посмотреть.
От Савейи послышался отчётливый скрежет зубов, и больше она не проронила ни слова. Боюсь, меня занесли в пожизненный чёрный список.
Позже к нам присоединилась другая драконица, не прошедшая испытание, и мы вместе отправились в уже знакомый зал. Крылатая, на пару с Катрионой, была тише воды ниже травы. Не проронила ни слова и шла, опустив голову. Видимо, на ней тоже сильно сказался результат.
Нас встретили Бертранд и Рейнард, стоящие возле арки, а также смотрители с безумно доброжелательным оскалом.
Благо никто ничего не сказал. Ни приветствия, ни упрека. Лишь Бертранд обмолвился о том, что жалеет о потере таких прекрасных, замечательных, и ещё куча эпитетов, невест.
Ритуал призыва духов на этот раз проводился без жрецов. Император и первый советник вплетали магию в руны арки, и если Его Величество отчего-то хмурился, то герцог Эстанвиль был, как обычно, беспристрастен.
– Ливи, Мириэль говорила, что мою метку сначала будет снимать император, – взволнованно пролепетала Катриона, снова дёргая меня за рукав. – Я не знаю, как смотреть ему в глаза после случившегося.
– Никак, – беззаботно ответила я, наблюдая за ритуалом. – Ты ничего плохого не сделала. Не хочешь смотреть в глаза – не смотри. Главное – не начни плакать. Куда делась та упрямая принцесса, которая ехала со мной в карете?
Я хотела взять принцессу под руку, но дёрнулась от внезапного оглушающего шума взмывшего к потолку пламени. Светлейший огонь вернулся, и чувства, испытываемые с утра, повторились. Но на этот раз всё было немного по-другому. Присутствие духов сильнее ощущалось в воздухе, магия покалывала кожу и забиралась в лёгкие вместе с приятным жаром.
Как же Бертранд говорит с ними? И чувствует ли он то же самое?
Первой к арке направилась драконица. Она на ватных ногах подошла к императору и протянула дрожащую руку. Бертранд накрыл метку ладонью, из-под которой вскоре появилось оранжевое свечение, постоял так минуты три и одобрительно кивнул. После невесту отвели к Рейнарду, стоявшему возле входа в арку. Несколько шагов, слабо вспыхивающее пламя, и девушка выходит с другой стороны, демонстрируя Савейе чистую руку. Без татуировки.
Сбоку рвано вздохнула Катриона, и мне пришлось аккуратно сжать её ладонь, чтобы успокоить хоть немного.
– Ваше Высочество, прошу, – позвала распорядительница.
– Ничего не бойся, – шепнула я принцессе, улыбнувшись.
Недавние манипуляции повторились. Император безмолвно снимал метку, Катриону чуть потряхивало, но уже не сильно. Всё шло хорошо, пока я не услышала противный знакомый голос:
– Не удивлён. Люди всегда славились своей безнравственностью.
– Каждая раса не без греха, герцог Коннел, – мрачно ответила я, желая сбежать от него в другой конец зала.
Мужчина встал рядом, одним своим присутствием нагнетая атмосферу. От него веяло чем-то неприятным, удушающим, тошнотворным. Или я уже сама себя накручивала.
– Вот уж не думаю, – хмыкнул ящер. – Какой же у драконов грех? Вы настолько смелы, чтобы судить о нашей расе?
– Вы же осмелились судить о моей, – не осталась я в долгу.
– Вы тут всего пару дней. За такое время никто выводов не делает, – жёстко ответил Освальд.
– Позвольте, для какого-то вывода требуется время, для другого хватит и одного дня.
Катриона всё ещё стояла подле императора, нервно подёргивая свободной рукой. Что-то они долго.
– И какой же вывод вы сделали о драконах? – едко спросил ящер, вперив в меня негодующий взгляд. – Какой у нас грех, Оливия Шэролл?
– Ложь, – раздражённо бросила я, поворачиваясь к Освальду и оставляя без внимания его фривольное обращение ко мне. – Вы любите лгать и обманывать.
Думал, что оскорблюсь, не услышав приставку «леди»?
– Следи за языком, человечка, – зло выплюнул он.
Я не ответила, устремив взгляд в сторону остальных смотрителей.
– Я с тобой разговарив… – начал герцог, но, запнувшись, замолчал.
Договорить дракону не дал светлейший огонь. Рыжее пламя вспыхнуло, разрастаясь в масштабе вдвое, а то и втрое. Савейя испуганно воскликнула, шагнув назад, а Освальд поспешил к взволнованно переговаривающимся коллегам.
Я дёрнулась от накрывшей тело жаркой волны.
Что-то не так. С драконицей такого не было. Духов что-то разозлило?
С тревогой я перевела взгляд на принцессу… но её нигде не оказалось. Катрионы не было подле императора. Она уже зашла в этот чёртов огонь!
Молниеносно я метнулась к пламени, не обращая внимания на окрик Савейи, но меня цепко перехватили чьи-то руки.
– Успокойся, идиотка, – жёсткий голос Рейнарда прозвучал прямо над ухом, вызывая предательские мурашки. Меня крепко обхватили за талию, оттаскивая назад и удерживая от бездумного поступка. – Духи не тронут избранницу, но постороннего могут убить. О чём ты думаешь?
– О том, что я не идиотка, – прошипела я, выпутываясь из захвата, но советник только сильнее сжал ладони. – Пустите, я не убегу.
– Отпущу, если перестанете вырываться.
Я перестала, макушкой чувствуя дыхание мужчины. Сбросив минутное оцепенение, я покорно встала, неотрывно глядя на разбушевавшийся огонь. Бертранд уже подошёл к пылающей арке, с его ладони сорвались маленькие огоньки, устремившись прямиком в самое пекло.
Произошедшее дальше повергло меня в шок. Пламя взметнулось выше и выпустило точно такие же огоньки в сторону императора. Оно обожгло его!
Я снова дёрнулась, но Рейнард не дал мне двинуться с места.
– Ваша Светлость, может, вы наконец отпустите меня? – спросила я с негодованием, оглядываясь назад.
– Я вам настолько противен?
Я удивлённо замерла, не ожидав подобного вопроса.
– А вы как думаете?
– Думаю, что да, – ровно ответил советник. – Поэтому я вас и держу. Сомневаюсь, что вам хватит ума не сунуться в арку.
– Хам! – вспылила я, тряхнув головой, но сзади лишь снисходительно хмыкнули, оставляя моё возмущение без ответа.
Пару раз подёргавшись ради приличия, я вернулась к наблюдению за действами Бертранда. Всё равно из хватки Ледышки мне не выпутаться. Сжимал он крепко – ещё чуть надавит, и я захриплю от недостатка кислорода.
Император тем временем завис напротив арки, немигающим взглядом вглядываясь в пламя. Общается с прародителями? Прямо сейчас?
А Катриона-то где?!
Волнение накатило с новой силой, но чтобы действительно не сигануть в огонь самой, я решила отвлечься от арки. Посмотрела по сторонам, повернула голову в сторону смотрителей и тут же наткнулась на злой взгляд Савейи. Герцогиня с поджатыми губами взирала на меня… точнее, на нас с Рейнардом.
Я нервно вздохнула, отворачиваясь, и уставилась перед собой. Кто ей на ногу наступил? Хотя если вспомнить, как герцогиня Ла Фрейн пыталась заполучить внимание советника, ответ очевидный – драконица ревнует Ледышку.
Только к кому? Ко мне? Она, верно, с ума сошла. Впрочем, многим от ревности крышу сносит.
Пламя всё так же бушевало, и, казалось, прошла вечность, прежде чем Бертранд с хмурым видом отошёл от светлейшего огня, а из арки вышла Катриона.
Советник перестал меня удерживать, и я без промедлений рванула к принцессе.
– Катриона! – воскликнула я, хватая растерявшуюся подопечную за плечи. – Что случилось?
– В каком смысле? – непонимающе отозвалась принцесса, вперив в меня недоумённый взгляд.
– В прямом! – гаркнула я, заводясь. – Тебя не было около часа. Понимаешь? Целый час ты пробыла в этой чёртовой арке.
– Леди Шэролл, я бы попросил… – начал кто-то сзади.
– Потом попросите, – оборвала я и снова обратилась к Катрионе: – Ты не почувствовала, сколько времени прошло?
Принцесса растерянно оглянулась по сторонам и совсем потупилась под пристальными взглядами смотрителей отбора.
– Для меня всё случилось быстро, – вполголоса пробормотала она. – Я просто вошла в этот огонь и через пару мгновений вышла.
– В светлейшем огне время течёт намного быстрее, – отозвался Рейнард, подходя к императору.
А ему-то откуда это знать?
– Верно, – поддержал Бертранд. – У нас прошёл почти час, но для Её Высочества минуты три.
Император внимательно осматривал то Катриону, то арку, о чём-то размышляя.
– Всё равно почему так долго? – спросила я, поворачиваясь к императорской семье. – И что случилось с огнём?
– Разве мы должны тебе отвечать? – приподняв бровь, отозвался Рейнард.
– Разве мы переходили на «ты»?
– Подождите, – вмешалась Савейя, не давая нашему маленькому недопониманию разгореться во что-то большее. – Ритуал закончен, не будем тратить время на пустые разговоры.
Герцогиня, не взглянув на меня, бесцеремонно обратилась к Катрионе:
– К сожалению, отбор для вас закончился. Кареты уже подготовлены, но если желаете, можете переждать до утра.
Нет, всё-таки драконы – безумно гостеприимная раса. Даже уезжать сегодня расхотелось. Назло.
– Мы бы с радостью, – неуверенно пробормотала подопечная. – Вот только что делать с этим?
Принцесса, сглотнув, вынула из-за спины руку, показывая всем своё запястье и… татуировку.
Я охнула, потрясённо уставившись на замысловатый рисунок с завитушками, который светился ярким красным цветом.
Духи не сняли метку. Они её подтвердили.
– Невозможно, – поражённо прошептала герцогиня.
– Они подделали её.
– Метка фальшивая!
– Ненастоящая.
Со стороны смотрителей послышались негодующие возгласы, некоторые даже вышли вперёд, намереваясь проверить метку самостоятельно.
– Угомонитесь, – жёстко потребовал Рейнард. – Бертранд, что думаешь?
Император подошёл ближе к Катрионе и стал пристально рассматривать метку. Пару раз провёл по ней пальцами, навёл магическое сканирование и мрачно резюмировал:
– Настоящая.
Наступило гробовое молчание, а я с усилием подавила рвущееся с губ ругательство.
Принцесса неловко переступила с ноги на ногу и подвинулась ко мне. Бертранд ушёл в себя, обернувшись к погасшей арке. Все замерли.
Лишь герцог Эстанвиль мрачно взирал на меня, заставляя ёжиться, как от холода. Такой взгляд не предвещал ничего хорошего.

Глава 8

За окном наступили сумерки, но в кабинете Рейнарда Эстанвиля было светло. Роскошное, обставленное тёмной мебелью помещение с точностью описывало характер своего хозяина. Ни грамма золота, строгая планировка, высокие стеллажи с книгами, холодный свет от магических светильников – элегантно, но мрачновато.
Сам советник куда-то отлучился, и его место заняла другая головная боль, – один из офицеров, встречавший нас с принцессой на границе.
– Леди Шэролл, давайте ещё раз, – дракон, теряя терпение, метался из угла в угол, чем неимоверно раздражал. – Какое отношение вы имеете к тому, что метка осталась у Катрионы Аравийской?
Лорд Дейнек потряс рукой в сторону сидящей, как мышка, принцессы. В самом начале ей задали всего пару вопросов и после решили не трогать. Катриона была совершенно не настроена на адекватное общение – она просто вынесла эршу мозг своими всхлипами.
Я даже снова загордилась подопечной. Но заняться самодисциплиной с ней всё-таки стоит. Дух закалить, например, или даже боевой магии обучить. Потенциал у неё недурной, развить до середнячка можно.
– Оливия Шэролл! – взревел мужчина, ударяя кулаком по столу.
Катриона испуганно ойкнула и сжалась.
А ещё её нужно в нашу академию отправить. После трёх пар по боевой практике от таких резких звуков захочется разве что спать.
– Я вас слушаю, лорд Дейнек, – равнодушно ответила я, подпирая щёку ладонью. Кресла у Ледышки в кабинете удобные. Прямо в сон клонит.
– Вы так и не поняли, в какую ситуацию попали, – вздохнул дракон, прикладывая руку ко лбу.
Мне кажется или от него пар идёт? Эка знатно его служба потрепала. Нервный слишком.
– Леди Шэролл, я задал вам вопрос.
– А я уже отвечала на него шесть раз. Если вы до сих пор не смогли понять мои слова, это ваши проблемы.
– Да послушайте же вы! – снова заорал офицер. – Я имперский следователь. Мне по должности положено вопросы задавать!
– А мне по положению не положено на них отвечать. Время позднее, я девушка приличная и по ночам с незнакомыми господами не общаюсь.
Ой, у него глаз задёргался. Я разочарованно покачала головой. Вот ведь… совсем нестойкий попался. Ректор Дэрриш всегда долго держался, как скала. А этот даже часа не вытерпел.
Дальнейший выпад офицера прервал щелчок открываемой двери.
– Как продвигаются дела? – сухо спросили за спиной.
Явился.
Теперь уже я запыхтела как паровоз, желая от души наорать на Рейнарда. Это по его милости мы с принцессой торчим тут, вместо того чтобы отдыхать в своих покоях! Он даже слово вставить не дал, сразу отправил в кабинет, вызвав офицера, а сам куда-то ушёл.
– Ваша Светлость, с графиней Шэролл невозможно проводить допрос, – искренне пожаловался эрш. – Если позволите, мы будем использовать более действенные методы.
Как это более действенные?
Подобравшись, я исподлобья смотрела на дракона. Они меня пытать будут? За то, что их же духи что-то намудрили с меткой?
А не пойти бы им к чёрту?!
Ещё и Ледышка, как назло, молчит. Стоит сзади и, наверно, спину буравит. Чувствую, скоро дырку сделает.
– Не нужно. Это лишнее, – ответил Рейнард, заставив шумно выдохнуть. – Я побеседую с графиней Шэролл сам. Можешь идти.
Рано выдохнула.
– Лучше бы согласилась с предложением офицера, – тихо пробурчала я, наблюдая, как лорд Дейнек выходит из кабинета, громко хлопая дверью.
– Боюсь, вам совсем не понравятся методы имперских стражей, Оливия, – услышал моё бормотание герцог.
– Мне тоже так кажется.
– Несколько секунд назад вы сказали обратное.
– Вам послышалось, – безмятежно отозвалась я, передёрнув плечами.
Нет, всё же к тяжёлой артиллерии пусть обращаются без моего участия.
Советник ухмыльнулся, присаживаясь за стол, и внимательно посмотрел на Катриону.
– Принцесса, вы просили духов-прародителей оставить метку?
– Нет! – проблеяла она, перебирая дрожащими руками ткань платья. – Я никого ни о чём не просила. Честно!
– Не врёте, – прищурился Рейнард. Он что, ещё и ложь распознаёт? – Теперь идите в свои комнаты и дождитесь Оливию там.
Ну уж нет! Оставить подопечную без охраны – всё равно что бросить её на произвол судьбы. Хотя не знаю, за кого я боюсь больше: за Катриону, которой придётся одной идти в свои комнаты, или за себя. Остаться наедине с Ледышкой чревато плохими последствиями. Моя интуиция вопит о неприятностях. А она ещё никогда не подводила.
– Думаю, это лишнее, герцог Эстанвиль, – взбрыкнула я, но меня пригвоздили к креслу холодным взглядом.
Поняла, молчу. И молюсь, чтобы принцесса сама дала отпор.
Я не хочу оставаться с драконом одна!
– Спасибо, Ваша светлость, – пролепетала Катриона. – Но я лучше тут подожду.
– Это было не предложение, а приказ, – отчеканил Рейнард. – За дверью эрши, они вас проводят.
Даже так? Интересно, а императору он тоже может приказывать?
Советник дождался, пока растерянная Катриона выйдет из кабинета, и начал перебирать какие-то бумаги. Вот так просто, ничего мне не сказав и даже не взглянув на меня, лениво перелистывал документы, что-то черкая магическим пером.
От нетерпения я начала нервно покачивать ногой и постукивать ладонью по ручке кресла, но мои манипуляции не заметили. Прошло не менее десяти минут, прежде чем Рейнард наконец поинтересовался:
– Айзен объяснил причину вашего нахождения здесь?
Айзен? Тот офицер припадочный?
– Не очень.
Герцог Эстанвиль оторвался от своего занятия и пристально посмотрел на меня.
– Мы подозреваем, что вы напрямую замешаны в инциденте с меткой Катрионы Аравийской.
– Я?! – воскликнула я, чуть не перейдя на фальцет. – Каким боком я вообще могу на это влиять?
– Вероятность того, что вы помешали духам снять метку, отнюдь не так мала, как может показаться, – стал объяснять Рейнард. – Вам уже говорили, что прародители наделяют метку особой силой, но будет правильнее сказать, что они наделяют её своей частицей. Светлейшей сутью. Поэтому у духов отношение к избранницам, независимо от их расы, почти схоже с отношением к императорской семье. Они считают невест своими детьми. Понимаете, что это значит?
– Духи заботятся об избранницах? – предположила я.
– Если невеста обратится к ним с желанием, они её услышат и исполнят просьбу.
– По-вашему, я попросила духов оставить Катриону на отборе? – спросила я раздражённо. – Вам не кажется, что тут маленькая несостыковка? Я не избранница, а значит, обратиться к вашим прародителям никак не могла. Сами себе противоречите, герцог?
– Не язвите, графиня, – строго отозвался Рейнард. – Мы рассматривали ситуацию под другим углом.
Под каким же, интересно. В этой ситуации все углы тупые.
Я лучше месяц буду с Катрионой в одной карете трястись, чем просить драконьих духов остаться на этом чешуйчатом отборе.
Я хмуро посмотрела на советника и выпалила:
– Вы прекрасно знаете, что я никак не могла этого сделать.
– Могли. Духам интересно всё, что касается невест. Не исключено, что они услышали вашу просьбу, потому что она относилась к Катрионе Аравийской.
– Мою просьбу? Думаете, мне это так нужно?
Он сумасшедший. Они все тут сумасшедшие.
– Ваше поведение наталкивает на определённые мысли. Вы открыто дерзите, хамите, привлекаете к себе внимание, – лениво начал перечислять советник. – Чего вы добиваетесь?
– Добиваюсь?! – гаркнула я, вскочив. – Не вы ли начали открыто нами пренебрегать? Вспомните, что было на ужине!
– Сейчас мы это обсуждать не будем.
– Нет, давайте обсудим, герцог Эстанвиль, – выплюнула я, поставив ладони на стол. – Постоянное нескрываемое презрение, запугивание, оскорбление со стороны Его Величества, смотрителя Коннела, невест, герцогини Ла Фрей… Мне продолжать?
– Нет, – процедил Рейнард. – Это всё равно не имеет никакого отношения к делу.
– Это имеет самое прямое отношение к делу! – упрямо возразила я. – С первого дня вы, крылатые, хотели от нас избавиться, делая для этого всё возможное. И это я ещё чего-то добиваюсь? Привлекаю внимание? Считаете, мне нужно было молча стерпеть все насмешки?
– Графиня Шэролл, – надавил дракон, намекая остановиться, но я не послушала.
– А у вас и ваших эршей логика совершенно не работает. Вы просто любите придумывать всякие небылицы!
– Оливия Шэролл! – повторил советник уже громче и злее. – Лучше остановитесь, пока не поздно.
– Не то что? – спросила я с вызовом. – Опять магию примените?
Дракон напрягся, прикрыл веки и тихо поинтересовался:
– Вы умеете держать язык за зубами?
– Нахожу это умение бессмысленным, – призналась я. У Рейнарда дрогнул уголок губ.
Смеётся?
Вряд ли. Скорее оскалиться хочет. Ледышки не умеют смеяться. Я устало опустилась обратно в кресло. Как мне быть с обвинением? А если мои оправдания даже не имеют веса?
– Герцог Эстанвиль, вы же распознаёте ложь, – осенило меня. – Вы же поняли, что я говорила абсолютную правду?
Советник посмотрел в сторону, постукивая пальцами по столу.
– Это и приводит меня в замешательство. Вы не солгали, но духи тоже ошибиться не могли.
– При чём тут они? – не поняла я.
– Они сообщили Бертранду, что за Катриону Аравийскую просили. Даже умоляли, – хмуро ответил Рейнард.
Как это просили? Кто в здравом уме мог обратиться к духам с такой просьбой? Катриона же человек. Для чешуйчатых это уже веская причина, чтобы даже в её сторону не смотреть.
Может, Мириэль? Из жалости?
– Вам не нужно забивать этим голову, Оливия, – посоветовал герцог, увидев, как я ушла в себя. – Я уже увидел, что вы не виноваты. Остальное будут расследовать эрши.
– Что мне тогда делать?
– Ничего. Оставаться на отборе и выполнять свои обязанности фрейлины, – невозмутимо ответил Рейнард, возвращаясь к своим бумагам.
Кажется, наш разговор закончен.
Вот так несколькими словами убили мои надежды на скорое возвращение домой.
С тоскливым видом я поспешила ретироваться из кабинета, но вовремя вспомнила одну важную деталь.
– Герцог Эстанвиль, если хотите, чтобы я не доставляла вам беспокойства, замените мои покои на нормальные. Без золота!
– Заменить? – переспросил он. – Я думал, вас устраивают ваши шикарные апартаменты.
– Вам вредно думать, – ляпнула я по привычке и испуганно икнула. – А… эм, я имела в виду, верно. Верно думаете. Заговорилась просто.
Всевышний, что я несу… Все же держать язык за зубами не такое уж и бесполезное умение.
– Хор-р-рошо, – согласился дракон, сминая лист бумаги в своих руках. Всё, теперь мне точно пора уходить. – Мы поменяем вам покои, графиня Шэролл.
Скомканно поблагодарив советника, я вылетела из помещения и поспешила к Катрионе.
На душе скребли кошки, и очень хотелось повыть от бессилия. Никто не отпустит принцессу в Невиланию из-за метки. А я не смогу уехать без неё.
Путь домой закрыт.

Глава 9

Облокотившись на белоснежный подоконник, я безразличным взглядом смотрела в окно на цветущий сад. Красиво. Но из-за того, что на душе проливные дожди, эта красота замыливается. Трудно чем-то восхищаться, когда в голове тысяча мыслей, а в груди сидит страх.
Сложно признавать, но я побаиваюсь этого отбора. Раньше во мне теплилась уверенность, что всё будет хорошо, что не пройдёт и пары дней, как мы покинем Аргарион. Но сейчас нас никто не отпустит, а мне морально тяжело находиться далеко от своей привычной обстановки. Да, я маг-боевик. Да, пятый курс. Да, сильный дар. Но даже это не поможет, если случится действительно что-то плохое.
После разговора в кабинете прошло три дня. Казалось бы, какие-то трое суток, но уже был случай отравления. Невесту в тяжёлом состоянии доставили в императорский лазарет буквально вчера. Одно хорошо, виновницу нашли быстро – ею оказалась служанка, подосланная другой невестой.
Совсем не понимаю, ведь ещё только самое начало, даже фаворитки не определены. Зачем нужно идти на такие меры? Кто поймёт этих крылатых…
Вот Катриона, в отличие от меня, чувствовала себя в разы лучше. Пока я передвигалась по императорскому дворцу в амёбообразном состоянии, принцесса умудрилась передружиться со всеми иноземными избранницами. Она довольно быстро отошла после неприятных событий и с полной серьёзностью заявила, что твёрдо намерена побороться за право стать императрицей. Наш королевский цветочек уверен, что духи сохранили ей метку не просто так, а это, видите ли, судьба! И вот попробуй её переубеди. Говорить про то, что кто-то за неё просил перед прародителями, я не стала. Мало ли, начнёт выяснять, кто это, проблем создаст.
Поэтому пришлось смириться с её невероятными амбициями. Теперь вот не знаю: плакать или смеяться. Будь я всего лишь мимо проходящим наблюдателем, посмеялась бы. А так лучше поплачу, потому что тоже косвенно задействована в её планах.
От нерадостных мыслей меня отвлекло какое-то движение сбоку. Лениво скосив взгляд на садовую дорожку, я сразу же подалась вперёд.
Рейнард и Савейя. Парочка шла бок о бок, о чём-то непринуждённо беседуя. Советник не изменял себе – ледышка-ледышкой, но изредка на его лице проскакивала тень улыбки. Распорядительница тоже не изменяла себе: светилась от радости, кокетничала, что-то рассказывала, но я ничего не слышала. Окно закрыто, и, как назло, открыть его сейчас я не могу. Сразу заметят шум.
Но так интересно послушать, о чём они говорят, аж руки чешутся! Может, хотя бы пару слов про отбор обронят?
Я оперлась руками о подоконник и подтянулась ещё ближе, но пользы это не принесло.
Интересно, это просто дружеская беседа? Или беседа совсем не дружеская? Невооружённым глазом видно, что Савейе нравится Рейнард. Но взаимно ли это?
А вообще, ну их. Меня не касаются чужие отношения.
Хотя-а-а… Рейнард и Савейя. Герцог Эстанвиль и герцогиня Ла Фрейн. Придурок и стерва.
Из них определённо получится милая пара.
Словно услышав мои мысли, Рейнард резко вскинул голову наверх и посмотрел на окна.
На мои, блин, окна!
Я отлетела от подоконника как ужаленная, врезалась спиной в диван и быстро залезла на него с ногами.
Ящер глазастый. Он же не видел, да? Нет, нет, нет, нет. Он не видел. Или всё-таки увидел?
Сердце заколотилось так, что его стук был слышен в ушах. Я не заметила, как начала раскачиваться из стороны в сторону и что-то бубнить.
Может, он просто решил посмотреть наверх? Или заметил другую невесту, тоже смотревшую в окошко?
Точно, мои покои не единственные выходят в этот сад. Не мог же Рейнард мысли мои услышать, в конце концов?
– Ливи? – обеспокоенно раздалось от приоткрытой двери. – Катриона сказала, что ты у себя, но ты не отреагировала на стук. Я подумала, что-то случилось.
– Ты стучала? – Надо же, совсем ушла в себя. – Извини, я задумалась просто.
– Понимаю. Там наша принцесса тебя зовёт. Все невесты должны пройти в главную гостиную.
– Зачем?
– Говорят, объявят, в чём будет заключаться второе испытание. – Мириэль лукаво подмигнула, подзывая меня рукой. – Пошли скорее. Может, повеселеешь, а то на тебе лица нет.
И то верно. Тяжело вздохнув, я встала с дивана и пошла с эльфийкой. А что мне ещё делать остаётся? Куда Катриона, туда и я. Впрочем, всё-таки это неправильно. Я охранница, а не преданный пёс. Нужно на принцессу повесить маячок и дать защитный кулон, чтобы не бегать за ней по пятам. Кулон – как раз моя дипломная работа, над которой я корпела днями и ночами. Он уже тестировался и относительно неплохо себя показал. Осталось ещё чуть-чуть доработать, и получится прекрасное средство защиты.
До главной гостиной шла как в тумане. За подопечной заходить не пришлось, она сама сбежала с другими невестами. Видимо, оцепенение первых дней совсем спало, и к нам снова возвращалась прежняя Катриона.
– Ты из-за метки расстроилась? – прервала молчание Мириэль, увидев моё отрешённое выражение лица.
– Можно и так сказать. Это очередное доказательство того, что не стоит зарекаться раньше времени, – грустно ответила я. – Я же постоянно повторяла, что мы не задержимся на отборе, а вышло всё в точности до наоборот.
– Не расстраивайся, Ливи. Везде есть свои плюсы.
– Это уж точно. Только в Аргарионе я их никак не могу найти, – пробормотала я еле слышно. – Мириэль, скажи, когда ты узнала, что Катриона не прошла испытание, случаем, не просила у духов вернуть метку?
– Не-ет, – протянула она, странно на меня посмотрев. – В смысле, мне, безусловно, было жалко Катриону, но, если честно, я чуток опасаюсь духов. Они же общаются только с теми, в ком течёт наследная кровь. Мало ли, ещё разозлятся, если попытаюсь к ним обратиться.
Я задумалась. Значит, Мириэль не знает о возможности избранниц обращаться к драконам-прародителям… В эту тайну посвящают не всех. Как бы Рейнард не потребовал клятв о неразглашении.
Главная гостиная дворца была просторной, светлой, с панорамными окнами, широким балконом и кучей диванчиков, пуфиков, кресел, столиков… в общем – падай куда хочешь и сиди себе на здоровье. Вот только невесты так не считали.
Вид нам открылся, мягко говоря, многообещающий.
На мягких диванах друг напротив друга сидели девушки: с одной стороны драконицы, с другой иноземные невесты, в том числе и Катриона. А взгляды, которые они кидали друг на друга, определённо точно говорили, что будет гром, гроза и буря.
Не сказав ни слова, мы с Мириэль прошли к принцессе и присели рядом.
– Ливи, они такие противные! – шепнула подопечная. – Так бы и повырывала этим ящерицам тощим все их волосы.
Я выгнула в удивлении бровь и посмотрела в сторону тощих ящериц. Лбы нахмурены, челюсти сжаты, ноздри раздуваются. Почему мне кажется, что они сейчас думают о нас то же самое, что и Катриона о них? А может, и похуже.
Аверилл, сидящая на краю дивана, поймала мой внимательный взгляд и высокомерно вздёрнула подбородок.
– По-моему, она тебя слишком недолюбливает, – сказала Мириэль, увидев манипуляции невесты.
– Неудивительно, – усмехнулась я, вспоминая инциденты в коридоре и в зале во время первого испытания. После такого я в пожизненном чёрном списке.
– О, Ваше Королевское Высочество, – издевательски произнесла одна из дракониц. Остальные поддержали её смешками. – Сколько людская казна пожертвовала, чтобы вы остались на отборе? Или принцессы используют другие методы, например, м-м-м… более личные?
Смешки стали громче и ехиднее.
– Не питай себя напрасными надеждами. Тебе даже мои методы не помогут, – ядовито ответила Катриона.
О как! Я уважительно посмотрела на подопечную. Неплохо. Это на неё так соревновательный дух подействовал?
Драконица нахмурилась, сжимая кулаки, и прошипела:
– Не смей ко мне на «ты» обращаться, выскочка. Я графиня Селеста Равейтис. Прояви почтение!
– А я принцесса целого королевства, – высокомерно сообщила Катриона. – Если до сих пор не дошло, у меня статус выше.
Фыркнув, я уселась поудобнее, дабы понаблюдать за сценой, но внимание Селесты очень не вовремя переключилось на меня.
– Смешно тебе? – выплюнула она. – Тебя вообще фрейлиной нельзя назвать. Собака на привязи у принцессы.
– Аккуратнее с такими словами, уважаемая графиня. Раз я собака, значит, могу и покусать, – бесцветно ответила я, притворно зевнув. – Ты же не хочешь бешенством заразиться?
Она снова что-то прошипела, но я уже не отреагировала и вообще почти перестала слушать разворачивающийся конфликт, потому как принцесса взяла роль заводилы на себя.
Мириэль прыснула, слушая, какими лестными эпитетами одаривают друг друга благородные леди, а они, к слову, были на редкость красочными. Вот вам и родовитая аристократия.
Позже к этому балагану стали подключаться остальные девушки.
– У тебя, кроме титула, ничего и нет.
– А у тебя даже титула нет!
– Молчала бы лучше, человечка.
– А ты вообще ей рот не затыкай!
Мириэль была права. Я повеселела, а ещё поняла, что драконицы ничем не отличаются от наших придворных дам. Змеи, они и в Аргарионе змеи.
Высшее общество везде одинаковое: интриги, скандалы, слухи и попытки помериться состоянием. Ничего нового, но как-то разочаровывающе, что ли. Я ожидала увидеть хладнокровных крылатых светских львиц, а в итоге половина невест – обычные среднестатистические аристократки с манией величия.
Только несколько девушек сидели тихо и не участвовали в неразберихе. В одной из них я смутно узнала невесту, которая после ужина намекнула мне про фарс. Не уверена, что это точно она, но волосы такой же длины и того же тона.
Наблюдаемая мной драконица сокрушенно покачала головой, поджала губы и о чём-то задумалась. Видимо, ссора остальных ей совсем не понравилась.
Может, это действительно она со мной заговорила в тот вечер?
Набирающий обороты конфликт невест прервал громкий стук каблуков и чей-то тяжёлый топот.
Все разом замолкли и напряжённо уставились на двери, в которые через пару мгновений величественно вошла герцогиня Савейя с оравой смотрителей.
– Дорогие избранницы! Поздравляю всех, кто прошёл первое испытание, – торжественно заявила Савейя, на мгновение покосившись на Катриону. – Для следующего этапа вам понадобятся ваши манеры, знание этикета и утончённость истинной леди.
Я удержалась от смешка, а вот Мириэль откровенно похихикала.
Эти леди пару минут назад готовы были вцепиться друг другу в волосы и ругались, как завхоз моей академии.
Определённо, истинные благородные дамы и настоящие примеры для подражания!
– Второе испытание проверит ваше умение держаться в обществе, – вперёд вышла драконица-смотрительница. – Этикет, в том числе и столовый, нормы вежливости, сервировка, ведение светской беседы, умение подавать себя на приёмах: всё это мы будем проверять через неделю. За семь дней вы должны подготовиться и повторить всё, что знаете, а с теми, кто не знает драконьих устоев, будут работать учителя.
И взгляд в нашу сторону, осуждающий такой.
Да уж, позор нашим иноземным головушкам за то, что не знаем великих драконьих правил.
– Меня зовут баронесса Кассандра Бэрингтон, но вы можете обращаться ко мне просто смотрительница Кассандра, – продолжила драконица. – Я буду замещать герцогиню Ла Фрейн в её отсутствие и следить за вашей подготовкой.
Я уже обрадовалась кислым лицам девушек и их грядущему мучению, но Савейя внезапно добавила:
– Для компаньонок невест также будут проводиться уроки этикета. Так как вы собираетесь сопровождать избранниц на приёмах и балах, вам необходимо знание правил императорского двора.
Что?! Какие правила?
Я поражённо застыла, чуть не завопив в голос.
Мне ещё и учиться тут придётся? Чешуйчатым любезностям?
– Расписание занятий вам выдадут позже, – сказала Савейя и почему-то пристально посмотрела на меня. – Для вас, графиня Оливия Шэролл, уроки будут проводиться в двойном формате.
– За что такая милость? – процедила я в ответ.
– Герцог Эстанвиль отдал приказ. Вероятно, из-за вашего неподобающего поведения на званом ужине.
Савейя распорядилась подать для нас обед, а сама вместе со смотрителями быстро покинула гостиную.
– Ливи, успокойся, – потрясла меня за плечо Мириэль. – Ты искришься!
– Обалдеть, – поражённо протянула принцесса, отсаживаясь подальше.
Чувствуя легкое покалывание на кончиках пальцев, я медленно прикрыла глаза и начала считать.
Раз, два.
Я убью Рейнарда.
Четыре, пять.
Нужно успокоиться.
Семь, восемь.
И сожгу его кабинет.
Десять.
Но сначала поем.
Я открыла глаза и стала апатично наблюдать, как помещение заполняется слугами.
– Ничего себе у тебя уровень магии, – тихо поразилась Мириэль, и Катриона быстро-быстро закивала.
– Иногда его очень сложно контролировать.
Безумно сложно из-за треклятых чешуйчатых. В особенности из-за одной раздражающей ледышки.
– Что желаете в качестве десерта? – спросил подошедший слуга.
– Костей принесите, что ли, – со вздохом отозвалась я.
– Костей? – не понял дракон.
– Ага.
Лукаво посмотрела в сторону невесты, назвавшей меня собакой. Та, вероятно, услышала мои слова и удивлённо вскинула голову.
– Прошу прощения… а зачем вам… кости? – растерялся слуга.
– Погрызть хочу, – широко улыбнулась я и пощёлкала зубами, напугав бедного мужчину до чёртиков.
Некоторые сидящие поблизости невесты ойкнули и ошалело взглянули на меня.
А что? Я пытаюсь соответствовать новой роли. Могу ещё гавкнуть для правдоподобности.
– Ты бесподобна, Ливи, – восхитилась Мириэль, посмеиваясь.
Может быть.
Но, по-моему, на меня отбор совсем дурно влияет.
– Забудьте, это была шутка, – шепнула я собиравшемуся уходить слуге. – Принесите мне вишнёвый чизкейк, пожалуйста.
Всё же костями пока питаться не стоит.

Глава 10

– Это ужасно! Слышите меня? У-жас-но, – по слогам произнесла драконица, тыкая в меня указкой. – Леди Шэролл, вы неправильно держите чашку. Только два пальца должны захватывать ручку: указательный и средний, большой положите сверху. Нет, неправильно!
Я раздражённо вздохнула и снова начала выкручивать пальцы на триста шестьдесят градусов под пристальным наблюдением баронессы Реведи – моей преподавательницы драконьего этикета.
– Безымянным обопритесь о ручку, мизинчик оттопырьте. Не трясите рукой!.. Гм, уже лучше… Оливия, что за звук? Благородные леди не рычат! Контролируйте свои эмоции.
Ну не могу я контролировать свои эмоции! Просто. НЕ. Могу. Как их вообще можно контролировать, когда ты уже три, я повторю, ТРИ часа учишь, как правильно пить ЧАЙ.
– Баронесса Реведи, мне кажется, на сегодня мы уже достаточно позанимались, – жалобно простонала я, пытаясь удерживать чашку под нужным углом и на нужной, блин, высоте.
А сделать это абсолютно невозможно! Потому что пальцы соскальзывают, ладонь дёргается, и чай вот-вот прольётся на белоснежную скатерть.
Драконица ничего мне не ответила, лишь недовольно поджала губы, изящно поставив фарфоровое блюдце с печеньем на стол.
Я шумно выдохнула уже раз двадцатый за сегодня, нацепила милую улыбку и начала приторным голосом:
– Прошу простить мне мою бестактность, уважаемая баронесса Реведи. Не сочтите за грубость, но я скромно прошу ответить на один волнующий меня вопрос. Можем ли мы завершить наше благородное занятие на несколько минут раньше и продолжить уже завтра?
После моих слов лицо женщины озарилось торжествующей улыбкой, и она повелительно покрутила ладонью в воздухе, словно поэт, поймавший вдохновение.
– Ну вот, это совсем другое дело! Меня радует, что вы быстро учитесь, графиня. До идеала остался лишь столовый этикет, – женщина предвкушающе зажмурилась. – Завтра приступим к изучению.
Пора планировать побег из империи.
– Благодарю за комплимент, леди, – проговорила я сквозь зубы. – Но до ваших утончённых манер мне ещё очень далеко.
Баронесса после лести окончательно поплыла. Она величественно встала с бархатного стула, приподнимая пышные юбки платья, и гордо распрямила плечи, будто напротив неё была не моя дверь, а сам император.
Мне пришлось минут десять с тошнотворными любезностями выпроваживать драконицу из собственных покоев, где уже на протяжении пяти дней проходили уроки этикета.
Когда раздался звук защёлкиваемого замка, я ещё пару минут просто стояла и отсутствующим взглядом осматривала комнату. Затем набрала в грудь побольше воздуха, схватила расшитую бисером подушку и начала со всей дури лупить ею о диван.
– Чтоб вам пусто стало с вашими этикетом, герцог Эстанвиль! – кричала я, замахиваясь посильнее. – Чтоб вам икалось от этих чёртовых реверансов! Чтоб у вас чешуя начала линять от… от… Просто так пусть линяет!
Ещё минут десять я бесилась, пока мышцы не начали болеть.
Давненько я не занималась, раз тело реагирует даже на лёгкую нагрузку.
Надеюсь, во дворце есть тренировочный зал, иначе ещё неделя без физических упражнений, и я растеряю все свои боевые навыки. Какая из меня тогда охранница будет?
Я плюхнулась в кресло и уныло посмотрела в настенное зеркало. Красавица, ничего не скажешь: волосы всклоченные, платье перекосилось, глаза лихорадочно блестят. Точно кикимора. Осталось только в зелёный перекраситься, а потом уже и в лес уйти можно.
– Ливи, ты чего закрылась? – раздалось снаружи вместе с громким стуком.
Да что же это такое…
– Действительно, чего это я закрылась? Может, мне вообще в коридор переехать жить? Или постоялый двор у себя в гостиной сделать? – съязвила я, открывая принцессе.
– Ты какая-то нерв… – Катриона вдруг зависла, округлив свои оленьи глазки, – ная…
– Катриона, я сейчас немного занята. У тебя что-то серьёзное?
– На тебя напали?
– У меня было занятие с баронессой.
Вернее, пытка с баронессой.
– А-а-а, – понятливо протянула подопечная. – Я хотела рассказать тебе новости про бал, но раз… Подожди, а почему у тебя до сих пор идут занятия?
– Как это почему? Всем компаньонкам назначили уроки по этикету. Ты же сама слышала приказ.
– М-м-м, а что ты конкретно учишь? – спросила девушка, помедлив.
– Ведение беседы, правила торжественной трапезы, приветствие… – начала перечислять я и запнулась. – Зачем тебе? Если не ошибаюсь, у вас то же самое.
– Понимаешь, – замялась она, постукивая каблуком по полу. – Я недавно общалась с Камелией… девушкой-дриадой. Она мне сказала, что у компаньонок занятия намного легче. И вообще они закончились. Ещё позавчера.
Я даже дышать на мгновение перестала. Так и стояла, молчаливо взирая на принцессу, мысленно анализируя её слова.
– Позавчера, говоришь… – бесцветно повторила я, вперив взгляд в стену.
– Только не искрись опять! – запаниковала Катриона, отходя назад.
Проигнорировав просьбу, я вышла из покоев, захлопнула за собой дверь, отодвинула принцессу в сторону и понеслась по коридорам.
Перед собой не видела почти ничего, только шугающихся слуг да пару отпрянувших невест.
Значит, занятия закончились? И я просто так несколько дней зубрю бредовые драконьи правила, учу кучу информации, по двадцать раз приседаю в реверансах?
Он меня за кого принимает?!
От ярости взгляд затуманился, и кабинет Ледышки пришлось искать наугад. Но удача сегодня на моей стороне.
– Герцог Эстанвиль! – крикнула я, влетая в мрачное помещение.
Дракон сидел за рабочим столом, подписывая какие-то документы. На моё появление он лишь нахмурился и холодно ответил:
– Я не разрешал вам входить.
– Мне не нужно разрешение. Мне нужны объяснения, – заявила я, упрямо сложив руки на груди. – Я требую объяснений!
– Осмелились у меня что-то требовать? – помрачнел Рейнард.
– Осмелилась. Зачем вы назначили мне уроки по этикету?
Мужчина прищурился, внимательно меня рассматривая, и недовольно цокнул.
– Вы взбалмошная, безрассудная, несдержанная особа, постоянно вносящая раздор в жизнь дворца. Уроки хороших манер пойдут вам на пользу. Достаточно?
Я потеряла дар речи, несколько секунд открывая и закрывая рот, как рыба, а советник равнодушно вернулся к своим чёртовым бумагам, потеряв ко мне интерес.
Значит, так, да? Значит, это я раздор вношу, а не ко мне все постоянно лезут?
Я прижала пальцы к губам, не давая вырваться позорным ругательствам, и заозиралась по сторонам. Диван, столик, подушка… может, подушкой? Нет. Нужно другое… Статуэтки, папки… Книги!
Я спокойно подошла к стеллажу, пробежалась взглядом по переплётам, вытянула на вид самый увесистый томик и с размаху метнула его в дракона. Книга полетела хорошо, метко, точно в цель, но Рейнард резко вскинул голову, выставляя перед собой ладонь, и сжёг её дотла.
– Вы циничный, – зашипев, я вытащила ещё один непонятный справочник и отправила его в полёт, – бессчувственный, бестактный, самодовольный…
Книги летели одна за другой, тут же превращаясь в пепел, а герцог лишь откинулся на спинку кресла и с ленивой ухмылкой наблюдал за моими потугами.
Мерзавец!
Ладони сводило судорогой от желания запустить в него магией, но тогда я автоматически подпишу себе смертный приговор. А жертвовать своей жизнью ради минутного срыва как-то не очень хочется.
– …лживый, – закончила я, тяжело дыша, и потянулась за следующей книгой.
Вот только полка была пустой.
Я испуганно дёрнулась, осознав, что осталась без снарядов, но спастись не успела.
Рейнарду хватило этой секундной заминки, чтобы мгновенно оказаться позади меня. Мои руки грубо скрутили за спиной, подавляя даже малейшее сопротивление, а тело прижали к стеллажу.
– У вас совершенно отсутствует чувство самосохранения, графиня. – горячее дыхание опалило незащищённый затылок, вызывая толпы мурашек и чувство дежавю.
– А у вас совершенно невыносимый характер! – прорычала я, вырываясь.
– Правда? На мой взгляд, такое описание больше подходит вам. – Мужчина крепко зафиксировал мои запястья. – Так и будете отрицать вашу несдержанность?
– У меня была ангельская выдержка, пока я сюда не приехала.
– Так уезжайте обратно, – безразлично отозвался советник.
– Без принцессы никуда не поеду!
– Очень жаль. – Дракон повернул меня лицом к себе и процедил: – Успокойтесь, Оливия. Вы сейчас доиграетесь.
Ах, ему жаль?
Я отмела в сторону здравый смысл и попробовала вырваться с помощью магии. Плевать мне, что это нападение!
Я послала несколько импульсов в Рейнарда, но ничего. Он даже не шелохнулся, блокируя каждую попытку ему навредить.
Дальше всё случилось как-то быстро и скомканно.
Но да. Я доигралась.

Глава 11

Рейнард посадил меня в императорскую темницу. Взял в охапку и порталом перенёс в сырую камеру.
Уже несколько часов тут сижу. Точнее, хожу из угла в угол, действуя на нервы сторожащим подземелье эршам.
Как он мог? Без суда и следствия, без права на адвоката просто запихнуть за решётку.
И никто ему и слова не сказал!
Хотя чего я удивляюсь? Судя по реакции стражей, они его до жути боятся. Вот и не перечат.
А если бы он меня убивать начал, они бы тоже молчали?
Боюсь, что да.
– Герцог Эстанвиль, провалитесь вы в ядро мира! А потом ещё раз, чтобы окончательно и безвозвратно! – проорала я в никуда, с чувством пиная кирпичную стену.
Знаю, что много кричу и вообще выгляжу как истеричная дама. Но зато сегодня полностью выговорюсь и завтра снова стану сдержанной, терпеливой фрейлиной. Надеюсь.
– Кхм, леди, вы бы поаккуратнее со словами, – обратился ко мне эрш, подходя к камере. – Вас, я так понимаю, посадили за хулиганство?
– Никакого хулиганства не было! Оклеветали!
– Ладно-ладно, – быстро согласился мужчина. – Не кричите, умоляю. Герцог Эстанвиль не любит такого. Если услышит, может ещё срок добавить.
– Пусть добавляет. Пусть этот деспот на сколько угодно сажает! – ещё громче проорала я в гниющий потолок.
Эрш грустно вздохнул и покачал головой. Переживает, что ли? Дракон? За человека?
– А вы, собственно, из каких побуждений меня предупреждаете? – спросила я заинтересованно, хватаясь руками за решётку.
– Ну, вы же девушка. Пусть и человек… – мужчина замялся. – И мне прилетит, если не успокою вас.
Меня назвали девушкой. В первый раз в Аргарионе.
Не человечкой, не взбалмошной, а девушкой! Я даже готова слезинку пустить или вовсе пореветь, как Катриона. Неужели в этой империи есть адекватные драконы?
– Извините, я больше не буду кричать, – искренне ответила я, шмыгая носом.
Эрш посерел, потом побледнел, потом начал комплиментами осыпать и запричитал, чтобы я не плакала. Но я и не собиралась.
У меня, кажется, насморк начинался. Постояла, посчитала до трёх и от души чихнула. Точно, насморк. Из-за этого тирана твердолобого ещё и заболею!
Всё-таки тяжела моя доля. Как там говорил великий поэт Невилании? Сижу за решёткой в темнице сырой… Дожила, мало того что фрейлина, так ещё и уголовница. Прекрасное резюме для будущей выпускницы Королевской Академии!
Примерно через час, а может, и два, ко мне прибежали запыхавшиеся Мириэль с Катрионой.
– Ливи! – провизжала принцесса, бросаясь на решётку. – Ливи, за что они так?! Ты что-то сделала? Тебя пытали? Тебя посадили на несколько лет? Я буду требовать у отца защиты! Для иноземных гостей нужен хороший адвокат! Я сейчас же пойду и напишу Дэрришу, и он…
– Катриона, успокойся, всё хорошо, – прервала я нескончаемый поток слов. – Я в порядке, правда. Меня посадили ненадолго.
– Ливи, за что? – подалась вперёд Мириэль и, внимательно всмотревшись в меня, сообразила: – Ты с герцогом Эстанвилем повздорила? Опять?!
Я понуро кивнула, утыкаясь макушкой в железные прутья.
– Оливия, ну как же так? – простонала эльфийка, запрокидывая голову наверх. – Я же предупреждала, что с ним шутки плохи!
– Так это первый советник тебя? – очнулась Катриона. – Ты к нему пошла после нашего разговора?
– Да. Но он сам виноват! – вспылила я, снова начав метаться от стены к стене. – И я не жалею о случившемся. Если бы перемотали время назад, точно так же бы сделала.
Мириэль тяжело вздохнула, покачав головой. Она не понимала моего упрямства. И не поймёт.
А я не нежная барышня, чтобы роптать перед великим и ужасным. Мне пять лет в академии вдалбливали, что на всё нужно иметь своё мнение и всегда говорить только то, что думаешь. По-другому боевыми магами не становятся. Может, я где-то и перегнула, может, не стоило так разговаривать со вторым по значимости драконом в империи. Но разве нужно было молча терпеть все нападки в свою сторону?
– Может, тебе принести что? Покушать, попить? – поинтересовалась принцесса.
– Нет, – я упрямо помотала головой. – Раз уж посадили без пайка, значит, так тому и быть.
– Упёртая ты, Ливи, – заключила эльфийка. – Наверно, это меня и восхищает в тебе.
Да я бы сама восхищалась собой, если бы эта упёртость была мне в пользу.
Мы поговорили ещё несколько минут о всякой чепухе, и девушек позвали на выход. А я осталась.
Поболтала с пробегающей мимо мышью. Отличная собеседница, кстати: молчит и слушает. Посидела, походила, даже попеть умудрилась и, между прочим, настоящие аплодисменты заслужила.
Драконы, работающие в подземелье, вполне адекватные и достаточно дружелюбные. Не знаю, что на них подействовало: отсутствие солнечного света или недостаток общения со своими сородичами из дворца, но пение моё они хвалили. И воды пару раз предлагали.
– Скажите, а стены тут антимагические? – спросила я у эрша, ощупывая кирпичи.
– Да, леди. Магию не пропускают.
– А если я тут потренируюсь, будет откат? Меня не ударит в ответ?
– Нет, стены поглощают магию, перенаправляя её на бытовые нужды дворца: освещение, отопление, защита и прочее.
Я уважительно покивала головой. Умно сделали. И полезно.
Все последующие часы я только и делала, что стреляла боевыми шарами в стены, представляя перед собой Рейнарда. Так стреляла, что стоящие поблизости стражники отступили, покрутив пальцем у виска, а кирпичи почему-то жалобно затрещали.
Выдохлась я, когда время, по ощущениям, перевалило за полночь, и тюремный коридор погрузился в тишину.
Именно в этот момент со стороны выхода раздались шаги. Твёрдые, размеренные, уж очень мне знакомые.
Советник пришёл.
Упрямо сцепив зубы, я уселась на койку, боком к решётке, скрестила руки на груди и уставилась в стену.
– Открывай, – холодно бросил эршу герцог.
Стражник завозился, звякнул ключами, отворяя скрипящую решётку, и в моей камере появился новый посетитель.
– Полагаю, ты усвоила урок.
О, мы перешли на «ты»?
Молчу. Пусть сам свои уроки усваивает.
– Видимо, не очень, – усмехнулись сбоку. – Я припозднился. Совсем забыл, что запер одну вспыльчивую особу в подземелье.
Так он про меня ещё и забыл?! Я вещь какая-то, чтобы меня забывать?
– Моё терпение отнюдь не железное, Оливия. Ты же не хочешь просидеть тут ещё неделю?
Лучше тут, чем на одном этаже с вами, уважаемый герцог.
Я ничего не ответила и оглушительно чихнула. Всё-таки моё заточение даром не пройдёт. Сквозняки аукнутся уже завтра вместе с насморком, болью в горле и температурой. Прекрасный букет.
– Не глупи, ты уже простудилась, а что будет через семь дней? – бесцветно спросил Рейнард, подходя ближе.
Не сдержавшись, я повернула голову и зло зыркнула на советника.
– Идите вы лесом, герцог Эстанвиль!
У дракона дрогнули уголки губ.
– Вижу, даже пребывание в темнице не исправило твой вздорный нрав. Не удивлён, – с усмешкой сказал он. – Выходите, графиня. Наказание закончено.
– Да неужели? А я думала, ещё подержите тут для профилактики.
– Если не прекратишь грубить, действительно устрою профилактический курс.
– Ну так дерзайте! – выпалила я и снова чихнула.
– Ой ду-у-ура, девка, – разочарованно протянула стража из коридора. Это я-то дура?! Заскрипев зубами, я рывком поднялась с койки, но тут же опустилась обратно. Мир пошатнулся. Тёмные стены закружились в сумасшедшем хороводе, и меня замутило.
– Мне надоело играть в благородство, – Рейнард подошёл ближе, присаживаясь на корточки. – Ты можешь сколько угодно показывать свой характер, но только не мне. Раз решила остаться в Аргарионе, будь добра, запомни: я не потерплю пререканий. Тем более от человека. Моё слово здесь – закон. Его не оспаривают.
Надо же. А я вот не помню, чтобы вы были благородным, герцог.
– Я хочу вернуться в свои покои.
Хоть я и ответила едва различимым шёпотом, но меня услышали. Дурные ощущения мгновенно отступили, а зрению вернулась ясность.
– Надеюсь, ты всё запомнила, – сухо сказал советник. Я осторожно поднялась и прошла мимо дракона, глядя перед собой. Но на выходе из камеры остановилась.
– Запомнила. Только я не отказываюсь от того, что произошло в вашем кабинете. Повторись бы всё снова, сделала бы так ещё раз. Ваши методы воспитания неэффективны и бесполезны. По крайней мере, для меня. Я больше никак не хочу с вами пересекаться. Если вы тоже, тогда не трогайте меня. Забудьте, что я существую.
Не дождавшись, пока мне ответят, я пошла по тёмному проходу. Эрши пропустили вперёд, не останавливая и не преследуя. От стен подземелья несло чем-то зловонным, гнилым, приходилось затыкать нос и ускорять шаг, чтобы не замутило снова.
Уже поднимаясь по каменным ступенькам наверх, краем уха я услышала, как Рейнард о чём-то беседует с охранниками. А после неожиданно раздался мелодичный, звонкий голос Савейи.
Распорядительница тут как тут. Идеальная парочка.
И чёрт с ними.
Оказавшись в крыле невест, я не стала заходить к Катрионе и Мириэль, чтобы не разбудить. Сразу вернулась к себе и приняла ванну. Даже кожа пропиталась сыростью загнившей камеры, не говоря уже про одежду. Впрочем, мой скверный вид полностью отражал то, что творилось на душе.
Я не понимаю Рейнарда. Не понимаю его постоянно меняющееся поведение, его странную магию, его мотивы.
И не хочу понимать.
Будет лучше, если мы просто начнём избегать друг друга до конца отбора. Или до того момента, как Катриону исключат.
После водных процедур я устало добралась до спальни, подмечая, что в комнате неестественно тепло, и с удивлением обнаружила на тумбочке маленький флакончик. Голубая жидкость с серебряными кристалликами переливалась под светом луны, поблёскивая, как сотни софитов.
Под стеклянным сосудом оказалась маленькая белоснежная карточка, на которой каллиграфическим почерком было написано:
«В подземелье было очень холодно, да и ты как-то сильно гнусавила при разговоре.
Это эльфийское зелье от простуды, оно очень популярно у нас, – действует на ура. Может, ты даже его узнаешь.
Мы с принцессой на всякий случай прогрели тебе комнату.
Не болей и не перечь больше герцогу Эстанвилю.
Мириэль и Катриона».
Глаза предательски защипало. Приятно, когда о тебе заботятся. Вдвойне приятно, когда это делают там, где тебе никто не рад.
Я просканировала зелье, удостоверившись, что оно действительно от простуды, и выпила до дна исцеляющую жидкость. Выключила светильники, залезла под мягкое одеяло, со счастливой улыбкой забылась крепким сном.
Но если бы я знала, что мне приснится…
Не ложилась бы спать никогда.

Глава 12

Босые ступни ударяются о корни деревьев, ветки ёлок хлещут по рукам, оставляя болезненные царапины, лёгкие давно горят огнём, но я продолжаю бежать.
В глубь тёмного леса, в самую чащу, где не видно даже неба. Не знаю зачем, не знаю почему и от кого, но в голове набатом бьёт слово «беги». И я слушаюсь. От одной мысли о том, чтобы остановиться, кровь в венах стынет, спутавшиеся волосы встают дыбом, а на глаза наворачиваются слёзы.
До слуха доносятся протяжные жуткие завывания не то ветра, не то моего ночного кошмара: его присутствие я ощущаю спиной, кончиками пальцев. Оно преследует меня, идёт за мной по пятам. Забавляется моим страхом.
Вскоре лес впереди заканчивается, будто какой-то художник стирает его со своего холста.
Я стою на краю опушки, подрагивая от сильных порывов ветра, и напряжённо вглядываюсь в даль. На небе нет ничего, лишь тёмные кучевые тучи, заслоняющие собою всё пространство. Звёзды исчезли, словно их никогда и не существовало. Облака плывут быстро, не давая луне хотя бы изредка бросать свой яркий свет на лесную поляну.
Раздаётся тихий шелест листьев, хриплое карканье пролетающей вороны, и впереди появляются двое.
Девушка в белоснежном платье, как яркое пятно в этом мрачном месте, и мужчина полностью в чёрном. Они идут под ручку, о чём-то увлечённо беседуя, но я не вижу их лиц. А они не видят меня. Пара останавливается в центре, поворачиваясь лицами друг к другу. Темноволосая незнакомка весело хохочет, пока её спутник что-то шепчет ей на ушко. Внезапно идиллия прекращается, и мужчина рывком вскидывает над головой длинный сверкающий кинжал.
Мою голову пронзает женский крик. Пронзительный, отчаянный, проникающий прямо в душу.
Пытаюсь сорваться с места, помочь, позвать на помощь, выдавить хотя бы слово, но не могу издать ни звука.
Тело не слушается, словно его поместили в стазис. Я беспомощна.
– С-с-смотри-и-и, – шелестит в затылок блёклый голос, заставляя сжаться от испуга и омерзения. – С-смотри, ш-што будет, ес-с-сли не найдёш-шь.
Красный туман появляется ниоткуда и окутывает со всех сторон, не давая сбежать. Он проводит по шее, холодит щёку, а его ядовитые пары проникают внутрь и перекрывают доступ к воздуху. Боль пронзает горло, как тысяча раскалённых иголок.
Дымчатые щупальца обхватывают макушку, заставляют смотреть, как безвольное тело темноволосой девушки падает на траву. Как на её груди разрастается алое пятно.
– Найди…
Я резко подскочила на постели, откидывая дрожащими руками измятое одеяло, и несколько раз резко, рвано, судорожно вздохнула. Сердце отбивало бешеный ритм, вбиваясь в рёбра. Из-за застилавших глаза слёз зрение еле-еле сфокусировалось на окружающей обстановке.
Я в своей спальне. Всё хорошо.
Это был сон.
– Всего лишь ночной кошмар, – прошептала я сама себе, проводя мокрой ладонью по волосам.
Самый ужасный ночной кошмар в моей жизни.
Успокоиться я смогла не сразу. Ещё час просто сидела на кровати с включёнными светильниками, жадно пила воду и тряслась не то от холода, не то от страха. Пришлось перебороть себя и встать с постели, чтобы проверить, закрыт ли балкон, ибо то бесцветное шипение из сна не оставляло меня даже наяву. Застыло в голове, как чей-то отголосок или увядающее эхо.
Этой ночью я так и не уснула. Понятно, что под утро моё состояние было хуже некуда: во время завтрака, на прогулке с Катрионой и Мириэль, и весь последующий день я была как загипнотизированная. Вяло отвечала на вопросы, почти ни с кем не разговаривала, всё время озиралась по сторонам, постоянно воспроизводя в голове своё сновидение. Кем были те люди? Чей голос я слышала? Кого или что я должна найти?
А может, это просто фантазия разыгралась…
В обед, прогуливаясь по дворцу, я умудрилась встретить Рейнарда и императора, но, дословно помня вчерашний инцидент, лишь коротко кивнула им в знак приветствия и прошла мимо. Драконы ничего не ответили. На секунду показалось, что советник собирался что-то сказать, но я специально ускорила шаг, чтобы оказаться как можно дальше от них.
Я помню своё обещание держаться от герцога подальше. И сдержу его.
Позже, устав от мысленных стенаний, я хотела наведаться в библиотеку, чтобы почитать про драконью расу и отвлечься от пережитого ночью, но меня не пустили.
Слуги не пустили меня в обычный читальный зал из-за того, что иноземным гостям запрещено ходить в библиотеку!
У меня появилось чувство, что я птица в золотой клетке. Туда нельзя, это не трогать, то не говорить, а вот этого не делать! Ящеры оберегают свои секреты как зеницу ока. Тоже мне, параноики. Сидят у себя во дворце, над златом чахнут.
– Ливи, что с тобой происходит? – Мириэль хмуро отставила травяной чай и внимательно вгляделась в меня. – Ты сегодня сама не своя.
Вечером мы втроём сидели в её гостиной, обсуждали завтрашнее испытание. Неделя пролетела довольно быстро, уже через несколько часов невесты будут показывать свои необходимые для каждой леди умения.
Но я даже не думала об этом. Все мысли были только о грядущей ночи и о том, как пережить её без кошмаров.
– Не выспалась из-за простуды, – кисло улыбнулась я, укрываясь белой шалью. Не буду ничего говорить про сон. Нечего волновать их перед важным днём. – После темницы слишком много эмоций было, да и ваше зелье выпила поздно…
Зелье… Вдруг это оно вызвало такой побочный эффект? Нет. Не уверена.
Если подумать, тот сон мог появиться из-за пережитого в подземелье стресса, накопившейся усталости и простуды.
Тогда почему всё было настолько реальным? Мне снились кошмары и раньше – столько, что не счесть. Особенно после ночной практики на третьем курсе. Но сегодняшний был слишком осязаемым, слишком пугающим и ещё очень много «слишком». Будто я действительно стояла на той опушке и видела жестокое убийство.
– Тебе нужно отдохнуть, – сочувственно протянула Катриона. – Давай я дам тебе выходной? Можешь посвятить себе целый день и не присматривать за мной!
– Выходной мне вряд ли поможет… Но и постоянно присматривать за тобой я теперь не буду.
Давно пора было это сделать.
– Как это? Ты что, уедешь?!
Я отрицательно покачала головой и, чуть помедлив, достала из кармана магический кулон. На тонкой серебряной цепочке висела маленькая прозрачная сфера, внутри которой как ураган крутилась синяя мерцающая воронка.
Девушки издали дружный вздох.
– Невероятно, – прошептала эльфийка, наклоняясь ближе. – Где ты его купила?
– Я не покупала, он часть дипломной работы в академии. – я прокрутила в пальцах хрустальный шарик, показывая вращающуюся в нём магию, и обратилась к принцессе: – Катриона, теперь это твой охранный артефакт. Он активирует постоянную защиту от разных посягательств. А если случится что-то серьёзное, то просто разбей сферу, и тебя порталом перенесёт прямо ко мне.
Я протянула кулон восторженной Катрионе, с улыбкой наблюдая, как та бережно надевает его на себя.
Наконец-то больше не буду постоянно ходить за ней, как нянька.
– Ой, а куда это он? – Мириэль удивлённо смотрела, как артефакт на шее принцессы становится прозрачным.
– Кулон прячется от других и может быть виден только владельцу, – пояснила я, вспоминая все его свойства. – И ещё кое-что. Катриона, такой артефакт у меня только один. Пожалуйста, разбей его только в том случае, если появится реальная угроза твоей жизни. В остальном, будь это конфликт с невестами или лёгкие нападки, он защитит тебя и без переноса. Хорошо?
Принцесса, угукнув, ещё пару минут крутила невесомый хрусталик в руках, осыпая комплиментами и его, и меня, а после с предвкушением начала рассказывать о завтрашнем испытании.
К себе я вернулась около десяти вечера и в постель шла, как ведьма на костёр. Знаю, что уже большая девочка, чтобы бояться кошмаров, но ничего с собой поделать не могу.
Я не хочу снова видеть то зверство на тёмном лугу, не хочу чувствовать болезненные прикосновения красного тумана. Это ненормально. И невыносимо.
Ворочалась я долго, любой шелест за окном заставлял зажигать маленький светильник и выжидать, пока шум успокоится. Но в конце концов недосып с усталостью победили, и я уснула.
На этот раз, слава Всевышнему, без сновидений.

Глава 13

Утром в холле всех невест собрала Кассандра, чтобы дать указания перед вторым испытанием.
– В этом зале сейчас находятся пятнадцать пронумерованных столов, за которыми сидят ваши судьи, – она указала рукой на высокие закрытые двери. – Я даю вам номер вашего стола, и вы присоединяетесь к трапезе, показывая своё безупречное знание этикета. За один стол идут две девушки. Всем всё понятно?
Невесты усиленно закивали, а речь смотрительницы перехватила Савейя.
– Уважаемые компаньонки, хочу предупредить, что впредь не все испытания будут для вас доступны. На этот раз мы сделаем исключение, но в дальнейшем вам будет разрешено посещать только некоторые проверки.
Я широко улыбнулась, с благодарностью глядя на распорядительницу, чем вызвала её искреннее недоумение.
Да без проблем! На Катрионе охранный артефакт, ещё скоро маячок поставлю и вообще заживу прекрасно. Начну высыпаться, дворец весь осмотрю, в ванне полежу… Красота!
Как только инструктаж закончился, меня и всех компаньонок пригласили в зал и разместили за отдельные маленькие столики возле стены. На таких же сидели смотрители, но они меня интересовали в последнюю очередь.
Моим вниманием целиком и полностью завладели присутствующие гости. Драконы. Много драконов. Не удивлюсь, если почти все из них – аристократы и приближённые к короне.
За каждым круглым белоснежным столом сидело по три гостя, в том числе и Рейнард с Бертрандом и Савейей.
Вот уж точно – несчастливая троица. Сочувствую невесте, которой придётся с ними разделить трапезу.
Вскоре друг за другом в зал начали заходить избранницы. Мириэль вошла шестой и уверенно направилась к нужному столику. Катриона оказалась девятнадцатой.
Я, задержав дыхание, неотрывно наблюдала, как подопечная проходит на своё место, и мысленно пожелала ей удачи. К счастью, пока всё шло гладко.
За остальными избранницами уже особо не следила, но взгляд невзначай зацепился за светлые волосы прошедшей мимо невесты. Снова та драконица.
Нужно обязательно попробовать пообщаться с ней сегодня. Возможно, она не будет против небольшого разговора.
Второе испытание длилось медленно и было откровенно скучным. Все просто тихо переговаривались, кто-то вёл светскую беседу, кто-то обедал… в общем, я даже пожалела, что компаньонкам разрешили тут присутствовать.
Наконец, по прошествии одного часа, некоторые девушки со счастливыми улыбками стали покидать свои столы. Мириэль была одной из таких.
– Ну как? – спросила я у подходящей эльфийки.
– Вроде бы хорошо. Драконы попались вежливые. Ничего плохого не случилось… – начала она, присаживаясь ко мне.
В принципе, ничего нового из её рассказа я не узнала. Невесты просто разговаривали с новыми знакомыми и показывали знание этикета. И всё.
– Ливи, с тебя один дракон глаз не спускает!
Я поперхнулась чаем. Покашляла пару раз и недоумённо посмотрела на Мириэль.
– Кто?
– Сидит за столиком с Катрионой. Справа, – заговорщически шепнула она, пододвигая к себе десерт. – Только посмотри туда осторожно, чтобы он не заметил.
Мириэль продолжила болтать об испытании, а я исподтишка перевела взгляд на подопечную. Та, улыбаясь, что-то рассказывала своим собеседникам. Двое мужчин слушали её с интересом, а вот один – шатен в синей форме, кажется, вообще не обращал внимание на принцессу. Он действительно смотрел на меня. В упор. Не мигая.
Стало как-то неуютно, и я поспешила отвернуться.
– Увидела?
– Ммм, – промычала я, помешивая чай. – Чего он хочет?
– Как чего? Познакомиться!
– Ты шутишь, что ли?
– Нисколько, – возразила Мириэль. – Любой мужчина проявляет интерес к прекрасной девушке. А ты безумно красивая, Ливи. Драконы, может, и не очень хорошо относятся к людям, но зато любят всё красивое. Видимо, этому лорду ты приглянулась.
Я не поверила. Каким образом я могла заинтересовать дракона, у которого в окружении, вероятно, сотни таких же шикарных дракониц?
Эльфийка помолчала, оценивая мою реакцию, и заявила:
– Слушай, на испытании, как я поняла, присутствуют только самые влиятельные. Герцоги, графы, управляющие войсками эрши… Может, присмотришься?
Я поперхнулась второй раз.
– Ты опять шутишь?
– Да нет же! – возмутилась она. – Я совершенно серьёзна. Уверена, что не все драконы не любят людей. Посмотри, вон те совершенно не кривятся от Катрионы. Им даже интересно, что она говорит! Может, тебе действительно стоит извлечь из этого отбора пользу? Между прочим, этих лордов пригласили сюда не просто так.
– Ну да, не просто так. Они проверяют невест.
– Не только в этом дело. Император один, а невест почти сорок. Понимаешь?
Понимаю. На всех девушек одного Бертранда не хватит.
– Смотрители хотят, чтобы некоторые невесты выбрали себе женихов из других аристократов?
– В точку.
Прям не смотрители, а свахи какие-то.
– Мириэль, но это относится только к избранницам. А я фрейлина из Невилании. И даже если не все драконы не любят людей, всё равно ничего не получится. Я сама не хочу. Мне сейчас не до этого, честно, – поделилась я, мельком присматривая за принцессой. – У меня впереди выпуск, потом работа, рост по карьерной лестнице. И ты на самом деле думаешь, что после стольких лет взаимной неприязни вдруг появится союз человека и дракона?
Мириэль промолчала и вздохнула, соглашаясь со мной.
То-то же. Я в Аргарион приехала не ради кольца на пальце и свадебного платья.
Муж – дракон? Лучше убейте.
Наше общение вскоре прервала Катриона. Подопечная наконец-то встала из-за стола, попрощалась со своими судьями и поспешила к нам.
– Девочки-и-и-и-и, – почти провизжала она, хватая меня за локоть. – Они такие… такие… Такие!
Я закатила глаза.
– Какие, Катриона? Прекрасные? Шикарные? Очешуительные?
– Очеш… очешуительные? – усмехнулась Мириэль. – Им подходит.
– Да ну вас! Они веж-ли-вы-е, – произнесла по слогам принцесса. – Обходительные, интересные, галантные, отзывчивые…
Её опять понесло.
Честное слово, я такое количество эпитетов за всю жизнь не слышала.
– О чём хоть разговаривали? – флегматично поинтересовалась я.
– Да обо всём. О Невилании, обо мне… и о тебе, кстати, тоже!
– В каком смысле? – не поняла я, подобравшись.
– Они просто спросили, не страшно ли мне одной путешествовать так далеко. Ну я и рассказала, что не одна, а с тобой.
Вот как… Надеюсь, моя головная боль не наболтала ничего лишнего.
Я снова посмотрела в сторону судей принцессы. И снова встретилась взглядом с тем драконом.
Он сидел с каменным лицом, чересчур внимательно меня рассматривая, но, увидев мой интерес… улыбнулся.
Всё! Надо отсюда уезжать. Не хватало мне ещё чешуйчатых кавалеров.
– Видишь? – заявила Мириэль, проследив за нашим переглядыванием. – Я же говорила!
– О чём говорила? – спросила принцесса.
– Да так… тут за Ливи кое-кто приударить решил.
Я возмущённо цокнула, пропуская их следующие слова мимо ушей.
Никто за мной приударять не собирается!
Ну и что, что улыбнулся? Мало ли, ему забавно стало? Наверно, задумался о чём-то хорошем… или улыбаться любит.
И вообще, когда это испытание уже закончится?
Я раздражённо повела плечом, сосредоточенно оглядывая весь зал. Осталось всего лишь три невесты, включая светловолосую драконицу. Она сидела за столиком с императорской четой и до сих пор активно общалась с Бертрандом. Савейя рядом участливо кивала, а герцог Эстанвиль просто скучал…
Любопытно, он хоть знает, что такое искренние чувства? Или полностью отмороженный? Последнее больше похоже на правду.
Хмыкнув своим мыслям, я чуть дольше задержала на нём взгляд… А Рейнард вдруг взял и посмотрел в нашу сторону. На меня.
Да что ж это такое?!
Спохватившись, я быстро уткнулась в свой чай и возмущённо засопела.
Почему мне сегодня так не везёт на эти гляделки?
– Ну не злись! Мы же, наоборот, лучшего для тебя хотим, – неправильно растолковала моё настроение Мириэль. – Скоро бал будет. Может, этот привлекательный дракон тоже туда придет… Тогда-то окончательно и проверим, заинтересовала ты его или нет!
– С чего вы взяли, что я пойду на бал?
– В каком смысле? – в голос спросили девушки.
– Пойдёшь обязательно, – заявила принцесса. – Иначе кто меня защищать там будет, а?
Скрип моих зубов был громче, чем переговоры смотрителей за соседними столиками.
После отбора я обязательно попрошу у нашего короля медаль за героизм и терпение!

Глава 14

Когда испытание завершилось, нас выпроводили из зала и разместили в холле, наказав ожидать результатов.
– Как ты думаешь, хорошо справилась? – спросила Мириэль принцессу.
– Не знаю…
Я почти не слушала их разговор, внимательно рассматривая светловолосую драконицу. Все невесты разбрелись по группам, что-то увлечённо обсуждая, но она сидела на отдельном диванчике и держалась как-то отстранённо.
Может, попробовать?
– Сейчас вернусь, – бросила я принцессе и уверенно направилась в сторону крылатой.
Та заметила моё приближение, но ничуть не удивилась. Напротив, слегка улыбнулась и кивнула.
Кажется, разговору всё-таки быть.
– Можно? – спросила я, указывая на место рядом.
– Конечно… Думала, ты меня узнаешь намного раньше. Я Астарта Эрнандс.
– Оливия Шэролл, – представилась я в ответ. – Ты знала, что я захочу поговорить? Почему же тогда после ужина прошла мимо?
– Не хотела навязываться, – пожала плечами девушка. – Я посчитала, что поведение смотрителя и императора на трапезе было странным и захотела как-нибудь вас успокоить.
– Успокоить?
– Да. Вас было жалко.
Я обескуражено посмотрела на Астарту.
– У меня нет высокого титула, – принялась объяснять она. – Я хоть и баронесса, но стала ею только недавно, после того, как отца наградили за службу империи. А людей чрезмерно ненавидят только высшие сословия, остальные относятся к ним… нейтрально. По крайней мере, моё окружение. На вас так сильно нападали в тот вечер… Я попыталась хоть чуть-чуть сгладить неприятное впечатление.
– Понятно…
Неожиданно услышать такое признание. Как-то не верилось, что это всё сейчас сказала драконица. За две недели я уже привыкла к неприязненным взглядам от крылатых, надменным усмешкам и к тому, что мы с принцессой тут совершенно лишние. В голове не укладывалось, что драконица, тем более одна из избранниц, может быть такой дружелюбной с человеком.
Но Астарта произвела на меня хорошее впечатление. Казалась открытой и… простой, что ли. Я не заметила, как разговорилась с ней, а после решила рискнуть и познакомить её с эльфийкой и принцессой. В любом случае такое общение будет полезным.
– Ты уверена, что это хорошая идея? – драконица скептически отреагировала на моё предложение.
– Уверена, – я поднялась, приглашающе протягивая руку.
Подходя к Мириэль с Катрионой, мы ловили на себе их недоумённые взгляды. Признаю, я слегка опасалась, что они будут настроены негативно к новой знакомой, но в итоге девушки адекватно приняли Астарту и даже постепенно прониклись к ней симпатией.
Когда все уже начали ёрзать от нетерпения в ожидании результатов, двери резко открылись, являя нашему взору Кассандру.
– Дорогие невесты! – Она выдержала многозначительную паузу, оценивая притихших девушек. – Испытание для вас завершилось успешно. Все прошли.
Последние слова послужили призывом к действию. Отовсюду стали раздаваться радостные возгласы, визги, счастливые вздохи, а Катриона и вовсе бросилась мне на шею, едва не задушив.
– Это ещё не всё. Успокойтесь! – недовольно прервала балаган смотрительница. – Наши судьи оценили всех по достоинству и решили присвоить каждой невесте заслуженные ею баллы. Герцогиня Ла Фрейн и Его Величество лично проверили результаты и одобрили их, поэтому с сегодняшнего дня мы вводим специальный рейтинг для отслеживания ваших дальнейших успехов. Теперь вы будете получать баллы за каждое последующее испытание.
Радостные возгласы вмиг исчезли. Девушки заметно скисли.
Да уж, приятная новость. Но рейтинг – вполне себе логичное решение. Это же отбор, а не смотрины невест.
Кассандра взмахнула рукой, и рядом с ней начала проявляться большая огненная таблица. На последних местах были незнакомые мне фамилии, чьи обладательницы не сдержали разочарованных всхлипов. Десятое место досталось Аверилл, и, кажется, ей это совсем не понравилось.
Коридорная ящерица в императрицы метит?
Девятое место присвоили Мириэль, Астарта на пятом, и не успела я спросить, где принцесса, как показали первое место.
– Катриона… – в унисон со мной прошептала эльфийка.
Это же невозможно!
Все взгляды устремились к нам. Злобные, недоумевающие и по-настоящему ненавидящие. Кассандра, не поняв, в чём причина такой резкой смены настроения, взглянула на свою таблицу и охнула.
Она тоже не знала? Может, это ошибка?..
– Милая, а о чём ты говорила со своими собеседниками? – тихо поинтересовалась Астарта.
– Про Невиланию, про себя…
Подопечная запнулась, посмотрела на рейтинг и ещё больше округлила глаза. Не иначе осознала, что во втором испытании стала победительницей.
– Дурдом, – заключила я.
Через двадцать минут, еле вырвавшись из толпы дракониц, жаждавших узнать, что же такого сделала Катриона, мы вчетвером сидели у Мириэль.
– И-и-и-и-и, – раздалось прямо над ухом.
Принцесса кружилась от необузданных эмоций, обнимала белоснежные шторы, бросала вверх подушки, даже прыгала, издавая нечленораздельные звуки.
– Как думаете, это сбой? – спросила Астарта.
– Это дурдом, – в очередной раз повторила я. Вообще после оглашения результатов, кроме этого слова, я ничего не сказала.
Подумать только… Катриона на первом месте… Я не иначе как сплю.
На первом!
Ни приближённая к императорской семье Аверилл, ни элегантная Астарта, ни Мириэль, ни кто-нибудь другой, а Катриона…
– И-и-и-и, – вновь протянула принцесса, подбегая к нам. – Я так счастлива!
– А тебе это не показалось немного странным? – Ну не верится мне, что тут нет какого-то подвоха.
– Вовсе нет! Я проанализировала своё испытание и поняла, что справилась на отлично. Не зря же этикет зубрила!
– Это правда, Ливи, – подтвердила Мириэль. – Этикет она действительно вызубрила от корки до корки.
– Я всё равно не понимаю, как она умудрилась получить первое место…
Драконы смирились с присутствием на отборе Катрионы и решили оценивать её справедливо? Или они просто следуют воле духов? Кто же тогда так сильно попросил у прародителей за нашу принцессу, что императорская чета позволила ей попасть на первое место?
Нет, ну тут даже логика не поможет. Как Катриона смогла обойти дракониц, которым этикет прививали с самого детства?
Разговор девушек тем временем медленно перетёк с испытания к драконьей расе. Астарта начала рассказывать про её особенности, а я навострила уши.
– …вообще нас от людей отличают только увеличенный срок жизни и некоторые физические особенности. Поэтому в какой-то степени мы даже похожи.
– И всё? Подожди, а как же превращения? Ну… ваша вторая ипостась, – поинтересовалась принцесса.
Вот не даёт ей покоя этот вопрос. С момента приезда в Аргарион все уши мне прожужжала с ним.
– Для некоторых вторая ипостась уже в прошлом, – грустно сказала Астарта. – Сейчас превращаться могут только те драконы, которые сохранили чистоту крови и у которых сильный дар. Например, императорская семья может обращаться запросто. Герцог Эстанвиль и Его Величество иногда в облике драконов проверяют границы Аргариона.
Я подзависла от последних слов.
– Герцог Эстанвиль… относится к императорской семье?
– Он двоюродный брат нашего императора.
Замечательно, я перешла дорогу не просто первому советнику, но и особе голубых кровей. Хотя другого ожидать не стоило. Такую должность не доверили бы абы кому.
Теперь понятно, откуда у него столько власти и почему его все боятся.
– Из-за чего драконы перестали превращаться? – нетерпеливо спросила Катриона.
Астарта задумалась, подбирая нужные слова.
– Изначально существовала только животная ипостась. Наши прародители были настоящими драконами. Потом, каким-то образом эволюционировав, они смогли принимать человеческое обличье. Проходили века, превращения стали происходить чаще, длиться дольше, и так вышло, что драконья ипостась поменялась местами с человеческой. Некоторые драконы больше не могли принимать животный облик. А у остальных это стало получаться нечасто.
– А ты можешь менять ипостась? – поинтересовалась Мириэль.
– Многие женщины-драконицы могут. Я в том числе. Но обычно это происходит на последнем месяце вынашивания потомства. И только у тех, чей род сохранил гены предков. – Астарта замолчала, внимательно посмотрев на меня с Катрионой. – На самом деле большинство думает, что эволюция драконов произошла из-за браков с людьми.
– Браков?! – воскликнула принцесса.
Я сдавленно охнула. Драконы заключали браки с людьми? Нам точно не сказку рассказывают?
– Это неофициальная версия, но её многие придерживаются. От смешанных союзов рождались полукровки. От этих полукровок ещё полукровки. Наверно, из-за них некоторые драконы потеряли способность менять ипостась. И, возможно, именно поэтому мы оборвали все связи с людьми, чтобы не допустить вымирания драконьей расы вовсе.
Невероятно. Я ожидала услышать что-нибудь про кровопролитное столкновение, интриги, заговоры, из-за которых у нас с крылатыми началась холодная война. В конце концов, мало ли, люди посягнули на драконьи секреты… Но я даже не предполагала, что вся проблема в полукровках.
Хотя версия эта пусть и звучала очень правдоподобно, но кое-что мне всё же было непонятно.
– Обычно полукровки берут только половину генов своего чистокровного родителя. А драконы-полукровки должны были потерять не только ипостась, но и свою необычную внешность, свою уникальную магию… Кстати, что насчёт вашей магии?
– Насколько я знаю, она почти ничем не отличается от людской. Просто наша магия – огненная. Она дарована предками. Но опять же, ею обладают не все, – пояснила Астарта. – А что касается полукровок… я согласна с тобой. Не думаю, что они – истинная причина ненависти между людьми и драконами.
Мне тоже так кажется.
– А у вас есть пары? Или эта особенность тоже исчезла? – перевела тему Мириэль.
– Ох, они встречаются ещё реже, чем обращения. И тоже только у сильных драконов. Дело в том, что в человеческом обличье драконы почти не могут почувствовать свою пару. А, как ты понимаешь, во второй ипостаси долго находиться практически невозможно, поэтому поиск второй половинки очень затруднён.
– Но император же сильный, живёт долго и обращаться, судя по твоим словам, умеет… Разве он не может отыскать себе пару сам? – спросила я. Не совсем понимаю тогда, какой смысл в отборе невест.
Астарта пожала плечами.
– Я не приближена ко двору, поэтому многого не знаю.
Вернувшись в свои покои, я долго думала над словами Астарты. Даже когда ложилась спать, прокручивала в голове новую информацию. У меня появилось больше знаний о драконах, и это, безусловно, огромный плюс. Чешуйчатые, конечно, оказались не совсем такими, какими я их себе представляла. Но это не важно. Теперь хотя бы не чувствую себя недоучкой.
Только почему у меня такое ощущение, что я упустила что-то важное? Может, забыла Астарту спросить о чём-то?

Глава 15

Тёмный коридор пугает. Идти туда совсем не хочется, но ноги сами несут вперёд.
Мягкий красный ковёр приятно щекочет босые ступни, чёрная сорочка совсем не греет, и мне бы вернуться к себе… Нет, нельзя.
Опасливо поднимаюсь по винтовой лестнице. Светильники не горят, канделябры потухли. Только благодаря скудному свету луны видны мраморные ступени.
Страшно, зябко, но мне всё равно нужно идти. Кто-то очень хочет, чтобы я не останавливалась.
Снова коридор. Пара поворотов, и передо мной просторный зал – картинная галерея, конца которой не видно. На стенах чьи-то портреты… Женщины в пышных бальных платьях, мужчины в расшитых золотом камзолах… наверное, императорские семьи.
На одном из холстов узнаю Бертранда. Он выглядит ещё моложе.
Прохожу чуть дальше, ступая по холодному мрамору. Тут есть даже Савейя. Как обычно, в красном.
От внимательного наблюдения отвлекает резкий свистящий звук. Быстро поворачиваюсь, обхватывая себя руками, но ничего не вижу.
Пусто. Просто сквозняк.
Мгновенно успокаиваюсь, перехожу к противоположной стене и тщательно разглядываю очередной портрет. Женщина. Темноволосая драконица с изящной, отделанной рубинами короной и золотым скипетром. Императрица?
Подаюсь ближе, всматриваясь в улыбчивое лицо, кого-то мне так сильно напоминающее, и в ужасе отскакиваю назад.
Из холста появляется красный туман.
По спине проходит холодок, непреодолимый страх выбивает из лёгких воздух, поселяясь где-то глубоко внутри. Паника накатывает мощными волнами. Пытаюсь убежать, скрыться, исчезнуть, но алая дымка обхватывает запястья своими жадными щупальцами и дёргает назад. До слуха доносится свистящий шелест:
– Найди её.
Из сна меня выбросило так же резко, как и в первый раз. Я часто задышала, подрагивая всем телом. Пошатнулась, едва не упав, и распахнула глаза шире. От ужаса.
Я не в своей спальне. Не в своих покоях!
Знобить начало ещё сильнее: от холода, потому что, кроме ночной сорочки, на мне не было ничего, и от страха. Потому что я в том же тёмном коридоре, что видела во сне. Тот же красный ковёр под босыми ногами, тот же пронизывающий до костей сквозняк.
Это уже не просто разыгравшаяся фантазия виновата. Кто-то специально навёл мне эти кошмарные сновидения. Или воспользовался заклинанием на подсознание…
Но как меня вытащили из собственной спальни? Как я вообще оказалась здесь?
Здраво мыслить совсем не получалось, и я немедля пошла прочь от мрачного прохода, памятуя, что случилось во сне. Никакой картинной галереи мне не надо. Никаких винтовых лестниц! Нужно идти назад. А ещё взять себя в руки и не паниковать… Даже если очень хочется.
Я сотворила в руке маленький светлячок, чтобы хоть что-то было видно, и снова осмотрелась. Я совершенно не знаю эту часть дворца. Не была здесь ни разу.
И куда идти? Можно попробовать создать портал… Но для перемещения нужны точные координаты места, в котором я сейчас нахожусь. И координаты пункта прибытия, а их я, к сожалению, не знаю. Поэтому нет. Лучше, наверно, не рисковать. Иначе выкинет где-нибудь совершенно в другом месте. Тогда будет ещё хуже.
Я быстро спустилась на этаж ниже, преодолела несколько лестничных пролётов, коридоров, холлов… Сама я точно не могла уйти так далеко из покоев, я не страдаю лунатизмом. Возможно, меня заставили прийти в тот коридор, но об этом даже думать не хочется.
Я шла осторожно, попутно вспоминая дорогу к крылу невест. Старалась ничем не выдать свои ночные прогулки. Но за спиной вдруг что-то протяжно скрипнуло. И я побежала от греха подальше.
Со всех ног метнулась вперёд, показывая чудеса тренировок в академии, пронеслась несколько поворотов, вскочила по каким-то ступеням и наконец-то начала узнавать окрестности.
Гобеленовый коридор был пуст, вокруг ни единой души, и меня вроде никто не преследует.
Может, послышалось…
Я повернула направо, но не успела и пискнуть, как вдруг с разбегу впечаталась в чёрную стену.
– Да чтоб тебя! – прошипела я, потирая ушибленный лоб. И застыла. Стена под рукой внезапно пошевелилась… Вообще она была какая-то мягкая на ощупь. И билось под ней что-то.
Сердце, кажется, билось… У стены?!
– Что ты здесь делаешь?
У меня даже волосы на затылке от этого железного голоса задрожали.
Попала ты, Ливи, так попала. Лучше бы в том коридоре осталась.
Я медленно отошла назад, удерживая взгляд на мощной груди, обтянутой чёрной рубашкой, и от души пожелала провалиться под землю.
– Я задал вопрос, – на скулах Рейнарда ходили желваки, челюсть была стиснута, губы поджаты, глаза горели: в них бесновалось яркое багровое пламя.
Советник выглядел настолько пугающе, что я смогла лишь слабо вякнуть:
– А я, кажется, его прослушала.
– Могу повторить ещё раз, – процедил он. – Что. Ты. Здесь. Делаешь?
– Гуляю, – ляпнула я первое, что пришло на ум, и попятилась назад.
Соберись, Оливия. Ты же боевой маг! Где, чёрт возьми, твоя храбрость?
Ну да, будешь тут храбрым, когда стоишь в одной ночнушке, чувствуя себя пойманной за совершением особо тяжкого преступления.
– В три ночи? Ты решила погулять в тр… – мужчина внезапно прервался и перевёл свой внимательный взгляд ниже. На шёлковую, блин, сорочку. Смотрел долго, не мигая, а потом поднял глаза обратно на моё уже побледневшее лицо.
Я сделала ещё шаг назад и стала передвигаться к стенке. Жаль, что я не могу с ней слиться.
– Почему ты в таком виде?
Ой, какой тон взбешённый.
– В чём хочу, в том и гуляю, герцог Эстанвиль. Вы имеете что-то против?
– Вот как… – хмыкнул он и двинулся в мою сторону. Плавно, медленно, пугая ещё сильнее.
Ойкнув, я вдохнула поглубже, молясь Всевышнему, чтобы забрал меня отсюда, и рванула назад.
Всегда мечтала поиграть в догонялки… Особенно с разъярённым драконом. Экстрим! Никакое кладбище с мертвецами не сравнится с этим.
Не знаю, оскорбился ли побегом Рейнард, но преследования я не слышала. Неужели спаслась?
Оказалось, нет.
Прямо на повороте меня поймали и развернули к очень злому лицу.
– Я тебя не отпускал.
– А вы меня и не держали. – Я постаралась придать голосу твёрдости, но незнакомые доселе чувства выбили из колеи. Уверенное прикосновение мужских рук особенно остро ощущалась через тонкую ткань сорочки. А руки у Рейнарда горячие, как огонь. Обжигают, даже не касаясь кожи.
– Ты специально меня провоцируешь?
Я задохнулась от возмущения.
– Да больно вы мне нужны, чтобы вас провоцировать!
Советник помрачнел, сжал мою талию сильнее, выдавливая тихий жалобный хрип, и в следующее мгновение открыл огненный портал. Один взмах руки, и я уже стою в своей гостиной. Шокированная, обескураженная и растерянная.
Для такого портала нужны же координаты… Он что… знает, где мои покои находятся?
– Чтобы больше не разгуливала в таком виде, – прорычали мне в макушку.
Отпустив меня, дракон ещё раз недовольно осмотрел мой прикид.
Я вздёрнула подбородок, сжала руки в кулаки, быстро закипая от раздражения… и так же быстро успокоилась. Не хочу перед ним давать волю эмоциям.
– Какая разница, в чём я гуляю, герцог? Вам есть до этого дело?
– Похвальное самообладание, – ухмыльнулся он, заметив резкую смену моего настроения. – До тебя мне нет никакого дела. Но, милая, позволь спросить. Ты знаешь, кто такие гончие шидаи?
– В первый раз о них слышу, – призналась я, подзависнув от его обращения.
Милая?..
– Гончие шидаи обитают только в Аргарионе. Это искусственно выведенные монстры. Появились от скрещения абомитуса и вервалака. Ты наверняка слышала о них.
О да. Не только слышала, но ещё и видела. И даже имела честь несколько раз вступить с ними в схватку. Эти твари считаются низшими существами и обитают в заброшенных землях. Хищники, которые могут напугать своим внешним видом до чёртиков. С кровавой пастью, красными глазами, ядовитой слюной и непреодолимым желанием разорвать в клочья всё живое.
Если гончие шидаи появились от них, представить страшно, как выглядят эти монстры. И что они умеют.
Расценив моё молчание как согласие, Рейнард продолжил:
– Нам удалось вывести новый вид хищников, способных к дрессировке. Гончие шидаи используются для охранных целей. Эти зверушки принимают призрачный облик, выслеживают свою добычу, загоняют её в угол и набрасываются всей стаей. Ты, пока шла, не замечала ничего подозрительного?
Замечала… Скрип за спиной.
От осознания всей прелести ситуации я чуть не осела на пол.
– Эти… зверушки показываются перед нападением? – спросила я, не узнав своего сиплого голоса.
– Нет. Шидаи ведут охоту только в невидимом обличье.
Всевышний, меня могли убить. За секунду отправить на тот свет. А я бы даже закричать не успела…
– Вы держите этих шидаев во дворце? Без привязи? А если бы кто-то из невест оказался ночью в коридорах?
– Это только ты такая особенная, по ночам гуляешь, – Рейнард хмыкнул, ещё раз окидывая меня изучающим взглядом.
Достал! Надо бы мне одеться…
– В крыло невест шидаям доступ запрещён. На жителей дворца они не нападают, но к гостям присматриваются. Только ты их заинтересовала как-то особенно сильно.
– Замечательно, – в своей излюбленной манере я сложила руки на груди. – А предупредить о них нельзя было?
– Я уже говорил, что ты первая, кто решил в такое время погулять. До этого не было необходимости рассказывать про шидаев.
Так захотелось крикнуть, что я не любительница по ночам невесть где шастать, но пришлось упрямо сцепить зубы и кивнуть. Про сны я ему точно ничего не собираюсь рассказывать. Как и про лунатизм. Не хватало, чтобы меня на опыты сдали или объявили сумасшедшей.
– В следующий раз я даже пальцем не пошевельну ради твоей безопасности, – бесстрастно бросил советник, открывая очередной портал. – Не влипай в неприятности, если хочешь вернуться в Невиланию целой.
Рейнард исчез. Окончательно испортив мне настроение, оставил одну, наедине со своими мыслями.
Я медленно поплелась в спальню, попутно проверяя, на месте ли защита.
Эмоции перегорели, как только за советником закрылся огненный ореол. Испуг, удивление, страх, любопытство, адреналин: всё осталось в коридорах замка.
Лунатизмом страдаю? Ну и что. Сны странные снятся? И ладно. Красный туман преследует? Пусть он идёт к дьяволу! Чуть не съели призрачные твари? Хм… Ну это уже неприятно…
Хотя всё-таки нужно пройти проверку на магическое вмешательство. А ещё лучше написать Дэрришу и рассказать про кошмары. И про то, сколько раз я пожалела, что согласилась поехать на этот чёртов отбор.

Глава 16

– Оливия-а-а-а-а, – пропищала Катриона, залетев в гостиную. – Представляешь, к нам сегодня приедут модистки! Будут мерки снимать для бального платья!
– У тебя шкаф скоро лопнет от тех платьев, что ты притащила из Невилании. Куда тебе ещё одно?
– Ой, Ливи, скажешь тоже. Они не сравнятся с императорским!
– В какой-то степени она права, – заметила Мириэль. Сидящая рядом драконица ей поддакнула. – Модистки Аргариона действительно славятся своим мастерством.
Ну раз так, забираю свои слова назад. Как говорится, чем бы дитя ни тешилось.
Осенний бал во дворце проходит ежегодно, и в этот раз должен быть незабываемым. По крайней мере, так сказала Савейя. Торжество посвящено не только невестам, но и духам-прародителям драконов. Согласно легендам Аргариона, каждый год с октября по январь они становятся ближе к своим потомкам, навещают их и благословляют.
Понятия не имею, каким образом это происходит, но праздник обещает быть интересным.
Несколько дракониц из дома мод действительно приехали почти сразу после нашего утреннего чаепития. Швей было шестеро. И все заходили к каждой невесте по очереди. В таком темпе до Катрионы они добрались только к вечеру.
– Ваше Высочество, повернитесь, пожалуйста, спиной, – мадам Тресса, как она сама попросила себя называть, оценивала фигуру принцессы, записывая что-то в маленький блокнот.
Я бы предпочла остаться у себя, но Катриона настояла, чтобы я помогла ей выбрать «самое лучшее, самое восхитительное, чтобы у всех рты до пола открылись» платье. А спорить с её Высочеством себе дороже.
Драконицы, снимавшие мерки, были работницами самого известного ателье Аргариона, но вели себя вовсе не высокомерно. Крылатые проявляли к нам только уважение, не морщились, не кривились и с радушием беседовали о разных мелочах. А уж Тресса произвела на меня неизгладимое впечатление своей любовью к работе. Она с трепетом смотрела на ткани, предвкушающе расписывала принцессе её будущий наряд, воодушевлённо рассказывала о новых фасонах и популярных новинках.
– Мне кажется, её высочеству подойдёт голубой цвет, – предположила одна из девушек.
– Попробуйте ещё персиковый, он сейчас в моде, – вторила другая.
Катриона в ответ кивала и сосредоточенно рассматривала образцы тканей.
– Ливи, что скажешь? – повернулась она ко мне. – Ты бы какой цвет выбрала?
– Чёрный, – бросила я безучастно и получила несколько удивлённых взглядов.
– Чёрный?! Ливи, это цвет вдов!
– Чёрный – цвет благородства, цвет элегантности и страсти.
– Но цвет страсти – это красный, – спорила принцесса.
Ох уж эти придворные принципы и правила…
– Красный – страсть не скрытая, вызывающая и в какой-то степени вульгарная. А чёрный, напротив, – волнующая тайна.
– Я согласна с вами, – внезапно поддержала Тресса, окидывая меня внимательным взглядом. – Чёрный прекрасен во всех аспектах, и мне жаль, что многие леди избегают его. Скажите, вы не хотели бы себе платье на бал? Мы бы с радостью вам его пошили.
Швеи усиленно закивали, а Катриона шокированно посмотрела на модистку. И я тоже.
– Не стоит, мадам Тресса. Спасибо, – улыбнулась я, еле скрыв удивление. – Не хочу подкидывать вам лишней работы, у вас её и так выше крыши.
Она вот так вот просто решила создать мне платье? Видимо, чего-то я всё же не понимаю в люд… в драконах.
А предложение, конечно, заманчивое… и одновременно неожиданное. Но мне неловко пользоваться такой услугой. Не привыкла быть в долгу. Хотя чёрный, бесспорно, замечательный! Даже жаль стало, что я не попросила королевских швей сделать мне несколько нарядов этого цвета. Впрочем, вряд ли бы они пришли в восторг от такой идеи. Скорее, покрутили бы пальцем у виска и перекрестились раз девять.
– Ну что вы. Моя работа мне только в радость, – заверила Тресса. – И предложение о платье остаётся в силе. Я буду рада видеть вас в своём ателье в любое время.
Кажется, я потихоньку начинаю заводить связи в Аргарионе.
После того как модистка ушла, я оставила Катриону с её романтическими мечтами и решила отыскать библиотеку. Дэрришу я уже отправила магопочту, расписала всё про кошмары, про события, случившиеся на отборе. Очень надеюсь, что письмо дойдёт без каких-либо проблем. Но самой тоже не стоит сидеть сложа руки. В первую очередь необходимо разузнать всё про духов и императорскую династию. Я хочу понять, кто была та девушка на портрете. Возможно, её меня просил найти тот голос…
Сначала я разведала весь первый этаж, притворялась, что прогуливаюсь, но на деле внимательно осматривала окрестности. А ещё в голове раз за разом прокручивался разговор с Рейнардом. Гончие шидаи не давали покоя. Да и будешь тут спокойной, когда знаешь, что за тобой следят призрачные монстры.
На втором этаже я нашла прекрасный тренировочный зал, мини-оранжерею, ещё какие-то непонятные помещения и успела порядком подустать. Ноги заныли от непрерывной долгой ходьбы, даже стыдно стало за свою выносливость. Дожила, называется, уже от прогулок выматываюсь.
Я обречённо вздохнула, остановившись посередине коридора, и стала подумывать о том, чтобы продолжить поиски завтра, но помощь пришла откуда не ждали.
– Леди, вы заблудились? – поинтересовался слуга, мывший неподалёку окна.
– Нет, – протянула я, замявшись. Соображай, Ливи! Что сказать?.. – Понимаете, у меня проблемы с драконьим этикетом… и мне посоветовали почитать специальные справочники… Только вот я не знаю, где находится библиотека.
Хоть бы сработало, пожалуйста!
Сделала глаза погрустнее, сложила руки в умоляющем жесте. Прямо бедная сиротка.
Мужчина, услышав просьбу, чуть нахмурился, но, вопреки моим опасениям, согласно кивнул.
– Я проведу вас.
Получилось! Едва не подпрыгнув, я припустила за драконом.
Как же повезло, что слуги во дворце уже более или менее привыкли к нам с Катрионой. Некоторые даже охотно шли на контакт, как сейчас. Может, права была Астарта и людей не любят только высшие сословия?
Только мы дошли до библиотеки, как меня отчего-то накрыли неприятные воспоминания. Лунатизм, картинная галерея и замогильный голос…
Утром, после ночного приключения, я запустила стандартную проверку на магическое вмешательство, использовала несколько артефактов, привезённых из Невилании, и нашла только одну зацепку: какое-то ментальное воздействие на память, но какое именно – понять не смогла… И, честно говоря, мне стало как-то не по себе. Возможно, из-за него мне снятся кошмары, только точно это узнать я пока не могу. Нужно дождаться советов от ректора.
– Прошу, – дракон открыл передо мной высоченные позолоченные двери и повёл вперёд. – Я должен проследить, чтобы вы взяли именно нужную книгу.
– Да, конечно, – кисло улыбнулась я, семеня за слугой.
Вот и подвох. Одну меня, конечно же, не пускают, боятся, что начну выведывать их секреты.
Слуга обернулся и невзначай заметил:
– Многие книги на драконьем языке.
Я чуть не споткнулась.
– Драконьем? А как же мы…
Договорить не смогла. Лишь потрясённо открывала рот.
– Вы тоже говорите сейчас на драконьем.
Я всё-таки споткнулась.
– Как это?
– Понимаю ваше удивление, – участливо отозвался мужчина. – Никто из приезжих не замечает этих перемен. В портал на границе встроено заклинание, позволяющее автоматически приспособиться к новому языку. Но когда вы покинете Аргарион, оно перестанет работать.
Что же получается… Это его обнаружила магическая проверка утром?.. Всевышний, неужели я такая дура?! Правильно говорят, век живи – век учись. Гордилась тем, что сразу вижу любую мелочь, но слона-то не приметила.
Я потрясённо следовала за мужчиной, даже не замечая забитые книгами стеллажи.
Всё это время я не понимала, что говорю на драконьем языке? Даже сейчас этого не замечаю… Немыслимо. И обидно. Теперь же совсем непонятно, отчего у меня кошмары.
Как будто я сама являюсь их источником.
– Вот, пожалуйста. Выберите подходящую.
Я посмотрела на разноцветные переплёты и едва не поморщилась. «Драконий этикет: история и эволюция». «Драконий этикет от А до Я». «Все нюансы драконьего этикета». «Этикет и бла-бла-бла». У меня, кажется, аллергия начинается на это слово.
Я вытащила первую попавшуюся книжку и натянуто улыбнулась мужчине.
– Прекрасно, – одобрил дракон. – Теперь, прошу, пройдёмте назад.
На обратной дороге я уже активно вертела головой, мысленно прикидывая, где может оказаться информация по духам. Очень удобно, что стеллажи были расставлены по разделам. Библиотека вообще была красивой. Настолько, что дух захватывало. Просторная, светлая, с диванчиками, ажурными шкафами. Как в сказке. А ещё в ней имелось огромное количество разного чтива, казалось, обо всём на свете.
– Скажите, – я всё же решилась узнать, – дозволено ли мне почитать что-нибудь про ваших духов? Скоро бал в их честь, а я совершенно ничего не знаю.
Слуга промолчал, размашисто шагая вперёд. Я уже подумала, что меня проигнорировали, но мужчина тактично ответил:
– Думаю, какую-то часть библиотеки откроют для всех желающих в период празднеств. Вы сможете её посетить.
Попрощавшись с доброжелательным драконом, поспешила к себе. Осталось надеяться и верить, что мне хоть чуть-чуть разрешат почитать про духов. Иначе придётся грабить библиотеку. А это даже звучит смешно.
На следующий день меня обрадовали «прекрасной» новостью. Подготовка к балу, оказывается, заключалась не только в выборе платья, но ещё и в разучивании драконьих танцев. Вернее, одного обязательного драконьего танца, который будут танцевать все избранницы без исключения.
Иноземным невестам выделили специальный танцевальный зал. А я присутствовала в качестве наблюдателя, на этот раз уже по своей воле. К танцам у меня особая любовь.
– И раз-два-три… И раз-два-три… – бубнила преподавательница. – Леди Тариллион, держите локоть ровно!
Невесты кружились по паркету одни, без кавалеров, и кривились от всего происходящего. Я бы на их месте тоже кривилась. Драконий вальс почти ничем не отличался от людского, но в нём имелось несколько необходимых движений, которые взрывали мозг своей мудрёностью. Девушке нужно было завернуться в руку спутника, развернуться, наклониться назад, потом снова завернуться, вытянуть носочек, несколько раз повернуть кисть… и, наверно, в конце совершить самоубийство от бесконечного количества поворотов.
Радовало, что у танцевального зала были нестандартные прозрачные стены из какого-то прочного стекла, поэтому мне было видно всё, что происходило в остальных помещениях.
В соседнем зале танцевали что-то отдалённо напоминающее наше танго. Только по-драконьи. Так танцевали, что по телу пробежался табун мурашек. Преподаватель – весьма импозантный дракон – то отталкивал, то ловил одну из невест, а она изгибалась, словно непокорный огонь, цеплялась за его плечи, изящно выкидывала вперёд ножку, которую сразу же крепко обхватывал мужчина.
Этот танец… даже не так. Этот безмолвный и чувственный диалог между парой настолько заворожил, что я не могла оторвать взгляд ни на секунду.
Хочу его выучить! И совсем не важно, что вряд ли когда-нибудь он мне пригодится. Пусть просто будет маленькое удовольствие для себя любимой.
После занятия я наказала Катрионе возвращаться без меня, а сама осмелилась подойти к преподавателю диковинного драконьего танго.
– Прошу прощения, – кашлянула я, привлекая внимание мужчины.
Тот обернулся и вскинул в удивлении брови. Да я сама от себя в шоке была, но всё же сумела путано поведать о том, что очень хочу присутствовать на его уроках.
Дракон внимательно на меня посмотрел, смешно наклонив голову набок.
– Хотите танцевать водеро́?
Значит, вот как он называется.
– Да.
Так и начались мои уроки. Преподавателя водеро́ звали Кристианом. Просто Кристианом, без каких-либо титулов. В последнее время мне вообще очень везло на приятных драконов.
Мужчина оказался замечательным учителем и безумно милым собеседником: его обаяние буквально разило наповал. И не только меня. Катриона с Мириэль, узнав про такой интересный экземпляр, тоже вызвались ходить на занятия. А Кристиан был совсем не против и уж очень странно поглядывал на нашу эльфийку. Так поглядывал, что у меня закрадывались некоторые подозрения насчёт его неподдельного интереса. Как оказалось, не зря.
Насыщенная неделя пролетела незаметно. Подкрался долгожданный день бала.

Глава 17

Предпраздничная суета началась ещё с утра. Снова шум, гам, слуги куда-то бегают, невесты с замиранием сердца ждут от мадам Трессы посылки с платьями… А я стою напротив вместительного шкафа и придирчиво осматриваю наряды.
И что надеть? Белое с блёстками? Ну нет, я же не избранница. Голубое, бесстыдно облегающее тело, как вторая кожа? Тоже нет… Не знаю. Всё не то. Вот уж не думала, что стану жертвой своего гардероба. Раньше никогда так не заморачивалась по поводу одежды… Хотя на императорских балах я тоже никогда ещё не была.
В Невилании лишь пару раз приходилось посещать ежегодные званые вечера и, если закрыть глаза на сплетников, завистников, на дворцовые интриги и постоянные казусы среди аристократии, эти торжества мне нравились. И сейчас нравятся, но просто потому, что танцевать я люблю. Только сегодня, наверно, придётся постоять в сторонке…
От размышлений отвлёк осторожный стук.
– Леди Шэролл? – На пороге показалась запыхавшаяся служанка.
– Да, – ответила я насторожённо, открывая дверь шире.
– Вам просили передать, – девушка с облегчённым вздохом всучила мне в руки огромную коробку и быстро удалилась.
Спросить, кто передал и зачем, не успела. Но сама смутно догадывалась… коробка ведь чёрная, бархатная, с изображением белой камелии на крышке. Неужели?..
Открыв посылку, я охнула, не поверив своим глазам.
Чёрный шёлк. Платье от мадам Трессы! На тоненьких бретельках, с расшитым серебряными нитками лифом, длинное, до пола, но с длинным разрезом от бедра. Я такой красоты никогда не видела, а Тресса не иначе как фея-мастерица!
На дне коробки лежал комплект чёрного кружевного белья и конверт с запиской:
«Дорогая Оливия! Я надеюсь, что смогла вас в должной степени удивить. Мои девочки невероятно глазасты: пока вы следили за принцессой, они следили за вами. Размер просто обязан совпасть!
В Аргароне чёрный тоже считается нежелательным цветом для торжеств. Но в наших силах это изменить. Все знатные дамы думают, что моду задают первые красавицы империи, но это совершенно не так! Моду задаём мы – модистки, швеи, дизайнеры. Искусницы. Когда-то мне удалось заставить весь высший свет носить платья без кринолина. Теперь я хочу заставить всех полюбить чёрный. Мне повезло, что я встретила вас, как бы странно это ни звучало.
Сияйте сегодня, Оливия. Сияйте в чёрном! Я уверена, что вы покорите императорский двор!»
Я прижала письмо в груди, чувствуя… не знаю, что это за чувство. Удивление? Благодарность? Предвкушение? Всё смешалось в один сумасшедший вихрь. Но одно мне известно точно, сегодня я действительно хочу сиять!
Вечером примерно час я рассматривала себя в зеркале, кружась, вертясь и восторженно вздыхая. Платье село идеально. Тоненькие бретельки не скрывали хрупкие плечи и выразительные ключицы. Лиф был выполнен так, что одновременно и прикрывал, и чуть открывал зону декольте, словно дразня. Шёлк струился по фигуре, огибая талию, а разрез не сковывал движений, давал полёт фантазии.
С причёской я решила не мудрить. Мне сделали мои излюбленные распущенные локоны и немного покрыли их серебристыми блёстками. Гарнитур надела королевский, бриллиантовый, специально созданный для моей роли фрейлины. Вечерний образ получился изумительным! Всё, как я и хотела: элегантный, волнующий, полностью соответствующий моим вкусам.
С невестами мы решили собраться, как обычно, в покоях Мириэль. В коридоре я никого не встретила, но, подходя к комнатам эльфийки, услышала девичьи восторженные голоса.
– Катриона, выглядишь волшебно! – похвалила Астарта.
– Ты тоже прекрасно, сиреневый тебе очень к лицу, а Мириэль просто… – принцесса, не договорив, повернулась на звук открываемой мною двери и слабо вякнула: – просто восхитительна.
Повисло многозначительное молчание.
Да уж, если так на меня будут реагировать на балу, придётся совсем нелегко.
– Очешуеть можно… Ливи, ты… Ты!.. У меня слов нет, – эльфийка хлопнула в ладоши. – Тот дракон просто обязан тебя такую увидеть!
Девушки поддакнули, закивали, а я закатила глаза. О чём бы ни говорили, всё в последнее время сводилось к тому дракону. Он уже заранее начинает меня раздражать.
На торжество пошли отдельно. Невесты должны были войти через парадные двери и спуститься с высокой лестницы на обозрение всем. А я поспешила за слугами через гостевой вход.
Чем ближе я подходила к залу, тем громче слышался гул возбуждённых голосов, звон хрустальных бокалов и медленная классическая музыка. Внутри сжался маленький комок из восторженных эмоций, на губах сама собой появилась лёгкая улыбка, и я уверенно вошла в позолоченный, освещённый сотнями магических огней зал.
Празднество было в самом разгаре. Бесчисленное количество разодетых аристократов, дам в платьях разных цветов, фасонов и со сверкающими драгоценностями на молочной коже. Драконы улыбались, беседовали, смеялись, явно наслаждаясь этим вечером.
– Чёрное!
– Она в чёрном, поглядите.
– Человек…
Передо мной с потрясёнными лицами расступались, со всех сторон слышались изумлённые шепотки, отовсюду атаковали взгляды… Их было столько, сколько я не видела за всю свою жизнь: заинтересованные, презрительные, неверящие, оценивающие: они смешались в экзотический коктейль, который залпом опрокинули на бедную меня. Но я старалась держаться стойко, отстранённо встречала нескрываемый интерес к моей персоне и мысленно поражалась своему поведению. Раньше я бы предпочла остаться незамеченной, а сейчас самостоятельно вывела себя под свет софитов.
– Леди, – слуга с подносом почтительно поклонился, предлагая вина.
Поблагодарив, я взяла бокал и отошла в сторону фуршетного стола, чтобы не мельтешить перед драконами. Лимит удивлённых аристократов на сегодня, надеюсь, исчерпан.
К сожалению, мои ожидания насчёт праздника не совсем оправдались. Императорский бал отличался от королевского только невозможно чудесным оформлением зала: позолоченные стены с огненными всполохами, мерцающими прямо внутри дорогого мрамора, огромные хрустальные люстры, сверкающие так ярко, что, вероятно, смогли бы осветить весь дворец, высокие, до потолка, окна, украшенные красными розами. Поистине волшебно! А в остальном… Всё как и в Невилании. Но, может, я просто придираюсь.
Вскоре пришло время официальной части. Оркестр перестал играть, все притихли в томительном ожидании, и наконец на вершине золотой лестницы показался Бертранд. Император произнёс пламенную приветственную речь, отовсюду раздались громкие овации, и началось торжественное представление избранниц.
Девушки спускались чинно, гордо вскинув головы. Все, как на подбор, красавицы. Даже Аверилл, признаться, была на высоте. А наша принцесса блистала в персиковом пышном платье, переливающемся под блеском магических огней, и одаривала драконов своей лучезарной улыбкой. Весь высший свет наблюдал за очаровательными невестами, но вот мой интерес переметнулся к другим особам.
Возле императорского трона, по правую сторону, стояли роскошная Савейя и, как обычно хмурый, советник. Если бы я не была с ним знакома и не знала о его непростом характере, могла бы наивно влюбиться. С первого взгляда, как девчонка.
Чёрный камзол подчёркивал широкий размах плеч, того же цвета рубашка, небрежно расстёгнутая на две верхние пуговицы, открывала лишь несколько сантиметров мускулистой груди, давая фантазии разыграться не на шутку. Рейнард стоял с таким же бесстрастным, непроницаемым лицом, как и всегда, отрешённо наблюдая за собравшимися, и потом неторопливо повернулся в мою сторону. Я невольно в предвкушении задержала дыхание.
Всего лишь на секунду, но советник преобразился! На лице промелькнуло удивление, глаза знакомо прищурились, и меня с ног до головы окинули быстрым взглядом.
Заметил? Определённо.
С усилием я постаралась удержать непокорную улыбку, пригубила вина и отвернулась от герцога. Он отреагировал! И такая реакция мне уж очень понравилась… Но, демон тебя раздери, Оливия! Зачем тебе вообще нужна его реакция?
Невесты тем временем уже покрасовались перед императорским двором и разбрелись по залу, а принцесса с подругами спешно направилась ко мне.
– Ливи! Он здесь! – воскликнула Мириэль, взяв меня под локоток. – Давай выйдем вперёд. Нужно, чтобы он увидел!
Уже предчувствуя ответ на вопрос «Кто – он?», я повернулась и обречённо выдохнула.
Дракон со второго испытания сейчас стоял в кругу представительных аристократов и о чём-то увлечённо беседовал. Значит, мой тайный воздыхатель не робкого десятка? Занимает высокий пост?
Я помотала головой, отгоняя ненужные мысли.
– Главное, чтобы её ноги удержали, – хмыкнула Мириэль, наблюдая, как Катриону приглашает на вальс император.
– Это точно, – согласилась я, рассматривая млевшую в руках Бертранда подопечную. Вот ничто её изменить не может. Как раньше восхищалась драконами, так и сейчас бредит ими.
– Дорогая, а ты в курсе, что производишь незабываемое впечатление на всех? – лукаво спросила драконица, тоже посматривая в сторону танцующих.
– Не преувеличивай.
– Вон, посмотри сама, – она кивнула на гостей. – Почти все дамы на тебя глазеют, мужчины определённо заинтересованы. Ты сегодня чёрный лебедь, Ливи.
Я присмотрелась повнимательнее… и действительно. Некоторые переговариваются, оглядываясь в нашу сторону, невесты, заприметившие меня, ошеломлены, остальные драконицы до сих пор слишком пристально глазеют на платье. Мадам Трессу, несомненно, ждёт успех и куча заказов. А меня куча слухов. Как же – человек на императорском балу, да ещё и в чёрном платье. Неслыханная дерзость!
Астарту чуть позже тоже забрал танцевать император, за Мириэль прилетел на крыльях любви Кристиан, озорно мне подмигивая… Хитрец! Околдовывает нашу эльфийку только так.
Я осталась одна и медленно потягивала вино. У драконов оно настолько вкусное, что не удержаться. Только главное, чтобы тебе с него крышу не снесло, Ливи.
Где-то среди танцующих пар мелькали Рейнард с Савейей, а я никак не могла себе объяснить, почему раз за разом мой взгляд возвращается именно к ним.
– Леди, – бархатно и как-то ласково прозвучало сбоку. – Вы подарите мне один танец?
Повернулась. Встретила взгляд невероятных голубых глаз и с разочарованием узнала моего тайного воздыхателя.
Принять предложение или нет? Но мне так не хочется…
Мужчина, увидев моё смятение, сделал шаг ближе, перекрывая пути к отступлению.
– Не беспокойтесь. Я не кусаюсь.
– Я не за себя беспокоюсь, – буркнула я, вызвав у дракона недоумение, и приняла протянутую руку.
Оркестр исполнял приятную музыку, пары кружились по залу в простом медленном вальсе.
– Вы удивительно прекрасны, – умело дарил комплименты мой партнёр. – Завидую самому себе, что удалось найти такой чудесный цветок.
– Вы мне льстите, лорд.
Моего поклонника звали граф Вернер Аллен. Как и положено драконьей расе, Вернер красив, плечист, высок, а белый камзол сидит просто превосходно… и всё.
Да, голубые глаза смотрят с восхищением. Но вот душу не пробирает. Да, руки сильные, талию сжимают крепко. Но мурашек почему-то не вызывают. Ну и комплименты… Их слишком много. Даже поговорить не о чём. Никаких вопросов обо мне, о моих интересах. Комплименты, комплименты и ещё раз комплименты.
– Чем вы занимаетесь в свободное время, Оливия?
А, нет. Вот и вопрос про интересы.
– Читаю, гуляю, учусь. – я чуть не ляпнула, что вышиваю крестиком.
– Прекрасно! – восхитился мой партнёр, даря слащавую улыбку.
Я скептически на него посмотрела – мол, дорогой, ты серьёзно?
Чем я вообще его привлекла? Красотой? Сомнительно. Вокруг столько прекрасных дам, что глаза разбегаются. Тогда чем ещё?
Ох, не нравится мне этот тип. Совершенно. Надеюсь, его знакомство мне не аукнется.
– Вы осчастливите меня ещё одним танцем, Оливия? – пылко спросил Вернер, целуя мою ладонь.
– Возможно, позже, – неопределённо ответила я и, присев в реверансе, поспешила к подругам.
Уже по лицам вижу, что меня сейчас будут пытать вопросами.
– Колись! Кто он?
– Интересный?
– Понравился, да?
Девушки с огоньком в глазах жаждали ответов, даже в кружок встали, будто я им тайны собираюсь рассказывать.
– Граф Вернер Аллен. Нет, не интересный. Нет, не понравился.
Запал у моих несостоявшихся свах как-то сразу пропал.
– Что, прям совсем? – грустно спросила Мириэль, снимая с декоративной шпажки кубик сыра.
– Совсем, – твёрдо ответила я, с интересом наблюдая, как сзади эльфийки снова материализуется Кристиан. Но он почему-то обошёл подругу и приблизился ко мне.
– Оливия, потанцуешь со мной?
Вот сейчас не поняла. Я недоумённо посмотрела на Мириэль, но та лишь неопределённо пожала плечами и отошла в сторону, а меня уже бесцеремонно вели в центр зала.
– Ты что делаешь?!
– В каком смысле? – растерялся мужчина. – На танец тебя приглашаю.
– Почему меня? – спросила я недовольно, не выпуская из поля зрения погрустневшую Мириэль. Вот что этот романтик недоразвитый наделал?
– Кхм… в первый раз слышу, чтобы девушка задавала такой вопрос.
Уух, какой же ты твердолобый! Я демонстративно закатила глаза и поджала губы.
На фоне звучала незатейливая мелодия, Кристиан казался расслабленым и танцевал явно машинально, мыслями пребывая совсем не со мной.
– Кристиан, ты настолько робкий в делах любовных?
– Ты о чём?
– О том! – Я не выдержала и вспылила. – Мириэль почему не пригласил?
Мужчина в недоумении вскинул брови, но быстро понял, что я имею в виду.
– Откуда ты знаешь?
– Это было видно, – хмыкнула я, вспомнив красноречивые взгляды дракона на нашу дивную эльфийку. Только слепой не заметил бы их.
– Она избранница императора, Ливи, – удручённо произнес танцор, с тоской глядя куда-то в сторону. – Что я мог сделать?
Голос его звучал грустно, даже жалостно… Неужели так сильно влюбился?
– Мог сделать многое! Пригласить на танец, на прогулку, поговорить, сказать, какая она красивая… Мне тебя учить?
– Не в этом дело…
– Нет, дело как раз-таки в этом! Действуй сейчас, Кристиан. Пока есть возможность.
Мужчина задумчиво помолчал, нашёл глазами Мириэль, тепло улыбнулся и выдохнул:
– Хорошо. Я… попробую. А вот к тебе мне теперь лучше не подходить.
– Почему это? – нахмурилась я.
– Если я ещё раз тебя приглашу, меня убьют. – и пока я не успела удивиться, дракон наклонился и хитро прошептал: – Тут кое-кто дыру в нас прожигает весь танец. Глаз не сводит. И как ты его подцепить-то умудрилась, Ливи? О нём слухи ходят жуткие… Он же вообще как ледяной! Хоть и дракон…
Ледяной… Ледышка?!
– Только не говори, что ты про Рейн…
– Да-да, – закивал Кристиан, широко улыбаясь и выразительно двигая бровями. – Ну всё, радость моя. Дальше сама. Он идёт.
– Крист…
– Не-ет. Дальше сама!
Танцор не стал слушать мои мольбы и мгновенно удалился.
Вот же подлец! От меня только что сбежал кавалер. Смешно вроде… и страшно почему-то.
Не оборачиваясь, я резво пошла к фуршетному столу, но сзади, как назло, раздалось вкрадчивое:
– Вы сегодня нарасхват, леди Шэролл.
– Вам показалось. – Я медленно повернулась, встречая цепкий тёмный взгляд.
– Это вряд ли, – Рейнард усмехнулся и неожиданно спросил: – О чём вы разговаривали с графом Вернером?
– Почему вас это волнует?
– Не отвечайте вопросом на вопрос.
А вы не спрашивайте такую нелепицу!
– У меня нет времени на ваши вопросы, герцог. Я хочу потанцевать, – заявила я, прислушиваясь к музыке. Но когда заиграли очень… ну очень знакомые мне аккорды, пришлось досадливо закусить губу. Нет, под это я танцевать не собиралась вообще. Никогда.
– Водеро́? – хмыкнул советник, узнав мелодию. – Я составлю вам компанию, графиня, если вы, конечно, знаете этот танец.
Не надо! Хватит на меня сегодня танцев!
– Вы уверены, что я буду рада вашей компании? – брякнула я, намереваясь сбежать, а ещё лучше вылететь из этого зала.
– Уверен.
Вылететь не получилось. Меня против воли схватили за талию и притянули к сильному мужскому телу. В глазах Рейнарда промелькнул азарт… или мне так показалось.
Я на мгновение отмахнулась от дракона, прокружившись, но меня без возражений прижали обратно. Несколько шагов, поворот, почти незаметный наклон, и снова шаги.
– О чём вы разговаривали с Вернером? – не унимался советник. Он вёл грациозно, направляя моё тело за своим. Каждое движение излучало уверенность, мощь, непоколебимую решимость.
– Об обыденных вещах.
– Неужели?
– Вы что-то имеете против?
– Ну что вы. – Рейнард медленно провёл рукой по моей спине. От горячего прикосновения, ощущаемого даже через плотный шёлк, почему-то подкосились ноги. – Мне любопытно узнать о ваших мотивах.
– Никаких мотивов у меня нет, – парировала я.
Сдался ему этот дракон! Если бы не знала герцога, подумала бы, что он ревнует…
Потянула на себя чёрную рубашку, глубоко выгибаясь и получая ни с чем не сравнимое наслаждение от танца. Но секундная эйфория моментально прошла. Где-то возле гостей на миг промелькнула Савейя. И то, как она смотрела на нас, мне очень не понравилось. Слишком пристально, сосредоточенно. Вот это уже настоящая ревность! О чём только Рейнард думал, оставляя свою спутницу? Меня же теперь в заклятые враги запишут.
Музыка на фоне стала быстрее, громче, непокорнее, приближалась самая чувственная часть. Я напряжённо думала – следовать движениям или слукавить и притвориться незнающей? Тело всё решило за меня.
Изящно вскидываю ногу, рука герцога перемещается на бедро, и нежную кожу опаляет жаром. Сердце стучит в висках, как после долгого бега, заглушая игру оркестра.
Меня наклонили, придерживая за талию, чужое горячее дыхание обожгло шею – настолько близко Рейнард оказался ко мне. В его глазах запылали огненные всполохи, а проносившиеся в них эмоции… Восхищение? Я, верно, в бреду.
Последние аккорды чарующей мелодии вырвали меня из оцепенения. Танец завершился.
– Вы прекрасно танцуете, Оливия, – с хрипотцой сказал Рейнард, вызывая табун сладких мурашек.
Его низкий голос показался каким-то громким для заполненного до отказа зала. А потом я поняла, что вокруг тишина. И мы на танцполе одни… Дотанцевалась.
Судорожный, едва заметный вздох.
– Благодарю вас, герцог, – я присела в реверансе.
Советник выдержал паузу, возвышаясь надо мной, словно мрачная скала, и неожиданно жёстко сказал:
– Не советую вам присматриваться ни к Вернеру Аллену, ни к Кристиану Кэмбэллу, ни к кому-либо ещё.
– Что вы имеете в виду? – Я замерла, наблюдая, как резко меняется настроение Рейнарда. Взгляд из внимательного превратился в безразличный, а упрямые губы снова плотно сжались. Как это понимать?
Ответа я так и не дождалась, ко мне просто потеряли всякий интерес и оставили одну.
До стола я дошла на ватных ногах. Не замечая повышенного интереса гостей к моей скромной персоне, залпом опустошила бокал с вином и уставилась в стену. Я схожу с ума. Герцог, видимо, тоже.
И кто мне объяснит, что сейчас произошло?
– Ливи… а что это было? – спросила Мириэль, наблюдая за моей безмолвной истерикой.
– Это?
– Танец, – ответила за эльфийку Астарта.
– Он был очень… – Катриона замялась.
– Очень горячим, – помогла ей Мириэль.
– Как говорится, что было, то прошло, – пробормотала я, передёрнув плечами.
В зале стало как-то душно, неуютно. В груди разливалось чувство нарастающей тревоги, эмоции обострились, вызывая неприятное покалывание по всему телу.
Что со мной происходит…
– Астарта, ты ничего странного не ощущаешь?
– О, ты тоже почувствовала? – с энтузиазмом спросила драконица, что-то высматривая. – Так волнительно!
– Волнительно?.. – По-моему, это не совсем подходящее слово.
– Именно! Вам не рассказывали? Скоро тут появятся духи! – Она подозвала Мириэль с Катрионой поближе и с придыханием поделилась: – Сегодня первая ночь присутствия духов-прародителей в нашем мире.
По залу пронёсся странный глухой звук, напоминающий шелест.
Я оцепенела.
– Кажется, началось. Пойдёмте скорее!
Астарта потянула нас за собой, проталкиваясь через застывшую толпу, и с восторгом указала на императорский трон.
На трон, из которого сейчас медленно выплывали призрачные щупальца красного тумана.

Глава 18

– Что это с ней?
– Не знаю… Оливия!
Медленно, словно под гипнозом, я повернулась к Катрионе. Перед глазами всё ещё стоял красный туман, а горло сжимал неприятный спазм, стоило только на секунду увидеть приближающиеся дымчатые щупальца.
В моих снах меня преследовали драконы-прародители. И почему это звучит как приговор?..
Нужно бежать отсюда.
– Мне нужно… Я пойду к себе, – промямлила я, спиной вперед передвигаясь к парадным дверям.
– Сейчас? Бал же ещё не закончился! – крикнула вслед Мириэль. – Ливи, стой! Ещё салют будет!
Не послушавшись, я спешно выбежала из танцевального зала и, прихватив подол платья, помчалась по украшенному к празднику коридору, мимо шарахающихся слуг.
Бесцветный шёпот настиг внезапно.
«Найди её…»
Я запнулась, с трудом удержавшись в вертикальном положении, и судорожно принялась создавать охранное заклинание.
Пожалуйста, пусть это будет просто очередной сон!
– Вы только посмотрите! Наша фрейлина оказалась вдовой, – внезапно послышался высокий женский голос. Аверилл с победной ухмылкой выплыла из-за угла, а за ней, как овцы за деревенским пастухом, следовали две невесты. – Как у тебя мозгов хватило заявиться на бал… в этом? – Меня демонстративно окинули брезгливым взглядом.
– Уйди с дороги.
Несмотря на испуг и растерянность, голос прозвучал твёрдо, бескомпромиссно, но драконица не послушала, снова перегородив путь.
– Уже сбегаешь? Небось, от стыда.
Я хотела было проучить назойливую ящерицу, но в этот момент прямо над ухом раздалось требовательное: «Найди её».
Застыв, как каменное тысячелетнее изваяние, я безмолвно смотрела на трёх девушек, ожидая их реакции… Вот только те даже не дрогнули. Ничего не услышали?..
– Язык проглотила от позора? – визгливо спросила одна из невест, с рыжими кудряшками.
Как же мне всё это надоело!
Коротко взмахнув рукой, я проговорила заклинание и ввела ничего не ожидавших дракониц в стазис, ненадолго превращая их в живых статуй. Выяснять отношения – это последнее, чего мне сейчас хотелось.
Я пролетела мимо, свернула в какой-то холл, и снова где-то рядом прошелестело: «Найди её!»
Я ускорилась, зажимая уши руками, взлетела по крутой лестнице.
«Отстаньте от меня! Я не хочу вас слышать. Не хочу!» – взмолилась я мысленно.
«Найди…»
– Да кого?! Кого мне найти? – прокричала вслух, заозиравшись по сторонам.
Гробовая тишина была мне ответом. Я стояла совершенно одна на тёмном лестничном пролёте и жадно глотала холодный воздух. Поблизости не было видно ни красного тумана, ни щупалец, ни чего-либо ещё.
Несколько минут я прислушивалась к посторонним звукам, но замогильный голос так и не появился. Больше не было никаких просьб и никакого шелеста.
Как же это всё бредово… Сны, духи, отбор, всё происходящее – самая настоящая несуразица. И я в неё, к сожалению, вляпалась по самое не хочу.
Пока я плелась в крыло невест через какие-то дебри дворца, постоянно вздрагивала, ибо ненасытное воображение решило посмеяться надо мной – я то и дело слышала отголоски бесцветного шёпота. А может, это было совсем не воображение.
Не могу поверить. Всё это время со мной разговаривали драконы-прародители! Даже не так. Мне приказывали драконы-прародители! Это не чья-то тупая шутка, не сглаз, не проклятие, а великие духи. Те, кого ящеры чтят как божеств.
Зачем, чёрт возьми?! Зачем духам это нужно?.. Я же… Я не имею к ним никакого отношения! Я ничего не могу сделать. Даже поговорить с ними не могу, нет во мне наследной крови. Да и какая наследная кровь, если в первую очередь я человек!? Почему они не у императора требуют найти кого-то, не у драконов, а у меня?
И не дай Всевышний, об этом кто-то узнает! Меня ведь сумасшедшей посчитают… или что похуже сделают. Я тогда в Невиланию никогда не вернусь.
– Какая встреча, леди Шэролл, – прервал мысленные стенания приторный голос.
Герцог Коннел бодрой походкой шагал навстречу, чему-то ухмыляясь.
Ну конечно. Для полного аншлага мне только его не хватало.
– М-м-м, графиня сегодня не в настроении? – догадался мужчина, останавливаясь напротив меня.
Я по инерции сделала шаг назад, желая оказаться от ящера как можно дальше. Я не видела и не слышала его целых две недели, думала, он ушёл с поста смотрителя. Вот откуда он взялся снова?
– Я спешу, герцог Коннел, – сухо бросила я, пытаясь уйти, но меня категорично остановили за руку.
– Мне кажется, вам стоит задержаться, – сальный взгляд заскользил по ключицам, декольте, оголённому бедру, и Освальд похабно, по-змеиному улыбнулся, даже не скрывая своего откровенного интереса.
Мне стало так противно, что я в открытую поморщилась и вырвалась из захвата.
– А мне кажется, вам стоит держать свои конечности при себе.
– Перечить вздумала?! – Он нервно дёрнул верхней губой, мелко затрясся, будто в припадке, и взбешённо выдохнул: – Я сейчас тебя научу, как разговаривать с драконами.
Не успела я осознать сказанное, как плечо обожгло огнём. Я вскрикнула от резкой боли, на мгновение потеряв концентрацию. В глазах потемнело, кожа запылала, словно на неё вылили ведро раскалённой лавы.
Дьявол раздери… Как же больно!
– Ну? – Из-за звона в ушах издевательский смешок раздался где-то далеко. – Теперь поперечишь, а? Поперечишь?
Рука ящера коснулась талии, он качнулся ко мне, но я, с трудом сфокусировав взгляд, всё же смогла рефлекторно ударить в него магией. Голубой сгусток энергии отбросил Освальда в противоположную стену с такой силой, что затряслись даже люстры на потолке.
Только ему это никакого вреда не причинило. Коннел, опираясь на мраморную стену, мгновенно поднялся и утробно зарычал. Черты лица заострились, вены на шее вздулись… Он просто не в себе! Это даже нельзя назвать ненавистью… Он просто сошёл с ума!
Я приготовилась к отпору, но воздух внезапно прорезал спокойный, бесстрастный голос:
– Что здесь происходит?
Рейнард появился бесшумно. Напугал до чёртиков, но Всевышний, как же он вовремя!
– Ваша Светлость. – Коннел вмиг нацепил маску невозмутимости, склонился в три погибели перед советником и указал на меня пальцем. – Человечка потеряла какой-либо страх! Напала на меня, когда я направлялся на бал. Не знаю, что нашло на эту дрянь, но я, как смотритель императорского отбора, прошу вас принять меры! Право слово, это возмутительно. – Он наигранно покачал головой и убедительным тоном продолжил: – Мы проявили неслыханную милость, сделали исключение и позволили этой… – брезгливый кивок в мою сторону, – жить во дворце, но не получили ни капли благодарности!
Дальше полился поток обвинений в мою сторону, слушать который не было никакого смысла. Я даже не удивилась наглости ящера. Знала, что шкуру свою защищать будет, млекопитающее.
Выдохнув через зубы, я отошла в тень красных портьер, аккуратно обхватила пострадавшую руку и посмотрела на плечо, оценивая масштаб катастрофы. На глазах тут же выступили злые слёзы. Ожог. Не магический, самый естественный ожог: большой, кроваво-красный, с уже проявляющимися волдырями, рваный по краям и… Нет, не хочу больше смотреть.
Советник, молчаливо выслушав жалобы Освальда, просверлил меня холодным взглядом.
– Объясняйтесь.
Всего одно слово, но к горлу тут же подступил противный комок обиды. Он меня объясниться просит? Поверил смотрителю? Ну неужели не понятно, что я физически не могла бы напасть на него?
– Я не нападала на герцога Коннела. Всё было с точностью до наоборот, – отчеканила я, не отводя глаз от безразличного аристократического лица.
– Врёт, Ваша Светлость! – перебил ящер, вставая перед советником и нарочно меня загораживая. – Давайте не будем более возиться с этой плебейкой. Она тратит ваше драгоценное время. Вы же наверняка куда-то спешили?
Рейнард не обратил внимания на заискивающую речь Освальда и неотрывно смотрел на меня. Точнее, на мою обхватывающую плечо руку. Повисла гробовая тишина.
Обойдя Коннела, он приблизился ко мне, осторожно повернул к себе пострадавшее место и всмотрелся.
Когда до шеи дотронулась тёплая ладонь, я невольно вздрогнула. Рейнард медленно провёл пальцами по чувствительной коже, потом чуть коснулся краёв раны, а я дёрнулась от вновь прострелившей руку боли.
Ладонь тут же убрали, но появилось странное покалывание. Приятное покалывание… Целительская магия?!
– Ваша Светлость, это была необходимая оборона! Она меня атаковала, я должен был защищаться, – принялся оправдываться Освальд. Смотритель говорил спокойно, размеренно, но потом неожиданно посмотрел на меня диким взглядом и в бешенстве закричал: – Так тебе и надо! Обычная человечья потаскуха, а возомнила себя невесть кем! Теперь помучайся, дрянь, и радуйся, что легко отделалась!..
Я опешила, широко раскрыв глаза от такой резкой смены настроения. Слишком резкой, неестественной, как будто ящера подменили. Смотритель плевался ядом как одержимый, сыпал проклятиями, угрозами без остановки.
– Набросилась? – тихо усмехнулся советник, заставляя Коннела заткнуться. А я даже дышать перестала. – Человечка набросилась на дракона? Первой? Какая глупость.
Насмешливый тон на пару с циничной ухмылкой не обещали ничего хорошего.
– Н-н-но я… – задрожал Освальд, растеряв свою ярость. – В-всё так и б-б-было…
– У меня везде есть глаза и уши, Освальд. Я всё прекрасно знаю.
Я ещё не увидела, но уже ощутила проснувшуюся магию Рейнарда. Просто почувствовала, как она медленно разливается в воздухе, сгущая его и уплотняя. А в следующий момент на испуганного смотрителя взметнулось алое пламя и с бешеной скоростью поглотило дракона, вырывая из него дикие крики.
Я ошатнулась, потрясённо смотря то на огонь, то на советника.
Рейнард встал на мою сторону. Он поверил! А наказание для Коннела… Ящер сгорал заживо в безудержной огненной воронке. Наверно, я чересчур чувствительна к такому, но оно слишком жестокое. Теперь мне вдвойне понятно, почему герцога Эстанвиля опасаются.
Освальд завыл громче.
Передёрнувшись, я отвернулась от жуткого зрелища, но тут же застыла вновь, сама едва не завопив.
Гончие шидаи. Трое монстров. Стоят прямо передо мной, смотрят красными глазами, не мигая. Почти моего роста, серая, колючая, как шипы, шерсть, приоткрытые клыкастые пасти, из которых капают ядовито-зелёные слюни…
Меня сейчас стошнит.
Крики на фоне резко прекратились.
– Познакомились? – сухо поинтересовался Рейнард, завершив пытку смотрителя.
Сил хватило только на то, чтобы слабо кивнуть.
– Ужин подан, – бросил он своим… собачкам, и те опрометью бросились на… на Коннела, я полагаю. Точнее, на то, что от него осталось.
Тело повело в сторону.
– Ну куда же вы, – Рейнард придержал меня за талию и многообещающе произнёс: – Пока рано падать в обмороки. У нас с вами будет серьёзный разговор, леди Шэролл.

Глава 19

Даже моргнуть не успела, как мы оказались в кабинете советника. Чувство дежавю накрыло с головой, навевая не очень хорошие воспоминания.
– Потерпи, – сдержанно бросил Рейнард и, посадив меня на прохладный кожаный диван, принялся что-то искать в шкафу. Я внимательно следила за выверенными движениями и сосредоточенным, суровым лицом, пока дракон не вытащил какую-то склянку.
– Выпей.
– Что это? – насторожилась я, внимательнее присматриваясь к пурпурной жидкости.
Рейнард скептически вздёрнул бровь.
– Только не говори, что не узнаёшь простейшее обезболивающее зелье.
– Я, вообще-то, не зельевар, – съязвила я, не сдержавшись.
Но обезболивающее всё-таки опознала – не раз пила такое в академическом лазарете.
Вкус у зелья был отвратительным. Противным, горьким, аж до тошноты, но я послушно всё проглотила.
Герцог тем временем осматривал моё плечо и уже через пару минут заключил:
– Ничего серьёзного нет.
Он медленно провёл ладонью над жуткой раной, обволакивая её бледно-жёлтым свечением.
Я снова почувствовала приятное тёплое покалывание, пробежавшее нежной волной по всему телу. А потом посмотрела на плечо и захотела не то присвистнуть, не то протереть в неверии глаза. Ожог исчез, как будто его вовсе и не было. Абсолютно чистая, ровная кожа без единой царапины… Но как? Если у советника есть сила исцеления, то по всем законам логики другой быть не должно. Ведь целители обладают только лекарским даром и больше ничем… Или у драконов не так?
Всё же что-то я упустила, когда интересовалась их магией.
– Перейдём к главному. – Рейнард расслаблено облокотился на стол, скинув бархатный камзол, и сурово на меня посмотрел. – Скажи мне, Оливия, разве ты не услышала мой совет на балу?
Я нахмурилась, не понимая, о чём идёт речь, но в голове вдруг эхом прозвучало его странное: «Не советую к кому-либо присматриваться».
– К чему это сейчас? – напряглась я.
– Герцог Коннел слишком труслив, чтобы использовать насильственные методы. Он трясётся за свою репутацию, за место во дворце и предпочитает… – Рейнард прервался, недобро ухмыльнувшись, и тут же исправился: – предпочитал словесные конфликты. Но какая неожиданность – меркантильный, пугливый глупец вдруг сам нападает на гостью императорского отбора, а после высказывает ей в лицо гневную тираду, не опасаясь ни меня, ни возможности быть услышанным кем-то другим. Что скажешь на этот счёт?
Я слушала, не перебивая, но с каждым словом всё сильнее мрачнела.
– А что вы хотите от меня услышать? Какое я имею отношение к припадкам герцога Коннела?
Советник дёрнул уголком губ в намёке на усмешку, взял со стола недопитую бутылку и плеснул себе в бокал янтарную жидкость. По кабинету распространился терпкий запах алкоголя.
– Ты знаешь, что в вашем королевстве много менталистов?
Чёрт. Кажется, я отдалённо начинаю понимать, на что он намекает.
Рейнард, увидев мой озабоченный вид, опрокинул в себя крепкий напиток и удовлетворённо цокнул:
– Вижу, что знаешь. И даже догадываешься, к чему я веду. Ты же неплохой менталист, Оливия. Неправда ли?
– Я? – изумлённо переспросила я, разом подобравшись. – С чего вы это взяли? Я маг-универсал. Боевик! Но никак не менталист.
– Тебе действительно нужно объяснять?
Я выразительно кивнула.
– Хорошо. С момента приезда в Аргарион ты неизменно привлекаешь к себе внимание. Сначала я полагал, что это обычное стечение обстоятельств, но теперь задумываюсь об обратном. Менталисты по натуре – те, кто умело манипулирует всем происходящим, нарываются на неприятности ради собственной выгоды. У тебя схожая картина: ситуация с меткой невиланской принцессы, твоя постоянная, но бесполезная демонстрация характера, ночные похождения и флирт с первыми лицами империи. У меня складывается впечатление, что ты преследуешь какую-то определённую цель. Только какую?
На последних словах моё нараставшее возмущение достигло предела. Флирт?! Цель?!
– Вы в своём уме? – вскочила я, собираясь высказать всё, что думаю об этом глупом предположении.
– Сядь и дослушай, – железным тоном осадил герцог. – Или я повторю на тебе то стазисное заклинание, которое ты недавно использовала против невест. Обещаю, длиться оно будет намного дольше каких-то жалких десяти минут.
Откуда?.. Откуда он узнал?
Я села обратно, напоминая грозовую тучу, и тяжело задышала, успокаивая рвущуюся наружу жажду рвать и метать. Интересно, надолго ли хватит моей покладистости?
– Открою тебе тайну, Оливия. Но очень надеюсь, что ты унесёшь её с собой в могилу, – от внезапно похолодевшего голоса и красноречивого тёмного взгляда внутри всё сжалось. – На драконов любая иноземная магия действует своеобразно. Ментальное внушение в некоторых случаях срабатывает безошибочно, а в остальных изменяет свою задачу и вызывает побочные эффекты. Если менталист захочет внушить дракону интерес к конкретной особе, есть высокая степень вероятности, что вместе с интересом разовьются и другие чувства. Зачастую гнев. Происходит это из-за того, что наша сущность отличается от сущности других рас. Сознание и аура драконов устроены немного иначе. Впрочем, подробности тебе знать не нужно. – советник побарабанил пальцами по жёсткому тёмному дереву, о чём-то размышляя, и продолжил: – Самое прямое доказательство ментального воздействия – агрессивные припадки, импульсивное расстройство личности… и резкая, буквально секундная смена настроения. Сама догадаешься?
Я опустила взгляд в пол, впиваясь пальцами в плотную кожу дивана.
Да. Уже догадалась. Теперь всё встало на свои места. Не зря мне показалось странным поведение Освальда.
А Рейнард думает, что виновата в этом я. Что моё умение попадать в неприятности, внушение Коннела и спасённая метка Катрионы как-то связаны. Хотя тут только слепой или глупец не заподозрил бы что-то неладное.
Приехала человечка, натравила на себя полдворца и пошатнула великую драконью выдержку – определённо, это вызывает вопросы.
Однако советник почему-то не берёт в расчёт неопровержимый факт: все неприятности со мной происходят с подачи самих драконов, а за метку Катрионы просила уж точно не я.
Подождите-ка…
– Но вы же чувствуете ложь! И можете понять, вру я или нет, – вовремя вспомнила я, цепляясь за последнюю ниточку надежды. – Я никому и никогда ничего не внушала, потому что я не менталист.
Дракон в очередной раз ухмыльнулся, раздражая своим демонстративным недоверием, и в официальной манере произнёс:
– Я не могу почувствовать, лжёте вы или нет, леди Шэролл. Уже не могу.
– Как?.. – прошептала я, не веря в такой закон подлости.
– Это вы мне должны объяснить как.
– Может, из-за охранной магии? – нервно предположила я. – Я ставила на себя достаточно много охранок…
– Исключено, – Рейнард категорично перечеркнул мою попытку оправдаться. – Для меня не стоит и малейшего труда пробить ваши щиты. Они телепатии не помеха. Но вот ваши эмоции скрывает что-то другое, не поддающееся объяснению. – Он сощурил глаза, сканируя меня, словно дознаватель при допросе преступника. – Признаться, вы меня заинтересовали.
Заинтересовала своей внезапной невосприимчивостью к его сверхспособностям?
– И? – с наигранным равнодушием отозвалась я, сгорая от одолевавших внутри противоречивых чувств. – Что меня ждёт дальше?
– Зависит от того, прекратите вы использовать свой дар или нет, – отозвался советник.
– Я же уже говорила, что не менталист! – прикрикнула я, захотев чем-нибудь кинуть в упрямого дракона. Чем-нибудь тяжёлым. – Какие доказательства мне предъявить, чтобы вы поверили?
– Те, которые посчитаете достаточно исчерпывающими, чтобы оставить вас вне подозрения, леди Шэролл.
Я горько усмехнулась. Конечно. Промывка мозгов – вот что для него исчерпывающее доказательство. Слабый и средний дары менталистики можно обнаружить обычной магической проверкой, но вот с сильным дела намного хуже. Он сам себя скрывает от постороннего внимания, срастается с хозяином, как единое целое. Даже правильнее сказать – он становится его третьей невидимой рукой.
Сильного менталиста можно обнаружить только интервенциональным – глубоким сканированием сознания. Но единственная и главная проблема – после такого мало кто остаётся в здравом уме.
Наверняка обычная магическая проверка герцога Эстанвиля не устроит. А проходить интервенциональное сканирование я не буду ни под каким предлогом. Потому что не хочу выгореть и превратиться в овощ.
– Вы меня арестуете? – спросила я и слегка поразилась своему отчуждённом голосу. Кажется, на мне начинает сказываться сегодняшний незабываемый вечер.
– В этом нет никакого смысла, – возразил Рейнард, наблюдая за навалившейся на меня апатией. – Ментальное влияние на разум прогрессировало только у Освальда, но было уже слишком поздно, чтобы искать виновного. У Вернера Аллена произошла попытка внушения, однако, по случайному стечению обстоятельств, не совсем удачная. Следов никаких нет. Преступник нам всё ещё неизвестен.
Так вот почему Вернер мною увлёкся! И, скорее всего, из-за этого советник сказал мне не присматриваться к нему. Думал, что я на него воздействовать могла… Стоп. Как это, преступник неизвестен?
– Но вы же только что обвинили меня в незаконной менталистике, – осторожно поинтересовалась я. – Или нет?
– Пока можете считать мои слова предупреждением, – обрадовал герцог и неожиданно признался: – В первый раз в жизни я не уверен в своих подозрениях… Это напрягает. – Рейнард отчего-то внимательно прошёлся по мне цепким взглядом, подолгу задерживаясь на чёрном шёлке бального платья… и на разрезе возле бедра. Дышать сразу стало как-то трудно. – Но больше напрягает то, что внушение пытались сделать даже мне. Вы хоть и единственная подозреваемая, но настолько глупо поступить не могли.
Я потеряла дар речи, вякнув что-то непонятное. Очешуеть можно…
В голове за пару секунд пронеслись сотни мыслей, и ни за одну из них я не смогла зацепиться. А Рейнард заметил мою чрезмерную растерянность и почему-то нахмурился. Может, окончательно понял, что я не причастна к этому безумству?
– Хотите сказать, что вас тоже пытались влюб… эм-м… пытались ко мне…
– Идите, Оливия, – резко оборвал герцог, отводя от меня мрачный взгляд.
Вот так. Опять выставляют за дверь, не спросив моего мнения.
С другой стороны, слава Всевышнему, что разговор закончился на такой ноте, а не снова где-то в подземелье за решёткой.
– Ваша Светлость, – всё же решилась я, приостановившись на пороге. Совесть взяла своё. – Спасибо вам за смотрителя Коннела… И за плечо.
Не дождавшись ответа, я вышла из кабинета, с досадой понимая, что шутки закончились. Если пытающийся меня подставить менталист и кошмары с участием духов как-то связаны, ничего хорошего впереди не намечается.
Но самое страшное в этой истории то, что новоиспечённый преступник определённо находится во дворце. И у меня нет ни малейшего предположения о том, кто это может быть.

Глава 20

Утром настроение было скверное. Голова гудела то ли после выпитого вина, то ли после вчерашних событий. Достаточно и того факта, что она просто гудела.
Я совсем запуталась с этой менталистикой, с духами… и с Рейнардом. Советник после всего произошедшего упрямо не шёл у меня из головы.
Может, его переменчивое настроение тоже связано с внушением? Только вот он же сам сказал, что была всего лишь попытка. Да и вряд ли дракона с таким сильным даром можно просто так околдовать. По крайней мере, я очень на это надеюсь.
– Ливи, ты как? – спросила Мириэль, протягивая голубенькую настойку.
«От головной боли», – догадалась я и благодарно улыбнулась.
– Бывало и лучше.
– Почему ты вообще ушла так быстро? Даже не объяснила ничего и одних нас оставила! – возмутилась принцесса. – Мы стучались к тебе, но ты не открывала.
Значит, они не знают про Освальда. Рейнард, вероятно, позаботился о том, чтобы его криков не было слышно и в коридоре в момент наказания никто не появился.
У меня будто гора с плеч свалилась.
– Мне стало нехорошо. Недосып, вино… В общем, я просто крепко уснула и, наверно, не услышала вас.
Вру и не краснею. Выдайте мне награду за актёрское мастерство наконец.
– Бедная, – Астарта погладила меня по руке и посочувствовала: – Как раз когда духи появились. Жаль, не успела увидеть их.
– Они показались? В материальной форме? – нетерпеливо спросила я.
– Тот красный дым на балу – это и есть они. Их истинное обличье могут видеть только императорские наследники, а нам духи показываются в виде красного тумана, символизируя огненные сущности. И, кстати, приходят они два раза в году: вчера был бал открытия, а в январе будет прощальный бал. Так что, может быть, тебе ещё удастся их увидеть.
Я выдавила улыбку, мысленно молясь о том, чтобы мне не удалось их увидеть никогда. Сомнительная радость.
– Духи преследуют какую-то определённую цель?
– Можно и так сказать. От них же зависит наша раса. – Астарта отставила фарфоровую чашку и повернулась ко мне. – Наша магия, наше наследие, прошлое и будущее связано с ними.
– Ну, насчёт прошлого мне понятно, – помедлила я. – А что с магией?
– Без духов она будет нестабильна, – ответила драконица, но, увидев наши непонимающие лица, сдержанно пояснила: – Вы же знаете, что невест для отборов выбирают драконы-прародители? И то, что они накапливают силы для этого? Всё не просто так. Победившая девушка после церемонии бракосочетания передаст половину сил от метки императору, потому что Его Величество обязан быть достаточно могущественным, чтобы удерживать власть и поддерживать баланс в Аргарионе. – Астарта на мгновение прервалась, о чём-то задумавшись. – Я вам не говорила раньше, но у нас, у драконов, есть источник магии. Огненный источник. Кроме императорских семей его никто и никогда не видел, но поговаривают, что именно в нём концентрируется сила духов. Но чтобы эта сила была под контролем и не случалось энергетических всплесков, император должен следить за процессом накопления. Только как это происходит, я не знаю. Что касается драконов, то у нас помимо наследственного дара есть ещё возможность быть одарёнными духами. Поэтому уже на протяжении нескольких тысяч лет устраиваются балы в их честь. И поверьте мне, на них желает попасть каждый житель империи, потому что получить благословение духов сродни чуду. Они могут не наделить тебя силой сразу после встречи, но зато твоим детям или потомкам достанется частичка их дара. Это, кстати, проявляется и в возможности менять ипостась. В общем, у нас всё очень сложно, – Астарта хмыкнула. – На самом деле я до сих пор не могу понять, что собой представляют духи прародителей… Но мне кажется, все их секреты известны только наследникам.
Я впечатлилась. Да и Мириэль с Катрионой притихли. У людей нет никаких источников, никаких духов, только Всевышний – бог, который, по легендам, создал нашу расу. У эльфов, полагаю, что-то похожее. Даже не думала, что у драконов всё настолько замудрёно.
– Интере-е-есно. А ты знаешь что-нибудь про императора? – полюбопытствовала Катриона и с горящими глазами быстро подсела к драконице поближе. – Чем увлекается? Интересы? Что предпочитает?
Мириэль тихо хихикнула в кулачок, покачав головой, и подмигнула мне.
Кажется, амбиции у нашей принцессы растут с каждым днём. Готова поспорить, в мечтах она уже не раз примеряла диадему императрицы.
– Только то, что он рано взошёл на престол, – драконица сдержанно улыбнулась.
– Я заметила, что ваш император какой-то пассивный: и к отбору, и вообще ко всему, – вставила я и словила возмущённый взгляд принцессы.
– Ты просто с ним не общалась!
– Я думаю, Ливи права, – прервала её Астарта. – Его Величество пассивен к отбору, но, мне кажется, это из-за того, что он ещё не готов к женитьбе.
– Зачем тогда он его устроил? – спросила я. По-моему, мы об этом уже когда-то говорили.
– Ему нужно утвердиться на троне. Удержать власть. Его Величество Бертранд Оторе рано потерял своих родителей из-за дворцового переворота, одного из немногих за всю историю Аргариона, который закончился печально. – Астарта посмотрела в окно и ударилась в воспоминания. – О нём стараются не говорить, но ходит много слухов, что некто пытался заполучить силу духов и даже сам огненный источник. Император с императрицей погибли, погиб их двоюродный брат, сестра, дядя… Преступник жестоко убил почти всю императорскую семью, но его так и не нашли. Чудом удалось выжить только Бертранду и Рейнарду, – грустно сказала драконица. – Мне родители рассказывали, что прошлый император, отец Бертранда, был хорошим правителем. Мудрым, умным. А после его смерти власть перешла герцогу Эстанвилю. Он стал регентом Бертранда, и ему очень нелегко пришлось возвращать авторитет своей семьи, но тем не менее он справился. И, между прочим, советник передал полномочия всего лишь шесть лет назад. То есть совсем недавно.
Мы молчали, переваривая информацию. Выходит, император Аргариона сейчас уязвим. Да и не только он. Таинственный огненный источник тоже уязвим, Бертранд может не справиться с его контролем из-за своей неопытности и отсутствия поддержки духов-прародителей.
По всем законам логики, именно в такое время должны активизироваться желающие заполучить трон Аргариона себе. А учитывая, что убийцу императорской семьи не нашли, Бертранд очень рискует с этим отбором. Возможно, преступник захочет довести дело до конца.
Но меня волновало другое: связано ли это с менталистикой и моими кошмарами?
– Астарта, скажи, – я замешкалась. – Духи могут общаться не с наследниками?
– Нет. Это исключено. Если к ним обратятся с какими-то просьбами, они могут выполнить их или как-то помочь. Но это происходит очень редко.
– Ты все думаешь, кто просил за Катриону? – поинтересовалась Мириэль.
– Да, – снова соврала я.
Настроение как-то резко упало. Если духи могут общаться только с наследниками, то почему я их слышу? Хотя, кроме надоевшей мне фразы «Найди её», они ничего не говорят. Может, это не считается? В любом случае просили бы помощи у своих потомков, а не у человека из другого государства.
– Не беспокойся ты так. Сама же вчера сказала «что было, то прошло», – внезапно процитировала меня Катриона и резко перевела тему: – Лучше послушай, что расскажу. Оказывается, на балу были смотрители! И они следили за нашими манерами, поведением и выставляли баллы! Скоро рейтинг изменится, ох, думается мне…
После обеда я решила проведать библиотеку, молясь всем существующим богам о том, чтобы она была открыта. И, видимо, молитва помогла.
Меня пропустили без каких-либо проблем, но отвели только в разрешённый для гостей отсек. В принципе тоже неплохой, тут были книги о драконьей расе, о магии, истории Аргариона, однако, как я позже поняла, вся информация была чересчур поверхностна. Всё, что я находила, я уже примерно знала из рассказов Астарты, Мириэль и обычных слухов.

Глава 21

Я уже третий час сидела за небольшим читальным столиком, перелистывая очередную книгу, как откуда-то сбоку послышался всхлип и дружный мужской хохот. Нахмурившись, я поднялась и осторожно пошла на звук.
В узком проходе между стеллажами разворачивалась целая драма: фейри-невеста испуганно прижималась к шкафу, с ужасом взирая на склонившихся к ней драконов. Двое придурков посмеивались и говорили отвратительные вещи, не позволяя бедняжке убежать.
Как-то я упустила тот момент, что после бала во дворце осталось много гостей. Вот и итог.
– Слушай, зачем тебе этот отбор? – иронично говорил светловолосый. – Ты же всё равно не выиграешь, а я тебе предлагаю прекрасное времяпровождение.
– Эй, друг, про меня не забывай, – усмехнулся второй и вкрадчиво добавил: – Я тоже не откажусь от такой хорошенькой феечки.
Девушка, кажется, её звали Люсиндой, ещё громче всхлипнула, а ящеры заливисто заржали.
Это же какими нужно быть безмозглыми, чтобы полезть на избранницу императора?! Я спряталась за поворотом и, недолго думая, создала первое, что пришло в голову: воздушную плеть. Она невидимая, зато очень осязаемая, ей обычно опасных животных дрессируют. Теперь я тоже попробую себя в роли дрессировщика.
Я взмахнула ладонью и шибанула первую жертву. Блондинчик истошно заорал.
– Дэн, ты чего? – Его друг остолбенел, выпучив глаза.
«Сейчас узнаешь», – мысленно позлорадствовала я.
Быстро сделала новую плеть и направила на тёмненького. Послышался второй вскрик. Затем третий, четвёртый… в общем, лупила я их знатно. Но мне так это нравилось, даже настроение вновь поднялось.
Ещё больше забавляло то, как эти благородные ящерки пытались вычислить, что происходит, но из-за попеременных ударов ничего не выходило. Они просто сыпали забористыми ругательствами и хиленько пытались отбиваться магией.
Вот я, конечно, не неженка, и ругательств не чураюсь – наш комендант в академии только ими и общается. Однако от словесного потока двух драконов чуть-чуть, но покраснела. Уж очень красочно они описывали, что сделают с обидчиком.
Люсинда зависла, расширив от удивления глаза и, сообразив, что к чему, стала отодвигаться в сторону. Но её не вовремя заметили.
– Это ты делаешь?! – взревел ящер, перехватывая фейри и встряхивая её. – Хочешь, чтобы по-плохому было?
Ухх, так бы и повыдёргивала тебе всю чешую! Блондины отныне определённо не мой типаж, а бедняжку нужно спасать.
– Бросьте, уважаемые. Разве она виновата в том, что вы такие припадочные? – Я вышла из тени, переключая внимание на себя, и подошла к невесте.
У меня было два плана. Первый: просто позвать на помощь. Библиотека хоть и полупустая, но поблизости всё равно бродят слуги – кто-нибудь да прибежит. Второй план: справиться самой. Только это очень рискованно. Во-первых, я не знаю, какой уровень магии у этих придурков, во-вторых, помимо них, мне ещё придётся следить за Люсиндой, чтобы её не зацепило. Ну и, наконец, в-третьих, очень вероятно, что я могу снова оказаться в кабинете у Рейнарда. А он опять назовёт меня дебоширкой и обвинит во всех бедах.
Мои слова почему-то пропустили мимо ушей. Драконы брезгливо осмотрели меня с ног до головы и в один голос выплюнули:
– Человек.
– Хотя-а… Кир, личико у неё недурное, развлечься можно, – хмыкнул белобрысый. – На один раз пойдёт.
– Ох, а больше одного уже не сможете? Прискорбно, но, увы, выносливость с годами подводит, – печально отозвалась я, кивая. – Попробуйте попить настойку из болотного аира, лорд. Говорят, она положительно влияет на физиологию. Вы только надежду не теряйте, и всё обязательно получится! – посоветовала я, с удовольствием заметив, как у мужчин стали раздуваться ноздри, и шёпотом обратилась к фейри: – Кричи. Зови на помощь.
Она вцепилась в мою руку, наблюдая за приближающимися драконами, и истошно закричала. Ну и я тоже не удержалась, поддержала за компанию. Даже уши заныли от такого дуэта.
Мужчины сначала застыли, потом попытались нас остановить, но где-то рядом уже послышались тяжёлые шаги, взволнованный ропот и гулкий стук женских каблуков.
– Что? Что случилось? – звонкий голос прорезал воздух, как стальное лезвие. Вот уж не думала, что на помощь прибежит сама Кассандра. Это плохо.
– Быстро бежим, – я потянула невесту за собой, оставляя ошеломлённых драконов наедине с их намечающимися проблемами, и понеслась в сторону соседнего отсека.
Да, поступаю эгоистично, используя Люсинду для своих целей. Но другого шанса может и не быть.
– Куда? Что мы делаем? – бормотала за спиной невеста, путаясь в пышных юбках платья.
– Услуга за услугу, Люси.
Я вертела головой во все стороны, высматривая названия разделов. Помнится, когда я в первый раз сюда приходила, перед глазами мелькнул стеллаж про драконов. Вот только где… Императорская библиотека похожа на мини-лабиринт: ничего не найдёшь, но заблудиться сумеешь запросто.
К счастью, долго нам плутать не пришлось, вскоре показались высокие шкафы, до отказа забитые нужными мне книгами.
– Послушай, – повернулась я к девушке. – Подыграй мне! Когда нас найдут, постарайся заплакать или хотя бы поистерить. Скажи, что от испуга бежала куда глаза глядят, а я кинулась тебя успокаивать. Сможешь?
– Ну… да, – замялась она, но после, мгновенно переменившись в лице, схватила мои ладони и надрывным голосом затараторила: – Спасибо тебе огромное! Я так благодарна! Если бы ты не появилась, я бы… я…
Либо Люсинда принялась сразу исполнять мой план, либо действительно была готова закатить истерику.
– Я говорила про фальшивые слёзы, а не реальные, – я погладила фейри по плечу, успокаивая. – Всё ведь позади, больше тебя никто не тронет. После такого, уверяю, за твоей безопасностью начнут следить вдвое.
Получив в ответ слабый кивок, я незамедлительно принялась штудировать полки. Времени оставалось катастрофически мало, и вообще мне было страшно! Будто я опять в академии что-то учудила, как на первых курсах, и теперь судорожно заметала следы.
Глаза разбегались от обилия разноцветных переплётов, но я, словно по велению судьбы, наткнулась на белую каллиграфическую надпись: «Тайны Аргариона». Как раз то, что нужно.
– Ты хочешь книгу украсть? – заволновалась Люси, ежесекундно оглядываясь на нарастающий шум.
– Не украсть, – мотнула я головой, пряча увесистый томик в широкий карман платья и накладывая маленькую иллюзию. – На время позаимствовать.
Карман был почти незаметным, находился прямо в складках юбки. Как знала, что сегодня нужно надеть именно этот наряд.
Только я закончила магичить, как из поворота вырулила крайне взбешённая Кассандра, несколько угрюмых смотрителей и испуганные слуги.
– Потрудитесь объяснить, что вы тут делаете?! – От громкого окрика чуть не задрожал пол.
– Смотрительница Кассандра! На невесту напали! – с наигранной истерикой бросилась я к женщине, отмечая, как у той вытянулось лицо.
Люсинда, подыграв мне, начала подвывать, плакать, сбивчиво рассказывать, что случилось, причём очень подробно, с эмоциями, жестикуляцией. Я чуть не зааплодировала.
– Вы же примете меры? – осведомилась я и, увидев растерянность на лице драконицы, добила: – Вы бы слышали, что они нам наговорили!
Кассандра побледнела, потом покраснела, потом хотела что-то сказать, но с расширенными от ужаса глазами посмотрела мне за спину и побледнела ещё сильнее. Смотрители за ней как-то подозрительно затряслись.
– Что говорили? – мрачно раздалось сзади.

Глава 22

Принесла же нелёгкая…
– Да так, – я медленно повернулась и задрала голову. Знакомый запах дорогого парфюма окутал как одеяло. – Слова какие-то… говорили.
– Почему вы кричали? – Рейнард, как обычно, хмур, как обычно, в чёрном и, как обычно, дыру прожигает взглядом.
– Это я кричала, Ваша Светлость, – слабо вякнула Люси, но тут же сконфузилась, складывая руки в замок и опуская голову.
– Я слышал голос леди Шэролл.
Ох… Я что, настолько громко кричала? Мне казалось, только чуть-чуть поддержала невесту.
– У нас произошло маленькое недоразумение, Ваша Светлость, – попыталась оправдаться Кассандра и повторила рассказ фейри.
Я молчала как рыба, не в силах оторвать взгляд от герцога. Тёмные, медного цвета глаза были сосредоточены на смотрительнице, невозможно понять, какие в них эмоции, лицо непроницаемое, но лоб всё же чуть нахмурен. Захотелось провести по нему пальцами, разгладить… Стоп. Это что ещё за мысли такие?
На всякий случай я сделала шажок назад, чтобы совсем голову не потерять.
Рейнард, выслушав сбивчивую речь смотрительницы, очень красноречиво посмотрел на меня.
– Я не виновата, если что, – как бы между прочем заметила я.
Советник в излюбленной манере выгнул бровь и посмотрел ещё красноречивей.
– С чего вы взяли, что я вас обвиняю?
– Это ваше любимое занятие, – добавила я еле слышно, с тревогой замечая, как мрачнеет Рейнард.
– Ваша Светлость, мы всё уладим! Леди переволновалась, вот и говорит всякое… – взволнованно затараторила Кассандра, потянув меня за локоть к себе, и зашипела на ухо похуже змеи: – Ты что творишь?!
Я прониклась и даже пожалела о сказанном, но Рейнард вдруг вскинул руку, останавливая Кассандру, и строго приказал:
– Оставьте нас.
– В-ваша Све…
– Мне повторить ещё раз? – Во властном голосе появились металлические нотки. Злить советника лучше не стоит.
Кассандра сдавленно крякнула, мотая головой, как болванчик, отпустила меня и спешно ретировалась, не забыв подтолкнуть остальных зевак. Зашуршали юбки напуганных служанок и Люсинды, послышался быстрый топот, и через несколько секунд мы действительно остались одни. Молчали, наверно, целую вечность. Я смотрела куда угодно, но не на советника, а дракон не спешил начинать разговор.
– Прошу простить меня за прошлые недоразумения, леди Шэролл, – неожиданно выдал он, введя меня в ступор. – Я был не прав.
Кажется, если бы книги могли говорить, сейчас бы со всех сторон послышались оханья.
Это точно Рейнард передо мной? Лицо серьёзное, взгляд уверенный, пристальный…
– Недоразумения? – переспросила я осторожно. – С вами всё в порядке?
– Мне рассказали про случай с меткой Катрионы Аравийской, – пояснил герцог, сцепляя руки за спиной. – Результаты принцессы Невилании были подменены.
Я замерла и безмолвно уставилась на дракона, забыв обо всех правилах приличия. Ситуация была настолько абсурдной, что даже не верилось в её реальность.
– Подождите, – просипела я, с трудом сообразив. – Вы не знали об этом?
– Нет.
– Не причастны к обману? – продолжила допытываться я.
– Нет.
– То есть не по вашему приказу принцессу оклеветали?
– Оливия Шэролл! – не выдержал советник, подходя ближе. – Я не смотритель отбора и отвечаю только за безопасность испытаний. Есть ещё вопросы?
– Есть, – заупрямилась я, проигнорировав раздражение дракона. – Почему вы только сейчас об этом узнали? Как вы могли не заметить такой лжи прямо перед своим носом?
– Считаете, мне нужно было лично проверить принцессу на чистоту? – насмешливо спросил Рейнард.
– Ну… нет, – сдалась я. Действительно, что-то не то спросила. – Но даже духи не согласились с результатами!
– Насчёт духов ничего не изменилось. Некто просил у них за Катриону Аравийскую. Если бы не этот нюанс, вы бы уже давно были в Невилании. Даже несмотря на фальшивые результаты испытания.
– Понятно.
Как же мне надоела эта путаница!
За отбор отвечает Савейя, получается, она главный инициатор провала Катрионы? Есть ли вероятность, что распорядительница намеренно утаила обман от советника? Из каких побуждений она это сделала?
Советник внезапно хмыкнул, отвлекаясь от назойливых вопросов, и лениво осмотрел меня с ног до головы.
Я тут же подобралась, сложила руки перед собой, слегка прикрывая спрятанную в кармане юбки книгу, и понадеялась, что Рейнард не может видеть сквозь иллюзию.
Но его, как выяснилось, волновало совершенно другое.
– Мне нужно поставить на вас следящее заклинание.
– Разве оно уже не стоит? – полюбопытствовала я.
– Почему вы так решили?
– Вы пришли в библиотеку явно не из-за моего крика, – уверенно заявила я. – Помещение большое, снаружи почти не слышно того, что здесь происходит. Если только вы не стояли прямо под дверьми.
– Забыли, что я дракон? – Рейнард усмехнулся и будто специально сверкнул глазами. Я едва не отшатнулась от всполыхнувших в них огненных искр. – Наш слух в десять раз превосходит человеческий.
Перед глазами резко пронеслись сцены, где я кричала на советника в темнице, называла ледышкой, придурком… Есть ли надежда, что он ничего не слышал?
Хотя, если судить по его ироническому выражению лица и явному наслаждению моим замешательством, надежды нет.
– Тогда, думаю, маячок будет лишним, – заключила я. – В нём нет необходимости, за мной всегда следят слуги.
Рейнарду такой расклад не понравился.
– Вы подозреваемая. Единственная подозреваемая, и вам же лучше, если я буду знать ваше местоположение. Особенно в случае повторного нападения менталиста.
Я нахмурилась, отступая назад. А если у меня опять лунатизм начнётся? Как, например, смогу объяснить, почему я в четыре утра не сплю, а гуляю по какому-нибудь коридору?
– Не время показывать своё упрямство, Оливия, – снова осадил Рейнард и хитро прищурился. – Вы говорили, что невиновны. Но теперь вдруг против обыкновенной слежки?
– Герцог Эстанвиль, а вы верите, что я невиновна? – проигнорировала я его вопрос.
– Нет. Мне нужны доказательства, леди Шэролл.
Непробиваемый! Хотела ляпнуть, где я видала его чёртовы доказательства, но вовремя прикусила язык. А будь я на его месте, что бы сама сделала? Наверно, поступила бы точно так же.
Я прекрасно знаю, что не виновата, однако герцогу нужны наглядные подтверждения. Любому следователю они нужны.
– Хорошо, – вздохнула я, осторожно протягивая руку. – Ставьте маячок.
Но советник, проигнорировав мой жест, внезапно шагнул ещё ближе и, не отрывая от меня взгляда, положил ладонь на шею.
– А?..
Воздух выбило из лёгких, стоило тёплым пальцам пробежаться по чувствительной коже.
– Есть разные способы слежения, Оливия, – вкрадчиво сообщили мне. – Это заклинание нужно ставить на шее.
Почему я слышу о таком в первый раз?
Пока Рейнард колдовал свою следилку, я старалась вообще не шевелиться. Даже не пискнула, когда почувствовала неприятное жжение.
Для меня существовал только одурманивающий разум запах. Раньше он казался удушающим, но сейчас… Сейчас мне хотелось вдыхать его до полуобморочного состояния. Может, спросить у Рейнарда, каким парфюмом он пользуется?
– Заклинание не будет доставлять тебе дискомфорта, – советник понизил голос, почему-то перейдя на «ты». – Оно не следит за каждым передвижением, больше направлено на твои эмоции. Испуг, страх, гнев… – Он всё ещё поглаживал кожу шеи, мешая мне здраво мыслить. На мгновение наши глаза оказались на одном уровне, а чарующий запах стал сносить крышу окончательно.
Соберись, Оливия!
– Замечательно, – голос хоть и сиплый, но зато почти не дрогнул.
Герцог резко убрал ладонь, как-то странно на меня посмотрев, а я быстро отошла назад.
И, надо сказать, вовремя, потому что почти сразу же в помещении раздался стервозный женский голос, а из-за поворота вырулила Савейя собственной персоной.
– Рейнард, мне сказали, произошло нападение! – Драконица как фурия метнулась к советнику, кидая на меня неприязненные взгляды.
Похоже, мне не забыли танец на балу.
– Я могу идти? – нетерпеливо спросила я, с недовольством поглядывая на рыжую, откровенно пытающуюся повиснуть у герцога на плече. Что она хочет мне доказать? В последнее время распорядительница раздражает всё сильнее и сильнее.
– Идите, леди Шэролл, – разрешил Рейнард, чему-то ухмыльнувшись. – Только, будьте добры, после того, как прочтёте свой справочник, верните его на место.
У меня коленки чуть не подкосились. Ну вот как. Он. Узнал?!
– Кхм… как скажете, – важно кивнула я, на что получила снисходительный взгляд и едва заметно дрогнувшие уголки губ.
Не обращая внимания на недоумевающую Савейю, я сделала реверанс, развернулась и направилась на выход.
Напоследок щёлкнула пальцами, на адреналине пробормотав коротенькое заклинание. До слуха сразу донёсся женский вскрик вперемежку с глухим звуком падающих на пол книг, а у меня на лице сама собой расцвела злорадная улыбка.
Надеюсь, я сильно потрепала причёску герцогини Ла Фрейн.
Библиотеку я покидала в смешанных чувствах. Во-первых, мне только что официально разрешили прочитать про великие драконьи тайны. И вот даже комментировать это не хочется. Я давно перестала понимать поведение Рейнарда.
Во-вторых. Что теперь с маячком делать? Если бы не сны, я бы только порадовалась возможному решению проблемы с обвинениями. Но на деле всё может оказаться хуже. Осталось только молиться, чтобы сны были без лунатизма. Или чтобы их вообще больше не было.
По дороге в крыло невест меня неожиданно перехватила угрюмая Кассандра.
– Леди Шэролл, могу я поговорить с вами? – скорее не спросила, а потребовала смотрительница.
Я остановилась напротив драконицы.
– Слушаю вас.
– Насколько я знаю, вы не только фрейлина Её Высочества, но и её близкая подруга, – сухо начала она. Я чуть не фыркнула от такого командирского тона. – Постарайтесь сопровождать принцессу во время прогулок. Сегодня Её Высочество по незнанию заплутала в подвалах дворца.
– Возможно, она просто исследовала окрестности, – предположила я, стараясь не выдать своё удивление.
Катриона и подвалы? Это что-то несовместимое.
Кассандра недовольно поджала губы.
– В императорские подвалы можно попасть только одним путём, и он отнюдь не лёгкий. Вероятно, принцесса слишком любопытна, но впредь запомните сами и сообщите ей: подземелье не место для прогулок.
Женщина гордо удалилась, а я ещё чуть-чуть постояла в раздумьях. Раньше что-то не замечала у Катрионы такой страсти к блужданию по сомнительным местам.
Всевышний, хоть бы не ментальное внушение!

Глава 23

Незаметно для всех наступило третье испытание. На этот раз закрытое для чужих глаз, поэтому компаньонки присутствовать не могли. Хотя я бы очень хотела посмотреть. Невест будут проверять на ум и смекалку, но, судя по тому, что я наблюдала за последние недели, у некоторых избранниц отсутствовало и то и другое.
Зато, пока девушек мучали на проверке, у меня выкроилось время для чтения.
«Тайны Аргариона», о которых писали в книге, поначалу казались мне не такими уж и тайнами. На десятках страниц автор расписывал физические особенности драконьей расы, байки про полукровок, и я уже почти разочаровалась, пока не дошла до второго раздела, про императорские семьи.
Красочные портреты были на каждом листе: драконы голубых кровей в расшитых золотом мантиях с коронами и скипетрами. Все статные как на подбор, с породистыми лицами, в которых отчётливо прослеживались какие-то определённые, дарованные только императорским отпрыскам черты. В принципе, вся информация была занятной, но кое-что заставило меня мелко задрожать.
Когда я уже хотела отложить чтение и взять перерыв, на одном из портретов я вдруг узнала женщину из моего сна. Та же величественная поза, то же улыбчивое утончённое лицо, монаршья одежда… Как будто кто-то уменьшил картину в императорской галерее и вставил в эту книгу.
Внизу портрета каллиграфическим шрифтом было написано всего несколько строчек:
«Лариадна Линарин Оторе. Её Высочество кронпринцесса, сестра её Величества императрицы Аделии Линарин Оторе, младшая наследница рода Оторе».
Может, она та, кого мне, вероятно, нужно найти? Но ведь императорскую семью убили во время переворота…
Я аккуратно провела пальцами по нарисованному бархатному платью, вспоминая, как в прошлый раз из него просочился красный туман, и вздрогнула, услышав требовательный стук в дверь.
На пороге топтался слуга и, передав мне белоснежный конверт, спешно удалился.
Мне наконец-то пришёл ответ от ректора, только не совсем тот, которого я ожидала.
– Дэрриш забыл про существование магопочты? – пробормотала я под нос, усаживаясь на диван.
Удумал тоже, отправлять обыкновенную почту в Аргарион. В другое государство! К тому же и драконье. Неудивительно, что шло оно вечность.
Быстро вскрыла печать академии, развернула пергаментный лист, но, увидев написанное, впала в ступор.
Я не понимаю ни слова.
Какие-то странные буквы с закорючками, незнакомые слова… Как будто Дэрриш решил надо мной подшутить.
Мне понадобилось минут пятнадцать, чтобы осознать, что это мой родной невиланский язык. И ещё минут десять, чтобы буквы наконец-то стали складываться в более-менее понятные слова.
«Дорогая Оливия! Вряд ли ты выучила аргарионский за пару недель, поэтому могу предположить, что это действие магии. Из твоего письма я не понял абсолютно ничего…»
Я оторвалась от чтения и едва не простонала вслух. Всевышний, с драконами только одни проблемы! Как и с их заклинаниями.
«…Даже попытки перевода не помогли, а обратиться к драконам я с такой просьбой не могу. Сама понимаешь почему. Твоё письмо было не срочным, и, смею предположить, что ничего серьёзного у вас не случилось. К сожалению, я не могу узнать, что происходит на отборе, Его Величество Тириан не интересуется делами дочери по неизвестным мне причинам.
Если случится что-то серьёзное, активируй артефакт вызова. Наши маги поймут, что вы в опасности.
Берегите себя,
Дэрриш».
– Пропади оно всё пропадом, – вздохнула я, отбрасывая бумагу на стеклянный столик.
Теперь я ещё и без наставника осталась! Выживай как хочешь, Оливия.
Мне казалось, Катриона хоть как-то уведомляет отца о том, что происходит на отборе. Неужели король не волнуется о своей единственной дочери? Как можно ни разу не поинтересоваться, как у неё дела… И принцессу такое устраивает?
Странные у них отношения. Впрочем, лезть в королевскую семью – себе дороже.
Испытание на «образованность» закончилось только к вечеру, поэтому вымотанная Катриона встретила меня с угрюмым лицом.
– Думаю, спрашивать, что да как, сейчас нет смысла, верно?
Принцесса кивнула.
– Значит, поговорим завтра, – я закусила губу от досады. Испытание мне сейчас нужно в последнюю очередь. А вот прогулки Катрионы по подвалам очень интересны. – Только скажи мне, дорогая моя, как ты попала в подземелья дворца?
Катриона, расплетавшая причёску, зависла с поднятыми вверх руками и уставилась на меня в отражении настенного зеркала.
– А ты как узнала? – растерянно спросила она.
– Не отвечай вопросом на вопрос.
– Я просто заблудилась. – от меня отмахнулись, как от надоедливого насекомого, и вернулись к своему занятию.
– Катриона, я хочу услышать правду. – Я подошла ближе, нависнув над подопечной. – Либо говоришь всё как есть, либо спать ты не пойдёшь.
Принцесса насупилась, отодвигаясь назад, и нервно выпалила:
– Ну я прочитала, что все секреты, драгоценности, сокровища, тайны и вообще всё-всё хранится в драконьем подземелье! А ты представь, сколько у них сокровищ? Они даже не зажали мне золотые комнаты!
– Ты… – я запнулась, делая глубокий вдох, и взвыла: – Совсем спятила? Ты поверила какой-то книге и решила отправиться в подвалы? Одна?! Как ты вообще их нашла?
Катриона замялась и виновато опустилась голову.
– Понимаешь…
– Да что за книги ты читаешь? Где такой бред пишут? Хотя чёрт с ними, с твоими книгами! Читай что угодно, но чтобы больше никаких проверок! Ты услышала меня? В одиночку уж точно.
– Угу, – буркнула Катриона, опустив голову ещё ниже. – Я поняла. Только не ругайся, пожалуйста.
– За что мне всё это? – простонала я, падая на диван.
Очень хотелось как следует поорать, но больше воспитательных бесед я не устраивала и, получив от принцессы обещание всегда советоваться со мной, отправилась к себе.
Слава Всевышнему, у Катрионы было не ментальное воздействие. Просто очередная глупость. Но внутри всё равно что-то скребло и не давало покоя. Только что?

Глава 24

Перед глазами всё размыто. Сфокусировать зрение никак не получается, а вдалеке лишь изредка проскакивают яркие блики света, ослепляя ещё сильнее.
Где-то на периферии слуха раздаётся неразборчивый гул: женские голоса о чём-то взволнованно не то спорят, не то переговариваются. Но я не могу разобрать ни слова.
Пара мгновений, и впереди чуть прорисовываются всё ещё размытые чёрные силуэты, а моей щеки невесомо касается что-то мягкое, прохладное. Только я ничего не боюсь.
Это духи драконов. Они друзья. Они помогут и защитят. Я уверена.
Незнакомые голоса постепенно становятся громче, и какие-то обрывки фраз всё же долетают до моего напряжённого слуха.
– Сколько… ты попадёшь… ритуал?
– Ещё… недель… зимний бал будет триумфом.
– свяжется с тобой… следи… Она пытается…
– Доверьтесь мне…
Я резко открыла глаза и, поморщившись от солнечного света, вскочила с постели. В голове эхом звучали отрывистые фразы, я на автомате начала проговаривать их вслух, чтобы не забыть.
Если во сне были задействованы духи, значит, он точно непростой. Но в этот раз они, кажется, сменили тактику… Перестали пугать меня кошмарами.
Ощущения, которые чувствовала другая я во сне, определённо говорили о том, что духи на моей стороне. А те, кого я слышала… Преступники? Менталисты?
Всё равно ничего не пойму. Какой-то ритуал… зимний бал. Вероятно, что-то должно на нём случиться.
Я анализировала свой сон во время водных процедур, пыталась вспомнить ещё хоть что-нибудь и проторчала в ванной комнате, наверно, час, но так и не пришла к разумному выводу. А когда вышла, все мысли исчезли вмиг.
– Вы так долго принимаете ванну?
В кресле вальяжно восседал Рейнард. Он пристально осматривал меня, лениво перелистывая стащенный мною справочник.
Я так и застыла в дверях с мокрыми волосами, раскрасневшимися щеками и в одном, блин, полотенце.
– Ге… Гер… – вякнула пару раз и, опомнившись, метнула в наглого дракона пульсаром. Впрочем, он успешно его нейтрализовал. – Вы что тут делаете?! Вас не учили, что неприлично без разрешения заходить в ЧУЖИЕ покои?!
– Угомоните свою истерику, Оливия, – равнодушно сообщил Рейнард. – Я никогда не спрашиваю разрешений.
– А мне плевать! – рявкнула я и, стащив с дивана плед, обмоталась им с ног до головы. – Выйдите! Мы можем поговорить позже.
– Не можем, – припечатал советник, насмешливо наблюдая за моими действиями. – Расслабьтесь, леди Шэролл. Женским телом меня не впечатлишь. Что я там не видел.
Самодур!
– Вы как раз-таки ничего не видели. И показывать я ничего не собираюсь. – Я тряхнула волосами, усаживаясь в кресло напротив герцога, и зачем-то добавила: – По крайней мере, вам.
Рейнард помрачнел, сжав в руках книгу так, что обложка начала трещать. Усмешка на губах пропала, и меня одарили настолько взбешённым взглядом, что захотелось снова сбежать в ванную и закрыться на несколько замков.
– Что ж. Ваше право, – медленно выдохнул дракон, быстро возвращая себе спокойствие. Ему бы чая с ромашкой попить. – Я пришёл не пререкаться с вами, Оливия. Примерно два часа назад сработал ваш маячок, оповестив меня, что объект слежения исчез из дворца. И из этого мира. Вы просто пропали.
Я тут же забыла о всех недовольствах.
– То есть как пропала?
– Это мой вопрос, – хмыкнул Рейнард. – Как вы мне объясните это?
– Никак. Я была у себя в комнате и спала крепким… сном, – чуть помедлила, осознав, что во сне я была непонятно где и слушала непонятно чей разговор. Но не может ведь…
– Сном? Помните подробности?
– Почти нет, – соврала я и глубоко вдохнула, снова уловив нотки знакомого аромата. Наверное, советник очень любит этот парфюм. – Какой-то бред про библиотеку и монстров.
– У вас неплохо развита фантазия. – Рейнард перекинул ногу на ногу и отложил справочник на стеклянный столик. – Следящие заклинания могут переставать работать лишь в нескольких случаях. Например, если у объекта развит дар сновидца. Вы, вероятно, слышали об этих магах?
– Слышала, – согласилась я. – Моя бабушка сновидец.
Опять вру. В моей семье нет и не было сновидцев, но советнику об этом неизвестно. А для меня получилось замечательное оправдание.
– Вот оно что, – протянул дракон, вставая с кресла. Я напряглась, сильнее закутываясь в плед, и внимательно следила за каждым уверенным движением.
– Вполне возможно, что вам передались лишь крупицы дара вашей родственницы, потому как полноценным сновидцем вы не являетесь. В этот раз я поверю вам на слово. – Рейнард активировал портал и ещё раз внимательно взглянул на меня. – Но запомните, я ненавижу ложь. Мне не хочется в вас разочароваться.
Гостиная опустела. Герцог оставил меня наедине с удивительным запахом своих духов, заполонивших собой всё пространство. Пришлось нараспашку открывать все окна, чтобы не началось головокружение.
Странно, но после последних слов Рейнарда стало как-то неприятно на душе. Я, оказывается, тоже не хочу его разочаровывать.
В обед, приведя мысли в порядок и чуть отойдя от беседы с советником, я отправилась с невестами на прогулку по саду.
– Сегодня объявят рейтинг, – угрюмо сказала Катриона.
– Боишься за результат?
Несмотря на то что шёл третий месяц осени, императорский сад цвёл и благоухал. Не знаю, действуют ли это заклинания или какие-нибудь чудесные удобрения, но я захотела забрать себе хотя бы парочку здешних растений. Никогда не пылала любовью к флоре, однако цветы тут действительно прекрасные. Особенно алые сондрилии, которые чем-то напоминают наши розы.
– Ливи, это, случайно, не тот граф с бала? – Мириэль встала рядом, указывая на спешащих куда-то Савейю и Вернера Аллена.
– Тот, – подтвердила я, нахмурившись.
Герцогиня не видела ничего вокруг, что-то эмоционально рассказывая графу, а тот вдруг заметил нашу компанию, всмотрелся и, широко улыбнувшись, кивнул головой.
Пришлось в ответ присесть в реверансе.
– Он же не просто так кивнул! – тут же завела свою шарманку эльфийка. – Вы уже встречались после бала?
– Нет, – бросила я. – И вообще, прекращай заниматься сводничеством.
– Не прекращай, – поддержала ее принцесса. – Ливи, ты только представь, тобой заинтересовался достопочтенный граф, явно не последний дракон при дворе! А ещё с тобой танцевал первый советник! Могу поспорить, ты теперь одна из завидных невест. Хоть и ею не являешься.
Я зло вздохнула и с мольбой посмотрела на Астарту. Та демонстративно закатила глаза. Слава Всевышнему, хоть кто-то не потерял голову.
Интересно, мне одной показалось странным, что Вернер был в компании Савейи? Хотя он же приближён к императорскому двору и такие знакомства для него, наверно, в порядке вещей.
– Девочки, мне нужно отлучиться ненадолго, – вдруг заявила Катриона.
– Куда? – не поняла я, удивлённо посмотрев на подопечную. Это что-то новенькое.
– Потом расскажу.
Опять подвалы?!
– Катриона, – угрожающе начала я, но принцесса в оправдание затараторила и замахала руками:
– Это не то, о чём ты подумала. Я быстро вернусь! Сопровождать не нужно, можете подождать меня здесь.
Не дождавшись моего ответа, Катриона быстро помчалась по тропинке, а я с мрачным лицом повернулась к молчаливым невестам.
– Может, она сильно волнуется за результаты испытания? – предположила Астарта.
Какая-то бредовая причина.
– А вдруг это свидание? – воскликнула эльфийка.
– У тебя всё к свиданиям сводится.
– Да нет же! Послушайте, – она подозвала нас поближе к себе и заговорщически прошептала: – На балу у Катрионы был тайный поклонник. Один дракон постоянно смотрел на неё. Они даже парочкой фраз обменялись.
– Это когда такое было? – в шоке посмотрела я на Мириэль.
– Ты с герцогом Эстанвилем танцевала, – ответила за неё Астарта. – Катриона тебе не рассказала?
– Нет.
Вот тебе и принцесса… Везде успела.
Моя «головная боль» вернулась через несколько минут, но про то, куда ходила, поведать отказалась.
– Ты же понимаешь, что всё равно придётся объяснять? – нетерпеливо спросила я и осеклась, почувствовав под ногами странные вибрации.
Не успели мы отбежать, как одна из плит треснула прямо перед Мириэль, взлетев вверх.
Чудом удалось дёрнуть взвизгнувшую эльфийку на себя и удержать от падения.
– Мириэль, ты в порядке? – крикнула Катриона, бросаясь к невесте.
Землетрясение прекратилось так же резко, как и началось. Я сосредоточенно начала оглядываться по сторонам и притихла, услышав шебуршание за кустами.
Кинулась к зарослям, но успела увидеть только голубую юбку чьего-то платья.
– Кого-то заметила? – Астарта подошла ко мне, тоже всматриваясь.
– Ты, случайно, не знаешь, у кого из невест сегодня было голубое платье?
– Даже не помню, – задумалась драконица. – Не придавала значения.
– Узнаю, кто это сделал, убью! – зарычала эльфийка, отмерев после шока.
Внезапно воздух прорезал знакомый звонкий голос, а мне тут же захотелось скривиться.
– Кого вы собрались убивать, леди Тариллион?
Прямо навстречу нам торжественно вышагивала распорядительница. Как будто по ковровой дорожке шла на венчание.
– Кто-то напал на Мириэль, Ваша Светлость, – ровно пояснила я и пересказала случившееся.
Герцогиня Ла Фрейн морщилась от каждого слова, а после недовольно посмотрела на разломанные плиты и неожиданно зло процедила:
– Ваша вина, что вы наживаете себе врагов. Не хотите таких конфузов, прекратите выделяться!
Мы дружно потеряли дар речи от такого ответа, а Савейя неприязненно посмотрела на меня и, круто развернувшись, пошла в обратную сторону, громко цокая каблуками.
– Она ревнует, – заключила Астарта.
– Герцога Эстанвиля ревнует, – добавила Мириэль, наблюдая за удаляющейся стройной фигурой.
– К тебе, Ливи, – закончила Катриона.
– Как будто я сама этого не вижу…
Стерва рыжая.
Результаты испытания невестам решили объявить только на ужине. Избранницы с замиранием сердца ожидали вердикта, мяли салфетки, постукивали каблуками, возбуждённо перешептываясь, а я выискивала обидчицу эльфийки.
В голубых платьях, как по закону подлости, было несколько девушек, но одной из них оказалась Аверилл. Я не хотела быть предвзятой, однако стоило увидеть её полные ненависти взгляды, устремленные на Мириэль, как всё стало понятно.
Бедная, ещё не знает, что сама себе подписала приговор.
– Я вижу, что вам не терпится узнать рейтинг, поэтому не буду больше мучить ожиданием, – наконец подала голос Кассандра, скептически оглядев взбудораженных девушек, и представила список.
По мере того, как в таблице появлялись имена, со всех концов стола звучали облегчённые вздохи.
Принцесса и вовсе едва не взвизгнула, увидев своё имя на… двадцатой строчке. Впрочем, думаю, тут действительно есть повод для гордости. Испытание же было на смекалку.
– Прошу прощения, – подала голос одна из невест. – Но почему меня нет в списке?
– И меня!
– Меня тоже нет.
Смотрительница нахмурилась и покачала головой.
– Те, кого нет в списке, не прошли испытание, заработав минимальные баллы.
В помещении воцарилась тишина. Кажется, невесты даже дышать перестали.
– Сожалею, но вам придётся покинуть отбор, – ровно сказала Кассандра, не дождавшись никакой реакции. Её слова прозвучали как-то особенно мрачно.
– Пересмотрите результаты!
– Это несправедливо!
Всего пара секунд, и в трапезной начался цирк. Кто-то заревел, кто-то стал громко пререкаться, возмущаться, и Кассандре пришлось успокаивать всех на повышенных тонах.
Вот вам и благородные леди.
– Очень жёстко, – шепнула мне Астарта. – Шесть девушек за одно испытание. Такими темпами отбор закончится очень быстро.
А я вот на это очень надеюсь. Поскорее бы домой вернуться.
Исключённых и зарёванных невест быстро вывели из трапезной другие смотрители, а Кассандра, вздохнув, принялась рассказывать о следующей проверке:
– Четвёртое испытание будет творческим. Конкурс талантов.
За столом снова поднялся шум, но на этот раз голоса были восторженные, воодушевлённые.
– Тихо! – гаркнула смотрительница, явно выйдя из себя. – У вас есть неделя, чтобы придумать свой номер и поразить наше жюри. Первые лица империи, смотрители, Его Величество Бертранд Линарин Оторе и Его Светлость герцог Эстанвиль также будут присутствовать.
По мере того, как Кассандра раскрывала подробности испытания, глаза Катрионы всё сильнее загорались от предвкушения. И я уже заранее начала запасаться терпением.
– А можно показывать фокусы? – спросила Люсинда, сидящая на другом конце стола.
Сейчас она выглядела намного лучше, нежели вчера.
– Можно показывать всё, что угодно и что, по вашему мнению, впечатлит наших судей. Вы также вправе привлечь других драконов в ваш номер, но не невест. Максимальное количество действующих на сцене лиц – десять.
Больше вопросов никто не задавал.
После ужина я отделилась от невест, нагнала идущую впереди Аверилл и, не обращая внимания на протесты, потянула её в соседний коридор.
– В прошлый раз ты, верно, меня не поняла? – спросила я, отталкивая драконицу к стене.
– Ты с ума сошла? Отойди!
Мне пришлось снова использовать стазисное заклинание, чтобы не дать Аверилл вырваться.
– Зачем ты напала на Мириэль? – Я перешла сразу к сути.
– Затем, – прошипела она, застыв на месте. – Тебя это не касается!
– Неправильный ответ. Ты знаешь, что за нападение на невесту можно вылететь из отбора?
– Знаю!.. – рявкнула драконица, но тут же, сконфузившись, еле слышно прошептала: – Этого я и добиваюсь.
С минуту я в ступоре смотрела на поникшую девушку, не веря собственным глазам, пока не решилась переспросить:
– Добиваешься?
– Я… не важно! – вновь прошипела Аверилл, возвращая свой стервозный вид. – Ты ничего не знаешь! Понятия не имеешь, что происходит! Приехали со своей принцесской, где вас не ждали, и думаете, что всё легко и просто. Но не-е-ет. – Она истерично засмеялась, подёргивая руками. – Я ненавижу вас всех! Ненавижу императора!
Я ошарашенно отступила, слушая надрывные крики невесты.
– Ненавижу Ла Фрейн! Ненавижу духов!
Драконица освободилась от стазиса и, даже не взглянув на меня, побежала дальше по коридору. Я останавливать её не стала.
– Ливи, что она говорила? – подошла ко мне Катриона.
Как хорошо, что я додумалась поставить заглушку.
– Она просто бесновалась, – ответила я, всё ещё глядя туда, где исчезла драконица.
– Это она на меня напала? – спросила Мириэль. – Ты узнала почему?
– Позавидовала, – ляпнула я заторможенно, понадеявшись, что эльфийку такая причина устроит.
Пока мы возвращались в крыло невест, я в уме прокручивала наш с Аверилл разговор, но так и не смогла найти объяснение такому странному поведению. Может, её шантажировали? Снова менталисты?
Кажется, эта история начинает набирать новые обороты.

Глава 25

В последующие дни мне не раз встречалась Аверилл, но вела она себя нормально. Как обычно, язвила и готовилась к испытанию, поэтому я чуть успокоилась, решив никому не говорить про её нервный срыв. К тому же из-за предстоящего конкурса талантов дворец словно оживился, и уже стало совсем не до переживаний. Теперь из каждого угла было слышно либо звонкое и не всегда приятное пение, либо танцевальную музыку, либо выкрики, стихи… в общем, фантазия избранниц разыгралась не на шутку, а наша принцесса решила пойти по классическому пути.
Мы небольшой компанией сидели в маленьком репетиционном зале. Я старалась отречься от этого мира, Кристиан с Мириэль натянуто улыбались, как два сапога пара, Астарта откровенно страдала, едва ли не плача, а Катриона чинно стояла напротив нас и пела.
С чувством, с расстановкой, особенно сильно вытягивая верхние ноты. Катриона пела что-то тоскливое, лиричное про любовь большую, лебедей белых, расставание жестокое. Я бы даже прониклась, но, откровенно говоря, от надтреснутого голоса принцессы мои уши готовы были свернуться в трубочки. И не только мои.
– Ну как? – спросило чудо-юдо, завершив нашу пытку. – Меня за эту песню очень хвалила королевская преподавательница по пению! – Катриона с широкой улыбкой ждала нашей реакции, переступая с ноги на ногу.
Эта преподавательница, наверно, была глухой. В любом случае я ей глубоко сочувствую.
Эльфийка умоляюще посмотрела на меня, ткнув в бок. В её глазах то и дело проскакивали сочувствие, неверие и обречённость.
– Знаешь, Катриона, – начала я, покусывая губы. Что ответить-то?
– Я могу ещё спеть, у меня…
– Не надо! – выкрикнули мы в четыре голоса.
– Знаешь, Катриона, – снова повторила я. – А ведь… Его Величеству нравятся танцы!
– Да-да, он обожает танцы, – поддакнул Кристиан, беря ситуацию в свои руки, и начал что-то вещать про бесконечную любовь Бертранда к танцовщицам.
В конце концов дракону удалось переубедить принцессу не петь императору никаких серенад. По его словам, он придумал для принцессы гениальный номер. Но, узнав, что это за номер, я решила, что согласна хоть на десять серенад.
– Катриона, я создал для вас с Ливи прекрасный танец! – заявил Кристиан на следующий день.
– Для вас с Ливи? – переспросила я испуганно. – Я ничего не буду танцевать!
– Ну Ливи-и-и, – завыла подопечная, но я упрямо мотнула головой.
Мне хватило бала! До конца жизни впечатлений наглоталась.
– Честно, я бы хотела на это посмотреть, – предала меня Астарта.
– Оливия, у тебя очень хорошо получается танцевать, – поддержала Мириэль. В последнее время она просто спелась с Катрионой. – На балу ты была прекрасна, даже я чуть не влюбилась! Тебе нужно показать свой талант. Тем более раз там будет герц…
Я быстро подбежала к эльфийке, прикрыв ей рот ладошкой.
– Ой, да ладно тебе, – усмехнулся Кристиан, заиграв бровями. – Рейнард Эстанвиль определённо оценил твои танцевальные способности.
– Да что ты! – сказала я с наигранным весельем и бросила над головой дракона большой пульсар.
– Понял, молчу, – танцор пригнулся, в защитном жесте прикрывая голову.
– Ну Ливи-и-и…
Через пару часов я уже с пыхтением разучивала новые движения. Потому что слушать нытьё принцессы было невыносимо! В особенности когда к её нытью добавилось нытьё Мириэль, потом Кристиана и даже Астарты.
– Ливи, смотри, – Кристиан подошёл ближе, беря меня за руку. – В этом моменте нужно сделать взмах рукой, прокрутиться и прогнуться в спине. Вы это делаете одновременно с принцессой, только в противоположном направлении и, когда прогибаетесь, держите друг друга за талии.
– Это будет очень горячо, – эльфийка в предвкушении потерла ладошки и зарделась, когда Кристиан подмигнул ей.
Всевышний, во что я в очередной раз вляпалась?
Закончили мы тренировку только поздно вечером, я даже забыла про то, что собиралась наведаться в картинную галерею. Ноги отваливались после занятия. Как и руки.
– Я расстроилась, что не получится спеть, но с другой стороны, певческий номер себе забрала Мириэль. Астарта будет играть на рояле с оркестром, а мы с тобой станцуем. Красота! – пропищала принцесса, кружась по гостиной. – Кстати, Ливи! Нам нужны новые платья для выступления. Кассандра обещала, что завтра приедет мадам Тресса, поэтому посодействуй, чтобы нам достались лучшие наряды!
Уже шестой раз за день я закатила глаза и, ничего не ответив, отправилась спать.
Я отрубилась, едва голова коснулась подушки. Даже сновидения решили на этот раз меня не беспокоить.
Но утро встретило ужасной новостью.
– Оливия! Вставай, Ливи!
Я не успела открыть глаза, как меня вздёрнули с постели и затрясли.
– Оливия, она совершила самоубийство! Представляешь? Самоубийство!
Всю сонливость как рукой сняло.
– Кто? – прохрипела я, останавливая Катриону. – Прекрати истерить. Кто совершил самоубийство?
– Пошли! – Принцесса беспардонно потянула меня к выходу, не обращая внимания на то, что я в неглиже. С трудом удалось попросить её подождать пару минут, чтобы дать мне одеться.
В нашем коридоре собралась куча народа, почти всё пространство заняли невесты, слуги, жители дворца.
– Что случилось? – спросила я у нахмурившихся Астарты и Мириэль, чувствуя нарастающую панику.
– Аверилл совершила самоубийство.
После этой фразы все дальнейшие события происходили словно в тумане. Я будто через белёсую пелену видела, как в покои драконицы заходят целители, как нервно Савейя даёт кому-то указания, как бледные невесты жмутся друг к другу, отрывисто всхлипывая, и как Катриона что-то мне рассказывает.
– Это ты! – внезапно закричала светловолосая невеста, указывая на меня пальцем. Подруга Аверилл. Её глаза покраснели от слёз, лицо опухло, а губы мелко дрожали. – Ты её убила!
– О чём ты говоришь? – Астарта вышла вперёд, вставая в защиту. В коридоре резко стало тихо, очевидцы внимательно следили за разворачивающимся конфликтом.
А мне было абсолютно всё равно.
Я ведь только недавно разговаривала с ней. Она нуждалась в помощи… Я должна была рассказать о её поведении!
Может, удалось бы её спасти.
– Ты её убила! – ещё сильнее завизжала невеста и кинулась вперёд, но наткнулась на возникшую передо мной прозрачную стену.
В это же мгновение на другом конце коридора появились Рейнард с Бертрандом. Все присутствующие отступили к стене, склонившись в три погибели. Хмурый император, не посмотрев ни на кого, подошёл к Савейе, а вот советник размашистым шагом направился к нам. Длинный промокший плащ говорил о том, что герцог появился во дворце только сейчас.
Дракон был чертовски злым.
– Вернитесь в свои покои немедленно, – жёстко отчеканил Рейнард.
Второй раз повторять не пришлось. Избранницы разом юркнули в комнаты, слуги с другими зеваками разбежались.
– Пойдём, Ливи, – Катриона потянула меня к себе, но её остановил советник:
– Задержитесь, леди Шэролл.
Надеюсь, это не приговор.
Я тихонько кивнула испуганным подругам, попытавшись их приободрить, хотя сама внутри вся дрожала.
Несмело подошла к герцогу, стараясь не смотреть ему в глаза, и сразу почувствовала тяжёлую руку на плече.
В следующую секунду мы оказались в мрачном, до боли знакомом кабинете.

Глава 26

Я думала, что вновь увижу знакомое мрачное помещение, но вместо этого передо мной оказался какой-то другой кабинет. Выполненный в благородно-синих тонах, уставленный дорогой на вид мебелью.
– Вы сделали ремонт?
Рейнард хмыкнул и, ничего не ответив, усадил меня в большое кожаное кресло.
– Это моя личная приёмная. Здесь разговору ничто не помешает.
– М-м, – протянула я, заволновавшись пуще прежнего.
Советник тем временем скинул свой мокрый плащ, плеснул в бокал янтарную жидкость и протянул напиток мне.
– Выпейте.
– Я не пью.
– Второй раз повторять не буду. – Он сел в кресло напротив. – Вам необходимо успокоиться. Пейте. Или я сам вам его залью.
Я взяла бокал без промедлений, насторожившись от уверенных слов дракона. Ведь действительно зальёт. Он может.
Горькая жидкость обожгла горло, но спокойствия совершенно не принесла. Мне бы сейчас в своей комнате запереться и не выходить ближайшие несколько дней, а не алкоголь с герцогом распивать.
– Я слушаю вас. – Рейнард перекинул ногу на ногу, выжидательно на меня уставившись.
– А что говорить? – спросила я тихо. – Предъявляйте свои обвинения. Я уже готова.
– Прекратите. Я знаю, что вы ни в чём не виноваты, Оливия. Мне всего лишь нужна ваша версия случившегося.
Я вскинула голову, не поверив услышанному. У него семь пятниц на неделе, не иначе! То виновата, то не виновата…
– Откуда знаете? Вы же сами говорили, что я главная подозреваемая!
– Вы умная девочка, Оливия, – начал Рейнард.
– Я вам не девочка, – резко перебила я.
– Хорошо, – он усмехнулся. – Вы умная недевочка, Оливия. Сможете предположить, почему Аверилл Вальтанис решилась на самоубийство?
Тело вновь охватила дрожь, стоило только подумать о драконице.
Аверилл не поступила бы так. Дерзкая, решительная, пусть и лезла на рожон, но была вполне адекватной. Пробивной. Мне слабо верится, что такие люди могут уйти из жизни самостоятельно.
И пусть я не знаю, что было у неё на душе… Я уверена, что она бы не стала убивать себя.
Если только тут не постарались менталисты.
– Вижу, вы догадались, – герцог сцепил руки в замок, наблюдая за мной из-под полуопущенных век.
Я смогла лишь слабо кивнуть, потому как трясти начало ещё сильнее. Холодно.
– Аверилл была под ментальным воздействием среднего уровня. Утром во время завтрака её нашла личная горничная. Первая же проверка показала чёткий остаточный след магии. По нашим предположениям, менталист поработал над её сознанием несколько дней назад.
Несколько дней назад… Тогда она повела себя слишком странно. А я не придала этому значения.
Если бы я только сообщила об этом…
– Вам холодно? – Рейнхард нахмурился.
– Нет, – соврала я, хотя было очевидно, что меня трясёт. Теперь не только от холода, но и от накатывающего чувства вины.
Советник ещё пару минут сканировал меня, не продолжая диалог, а потом я внезапно почувствовала тепло. Даже кончики пальцев словно укутали в шерстяные перчатки.
Я вопросительно посмотрела на Рейнарда, но тот проигнорировал мой взгляд и как ни в чём не бывало возобновил расспросы.
Надо же, советник удивляет меня всё больше и больше своим поведением.
– Что вы знаете о происшествии, Оливия?
– Немногое…
– Хочу вас предупредить, – прервал он, постукивая пальцами по ручке кресла. – Вы здесь находитесь на правах свидетеля. Ваша помощь следствию может стать решающей, поэтому не бойтесь рассказывать всё, что видели или слышали.
– Я буду рада помочь всем, чем смогу, но вы так и не ответили, почему уверены, что моей вины в произошедшем нет? По вашим же недавним выводам, я вероятная преступница и сильный менталист.
– Хотите сказать, я поступаю неправильно и должен прямо сейчас посадить вас в темницу? – хмыкнул дракон.
– Нет, – быстро ответила я. – Просто раньше вы обвиняли во всех бедах меня. Что сейчас изменилось? Появились доказательства? Какие?
Рейнард отчего-то еле заметно улыбнулся.
– Появились. Но какие, вам знать не обязательно. Вернёмся к нашему вопросу.
Я шумно вздохнула. Он меня за несмышлёного ребёнка принимает?
– Я встретила Аверилл Вальтанис три дня назад, – начала я без колебаний. – Мы прогуливались в саду с моей подопечной и другими невестами, когда Аверилл устроила маленькое магическое землетрясение. Она хотела навредить леди Тариллион, но, к счастью, всё обошлось. В тот же день я поговорила с ней и хотела… проучить, – не стала таить я, внимательно следя за реакцией советника. Лицо того было непроницаемо, никаких осуждающих взглядов не последовало, так что я продолжила рассказ уже смелее. – Но её поведение потрясло меня. Она сорвалась, кричала, сказала, что хочет, чтобы её исключили из отбора и поэтому напала на Мириэль Тариллион. А после сказала, что мы не знаем, что тут происходит. Что творится на отборе…
Дракон слушал, не перебивая, задумчиво глядя на стеллажи позади меня. Я же окончательно согрелась и чувствовала, что ещё чуть-чуть, и провалюсь в сон. Организм дал сбой.
– Она не называла причину своих желаний? – подал голос советник.
– Нет. Лишь пожаловалась.
Герцог снова замолчал, видимо, уйдя в размышления, а мои глаза стали предательски закрываться.
– Вы сообщили кому-нибудь об инциденте?
– Только герцогине Ла Фрейн.
Рейнард нахмурился, услышанное ему совсем не понравилось.
Он не знал об этом? Неужели распорядительница никому не рассказала о происшествии в саду?
Мы молчали ещё некоторое время, пока дракон не ошарашил меня прекрасной новостью:
– Оливия, я хочу, чтобы отныне вы докладывали обо всех странностях во дворце. Были моим информатором.
Сонливость на мгновение как рукой сняло.
– Информатором? Зачем? – спросила я недоуменно. – И почему?
– Любите же вы задавать вопросы, – Рейнард улыбнулся, покачав головой, но после быстро посерьёзнел. – Менталист или, возможно, несколько менталистов сейчас действуют против империи. Помимо рядовых происшествий, происходят попытки внести расстройство в императорскую власть. Если бы не наша… – советник резко замолчал, словно сказал что-то лишнее. – Если бы не доказательства того, что вы невиновны, вы бы действительно могли быть арестованы за незаконную менталистику. Практически все улики указывают на то, что вы преступница, а значит, вас кто-то очень сильно хочет подставить. Вы мишень.
По спине прошлись противные мурашки. Зачем я этим менталистам, зачем… Я здесь вообще, кроме принцессы, никого не знала и дорогу никому не переходила.
– Что мне делать?
– Практически ничего. Просто наблюдайте за окруж…
– Герцог Эстанвиль! – В кабинет влетел дракон в форме эршей, перебивая наш разговор. – Мы нашли новую зацепку.
– Хорошо, – бросил Рейнард и повернулся ко мне. – Оливия, вы не могли бы подождать минут десять?
Я утвердительно закивала, но пожалела о своём согласии сразу же, как советник ушёл.
Снова безумно захотелось спать. Я боролась до конца, старалась отвлечься, выучила расположение всех предметов в приёмной, но в итоге сдалась и задремала.
Мне снился странный сон. Я не видела, а, скорее, ощущала, как кто-то или что-то легонько провело по щеке, спускаясь вниз к шее. А потом меня подняло в воздух и куда-то понесло. Дальше была лишь темнота.
Проснулась я ближе к ужину.
И почему-то в своей спальне.

Глава 27

– Оливия, прекрати себя винить, – Мириэль села рядом, приобнимая меня за плечи. – Ты не виновата в том, что сделала Аверилл. Кто же знал…
Я улыбнулась девушке, благодаря за поддержку, и вернулась к наблюдению за танцующими Кристианом и Катрионой. После трагедии прошло три дня, испытание решили отложить ещё на неделю, поэтому времени для подготовки теперь выше крыши. Меня это, безусловно, радовало. В последнее время я с утра до вечера пропадала в зале, разучивая номер с принцессой и тренируясь до изнеможения, лишь бы не погружаться в самобичевание.
Я всё ещё чувствовала вину из-за самоубийства Аверилл. Сотни раз прокручивала в голове наш диалог и гадала, что бы было, если бы я рассказала о её поведении хоть кому-нибудь.
– Мадам Тресса сегодня приедет? – спросила подошедшая Катриона. Принцесса тяжело дышала, вытирая пот со лба. Танцевальный номер давался ей совсем не легко. – Ты уже думала над дизайном нарядов?
– Ещё нет, – ответила я, протягивая девушке мягкое полотенце. – Думаю, мадам Тресса сама что-нибудь предложит.
– Как знаешь. Но всё равно подумай о платьях. Мы должны занять первое место.
Эльфийка усмехнулась, закатив глаза.
– Катриона, объясни мне, пожалуйста, зачем тебе этот отбор? – не выдержала я. – Зачем победа в испытаниях? Зачем тебе, человеческой принцессе, драконий император?
– Сейчас это не так уж важно…
– Важно, – категорично заявила я. – Либо ты рассказываешь, либо я не участвую в твоих танцах.
– Ну Ливи-и-и! – Принцесса надула губы, снова пытаясь отделаться нытьём, но на этот раз её фокус не прошёл.
– Рассказывай.
Катриона поникла.
– Нечего тут рассказывать. Отец всю жизнь считал, что я ничего не умею и ни к чему не готова. Что я не доросла до важных решений и не могу принести пользы королевству. Победа в отборе докажет, что я тоже достойна быть наравне с братьями! Что я не обуза королевскому двору.
Принцесса шмыгнула пару раз и замолчала. Мы все молчали, поражённые её ответом.
Вот, оказывается, в чём дело. Вот почему Катриона так капризна и любит витать в облаках. А как ещё дети могут привлечь внимание своих безразличных родителей?
Король ведь Катрионе даже писем не пишет…
Мириэль незамедлительно обняла загрустившую принцессу. Я тоже не осталась в стороне.
– Только прошу, не разводите сырость. Знаю я вас, девушек, – протянул Кристиан, за что получил несколько недовольных взглядов. – Завтра будет полный прогон танца. Встречаемся в десять утра.
– Я не могу завтра, – вдруг заявила Катриона.
– Почему?
– Занята, – двусмысленно ответила она, отводя взгляд.
– Не поделишься ли, чем ты занята? – Я нахмурилась, сложив руки на груди.
– Завтра смотрительница Кассандра обещала выделить нам время на косметические процедуры, а потом приедут швеи и…
Принцесса начала настолько быстро тараторить, что я едва успевала разбирать её слова.
– Всё, я понял. – Кристиан, не выдержав, закрыл руками уши и вышел из зала под смех Мириэль.
– Как у вас с ним? – обратилась я к светящейся от счастья подруге.
Та замялась, слегка покраснела и тихо ответила:
– Думаю, я скоро уйду с отбора. Сама.
Я радостно улыбнулась. Слава Всевышнему, хоть у кого-то дела идут хорошо.
После занятия Мириэль с принцессой пошли к Астарте, а я наконец направилась в императорскую галерею. Не знаю, что я могу там найти, но мне почему-то кажется, посетить её не помешает.
Лестничный пролёт навеял воспоминания о сне. Удивительно, что дорогу я до сих пор более-менее помнила. Даже спрашивать у слуг не пришлось.
– Ты всё сделал?
Я резко затормозила перед поворотом и прижалась к стенке. Пересекаться с Кассандрой сейчас себе дороже.
– Всё готово, – глубокий мужской голос мне показался смутно знакомым.
– Уверен, что ничего не заподозрят? Нигде не оставил следов?
– Я всегда работаю чисто. Ты меня знаешь.
Я старалась вообще не дышать. Разговор нравился мне всё меньше, а шанс, что меня могут заметить, вовсе испугал. По-моему, я услышала что-то, не предназначенное для чужих ушей.
– Вот именно, Норд. Я тебя знаю, поэтому предупреждаю быть осторожным. Свяжись со своей ненаглядной и предупреди пока ничего не предпринимать.
– На днях с ней поговорю.
Я тихонько выглянула из-за угла, но сразу же снова прижалась к стене. Мужчина стоял ко мне спиной, а вот Кассандра, наоборот, прекрасно могла увидеть мою высунувшуюся макушку.
Пришлось дождаться, пока парочка уйдёт.
Делать какие-то выводы рано, но отчего-то этот разговор мне показался сродни переговорам двух нарушителей закона. Только вот Кассандра… Она последняя, на кого бы могли пасть мои подозрения.
До картинной галереи я шла почти на цыпочках. И в итоге зря, потому что в ней я не нашла ничего нового. Я всё ещё думала о разговоре в коридоре.
Несколько минут рассматривала портрет тёти Бертранда, но не заметила ничего необычного и собиралась уже уходить, как вдруг у меня появилась компания. Неприятная.
– Лариадна Линарин Оторе, – раздался сзади знакомый голос, а у меня волосы встали дыбом. – Умный стратег, превосходный собеседник, любящая тётя, сестра, дочь и просто прекрасная женщина.
Я медленно повернулась и столкнулась с оранжевым взглядом раскосых глаз. Строгое лицо, форма эршей… я узнала его. Офицер, проводивший нас с принцессой через границу и разговаривавший с Кассандрой в коридоре. Это определённо был он.
– Вы знаете её?
– Знал, – неоднозначно ответил дракон, дёрнув плечом. – Её Высочество любила вся империя.
– Она… погибла?
– Пропала без вести, – равнодушно сказал мужчина, переведя взгляд на портрет. – После революционного переворота маги не смогли найти её тело. Ни мёртвое, ни живое.
Я чуть поёжилась от накатившей паники, но быстро взяла себя в руки.
– Я Норд Аттвуд. Можно просто Норд, – дракон сам бесцеремонно взял мою руку и поднёс к губам. А когда мужчина посмотрел на меня, я едва не отшатнулась. Вытянутые зрачки сейчас выглядели устрашающе по сравнению с прошлым разом на границе. Впрочем, у офицера они появились лишь на пару секунд.
– Оливия Шэролл, – представилась я в ответ.
– Меня пригласили на конкурс талантов. У вас есть фавориты среди невест? Я, по правде говоря, наслышан о прекрасных способностях многих избранниц.
– Фаворитов нет. Полагаю, вам следует самому увидеть выступление и определиться с лучшими номерами.
– Так и поступлю, леди Шэролл. – офицер всё ещё не выпускал меня из виду и вообще чего-то ждал, но я, сославшись на неотложные дела, быстро попрощалась и удалилась из галереи.
Неприятное чувство сопровождало меня всю дорогу до крыла невест. И какая-то мысль в очередной раз билась на подкорке. Что-то важное, что я никак не могла не то вспомнить, не то уловить. Как будто для полноценной картины не хватало несколько кусочков пазла.
Вечером нас наконец почтила своим визитом мадам Тресса.
– Милочка! – Меня вдруг расцеловали в обе щеки под ошарашенный взгляд Катрионы. – Твой выход в свет был незабываем! Уже на следующий день после бала ко мне поступили заказы на чёрное шёлковое платье, и теперь весь месяц у меня забит заказами. Мы с тобой перевернём моду Аргариона!
Во время её пламенной речи остальные швеи согласно кивали и обожающими взглядами смотрели на меня, словно я их божество. Но после, опомнившись, утащили принцессу в соседнюю комнату на примерку.
А мадам Тресса всё ещё пела дифирамбы.
– …На моей памяти таким бесстрашием перед высшим светом обладала лишь Её Высочество Лариадна Линарин Оторе, – грустно сказала швея. – Светлая ей память.
– Вы шили ей платья? – спросила я, не веря в такое совпадение.
– Я же одеваю весь императорский двор, моя дорогая. Особы голубых кровей тоже входят в список моих клиентов. А прекрасная Лариадна была не просто принцессой, но ещё и хранительницей огненного источника! – с гордостью сказала драконица, перелистывая увесистую книгу с эскизами нарядов.
– А разве не император должен охранять источник?
– Конечно, он должен, но Её Высочество сами духи одарили правом общаться с ними на равных и быть хранительницей их сил. Это особая привилегия с самого рождения. Жаль, что всё так сложилось… – мадам Тресса вздохнула, но тут же хлопнула в ладоши и воодушевлённо произнесла: – Не будем о грустном, дорогая. Лучше расскажи, какой у вас будет номер.
Следующие минут двадцать я подробно расписывала придуманную Кристианом концепцию. Танцор решил показать нас с принцессой как две стихии. Катриона – вода, я же, как ни странно, огонь. А наш танец – вечное противоборство.
Под конец рассказа глаза драконицы горели получше люстры в трапезной.
– Замечательно! Просто превосходно, милая моя! Я всё придумала! Наряды придут через два дня.
Женщина встала, потрепала меня по плечу и позвала помощниц.
И всё?
– А какие наряды? – спросила я удивлённо, наблюдая, как швея собирается уходить.
– Сюрприз! – лукаво произнесла Тресса. – Обещаю, вам понравиться. И герцогу Эстанвилю тоже.
Я некрасиво открыла рот, услышав последние слова, а женщина весело мне подмигнула и скрылась за дверью.
Что это такое было?
– По-моему, твой танец с первым советником обсуждала вся империя, – сказала Катриона.
Занавес.

Глава 28

Ничего не видно. Темнота, даже крошечного освещения нет, но я знаю, что иду в правильном направлении. Меня ведут духи. Тоненький красный дымок связывает запястье и тянет за собой.
Ноги холодит каменный пол, где-то на периферии слуха слышно, как что-то монотонно капает.
Внезапно впереди появляется красное свечение. Блеклое, едва заметное, но чем ближе я подхожу, тем ярче оно становится.
Из арки впереди выползают красные щупальца, но я уже их не боюсь. Как ниточки, они тянутся ко мне, и я покорно следую навстречу. Тепло как будто разрастается внутри, предвкушение накрывает с головой. Арка всё ближе, свечение почти ослепляет, ещё шаг, и…
И я открываю глаза.
Очередное утро – очередной сон. Даже удивляться сил не осталось.
– Неужели нельзя сказать мне всё сразу? – прокричала я в потолок, надеясь, что красная потусторонняя жижа меня услышит. Но ответа не было.
Что мы имеем? Какой-то подвал, красное свечение, которое что-то прятало. Ко всему прочему две неизвестные женщины – вероятные преступницы, Лариадна Линарин Оторе и… И всё. Как тут можно что-нибудь понять?
Ещё пара снов, и я не сдержусь – расскажу кому-нибудь о своих увлекательных ночных приключениях.
В обед всех невест и просто желающих пригласили на конную прогулку. Но если бы я знала, кто на ней собирается присутствовать, я бы ни за что не пошла.
– Леди Шэролл, вы сегодня обворожительно выглядите! – Граф Вернер Аллен поравнялся со мной, гордо натягивая поводья породистого жеребца и лучась слащавой улыбкой.
– Благодарю вас, лорд. – Я повела лошадку в сторону, ближе к Астарте, но надоедливый дракон не отставал.
Даже откровенные намёки о нежелании продолжать беседу не помогли. Но что меня удивило больше – Савейя, возглавляющая наше конное шествие, иногда бросала на нас с графом торжествующие взгляды. Уж не она ли мне навязала этого ящера?
– Прошу прощения, граф Аллен, – к нам подъехала Мириэль. – Я бы хотела забрать леди Шэролл в нашу женскую компанию. Вы позволите?
– Думаю, леди Шэролл пообщается с вами позже, – хмуро ответил Вернер, а я от возмущения едва не свалилась с лошади.
– Я сама могу решить, когда и с кем мне общаться, – зло ответила я мужчине. – Всего доброго.
Мы с эльфийкой отдалились к Астарте и Катрионе, оставив наглого ящера одного.
– Ты его отвергла, что ли? – спросила принцесса, глядя мне за спину. – Он недоволен.
– Не мои проблемы, – фыркнула я в унисон со своей прекрасной лошадкой. Ей, видимо, Вернер тоже не понравился. – Я ему не собака, чтобы беспрекословно выполнять приказы. Надумал себе невесть что, уже и за меня решать начал.
– Драконы очень властные натуры, Ливи, – ответила Астарта.
– Меня это не волнует. Вот гер… – начала я и прикусила язык, с ужасом осознав, что собиралась в пример привести Рейнарда как воспитанного и благородного дракона.
Хотя когда это он успел таким стать? Всевышний, Ливи, вспомни вашу первую с ним встречу.
Хорошо, что невесты вроде не заметили моего замешательства.
– Тут так красиво, – протянула Мириэль, подставляя лицо яркому солнышку.
Мы гуляли по императорским владениям. Огромное зелёное поле расстилалось недалеко от дворца. Ему, казалось, не было конца и края.
Медленная конная прогулка, слишком тёплая для осени погода и свежий воздух – что может быть лучше?
– Интересно, почему мы раньше не ходили на такие прогулки? Здесь вообще нужно пикник устроить!
– А вы не знаете? – спросила невеста с каштановыми волосами, услышав вопрос Катрионы. – Тут недалеко было убийство. На фаворитку императора напали.
– Ох, вы тоже об этом подумали? – Другая избранница присоединилась к разговору. – Шуму тогда было – кошмар. Весь двор обсуждал!
– Это уж точно. Вероника была превосходной леди! Все были уверены, что она станет императрицей, а тут такое…
– И ведь убийцу так и не нашли!
– Да кого там искать? Он даже следов не оставил.
– Ничего себе, – пробормотала Катриона.
– Вот вам и безопасный дворец…
Мы ещё немного послушали болтовню невест и припустили лошадей.
– Отбор становится жутким, – сказала эльфийка.
– Я в первый раз слышу про убийство, – подала голос Астарта. – Хоть и живу в Аргарионе. Наверное, императорский двор не хотел, чтобы поползли слухи.
– И мне теперь понятно, почему Бертранд не стал больше выбирать избранниц. Он, наверное, тоскует по этой Веронике, – ревниво добавила принцесса.
Я согласно кивала, заинтересованно осматривая окрестности, но, увидев пейзаж впереди, резко затормозила.
Руки похолодели, вцепившись в поводья, как в спасательный круг, дыхание сбилось, как будто я бежала несколько кругов.
– Ливи, что-то не так?
Невесты остановились, выжидательно глядя на меня.
А я даже одного слова не смогла вымолвить, всё смотрела перед собой. На зелёную опушку, граничащую с тёмным лесом. На то место, где в моём самом первом сне некто неизвестный убил темноволосую девушку.
– Просто чувство дежавю, – вымолвила я заторможенно. – Не обращайте внимания.
Тут убили Веронику. Духи с самого начала показали мне преступление. Они предупредили… Но для чего? Её убил менталист?
– Странное у тебя дежавю, – прокомментировала Катриона. – Мне вот жутко от этого места. Мало того что убийство было, так ещё и преступника не поймали! Поехали отсюда, а?
Все с ней согласились. Я напоследок обернулась, запоминая пейзаж, и дёрнулась, услышав тихий шелест:
«Помоги».
Шёпот подкрался незаметно, я с усилием заставила себя не пугаться.
– Кому? – тихо спросила я, понадеявшись на ответ.
«Нам… Источнику».
– Оливия! – заголосила Катриона. – Сколько тебя ещё ждать?
– Еду, – раздражённо крикнула я. Принцесса спугнула духов. А это были они, я уверена.
Бесцветный голос замолк, больше не подавая признаков присутствия, поэтому я с неопределёнными чувствами отправилась обратно во дворец.
Нашёлся новый кусочек пазла. Только поможет ли он мне…
После прогулки все решили разместиться на открытой террасе. Слуги принесли закуски и тёплый чай, поэтому наши посиделки, на радость Катрионе, отдалённо напоминали пикник.
Графа Вернера, к слову, я нигде не увидела, вероятно, он покинул нашу компанию ещё раньше. И слава Всевышнему. Слишком нагло он начал себя вести.
– Астарта, расскажи, как тебе репетиции с оркестром? – поинтересовалась Катриона.
– Ну как сказать, – драконица помедлила, немного поморщившись. – Музыканты из оркестра профессионалы, которые требуют от меня идеального исполнения. А я всего лишь любитель. Поэтому репетиции проходят слишком напряжённо. Если честно, я уже мечтаю, чтобы это испытание наступило как можно быстрее. Мне бы выступить и забыть о нём совсем.
– Н-да, неприятная ситуация.
– Я тоже хочу, чтобы испытание наступило быстрее. Мне кажется, оно станет для меня последним, – поделилась Мириэль.
– Ты окончательно решила уйти с отбора? – спросила я, покачиваясь в плетённом кресле.
– Кристиан замечательный, – ответила эльфийка, всё сразу расставив по местам.
Кажется, наша ненаглядная нашла своё счастье.
– Тебе же придётся уехать! – расстроилась принцесса. – И мы в ближайшее время не увидимся вообще.
– Насчёт этого не волнуйтесь. Я всё придумала. Кристиан живёт во дворце на правах помощника по организации отбора. Он замолвит словечко, и я смогу остаться по крайней мере до окончания всего этого маскарада.
– Девочки! – внезапно завизжала одна из невест, переключая всё внимание на себя. – Вы посмотрите! Посмотрите на небо!
Мы дружно подняли головы и замерли от восхищения.
В чистом голубом небе отчётливо виднелись две чёрные фигуры драконов. Огромные, внушительные существа с широкими мощными крыльями рассекали пространство, кружась прямо над дворцом.
– Его величество Бертранд Оторе и его светлость герцог Эстанвиль проверяют владения, – пояснила спокойная Савейя, с улыбкой глядя наверх.
– Ливи, они как будто из сказок сбежали, – принцесса с восторгом сложила ладони на груди.
Я не ответила, безотрывно наблюдая за красивым чёрным драконом, грациозно пролетающим по небосклону. Он делал какие-то странные пируэты, то останавливаясь, то вновь набирая скорость.
В груди застыло восхищение, мурашки одолели всё тело.
Как же он был прекрасен!
Не сдержавшись, я вздохнула и чуть посмеялась над своей реакцией. А дракон внезапно остановился прямо над нами и как будто посмотрел вниз. Я не видела его глаз, но мощная голова наклонилась вперёд, прямо в нашу сторону.
Или мне уже кажется? Наверное, кажется…
– Ради такого стоило два часа потрястись на лошади, – протянула Мириэль, мечтательно глядя на небо.
– Девочки! – снова завизжал кто-то из невест. – Он сюда летит?
– Да ладно!
– Точно-точно! Смотрите!
Голоса стали громче, все повскакивали со своих мест, задирая головы и тыкая пальцем в небо.
– Леди, успокойтесь! – попыталась образумить всех Савейя. К ней подтянулись и другие смотрители. – Где ваши манеры? Вы же… О бог мой!
Распорядительница испуганно застыла, тоже устремив взгляд наверх. Я последовала примеру герцогини, но, в отличие от неё, с каким-то странным предвкушением стала наблюдать за приближением огромного зверя. Действительно летит. Прямо к нам.
– Всем отойти назад! – закричала Савейя, отгоняя невест. – Немедленно!
Мы столпились кучкой возле стеклянной стены, ёжась от холодных потоков воздуха, создаваемых подлетающим драконом.
Чем ближе он приближался, тем сильнее у меня подрагивали ладони, а желудок сводило от ожидания.
– Что за чёрт? – прошептала я, обхватывая себя руками.
Когда дракон приземлился на нашу террасу, казалось, весь дворец содрогнулся. Каким образом пол выдержал вес зверя, можно только гадать. Но мне было плевать на это.
Передо мной величаво возвышался настоящий дракон! Протяни ладонь, и можно его коснуться, провести по чёрным чешуйкам, погладить мощные крылья…
– Оливия, ты куда? – меня за подол потянула на себя Астарта. – Нельзя подходить! Ты чего?
Я и не заметила, как сделала маленький шаг навстречу зверю.
– Рейнард, что ты делаешь? – пробормотала распорядительница.
Так это Рейнард?
Какой красивый…
Дракон, словно услышав мои мысли, повернул в нашу сторону голову и дыхнул паром.
– Ой, он злится? – спросила одна из избранниц.
«Нет, не злится», – восхищённо сказала я про себя, и зверь… то есть Рейнард, тотчас кивнул.
Я смотрела в глубокие, чёрные с оранжевыми искорками глаза и с уверенностью понимала, что он дружелюбный. Он не обидит.
А когда дракон наклонил голову и лукаво на меня взглянул, я захотела рассмеяться от восторга.
Ноги сами понесли меня к нему навстречу, не помогла даже удерживающая подол Астарта.
– Леди Шэролл, что вы делаете? – возмутилась Савейя. – Остановитесь немедленно! Оливия Шэролл!
Но я не слушала и, уже отделившись от кучки избранниц, уверенно шагала к дракону.

Глава 29

Шаги становились увереннее, крики за спиной отошли на второй план и превратились в приглушённый гул, а огненные глаза, смотрящие на меня, были здесь и сейчас.
Я аккуратно протянула руку, дракон в ответ дыхнул тёплым паром и подался вперёд. Прикосновение к прохладным чёрным чешуйкам прокатилось разрядом по всему телу. Наверно, я даже подпрыгнула.
– Ты такой красивый, – прошептала я, легонько поглаживая довольную морду. Дракон согласно фыркнул и ткнулся в ладонь.
Я была словно под гипнозом, как будто меня заколдовали, наказав восхищаться этим существом. Эмоции, проносившиеся внутри, не описать словами.
Интересно, Рейнард чувствует это? Или в его сознании сейчас только животное?
Дальнейшее восхищение прервал громкий рёв императора, парившего в небе. Рейнард моментально подтолкнул меня назад, чтобы не задеть крыльями, и взлетел ввысь.
– Леди Шэролл, немедленно вернитесь, – сухо подозвала смотрительница после минутной тишины.
Предчувствуя неладное, я медленно обернулась ко всем зрителям и даже не удивилась выпученным глазам невест и злому взгляду Кассандры. А вот Савейя не выражала никаких эмоций. Она стояла в стороне, смотрела, казалось, в пустоту и вообще была потеряна для этого мира.
Я аккуратно сделала несколько шагов навстречу невестам, и те тут же отмерли. Меня мгновенно окружили в кольцо, засыпав вопросами.
– Как ты это сделала?
– Ты сумасшедшая?
– Вы общались силой мысли?
– Зачем ты туда пошла?
– А ну-ка отошли. – Мириэль нагло распихала дракониц, подхватила меня за локоть и быстро повела к выходу с террасы. В спину донеслись выкрики, кажется, меня пыталась позвать Кассандра, но последнее, что мне хотелось сейчас делать, это объяснять смотрительнице своё поведение. Я даже сама себе его объяснить не могу.
– Спасибо.
– Не стоит, – эльфийка махнула рукой принцессе и Астарте, подзывая их к нам.
Такой компанией мы и дошли до моих покоев.
– Вот теперь давай рассказывай, что ты сделала и зачем, – принцесса выжидающе уставилась на меня, едва не нависая.
– Я сама не поняла, – буркнула я.
– Ливи, ты серьёзно? – подала голос Астарта. – Ты понимаешь, что подошла к дракону? К дракону! На расстояние вытянутой руки… Хотя не-е-ет. Ты даже умудрилась его погладить! Но драконы же не домашние питомцы! Да они же вообще…
Астарта вскочила с дивана и стала нарезать круги, задыхаясь от возмущения.
– Астарта, угомонись, а? – простонала я, хватаясь за голову. В первый раз я видела её такой эмоциональной. – Я же сказала, что не знаю, как это получилось. У меня словно наваждение было. Мне жизненно необходимо было подойти к нему.
В гостиной повисло гробовое молчание, а у меня перед глазами появился образ величественного чёрного дракона.
Всевышний, я действительно его погладила?
– Ливи, послушай, что я тебе расскажу, – Астарта присела рядом на диван и взяла меня за руку. – Все меня послушайте. Драконья ипостась для нашего народа сродни волшебству. Я вам уже как-то рассказывала, что перевоплощаться могут не все. А некоторые если и могут, то только минимальное количество раз за жизнь! Подходить к дракону категорически запрещено по многим причинам. Первая – это уважение. Уважение к силе предков, поэтому контакт с драконом непозволителен, если ты не его близкий или если у тебя нет его личного разрешения. Вторая причина – животная сущность. Когда дракон меняет ипостась, он может сохранить своё человеческое сознание. А может и нет. Понимаете, о чём я?
– Хочешь сказать, вторая ипостась может быть полностью животной? – поинтересовалась я осторожно. – То есть настоящий дракон… животное со своим разумом?
– Да. И это самое опасное, потому что дракон начинает действовать не только по указу хозяина, но и по своим собственным инстинктам.
– Ливи, он мог тебя убить, – прошептала принцесса, дрожащими руками комкая платок в руках.
– Он бы не убил, – парировала я, задумавшись.
– Откуда ты знаешь? – спросила Мириэль.
– Просто знаю, – пожала я плечами. – Он меня позвал.
– Мысленно?
– Нет. Я это почувствовала.
Слаженный разочарованный вздох стал мне ответом. Видимо, мне не поверили.
Весь оставшийся день я просидела у себя. Даже не стала следить за принцессой, просто наказав ей не влипать в неприятности. Мысленные метания взрывали голову, я никак не могла справиться с обвалившейся на меня информацией и в конце концов просто забылась сном. На этот раз не простым.
Сквозняк холодит босые ступни, подхватывая подол платья. Свечение впереди становится бледнее, и я наконец могу снова четко видеть. Ноги сами ступают навстречу. Сквозь арку виднеется нечто странное, размытое и непонятное мне. Пытаюсь сфокусировать взгляд, но ничего не получается – меня сбивает резкий порыв ветра. Я уворачиваюсь, пытаясь удержать равновесие, но внезапно встречаюсь с остекленевшим взглядом темноволосой девушки.
Я вскочила с постели в поту, едва не закричав. Грудь ходила ходуном от сбившегося дыхания, в ушах звучал стук собственного сердца, а в мыслях было лишь желание просто бежать куда-нибудь подальше из этого дворца.
– Я не могу больше, – прошептала я охрипшим голосом. – Вы слышите меня? Кто бы ни посылал эти сны… Я не могу… Не могу держать это в себе. Я расскажу.
Упав на подушки, я закрыла лицо руками, пытаясь успокоиться и забыть тот омертвевший взгляд.
– Я не вытяну это. Ещё одно видение, и я, наверное, сойду с ума.
Тишина в комнате оглушала, и хоть за окном уже светлело, не было слышно ни единого голоса. Наверное, сейчас совсем раннее утро.
Я перевела взгляд на потолок и едва не заработала остановку сердца. Духи! Красная знакомая дымка медленно кружилась прямо над моей головой и, словно заметив моё внимание, стала приближаться ко мне.
Я щёлкнула пальцами, на всякий случай вызывая магию, но безликий шёпот остановил от опрометчивых действий.
«Не бойс-с-ся».
– Что вам нужно? – выдохнула я, сильнее закутываясь в одеяло.
«Помоги», – красный дымок подлетел ко мне ближе и стал окутывать запястье.
– Стойте! – Я резко затрясла рукой, пытаясь согнать духов. – Что вы делаете?!
«Помоги нам», – шёпот стал совсем тихим и вскоре исчез вместе с красной дымкой, которая буквально впиталась в мою кожу за считаные секунды.
В панике я вскочила с постели и яростно принялась тереть запястье. Но ничего не происходило. Место, куда просочились духи, было чистым: никаких покраснений, знаков, символов или чего-то ещё.
– Это уже слишком, – истерично вскрикнула я и заметалась по комнате.
Что сейчас произошло? Они же определённо что-то со мной сейчас сделали! Или нет?
Медлить или чего-то ожидать уже не было смысла, и я с полной уверенностью в своём решении полетела одеваться.
Я расскажу всё герцогу Эстанвилю. Абсолютно всё: от первого сна про погибшую фаворитку императора до только что случившегося. Раз он меня информатором назначил, должен выслушать. Пусть ругает за долгое молчание, пусть не поверит, пусть посмеётся, но больше держать этот кошмар в себе нельзя. Чем дальше, тем хуже! Я не хочу стать пешкой в игре драконов или уж тем более жертвой. На такие подвиги я не соглашалась.
Я быстро дошла до кабинета Рейнарда, минуя коридоры, но тот оказался закрыт. Может, он в своём другом, личном кабинете?
Мне повезло, что недалеко проходили слуги – ранние пташки, отвечающие за утреннюю уборку дворца. О всех перемещениях высокородных лиц они уж точно должны знать.
– Прошу прощения, – я подошла ближе к драконице, вытирающей пыль. – Не подскажите, где я могу найти герцога Эстанвиля?
Пожилая женщина посмотрела на меня подозрительно, но всё же ответила:
– Его светлейшество герцог Эстанвиль сейчас находится в тренировочном зале в восточном крыле.
– Спасибо, – искренне поблагодарив служанку, я быстро направилась в нужное помещение.
Огромный зал находился на втором этаже, обособленно от других комнат. Обычно он пустовал, но сейчас оттуда доносился громкий лязг стального клинка.
Осторожно приоткрыв дверь, я юркнула внутрь и тут же застыла на месте.
Рейнард действительно оказался в зале и сейчас тренировался на манекенах. Хотя, с другой стороны, выглядело так, словно он специально пытался порубить железные изваяния на кусочки. Белая рубашка была расстёгнута и открывала обзор на внушительные, перекатывающиеся от каждого взмаха руки мускулы. Я так и стояла возле дверей и, не отрывая взгляда, смотрела на напряжённую тренировку. Движения советника были резкими, порывистыми, он явно хотел выпустить пар.
Герцог не в духе.
Осознав, что неприлично и некультурно на него пялюсь, я уже собралась подать голос, но Рейнард внезапно застыл и быстро повернулся ко мне. Черты его лица закаменели, он нахмурил брови и с силой отбросил меч в сторону.
– Что вы тут делаете?
– Извините за беспокойство, герцог Эстанвиль. Мне срочно нужно вам кое-что рассказать. – уверенность, с которой я сюда пришла, куда-то улетучилась от недовольного, ледяного тона советника.
– Вы про работу информатором? Забудьте.
– Что? – нахмурилась я, внимательно наблюдая за приближающимся драконом.
– Забудьте, – повторил он. – Возвращайтесь к своим обязанностям фрейлины.
– Я бы с радостью к ним вернулась, если бы не одно «но», – заупрямилась я, делая шаг вперёд. Рейнарду это не понравилось.
– Нет никаких «но», леди Шэролл, – герцог моментально оказался рядом, бесцеремонно схватил меня за локоть и повёл на выход. – Вам лучше уйти.
– Может, вы хотя бы меня выслушаете?!
– Не имею никакого желания ни слушать, ни видеть вас.
– Что? – Меня будто ледяной водой окатили. Вырвав из захвата руку, я развернулась к Рейнарду и непонимающе на него посмотрела. – Вы вчера приземлились неудачно? Ударились чем-то? Ваша животная ипостась была куда вежливей!
Герцог дёрнулся от последних слов и прорычал:
– Моя животная ипостась вас не касается. Знаете ли вы, леди Шэролл, что за ваше вчерашнее отношение к дракону вас могут привлечь к ответственности?
– Не знаю, – зло ответила я, подаваясь вперёд. – Просветите меня!
Рейнард не ответил. Лишь напряжённо смотрел сверху вниз, словно я была одним из тех железных манекенов, которые он недавно кромсал.
Я видела, как ходят желваки на его скулах, как сосредоточенны огненные глаза и как сильно руки сжимаются в кулаки. Да что с ним такое?!
– Нет, – оборвал дракон. – Леди Шэролл, мне кажется, вы не поняли. С этого момента я освобождаю вас от должности моего информатора. Следите за своей принцессой и занимайтесь своими делами. Впрочем, я предпочёл бы и вовсе отправить вас в Невиланию уже сейчас.
Последние слова хлестнули по щекам, заставив незаметно вздрогнуть. Я застыла, пытаясь понять, не послышалось ли мне. Но, судя по суровому лицу Рейнарда, со слухом у меня всё в порядке.
– Будь моя воля, я бы и вовсе не приезжала сюда, Ваша Светлость!
Не дождавшись реакции советника, я быстро вылетела из тренировочного зала, громко хлопнув дверью, и направилась к себе.
Я шла по коридорам, не обращая ни на что внимания, злость бурлила в венах вперемешку с разочарованием и обидой. Мне было тошно от такого отношения. Что я ему сделала? Как можно быть настолько чёрствым и переменчивым?
Я прокрутила в голове последнюю фразу Рейнарда и с ужасом поняла, что в глазах пытаются скапливаться слёзы.
Ну уж нет!
Не хватало мне ещё плакать из-за каких-то отмороженных ящеров. Хочет, чтобы я уехала? Перехочет. Мы с Катрионой обязательно пройдём следующий этап, и я посмотрю на лицо Рейнарда в этот момент.
– Прекрасно выглядите, Ваше Высочество, – мужской голос вытянул меня из размышлений, а вид говорящего и вовсе заставил ошарашенно остановиться посередине коридора.
– Благодарю вас. – Катриона, покраснев, присела в реверансе перед… перед офицером Нордом Аттвудом.
Они не заметили застывшую меня и продолжали ворковать как ни в чём не бывало.
Это что ещё за шутка?!

Глава 30

– Доброе утро! – специально заголосила я, отвлекая их от беседы.
Катриона ойкнула и мгновенно отскочила от офицера на добрых два метра.
Убить хочется.
– Доброе утро, графиня Шэролл, – Норд Аттвуд поклонился – в отличие от принцессы он был спокоен, как удав. – Вы ранняя пташка.
– Как и все придворные дамы, лорд Аттвуд.
– И то верно, – дракон хмыкнул и выпрямился по стойке «смирно». – Прошу прощения, леди, но я вынужден покинуть ваше приятное общество. Служба.
«Надо же. Как быстро. Даже ради приличия не поинтересовался, как мои дела», – хмыкнула я про себя.
– Хорошего дня, – я уважительно кивнула, натянув приветливую улыбку, и, подождав, пока силуэт мужчины исчезнет из коридора, повернулась к Катрионе. – Теперь ты.
– Ливи, я все могу объяснить, – тихо подала голос принцесса.
– Конечно, объяснишь, – согласилась я, взяв её за локоть. – Вот прямо сейчас и начнёшь.
Катриона понуро пошла вместе со мной на прогулку и завела печальный монолог:
– Ты же узнала его, да? Это тот офицер, который на границе нас встречал. Ну… как бы… мы на балу познакомились. И он меня тоже узнал. И мы разговорились, он, оказывается, очень приятный в общении!
– Да что ты говоришь, – процедила я, сдерживаясь от порыва дать принцессе щелбан.
Не нравится мне этот дракон. Совершенно не нравится. Моя интуиция развита не особо сильно, но здесь она просто вопила о том, что внимание Норда Аттвуда нам ещё аукнется.
– Да! Он даже моё имя вспомнил, и, представляешь, я первый на его памяти человек, кто не испугался телепорта!
– Боюсь, что ты не только первый, но и единственный человек на его памяти…
– А ты?
– Тогда я второй… Катриона! – прорычала я, встрепенувшись. – Не заговаривай мне зубы! Просто ответь честно, ты стала периодически пропадать из моей компании, потому что бегаешь к нему на свидания?
– Нет, – подопечная потупилась. – Ну, в смысле, он не назначал мне встреч. Я просто иногда узнаю, где он будет находиться и… как бы…
– И ты специально маячишь перед ним, чтобы он тебя заметил? – Я скептически посмотрела на Катриону.
– Да.
Всевышний, дай мне сил.
Я покрепче подхватила принцессу под локоток и повела в одну из дворцовых гостиных. Предусмотрительно поставила полог тишины, усадила девушку в кресло и приняла максимально строгий вид.
– Я не буду спрашивать, чем он тебя привлек. Даже не буду допытываться и узнавать, что он тебе говорил… Но! У меня всего два вопроса. Первый: ты уже не рвёшься победить в отборе?
Принцесса попыталась возразить, но я перебила:
– Дослушай! Второй вопрос. Насколько ты уверена в этом офицере, что бездумно бегаешь за ним по дворцу и остаёшься с ним наедине? Я даже не представляю, сколько раз ты это делала. Получается, я одна пекусь о твоей безопасности? А ты можешь уделять этому хоть капельку внимания?
– Оливия, ты слишком нудная!
– Какая?!
– Это всего лишь мимолётная симпатия, не больше, – она махнула рукой и расслабленно откинулась на спинку кресла. – Конечно, я хочу победить в отборе! А офицер – это чтобы скучно не было. И как рядом с императорским офицером может быть опасно? Да я, можно сказать, убила сразу двух зайцев – и о своей безопасности позаботилась, и развлечение нашла.
– Я сейчас тебя сама убью, если ещё раз такую чушь скажешь.
– Да пойми же ты, – принцесса поддалась вперёд. – Я королевских кровей! У меня была наставница по этикету, я осведомлена, как нужно действовать в таких случаях. «Девушка является настоящей де-вуш-кой, если она азартна, кокетлива, общительна и у неё много ухажёров». Стыдно этого не знать, Ливи!
– Какой кошмар, – простонала я, хватаясь за голову. Сколько бы я ни пыталась, но кашу из её головы выкинуть не получится уже никогда.
– Голова болит?
– Я поняла, видимо, я не девушка и меня обманывали всю жизнь. – пробормотала я, направляясь к дверям. – Стыд, да и только…
– Я не это имела в виду, – засуетилась Катриона. – Ливи, ты куда? Меня подожди! Ты чего, обиделась?..
Насыщенное событиями утро повлияло на меня не лучшим образом. Весь оставшийся день я была апатичной, вялой, еле-еле двигалась на подготовке к испытанию. Даже шутки Кристиана и подбадривания девочек не помогли.
Я упрямо гнала прочь из мыслей разговор с Рейнардом, но, как назло, в памяти всплывали отрывки из нашего диалога. Почему я вообще об этом беспокоюсь? Не знаю. На душе будто кошки скребут, не давая покоя. Самое противное – у меня не получается контролировать свои эмоции. Раньше с этим, конечно, тоже не все гладко было, но на этот раз я банально не смогла взять себя в руки.
Я же хотела ему довериться! Всё рассказать… а в итоге получилось ещё хуже.
Вернулась я в покои рано вечером, даже ужин пропустила, потому что кусок в горло не полез бы точно. Приняла холодный душ в надежде хоть немного взбодриться, но мимо.
В конце концов плюнула на всё и легла спать. Хочу, чтобы этот день поскорее закончился. А лучше – вообще исчез или переигрался по-новому. Уже засыпая, я осознала, что щёки сами по себе стали влажными. Слёзы текли из глаз бесшумно и своевольно.
Вот вам и охранница королевская.

Глава 31

– Повтори!!! – Громкий женский голос, исполненный ярости, прокатился по всему помещению. Я вздрогнула как от озноба, заозиралась по сторонам и совсем притихла, обнаружив себя стоящей в каком-то тёмном маленьком помещении, напоминающем чулан.
– Госпожа, я не понимаю, как это произошло.
– Дрянная девчонка, – шипение раздалось совсем близко, вызвав табун мурашек. Я вовсе перестала дышать и застыла на месте, как статуя.
– Она может… помешать… Ваша?..
Голос второй женщины начал пропадать, слышались лишь нечёткие отрывки.
– Нет, мы всё… Он же… её?..
– Да… Я…
Конец фразы исказился, и меня пинком выбросило из сна вместе с гудящей головой.
Очередное утро – очередной сон. Что-то они участились и стали слишком странными.
– Может, вы всё-таки покажетесь, а? – спросила я у духов, но ответа вновь не получила. Уже который раз пробую к ним воззвать, но без толку.
Голоса женщин либо были изменены, либо они просто мне незнакомы… Я даже предположительно не могу назвать того, чей голос похож хотя бы капельку.
«Как найти менталистов? Кто убил Аверилл? Почему со мной общаются духи?» Я два месяца на отборе и не смогла найти ответ ни на один вопрос, мучающий меня каждый день. Мне мог бы помочь Рейнард. Он обязательно бы занялся этим делом сам, как-никак это касается и драконов, и духов, и, вероятно, императорской семьи.
Но после вчерашнего я больше не посмею к нему пойти. У меня ещё осталась гордость – я не преданная собачка, чтобы вымаливать аудиенции.
Только кому тогда рассказать?
Император, Савейя, распорядители точно не вариант. Меня либо обсмеют, либо обвинят в шпионаже. Тем более ни герцогине Ла Фрейн, ни нашим надзирателям я совсем не доверяю.
Катриона отпадает сразу, Мириэль вряд ли поможет, ей сейчас не до драконьих проблем. Остается Астарта… Но и её я не хочу нагружать своими переживаниями. Разве что можно аккуратно намекнуть и осторожно спросить.
Поразмышляв ещё добрые полтора часа, я благополучно пропустила завтрак и присоединилась к девочкам только в обед.
– Ливи, что вчера с тобой было? – Мириэль осторожно погладила меня по плечу, заглядывая в глаза.
– Устала сильно. Отбор выматывает, атмосфера во дворце давит. Мне бы домой сейчас, в родной особняк, – ответила я, совсем не соврав.
– Это уж точно, – поддакнула эльфийка. – Сидим в этом дворце, как преступницы, никаких сил уже нет!
– В таком случае, дамы, у меня есть предложение, – Астарта остановила нас и поманила ближе к себе. – Предлагаю всем нам после испытания пару дней погостить у меня в родовом поместье.
– Ты серьёзно? А разве нам разрешат покинуть дворец? – спросила Катриона.
– Разрешат. Я попрошу родителей выслать официальные приглашения на семейный ужин. Драконы чтят традиции, думаю, никто не будет против, если мы проведём немного времени у меня.
– Что насчет безопасности? – поинтересовалась я. – Императорская семья печётся в первую очередь о безопасности невест. Не станет ли это проблемой?
– Нет, что ты, – драконица мотнула головой. – Мы попросим отправить с нами охрану. Да и у моей семьи есть всё, чтобы защитить нас в случае опасности.
– Ливи, давай поедем, пожалуйста! – Принцесса, как обычно, нацепила своё любимое умоляющее выражение лица.
– Я не против, – улыбнулась я девочкам.
– Я тоже за, – поддержала Мириэль.
Но что-то мне подсказывало, что вряд ли нас отпустят так просто. Особенно после случая с Аверилл.
Хотя я очень хотела уехать куда-нибудь из этого места и подальше от высокородных драконов. Даже несмотря на то что придётся быть настороже и следить за принцессой вдвое внимательнее, я была бы рада незапланированному отпуску. Я действительно не соврала, когда сказала, что дворец давит своей атмосферой. Отдохнуть от неё – предел мечтаний.
Оставшийся день вновь пролетел бесполезно. Я никак не продвинулась с духами, не рассказала ничего Астарте, решив оставить все беседы на потом. Зато вечером нас всех ждал сюрприз.
– Пришли костюмы от мадам Трессы! – Мою гостиную озарил звонкий визг подопечной.
– Могу поспорить, эту новость сейчас услышал весь дворец, – пробормотала я.
Слуги по велению принцессы занесли огромные подарочные коробки от мастерицы ко мне в покои.
– Ко всем невестам пришли! Мы услышали Катриону из своих комнат, – к нам беспардонно заглянули Астарта и Мириэль, подтверждая мои слова. – Показывайте!
– Ливи, иди быстрее переодевайся, – принцесса подхватила свою коробку и юркнула в одну из моих комнат.
Я закатила глаза, но не без предвкушения забрала свой наряд и ушла в спальню.
Трепет от сюрприза мадам Трессы был такой же, как в первый раз перед балом. Аккуратно поддев крышку с изображением белой камелии, я открыла посылку и не удержалась от вздоха.
На дне лежала огненно-красная ткань, под цвет драконьего огня.
Бережно вынув наряд, я развернула его и вздохнула во второй раз. Только уже от шока.
Ну Тресса! Надо было всё-таки вместе с ней выбирать или хотя бы потребовать показать, что она придумала!
И что мне теперь делать?
– Ливи, ты скоро? – позвала Катриона.
В гостиной слышался гул восторженных голосов. Видимо, подопечная уже вовсю хвасталась. Быстро она.
– Сейчас иду, – я принялась с мучительными стонами переодеваться.
На этот раз Тресса решила не иначе вызвать обморок у благородных девиц и как минимум потерю дара речи у высокопочтенных лордов. Платье было по классике длинным, в пол, вот только его верх полностью состоял из шифона. Не знаю, всегда ли эта ткань была такой прозрачной или нет, но тут явно приложила свою руку Тресса. Под низ этой ткани нужно было надевать не то топ, не то нечто, лежащее на дне коробки и напоминающее шёлковое нижнее бельё глубокого бордового цвета.
Рукава были с разрезом, тоже из шифона. У юбки швеи сделали материал потолще, но и тут не обошлось без разрезов. Кажется, вообще всё платье состояло из сплошных разрезов… Тресса решила закопать мою репутацию у драконов. Как она говорила? «Покорим высший свет и перевернём мир моды Аргариона». Да как бы меня после такого переворота не изгнали из империи.
Облачившись в это чудо-творение, в зеркало на себя я смотреть не стала. Что-то мне подсказывало, я не обрадуюсь увиденному.
– Ливи, сколько можно тебя… – Катриона запнулась на полуслове, увидев, как я выхожу из комнаты. Дежавю.
Принцесса выглядела в разы скромнее, чем я сейчас. Небесно-голубое платье своим фасоном напоминало моё, но более закрытое. Швеи оставили лишь один разрез на юбке. Может, они так пыталась показать, что вода спокойная и скромная?
– Разрази меня Всевышний, – Мириэль сложила руки в молитвенном жесте и с восторгом уставилось на… кхм. На полупрозрачный топ.
– Оливия, а ты…
– А я, видимо, собралась в публичный дом.
– Ты выглядишь как жрица драконьего храма, – одобрительно прокомментировала Астарта.
– Это плохо?
– Это замечательно!
– Но ведь оно слишком… слишком… – не нашлась с ответом Катриона.
– Не слишком, – возразила драконица. – Ты же в танце будешь огнём, верно? Огонь непокорный, своевольный, свободный – можно вечность перечислять. А твоя часть в танце и твой наряд отлично раскроют это. Драконы оценят точно.
Принцесса вздохнула и, подойдя ко мне, стала ощупывать сетчатую ткань.
– Я бы тоже очень хотела быть огнём, но из-за моей слабой магии ничего не получится.
– А она нужна? – спросила Мириэль.
– Мы будем использовать какие-то артефакты для создания иллюзии стихий. Если артефакт воды я как-то смогу применять с помощью сил Ливи, то огонь так просто не удержишь.
– Чувствую, нас ждёт шоу, – заключила Астарта.

Глава 32

– Девочки, конкурс будет проходить в главном зале дворца! – Мириэль залетела в гостиную с горящими глазами, уже полностью готовая для выступления. – Испытание действительно сделали публичным! Я видела, как слуги провожают гостей на места.
С самого утра из-за конкурса талантов дворец стал похож на пчелиный улей. Трагедия с Аверилл для всех резко отошла на второй план, мой безмолвный диалог с драконом тоже уже никого не волновал. Но что на самом деле удивительно, за прошедшие дни ко мне никто не подошёл поинтересоваться об этом случае. Савейя постаралась?
– Как с гостями?! – Катриона вскочила со стула и в панике замотала головой, сбив служанку, которая делала ей причёску. – Я не смогу перед ними выступить! Никак!
– Успокойся, – пришлось гаркнуть, чтобы усадить подопечную на место и позволить раздражённой драконице закончить образ. Не хватало нам ещё королевской истерики. – Сможешь! Просто не обращай на незнакомых внимания, твоя цель – император. Забыла?
Принцесса шмыгнула носом, переменилась в лице и, как под диктовку, повторила:
– Да, император – моя цель.
Её переклинило, что ли?
Мириэль, увидев поникшую Катриону, непонимающе переглянулась со мной и покрутила пальцем у виска.
– Ты хорошо себя чувствуешь? – насторожённо поинтересовалась я.
– Нет! Я пытаюсь успокоиться, но ничего не помогает! А что, если артефакт не сработает? А если я в юбке запутаюсь? Там же совершенно точно будут высокородные драконы сидеть, и они увидят мой позор… А если…
– А если ты сейчас не замолчишь, пойдёшь не на сцену, а к целителю голову лечить.
– Но…
Я шикнула на возмущение принцессы и аккуратно взяла её за руку, шепча заклинание.
– Ты меня успокаиваешь магией?
– Ну, по-другому же ты успокаиваться не хочешь. На первую половину дня этого хватит, но потом, скорее всего, будет небольшой откат.
– Ты и это умеешь делать? – Мириэль подошла ближе и с любопытством посмотрела на процесс. – Невероятно! Тут же нужно точно просчитать…
– Кхм, – я выразительно посмотрела на эльфийку и перевела взгляд на молчаливую служанку, завивающую принцессе пряди.
Мне ни к чему тут лишние уши. Тем более работающие на императора.
– Ой… я имею в виду, пр… прочитать слова для заклинания правильно! – криво исправилась Мириэль.
Прозвучало нелепо, но, надеюсь, служанка не особо сильна в магии.
Потребовалось ещё минут десять, чтобы драконица закончила пытку над волосами Катрионы. За это время принцесса смогла взять себя в руки, не без моей помощи, конечно, и теперь гораздо меньше действовала всем на нервы.
– Я выгляжу потрясающе, – она восхищённо любовалась собой в зеркало, поправляя волнистые локоны. – Вы тоже, девочки! Только, Ливи, надень уже своё платье, а? Не то опоздаем!
– Уже бегу, – вздохнула я, запрокинув голову. Вот и пришёл мой звёздный час.
До зала мы шли в длинных широких накидках, скрывающих наряды, и заработали по пути сотни недоумевающих взглядов. Избранницы при виде нас стали еле слышно хмыкать.
– Вам стыдно показывать ваши убогие костюмы? – светловолосая драконица презрительно осмотрела нас с ног до головы и скривилась.
Детский сад. Энария, как близкая подруга Аверилл, всё ещё пытается мстить за неё, но с чего она вообще решила, что я виновата?
– Энария, твой наряд, безусловно, побеждает по этому параметру, не волнуйся, – прокомментировала Астарта.
Следующий выпад озлобленной невесты остановила Савейя. Как всегда, в ярко-красном, как всегда, роскошно выглядящая и на этот раз почему-то очень нервная.
– Прекратить перепалку! Не забывайте, что вы состязаетесь за право стать императрицей. Ваше поведение недопустимо даже для придворных дам, не говоря уже о невестах императора!
– Какая она лицемерная, – прошептала Мириэль.
– Как и все присутствующие тут драконы, – я пожала плечами и устало облокотилась о стену.
Мысли мои сейчас были далеко от разборок в гримёрной. Я размышляла о том, придет ли Рейнард на сегодняшнее испытание или нет. Знаю, что он должен быть в жюри, но не могу представить хмурого и сурового тайного советника императора на подобном шоу.
Помнится, дня два назад я хотела назло ему впечатлить драконов нашим выступлением, а сейчас почему-то совсем неуютно думать о таком.
– Да чтоб тебя, – прошептала я так, чтобы никто не услышал, и прикрыла глаза.
Объяснил бы мне хоть кто-нибудь, что происходит с моей выдержкой и что творится в моей голове, – расцеловала бы.
Пока все суетились, проверяли на идеальность образы, волновались, я погрузилась в свои мысли настолько, что пропустила мимо ушей очередь выступающих.
– Ну почему мы последние, – проныла Катриона, хватая меня за руку.
– Последние?
– А ты разве не слышала? Мириэль идет двенадцатой, Астарта семнадцатой, а мы двадцать вторые!
Двадцать вторые… Избранниц осталось совсем мало.
– Девочки, удачи нам. – Мириэль собрала всех в небольшой круг и подержала каждую из нас за ладони. – Я с нетерпением буду ждать ваши номера! Особенно Ливи и Катрионы!
– А уж я-то как его жду, – тихо пробормотала я.
Конкурс начали торжественно, как и полагается для императорского дворца: сверкающие люстры, приветствие гостей и судей, которое я специально пропустила мимо ушей, слащавые речи высокопоставленных лиц и так далее, так далее, так далее.
Ведущий – неизвестный мне, но, по-видимому, знаменитый в Аргарионе дракон – задавал настрой, объявлял участниц и комментировал выступления. Кратко говоря, конкурс больше походил на выставку племенных кобыл.
Первой выступала нынешняя лидерша рейтинга с печальной арией. Голос у неё был красивым, но лично для меня – слишком звонким и бодрым для такой мелодичной композиции. Хотя драконам вроде понравилось.
Я особо не высовывалась из-за кулис, как остальные избранницы, хоть и очень любопытно было увидеть убранство дворцового зала, но не хотелось раньше времени узнать, кто будет оценивать выступление.
– Ваш голос прекрасен, как весенний рассвет, дорогая, – улыбнулся невесте ведущий, и меня едва не затошнило. До чего же тупое сравнение.
Следующие номера были не настолько выдающимися, но все девушки справлялись отлично: кто-то лучше, кто-то чуть хуже. Однако, к моему сожалению, знакомая мне фейри Люсинда немного ошиблась в выступлении с фокусами. У неё не получился трюк с исчезновением предметов, реакция публики была ужасной – среди абсолютной тишины послышались высокомерные хмыканья. На мгновение мне показалось, что Люсинда готова расплакаться, но она быстро взяла себя в руки и завершила номер удачно.
– Бедная, – расстроилась Мириэль и от души начала хлопать, поддерживая фейри. – Какие же драконы всё-таки чёрствые. Даже не подбодрили её.
– Я слышала, что у вас в народе принято всегда провожать выступающего овациями, независимо от того, как он справился.
– Так и есть! – Эльфийка гордо вскинула голову. – Это дань уважения и традиция, которую нельзя нарушать. Когда-нибудь я возьму тебя на эльфийский праздник. Тебе понравится, я уверена.
– Жду не дождусь. Но пока настройся на нужный лад, скоро твой номер. – я приветливо улыбнулась и взяла эльфийку за руку.
Как и предполагалось, Мириэль вышла на сцену уже через несколько минут.
Принцесса и Астарта стояли рядом со мной, напряжённо глядя на сцену, но, когда эльфийка запела, мы втроём одновременно расслабились. Её голос был чистым, мягким, он убаюкивал, вызывая приятные мурашки.
Напротив нас на другой стороне сцены за кулисами стоял Кристиан, который был готов растаять прямо здесь.
Да уж, эльфийская сила – страшная сила.
– Вам не кажется, что он сделает ей предложение сразу после этого испытания? – Астарта засмеялась, тоже заметив потрясённого танцора.
– Думаю, если Мириэль продолжит петь ещё хотя бы минуту, он выбежит с кольцом прямо на сцену, – усмехнулась я.
Выступление завершилось благополучно, зал взорвался аплодисментами, и счастливая Мириэль вернулась к нам. Даже Кассандра вместе с остальными невестами уважительно покивала и похлопала.
Номер Астарты долго ждать не пришлось. Драконица, услышав своё имя, уверенно вышла на сцену и, поклонившись, элегантно опустилась за белоснежный рояль. Тут же подле неё собрались профессиональные музыканты со скрипками и флейтами, заиграв первые ноты.
Что уж сказать, это было грандиозно, величественно, тоже до мурашек. И думаю, пробрало не только меня.
Через некоторое время от громких, эмоциональных аккордов и вовсе стало бросать то в жар, то в холод, но чуть погодя я поняла, что это не из-за игры Астарты.
Приложила ладонь ко лбу и с ужасом поняла, что горю. Даже не так… Пылаю, словно у меня лихорадка.
– Я отойду попить воды, – оповестила я подруг и быстро метнулась к столу с графинами и закусками. Воду наливала дрожащими руками, залпом опрокинула стакан в себя и стала прислушиваться к ощущениям.
Внутри всё дрожало, будто во время тряски в карете, проезжающей по склону горы.
– Оливия! – меня окликнула Люсинда, застенчиво улыбаясь. – Я хотела бы пожелать вам удачи и… ммм… ещё спросить, не хотела бы ты погулять в саду после конкурса?
– Конечно, хочу, Люси, – я подарила улыбку в ответ. – К слову, ты вы…
Тело внезапно обдало новой волной пожара так, что я едва не задохнулась.
– Что-то не так?
– Чуть-чуть волнуюсь, – выдавила я. – Ты выступила прекрасно! Я бы не смогла повторить ни один фокус.
Девушка окончательно засмущалась и, поблагодарив меня раз пять, отошла к своей сопровождающей.
А я с облегчением стала замечать, что жар начал отступать. Зато на его место пришло новое неприятное чувство. Я ощутила магию Рейнарда.
Герцог всё-таки пришёл.
– Астарта, это было грандиозно! – восхищённый возглас Катрионы привёл меня в сознание, и я немедля направилась поздравлять драконицу.
Когда ведущий объявил предпоследний номер, Катриона стала нервно молиться Всевышнему, а Мириэль в предвкушении потёрла ладони.
– Остались вы.

Глава 33

– Завершающий номер нашего сегодняшнего вечера. Катриона Аравийская представит танго стихий вместе со своей подопечной!
Как он меня назвал?!
– Сделайте их всех, – прошептала в спину Астарта.
Принцесса кивнула мне, гордо расправила плечи и пошла первой. А я, по традиции, за ней.
Аплодисменты были совсем тихие, и, выйдя на сцену, я поняла почему. Зрители откровенно скучали. За пару часов они, верно, устали слушать пение, смотреть на фокусы, танцы и другие чудные таланты невест. Императорская семья и вовсе не подавала никаких признаков заинтересованности. Пока не увидела, во что мы одеты.
Бертранд водил пустым взглядом по залу, но, взглянув на нас, удивлённо приподнял брови. Его приближённые, казалось, в ужасе округлили глаза, а Савейя презрительно прищурилась, перекинув ногу на ногу.
Единственный действительно безучастный зритель сидел по левую сторону от императора. Узнав знакомый силуэт, я крепко сцепила зубы и глубоко вдохнула. Герцог Эстанвиль, к счастью, не заметил. Он был безразличен ко всему. А впрочем, что ещё от него можно ожидать?
Мы встали с Катрионой спина к спине, запрокинули головы друг другу на плечи и замерли. Я кожей чувствовала напряжение принцессы, и сама тихо начала дрожать.
Зазвучали первые аккорды.
Взмахи руками, сначала плавные и медленные, ладони вырисовывают невидимые узоры, повторяя очертания иллюзии стихий. Мой огонь осторожно, едва касаясь, обволакивает тело и следует за размеренными движениями, как послушный питомец. Шаги вперёд осторожные, мягкие, словно мы боимся оступиться.
Танец был тихим, лиричным и неторопливым, стихии кружились вокруг нас, с каждой звонкой нотой набирая свою мощь.
Изначально чувственные аккорды, исполняемые скрипкой, постепенно начали становиться величественнее, громче, вторя нашему танцу, и, когда старинная мелодия достигла своей кульминации, охватив весь зал протяжными трезвучиями, мы перешли к действиям. Я активировала артефакт Катрионы, полностью выпуская иллюзию стихии воды. Со стороны совсем невозможно было разобрать, что это – всего лишь подделка. Казалось, будто принцесса действительно умело управляла водой. Она изгибалась вместе с ней, проводила пальцами по струям, как истинная представительница морского народа.
Я стояла близко к кулисам, старалась не сбить нужный настрой и абстрагироваться от происходящего, пока не наступил черёд моего выхода.
Иллюзия огня по щелчку пальцев окутала тело с ног до головы, вызывая дрожь от щекочущих кожу языков пламени. Мелодия изменилась: печальные скрипки уступили место энергичному ритму барабанов. Громоподобный звук гонга оглушил, разом отрезав меня от остального мира и оставив только музыку и огонь. Я начала своё соло. Быстро, резко, с внутренним вызовом, словно хотела побороть собственную стихию. Взмахи рук стали повелительными и точными, танец ускорялся, разгораясь вместе с огнём.
Всё шло идеально, пока среди ярко-оранжевого пламени я не увидела красную дымку.
От испуга я пропустила одно движение, но быстро взяла себя в руки и продолжила танец уже по мышечной памяти, внимательно всматриваясь в алую пелену.
Туман стремительно заворачивался в ураган, создавая вокруг меня беспросветную воронку.
«Танцуй. Не останавливайся», – тихо прошелестело над ухом, и я в очередной раз вздрогнула всем телом.
Духи окутывали меня в плотный алый кокон, будто в одеяло, перекрывая собой даже иллюзию огня.
Вдруг, как по приказу, всё застыло: воронка перестала кружиться, мелодия исчезла, не осталось ни звука.
Остановилась и я.
«Смотри-и».
«Посмотри же».
«Внимательно смотри».
«Прямо на него».
Шёпот раздавался со всех сторон, пока прямо передо мной проявлялась не то ещё одна иллюзия, не то видение. Чёрный огромный колодец, объятый пламенем, находился в центре незнакомого мне помещения, чьи каменные стены были обвиты лианами. Чем ярче разгоралось пламя внутри бездонного колодца, тем жарче становилось и мне. В конце концов, внимательно всматриваясь в очертания видения, я упустила тот момент, когда кожу начало адски щипать от неконтролируемого жара огня.
«Найди», – бесцветный голос в последний раз коснулся щеки и исчез вместе с видением так же внезапно, как и появился.
Красная дымка постепенно испарилась, туман рассеялся, оставив вместо себя лишь воронку из моей иллюзии огня и вернув все до единого звуки. Опомнившись, я быстро подстроилась под звучащие аккорды и закружилась в знакомом ритме, со страхом думая о том, видели ли драконы то, что видела я.
Моё соло плавно перетекло в завершение номера – наш с принцессой дуэт и самую эмоциональную часть танго.
Последние аккорды оглушили напряжённый слух, вода и огонь сплелись в единые потоки и взорвались изобилием прозрачных капель и ярких искр. А после наступила тишина, в которой было слышно лишь наше с Катрионой тяжёлое дыхание.
После яркой иллюзии стихий в глазах были всполохи. Я не смогла увидеть лиц зрителей, но зато отчётливо услышала, как зал взорвался овациями.
– У меня нет слов! Просто нет слов! – проголосил ведущий. – Это было ошеломительно, восхитительно! Это было великолепно! Аплодисменты!
– Ливи, мы сделали это! – Катриона обняла меня за шею, чуть не опрокинув назад.
– Мы молодцы, – наверное, впервые за долгое время я вздохнула спокойно, полной грудью.
Получается, никто не заметил видения? Духи всё скрыли…
Пока ведущий рассыпался в комплиментах и не отпускал нас со сцены, я привыкала к темноте. Первым на глаза показался всё так же удивленный император, на горизонте где-то замаячила Савейя, потерянные для этого мира смотрители и Рейнард.
Он наконец-то посмотрел на нас. На меня. Взгляды встретились: мой – опасливый, его – сверлящий, и я утонула в этом расплавленном янтаре. Герцог практически не моргал, крепко обхватив ручки обитого бархатом кресла. На миг показалось, что советник норовится встать, но, слава Всевышнему, ведущий наконец-то соизволил отправить нас за кулисы, и я позорно сбежала.
Как дошла до гримёрной – не помню. Мириэль весь путь сходила с ума от восторга, Астарта щебетала о чудесном номере, а я усиленно думала о духах, колодце и советнике. Интересно, увидел ли он то, что сделали духи? А император? У них же, как-никак, императорская кровь.
– Должна выразить вам своё восхищение. – Кассандра с уж очень приветливой улыбкой подплыла к нам и внимательно посмотрела на Катриону. Принцесса почему-то прижалась ближе ко мне.
– Благодарю вас, смотрительница Кассандра, – я поклонилась и, не продолжая беседу, насторожённо отошла в сторону, потянув за собой подопечную. У драконицы был какой-то нездоровый интерес. – Она тебя пугает?
– Нет, я просто после танца никак не отойду, – на эмоциях проговорила Катриона.
Просторная гримёрка, по закону жанра отделанная золотом, была переполнена невестами, слугами, бегавшими от одной девушки к другой. Астарта с Мириэль с энтузиазмом о чём-то разговаривали, а я нашла свободное место напротив огромного зеркала с магическими огнями и устало уставилась в своё отражение.
Почему мне кажется, что нахождение в Аргарионе негативно сказалось на моём внешнем виде? С лица пропала родная ухмылка, глаза больше не блестели былым азартом, да и сам образ словно потускнел.
Мне срочно нужен отдых. На свежую голову даже думать легче.
Вот что за колодец показали духи предков? Чёрный, каменный, с пламенем внутри, источник нестерпимого жара и… Источник!
Я подскочила от неожиданного осознания, чуть не сбив с ног принцессу.
– Ливи, вы-выпей воды, – Катриона дрожащими руками протянула откуда-то взятый бокал и устало вытерла пот с лица.
– Тебе бы тоже не помешало, – пробормотала я, делая глоток.
Всевышний, какая же я стала недалёкая. Конечно же, источник! Но тогда получается, что всё это время драконы-прародители просили меня найти их огненный накопитель силы?
Они, верно, спятили! Меня убьют, как только я приближусь хотя бы на милю к нему.
И сейчас я с этим видением ничего не смогу сделать. Разве что попробую проанализировать ту информацию, которая уже имеется. Особенно про подозреваемых менталистов. Во снах я постоянно слышала два женских голоса… значит, у нас преступницы, которым, вероятно, нужен источник. Точнее, его сила.
Ещё есть странный лорд Аттвуд. В памяти то и дело всплывал его разговор с Кассандрой.
Не хочу делать преждевременных выводов, но содержание их диалога мне показалось слишком подозрительным.
– Быстрее-быстрее-быстрее! Они будут объявлять результаты!
– Как я волнуюсь…
– Не толкай меня!
В помещении начался гам, в сторону зала невесты понеслись так, словно у них имелись крылья на спине и мётлы под мягким местом.
В итоге на сцену мы с Катрионой вышли последними, но всё равно привлекли к себе нешуточное внимание.
На секунду мне стало не по себе: со своими переживаниями я даже забыла, что стою практически полуголая. Легче сказать, какие места у меня закрыты, чем перечислить изобилие оголённых участков тела.
Мне это не особо принципиально, платье всё-таки было прекрасным и нравилось не меньше бального. Но, надеюсь, среди драконов больше нет извращенцев и мне не придётся снова отстаивать свою честь.
– Прежде чем мы перейдём к финалистам, Его величество Бертранд хотел бы поблагодарить вас, дорогие участницы, – голос ведущего выдернул меня из мыслей в реальность.
Уже финалистов объявляют? Вот это я ушла в себя.
– Боже, мы в финале, Ливи, – пискнула Катриона, прилипнув ко мне. – Ты можешь в это поверить? Мы в десятке лучших!
– А что насчёт Мириэль и Астарты?
– Они тоже в финале! Ты не слушала, что ли?
– Задумалась, – неопределённо пожала я плечами.
Император тем временем начал до жути заунывную речь с поздравлениями, а я решила всё-таки рассмотреть гостей.
Как и ожидалось, все присутствующие – либо приближённые к короне, либо благородных кровей. Зрители, особенно драконы в первых рядах, с интересом разглядывали невест. Смею предположить, они первые кандидаты на роли женихов после, конечно же, Бертранда.
На императорскую ложу я не смотрела принципиально, зато один дракон, сидевший чуть дальше, вызвал недоумение.
Офицер Норд Артвуд, вместо того чтобы восхищаться девушками и в особенности Катрионой, внимательно следил за императором. Не то свет так падал, не то граф находился от меня далеко и я все себе нафантазировала, но на мгновение мне показалось, что лицо его исказилось злобой.
– В ближайшее время с Нордом Артвудом не встречайся, – напряжённо прошептала я Катрионе.
– Но почему?!
– Тише! – шикнула я принцессе. – Не хватало ещё, чтобы нас услышали. Позже скажу.
– Наконец мы готовы огласить победителей!

Глава 34

– Её Высочество Катриона Аравийская и графиня Оливия Шеролл!
Что?!
– Ливи-и-и-и-и, – пропищала принцесса на ухо, задыхаясь от эмоций. – Ливи, ты слышала это?
Катриона подрагивающими руками подтолкнула меня к слащавому ведущему, чья улыбка, казалось, намертво приросла к лицу, а сама как лебедь поплыла вперёд, принимая овации.
Мы победили? Они действительно позволили нам победить?
Магический свет, исходящий от хрустальных люстр и позолоченных фонарей, стал ещё ярче, ослепляя и без того слезившиеся глаза. Звуков было настолько много, что я непроизвольно мотнула головой, желая хоть на каплю убавить их громкость.
– Поздравляю вас! – Кто-то быстро вручил нам огромные букеты пёстрых цветов, сзади подлетели не вытерпевшие ожидания Астарта с Мириэль.
– Удивительно! Это удивительно!
И правда удивительно. Даже не верится.
– Примите моё почтение, леди, – на горизонте показался и Бертранд собственной персоной, принимая руку смутившейся Катрионы. Вид его был крайне добродушным, никаких косых взглядов, грубого тона и обвинений. Неужели император тоже не видел, что произошло на сцене? Даже намёка на духов не разглядел? Невозможно.
Внизу переговаривались зрители, продолжая хлопать: кто-то с плохо скрываемым отвращением, кто-то с ухмылкой, кто-то с безразличием.
Но он не хлопал. Его не было.
– Я с абсолютной уверенностью заявляю, ваш номер был безупречным, – Бертранд благосклонно улыбнулся, всё ещё не отрывая глаз от принцессы.
– Соглашусь, это было впечатляюще. Однако смею напомнить вам, мой император, о решении девушек. Мы должны выполнить их просьбу об отъезде, как и обещали. – Савейя подошла к нам, сложив руки на груди, и сдержанно кивнула.
– Верно, – задумался император, обращая своё внимание на меня.
– Отъезд? Какой отъезд? – Мириэль тронула мою руку, прося ответа, но я лишь недоумённо пожала плечами.
Бертранд наконец отпустил ладонь принцессы, которая пребывала в полуобморочном состоянии, и неожиданно поинтересовался:
– Катриона, вы действительно желаете отбыть в Невиланию?
– Что? – Удивление, которое выразил голос подопечной, сказало всё за неё. – Что вы, Ваше Величество! Я даже… даже не думала об этом.
– Ваше Величество, позвольте, – обратилась я к монарху, помогая принцессе. – Мы отправимся домой только тогда, когда вы примете сие решение.
Бертранд снова задумался. Как же он всё-таки не походил на императора драконов. Ни своим видом, ни своим характером.
– Рейнард сказал мне совсем другое, но что ж. Вы полноправные победители, в этот раз…
Рейнард сказал. Он так сказал.
Значит, настолько сильно от нас избавиться хочет?
– Вот так значит, да? – беззвучно спросила я, устремив взгляд на пустующее, обитое бархатом место. – Будь добра, Астарта, подержи, – всучив букет ничего не ожидавшей драконице, я метнулась в сторону кулис, даже не попрощавшись с императорской свитой.
– Ливи?
– Куда она?
Скрывшись за массивным занавесом сцены, я быстро накинула на себя черную мантию, преодолела оживлённое помещение и выскочила в коридор.
Глаза затмевала ярость, копившаяся уже очень давно и отчаянно желавшая выплеснуться на одного надменного чешуйчатого дракона. Меня откровенно достала эта недосказанность, и хочется волком выть от всей неопределённости!
Где он сейчас может быть?
Я поднялась на этаж выше, слуг тут было значительно меньше, а те, что встречались, насторожённо отходили в сторону.
Я нетерпеливо подлетела к кабинету Эстанвиля, дёрнула ручку, но она не поддалась.
– Ваша Светлость! – прокричала я, ещё раз подергав дверь.
– Леди, прошу прощения, но Его Светлость герцог Эстанвиль сейчас не на месте, он несколько занят и…
– И мне плевать, – рявкнула я на возмущённого слугу, который тщетно пытался меня вразумить. – Отведи меня к советнику.
– Но я не мо…
– Можешь. – я подошла к дракону ближе, только сейчас заметив, что от негодования мои собственные руки искрятся магией, опаляя роскошный ковёр. – Если я не попаду к герцогу Эстанвилю в ближайшее время, я разнесу тут всё. Слово даю.
Мужчина то ли раздражённо, то ли обречённо кивнул.
Шли мы недолго, слуга быстрее ветра преодолевал территорию дворца, и уже через несколько минут мы стояли напротив огромной позолоченной двери, такой же вычурной, как и остальное убранство.
– Личный кабинет герцога Эстанвиля, – дракон поклонился, но, прежде чем уйти, осторожно заметил: – В нём нельзя появляться без личного разрешения Его Светлости, он очень разозлится. Может, вы всё-таки…
– Спасибо за помощь.
В ответ услышала очередной раздражённый скрежет зубов и, дождавшись, пока слуга уйдёт, с силой дёрнула на себя витые ручки.
На удивление, двери поддались сразу же, открывая тёмную, ничем не освещаемую приёмную.
Стук высоких каблуков по мраморному полу гулко разрезал напряжённую тишину.
– Рейнард? – громко позвала я, сотворив маленький светлячок на руке. – Рейнард, я должна с тобой поговорить!
Снова тишина.
Набрала в грудь побольше воздуха для очередного выкрика, но тихий угрожающий рык помешал всем планам.
Из темноты, окружив меня со всех сторон, стали появляться алые пары глаз. Силуэты гибридных монстров практически не прорисовывались, но мне хватило одного звука, чтобы узнать в них гончих шидаев. Давно не виделись.
– Хоро-ошие пёсики, – протянула я, медленно перебирая пальцами свободной руки. Нужно всего лишь незаметно сделать щит, чтобы тёмные твари не кинулись раньше времени, а дальше бежать. Куда глаза глядят.
– Не то слово, леди.
Грубый низкий голос на мгновение испугал, вызвав лёгкое покалывание по всему телу. На месте, где находились массивные двери, вспыхнул огненный портал, из которого уверенно выступил Рейнард.
– Разве я не говорил вам не гулять по ночам?
– Разве я сейчас гуляю? – парировала я, внимательно наблюдая за драконом. Пламенные вихри портала обдавали жаром, освещали его силуэт, бросая тень на породистое, непроницаемое лицо. Но несмотря на это, я всё равно видела, как он напряжён. Достаточно одного взгляда янтарных глаз, и я, как зачарованная дурочка, начала забывать о причине своего прихода.
Ты смешна, Оливия! Ведёшь себя как глупая барышня.
С недовольством я поджала губы и вернула злость на законное место.
– Как обычно, показываете зубки, – он хмыкнул, щёлкая пальцами. Портал закрылся, вновь погружая комнату во тьму. Мне потребовалось немало усилий, чтобы уследить, как Рейнард медленно проходит к массивному столу и опускается на золочёный стул, перекидывая ногу на ногу. – Вы ворвались в мой личный кабинет без моего разрешения, как подобает настоящему вору. Что вы здесь делали, леди Шэролл?
– Искала вас.
– Неужели? – Могу поспорить, что его бровь сейчас по-аристократически надменно вздернулась вверх. – С какими целями?
– Шидаев отзовите для начала.
– Шидаи моя охрана. Откуда мне знать, не воспользуетесь ли вы её отсутствием, – я совершенно точно услышала его язвительную усмешку.
Он серьёзно сейчас?
– Отзовите шидаев, или я начну делать это сама, – для подтверждения своих слов я немного подняла руку вверх и стала наколдовывать атакующее заклинание. Хоть и понятия не имела, как избавиться от этой нечисти.
Рейнард молчал, лениво наблюдая за мной, но после взмахнул кистью в сторону гибридных монстров и твёрдо произнёс:
– Вон.
Одно слово, и шидаи, как послушные напуганные псы, испарились, оставляя нас одних. Только напряжение, витавшее в воздухе, почему-то стало ощущаться ярче.
– Я слушаю.
– Значит, сейчас вы согласны послушать меня, да? – Я честно пыталась сдержаться. Первый магический шар полетел в сторону советника, но был быстро поглощён. – Какое право вы имеете лезть в наши дела?!
– О чём вы, леди Шэролл? – всё так же безучастно ответил герцог, отражая мои атаки.
– Вы ещё и смеётесь надо мной! Вы сказали императору о том, что мы не желаем участвовать в отборе!
– Да, сказал, – Рейнард повысил голос, рывком вставая со стула. – Я сказал, а вы вместе с вашей принцессой додумались отрицать это.
– Я не слышу в вашем голосе раскаяния, герцог Эстанвиль!
Не знаю, как выдерживала мои атаки приёмная советника, но, видимо, стены были защищены охранным заклинанием. От едва мерцающего барьера отлетали красные искры, нейтрализуя магию.
– Требовать от меня раскаяния опасно для жизни, леди. Я оказал вам бесценную услугу, позволив покинуть Аргарион сейчас, но вы, как и ожидалось, упустили свой шанс. Настолько вскружили голову богатства драконов? – со злостью бросил Рейнард, перехватывая сгустки энергии. – Захотелось выгодно устроиться?
Я застыла на месте, не в силах поверить в услышанное.
– Я терпеть не могу здесь находиться! – отчаянно закричала я, сдерживая порыв разрыдаться не то от злости, не то от обиды. Из рук вырвался новый поток магии, который на этот раз прорвал защитный купол стен и разрушил изысканный интерьер помещения. – Слышите меня? Я терпеть не могу драконов, терпеть не могу этот отбор с его отвратительными правилами! Мне осточертела ваша империя, ваш дворец с вашими духами, которые не дают мне спокойно дышать даже ночью! Мне…
О Всевышний! Зажала себе рот рукой, осознав, что я только что сказала. И кому.
Тишина, воцарившаяся в приёмной, надавила на плечи, пустила сердце в пляс и заставила тысячу раз пожалеть о приходе сюда.
– Повторите, – подозрительно спокойно попросил герцог. – Повторите ваши последние слова.
Расстояние между нами было преодолено за мгновение, и я оказалась с силой прижата к стене.
– У вас в самом деле проблемы со слухом, – прошептала я еле слышно.
– О каких духах идет речь, Оливия?
– А вы много духов знаете?
– Оливия!
Крик был настолько громкий, что я дернулась назад, больно приложившись обо что-то твёрдое.
– Вы не захотели меня слушать в первый раз, когда я решила вам довериться, – слова давались с трудом, речь была надрывной из-за усталости и сорванных нервов, но я продолжила: – Вы выгнали меня из той комнаты, а после из дворца. Что же сейчас хотите от меня услышать?
Рейнард молчал, не убирая рук с моих плеч, будто боясь, что я в любой момент могу вырваться и сбежать.
– Расскажите мне то, что хотели.
– Нет, – я упрямо вздернула подбородок. – Сначала вы объясните свой поступок. Свои поступки.
Советник криво усмехнулся, наклонив голову набок.
– Так и не поняли? Вы человек, – процедил он, сверкнув глазами. – Вы люди, которые слишком долго задержались в гостях.
– Ах вот оно как? В этом всё дело? – Я дёрнула руками, протестуя, но хватка на плечах лишь усилилась. Из уст непроизвольно вырвался слабый, иронический смех. – Значит, люди помешали вашему покою, герцог? Мы напугали вас? Вы не можете с нами справиться? Великие и могущественные драконы не могут справиться с какими-то ничтожными людьми?
Рейнард глухо зарычал, резко втянув воздух.
– Не в этом дело.
– А в чём тогда?! – вновь закричала я, чувствуя, как сдерживаемые мной слёзы своевольно потекли по щекам. – В чём?! Неужели нельзя ответить прямо? Вы всегда уклоняетесь от ответов! Скажите же мне, в чём чёртово дело?
– В тебе.
Вновь воцарившаяся тишина и яркое чувство дежавю.
Я проглотила все возмущения, намертво пригвоздившись к полу.
– Что зна…
Рейнард бесцеремонно обхватил мой подбородок, и невысказанный вопрос утонул в жадном поцелуе. Требовательные руки заскользили по плечам, огладили оголённые ключицы, переместились за спину, прижимая к тренированному телу. Горячие губы, бесстыже сминавшие мои, выбили воздух из лёгких и все мысли вон до единой, оставив только ощущения. Ощущения нескончаемого жара, ощущение огня, опалявшего каждый участок чувствительной кожи. Я прерывисто вздохнула, запуская пальцы в шелковистые волосы, робко отвечая на уверенные прикосновения. Мантия давно оказалась на полу, голова закружилась от знакомого мускусного запаха парфюма, и я полностью потеряла контроль над ситуацией.

Глава 35

Всё волшебство момента прервал резкий, громкий звук упавшего золотого канделябра и отвалившихся от стены массивных полок, которые я нехило потрепала.
Мы одновременно вздрогнули, возвращаясь в неприятную реальность, и я изо всех сил пожелала провалиться сквозь землю.
Я испуганно оттолкнула герцога, даже не посмотрев на него, подхватила с пола мантию и вылетела из приёмной, словно убегала от разъярённых шидаев.
Всевышний, что я натворила?
Я приложила ладони к пылающим щекам, чувствуя колючий холод на том месте, где были его руки.
– Какая же я дурочка. – Я захлопнула дверь в покои и с разбега упала на диван, зарывшись лицом в бархатную подушку.
Как мне теперь ему в глаза смотреть? Я сгорю со стыда!
– Оливия? Ты там? – Из-за громовых ударов собственного сердца, таранящего грудную клетку, я еле услышала осторожный стук в дверь.
– Мириэль, подожди секунду, – всполошилась я, пытаясь пригладить растрепавшиеся волосы и отдышаться. Дверь я открывала с максимально спокойным выражением лица, но дрожь в руках никуда не делась. – Что такое?
– Ты мне скажи, что такое! Почему ты убежала?
– Мне стало немного неловко от повышенного внимания, я решила, что будет лучше отправиться в покои пораньше и успокоиться.
– Тебе? Неловко от внимания? – Эльфийка скептически осмотрела меня с ног до головы и прищурилась. – Так ли это?
– Мне не каждый день приходится танцевать перед самим императором драконов, причём в такой одежде. Я хоть и бываю самоуверенной, но мне тоже не чужды правила морали.
– Ты уникальный экземпляр, Ливи. – Мириэль медленно покачала головой, показывая, что мало верит моим оправданиям. – Даже Катриона смогла себя в руках сдержать. Я думаю, тебе действительно необходим хороший отдых, чтобы вернуть тот боевой настрой, с которым ты приехала в Аргарион. Завтра отправляемся в поместье Астарты!
– Но мы же не получили разрешение, – недоумённо ответила я.
– Когда ты сбежала от нас, как испуганная девочка со своего первого бала, Астарта поговорила с его Величеством Бертрандом и Герцогиней Ла Фрейн. Мы официально получили разрешение на выезд из дворца! Правда, в сопровождении эршей, но это совершенно не важно.
Я растерянно хлопала глазами, слушая возбуждённое щебетание эльфийки. Всё так просто?
– Подожди, а где Катриона? – вовремя спохватилась я.
Как я могла забыть про принцессу? Позор мне, непутёвой охраннице, я окончательно спятила со своими проблемами!
– Наша принцесса проводит время с Его Величеством. – Мириэль многозначительно подмигнула и, кажется, с удовольствием понаблюдала, как вытягивается моё лицо от удивления. – Думаю, ему очень понравился танец Катрионы, раз он решил пригласить её на прогулку сразу после конкурса. Ливи, ты тут?
Она пощёлкала пальцами перед моими глазами, приводя в чувство.
– Кажется, я слишком устала сегодня, – вздохнула я, массируя виски. Катриона и император? Я даже представить себе такое не могла, слишком не похоже на реальность.
Попрощавшись с Мириэль и заверив её, что смогу самостоятельно собраться к завтрашней поездке, я побрела в ванную, смывать с себя сегодняшний день и приводить мысли в порядок. Хотя мои мысли не смогут привести в порядок даже императорские горничные, выдраивающие дворец до блеска.
Всю ночь я проворочалась из-за противоречивых эмоций: хотелось смеяться, визжать, плакать, ругаться и много чего ещё. Никогда бы не подумала, что обычный поцелуй может настолько вывести меня из себя. А что на этот счёт думал Рейнард? Зачем он это сделал? Что им двигало? Неужели он шокирован своим поступком так же, как и я, что даже не стал останавливать меня и допытывать о духах дальше?
Сном я смогла забыться только под утро, когда обессиленное сознание устало задавать себе извечные вопросы.
Ровно в восемь утра наша продрогшая от холода компания стояла у главного входа во дворец, наблюдая, как слуги загружают вещи в большую роскошную карету. Зимние морозы наступили слишком быстро, и теперь по утрам было особенно зябко и неприятно.
– Доброе утро, дорогая! – Астарта налетела на меня, заключая в крепкие объятия и, едва не поскользнувшись на обледенелых ступенях, помчалась отдавать указания кучеру.
– Ущипните меня, я, должно быть, всё ещё сплю, – пробормотала я, не сдвинувшись с места.
– Она просто очень радуется встрече с родителями, вот и сходит с ума. Нечасто нашу спокойную Астарту увидишь в таком настроении.
Мириэль стояла чуть поодаль и прощалась с Кристианом, кутаясь в лёгкую белоснежную шубку.
– Что насчёт нового испытания? Мы не пропустим?
Катриона мне мозг вынесет, если что-то случится без её присутствия.
– Мы приедем как раз к нему. Всем невестам дали время на отдых… Только я, пожалуй, на отбор больше не вернусь, – эльфийка смутилась и посмотрела на довольного, непривычно молчаливого танцора.
– Совет вам да любовь, – пробурчала Катриона, подходя ближе ко мне и мучительно зевая. Вернулась с прогулки она вчера далеко за полночь и, по её словам, даже не успела толком собраться.
– Я поспала всего лишь пять часов! Это плохо скажется на моём организме, – проныла принцесса, но по её довольному виду было понятно, что о позднем свидании с императором она ни капельки не жалеет.
Я непроизвольно заскрежетала зубами. То, что я практически не сомкнула глаз этой ночью, принцессу мало волновало. И то, что, в конце концов, мне пришлось следить за тем, чтобы влюблённая гулёна вернулась в свои покои целой и невредимой, её тоже особо не интересовало.
– Ливи, ты же не злишься на меня из-за того, что ничего тебе не рассказала?
– Нет, конечно, – приветливо улыбнулась я. – Как приедем, я поставлю на тебя следилку, чтобы больше не возникало вопросов о том, где ты. Можешь расслабиться.
Уже давно нужно было это сделать, я просто слишком пренебрегла своими обязанностями.
– Зачем она мне? У меня же есть твой кулон для экстренных случаев. – Катриона, как обычно, повисла на моём локте, состроив своё излюбленное жалобное лицо. – Я честно-честно буду рассказывать тебе о том, куда иду! И предупреждать всегда буду.
– А я тебя как раз-таки и избавлю от этой необходимости, – радостно сообщила я, вынимая руку из цепкого захвата. – Это не обсуждается, Катриона. Я не хочу больше подвергать тебя опасности.
– Но со мной же был император! У нас была охрана!
– Охрана с тобой постоянно ходит?
– Ну, – Катриона замялась. – Эрши проводили меня до покоев.
– Но постоянно они за тобой по коридорам таскаться не будут. С заклинанием слежения, если ты случайно где-то заблудишься, я смогу тебя быстро найти.
– Ну, Ливи-и, что мне сделать, чтобы ты передумала?
– Найди мне новую нервную систему.
– Запросто! – Принцесса воодушевилась, снова беря меня под локоток. – В Невилании есть прекрасные целители, они быстро восстановят её!
Не сдержавшись, я измученно простонала и угрюмо пошла к карете. Даст Всевышний, эти выходные пройдут прекрасно, и я вернусь счастливой и довольной.
– Дорога займёт шесть часов. Это пусть и не так долго, но всё же утомительно, – Астарта с улыбкой откинулась на мягкие подушки и прикрыла глаза.
– А мы будем делать остановки?
Вот и началось. Я вспомнила нашу поездку в Аргарион, надоедливые ежеминутные просьбы принцессы и внутренне содрогнулась.
– Зачем?
– Ну… для непредвиденных дел, – Катриона слегка смутилась. – И носик припудрить.
– Солнце моё, я могу так тебе его запудрить, что потом всю жизнь не будешь косметикой пользоваться, – пообещала я, поудобнее устраиваясь возле окна.
– Злыдня!
– Какая есть, – я пожала плечами и с интересом устремила взгляд вдаль.
Дворец находился в лесной местности, среди высоких хвойных деревьев и неизвестной мне растительности, вероятно, присущей только империи драконов. Однако очень быстро мы попали в саму столицу Аргариона, которая завораживала своим величием: обилием роскошных заснеженных особняков, дорогих магазинов и оживлённых улиц. Всё в стиле драконов.
– Смотри! – Катриона дёрнула меня к себе, вызвав раздражённое шипение. – Ателье мадам Трессы.
Изображение белой камелии на вывеске двухэтажного элегантного здания живописно переливалось под утренним солнцем. Сверкающие витрины были заполнены шёлковыми платьями, среди которых я увидела и своё, изящное чёрное с первого бала.
– Твоё платье, я думаю, нарасхват у столичных див, – прокомментировала Астарта.
Интересно, а нескромные наряды с конкурса будут нарасхват? Почему-то я сомневаюсь в этом.
Когда величавые здания вновь сменились лесом, я в очередной раз вернулась к вчерашним событиям.
«В тебе».
Его голос пронёсся в голове так, будто прозвучал наяву, и я непроизвольно покраснела.
Что значит во мне?
Впрочем, даже гадать не хочу, иначе окончательно с ума сойду. Из всех особ, которые своим характером и поведением вызывали у меня мысленный хаос, Рейнард оказался самым невыносимым. Даже Катриона с Савейей рядом не стоят.
То он хамоват и груб, то улыбчив и приятен, то гонит прочь, то просит помощи. И как это понимать?
Первый советник могущественной империи, чел… хм… дракон, на чьих плечах лежит безопасность Аргариона, на деле оказывается настолько неопределённым. Или же в этом виновато моё поведение?
– Астарта, можно поинтересоваться? – позвала я полудремавшую драконицу. – Кто знает о нашем отъезде?
– Полагаю, император и герцогиня Ла Фрейн. Возможно, кто-то ещё из приближённых, но точно сказать не могу. – она слабо зевнула и вновь прикрыла глаза. – Не переживай, нас никто не будет искать.
– Надеюсь, – прошептала я, моля Всевышнего о том, чтобы Рейнард не потребовал немедленного возвращения. С него станется.
Поездка заняла не так много времени, как мы предполагали. К нашему общему удивлению, Катриона ни разу не попросила об остановке и всю дорогу мешала нам спать, то придумывая странные игры, то рассказывая сплетни Невилании.
До поместья Астарты мы в итоге добрались без препятствий, но слегка раздражённые.
Небольшой, приятный глазу трёхэтажный особняк был окружён декоративными кустами цветов, которые, даже несмотря на холодную погоду, сохраняли свой превосходный вид. Облагороженная территория поместья захватывала дух, хоть и была в разы меньше тех, что мы видели в столице.
– Астарта, милая! – Навстречу нам вышла супружеская пара: безумной красоты женщина и статный, улыбчивый мужчина.
– Я так соскучилась! – Астарта бросилась к родителям, заключая их в крепкие объятия.
Она по всем параметрам была похожа на свою мать: баронесса Эрнандс обладала светлыми пшеничными волосами, на солнце переливавшимися золотом, фарфоровой кожей и глубокими карими глазами. Даже сейчас эта женщина могла бы посоревноваться за сердце императора с первыми красавицами Аргариона.
– Добрый день, леди! Меня зовут Вирана, это мой муж Фредерик, – драконица лучезарно улыбнулась, представляя супруга. – Пожалуйста, чувствуйте себя как дома.
От тёплого приёма на глаза моментально набежали сентиментальные слёзы. Я невольно вспомнила своих родителей и родную Невиланию: герцогский дом с весёлыми слугами, всегда готовыми прийти на помощь, душевные вечера, в которые отец очень часто рассказывал о своих прошлых приключениях, и переполняющее чувство безмятежного спокойствия.
– Пойдём, Ливи, – Мириэль мягко подтолкнула меня к особняку, похлопав по плечу.
– Мы выделили для вас комнаты на втором этаже, рядом с комнатой Астарты. Слуги перенесут все вещи, а вам, полагаю, хочется перекусить с дороги, – Вирана приглашающе указала рукой на светлую гостиную с большим, заставленным до отказа столом.
– Благодарю вас, – поклонилась я и едва не взвизгнула, увидев румяные булочки, поджаренное мясо и источающие безумные ароматы горячие блюда.
Наконец-то я поем нормальную домашнюю еду без травы и прочей нечисти, которой кормили нас на протяжении всего отбора!
– Мы бесконечно рады, что дочь нашла себе подруг, – обратился к нам глава семейства, с заботой смотря на Астарту. – Мы очень боялись, что отбор станет для неё непосильным испытанием, но теперь нам намного спокойнее.
– Это честь для нас – познакомиться с вашей дочерью и с вами, лорд Фредерик, – сказала Мириэль.
– Зовите меня просто Фредерик, – со смешком ответил дракон, занимая место подле жены. – Я не приближён ко двору, не люблю эти формальности.
– Как я вас понимаю, – не удержалась я, вызвав фырканье у Катрионы.
Ранний ужин прошёл замечательно, мы душевно побеседовали с семьёй Астарты, рассказали последние события, вплоть до моих отношений с Рейнардом, которые, несмотря на мои злые взгляды, очень ярко описывала Мириэль. Разошлись так же рано, договорившись завтра отправиться на ярмарку.
– Катриона, ты занята? – Я осторожно заглянула в комнату принцессы.
– Собираюсь ложиться, – она устало вздохнула, расчёсывая непослушные локоны. Её Высочеству, вероятно, было непривычно делать всё самостоятельно без личных служанок.
– Замечательно, я не займу много времени.
– Только не говори, что ты пришла ставить свои следилки!
– Хорошо, не скажу, – кивнула я, усаживая Катриону на мягкий пуфик. – Больно не будет.
– Ливи, я не хочу! – Принцесса вскочила и отбежала к окну, упрямо сложив руки на груди. – Я говорила, что мне не нравится это заклинание и в нём нет необходимости!
– Это что за упрямство? Ты не забыла, что моя главная цель – это твоя защита?
– Что-то в последнее время ты не особо её соблюдаешь.
– Ах вот ты как заговорила, – я насмешливо склонила голову, оценивая боевой настрой подопечной. Нужно отдать должное тому, что я всё ещё не повышала голос, хотя внутри всё пылало от недовольства.
Сосредоточившись на хрупкой фигурке Катрионы, я сделала пару взмахов рукой, и магия левитации сама принесла принцессу ко мне.
– Ты что творишь?! – Она принялась возмущаться и беспорядочно махать ногами в воздухе.
– Тихо.
Ещё один пас, и Катриона стала совсем шёлковой. Заклинание тишины было особенно прекрасным, не зря в академии им постоянно пользовались преподаватели.
– Что плохого в обычной следилке?
Подопечная насупилась, вздёрнула подбородок и отвернулась, показывая вселенскую обиду.
– Давай я за тебя отвечу, – ухмыльнулась я, направляя энергетические потоки на хрупкое белоснежное запястье Катрионы. – С этим заклинанием я точно буду знать, где ты находишься. А значит, ты больше не сможешь сбегать от меня каждый раз, когда тебе вздумается, и уж тем более ходить на свидания к разным герцогам.
Недовольное мычание показало, что я совершенно права.
– Я понимаю, что ты принцесса, тебе хочется всего и сразу, и ты имеешь на это полное право. Но… Сейчас за тебя отвечаю я. Если с тобой что-то случится, вина в первую очередь ляжет на меня, и только потом на истинного обидчика. Пока мы находимся в Аргарионе, пока я нахожусь в должности твоей охранницы, будь добра слушаться меня, не перечить и не пакостить. – я замолчала на мгновение, поджав губы. – Потому что я волнуюсь.
Катриона, изначально настроенная враждебно, внимательно слушала мою речь и под конец виновато опустила голову.
– Кстати, ты уже можешь говорить. Долго молчанием я тебя пытать не собиралась, – вздохнула я, закончив со следилкой, и направилась к себе.
Когда я прикрывала дверь в комнату принцессы, до меня донеслось тихое «прости», и я устало улыбнулась.
Никогда бы не подумала, что буду заниматься воспитанием наследницы престола своего родного королевства.

Глава 36

С утра мы пошли на ярмарку в прекрасном расположении духа. Настроение портили разве что эрши, которые следовали за нами по пятам и привлекали совсем не нужное внимание местных. Город Астарты, Дремилон, был популярной торговой точкой, где продавались товары не только со всех концов Аргариона, но и из других королевств и империй.
Пусть крылатые в большинстве случаев отвратительно относились к людям, местным торгашам было всё равно, кому продавать и как – они всего лишь хотели хорошо заработать, поэтому заискивали перед представителями любой расы.
Лавки пестрели колдовскими зельями, ювелирными украшениями, добротными тканями, экзотическими фруктами, редкими сладостями и выпечкой. Я, не жалея средств, покупала всего понемножку.
– Ливи, ты решила запастись едой на месяц вперёд? – Мириэль с любопытством осматривала мою корзинку.
– Я, в отличие от некоторых, устала питаться во дворце одной зеленью. Вкуснейшие блюда Вираны разбудили во мне нешуточную потребность пировать так постоянно.
Я откусила мягкую булочку и довольно зажмурилась. Мне бы сейчас, как раньше, забежать в столовую академии, выпросить у домовят пирога с яблоками, а потом сидеть на веранде, готовясь к занятию по флоре и фауне. Во дворце хоть и потакали желаниям в пище, но всё же основной рацион составляла трава, ещё раз трава и, конечно же, трава. Салаты, овощные рагу, овощные муссы и иные малоприятные шедевры кулинарии часто появлялись на белоснежной скатерти в главной столовой. Даже на чаепитиях особо не баловали сладостями.
Мы обошли практически все ряды, принцесса умудрилась накупить себе драгоценностей и бесполезных, на мой взгляд, сувениров, а я не удержалась и заглянула в оружейную лавку, ненадолго оставив компанию невест.
В нос ударил насыщенный запах просохшей древесины и калёного металла, стремительно окуная в атмосферу военного дела.
За стойкой небольшого помещения находился пожилой на вид дракон, увлечённо чистящий длинную шпагу. Даже не посмотрев на меня, он скупо улыбнулся и спросил басовитым голосом:
– Вам чем-нибудь помочь, леди?
– Подскажите, пожалуйста, есть ли у вас стилеты? – Редкие тренировки во дворце я не бросила, хоть и в зал сейчас не наведывалась. Но интуиция просто кричала о том, что в скором времени мне будет необходимо вспомнить все свои боевые навыки. Не имею ни малейшего понятия, откуда появилось такое сильное предчувствие беды, почему я не избежала соблазна заглянуть в эту лавку, однако знаю точно, что нужно доверять себе и своему внутреннему голосу.
– Прошу вас, – мужчина приглашающе повёл рукой в сторону дальнего стеллажа. – Вам для самозащиты или для иных целей?
– И то и другое.
– Интере-е-есно, – протянул он с улыбкой, но, увидев, как я насторожилась, поспешил успокоить: – Не делайте такое подозрительное лицо, леди. Не часто ко мне заходят девушки. Тем более сопровождающие принцессу.
Я остолбенела.
– Откуда вы…
– Откуда узнал? Я видящий.
Дракон аккуратно вытаскивал тонкие кинжалы и укладывал их передо мной на бархатные платки. Дополнять свой ответ не спешил, а я пыталась вспомнить, что знаю о видящих.
В Невилании их было немного. Они не считались официальной кастой магов, как, например, менталисты. И название «видящие» придумали сами люди, поэтому я не думала, что услышу это слово в Аргарионе.
Видящие способны узнать прошлое и узреть будущее. Этот дар очень спорный и редкий, некоторые не верят в его существование из-за огромного количества лжецов, предлагающих свои выдуманные предсказания за немалые деньги.
Но я лично знала случаи, когда предсказания сбывались. Встретить настоящего видящего и услышать от него своё будущее подобно разговору с самой судьбой – только истина, и ни капли лжи.
– Я на вас произвёл неизгладимое впечатление, – дракон весело хмыкнул. – Выбирайте. Все стилеты обладают примерно одинаковыми характеристиками, в руке лежат прекрасно, в бою совершенно неуловимы. Если необходима дополнительная консультация, спрашивайте. Но, я вижу, вы и сами разбираетесь не хуже меня.
Я промолчала и присмотрелась к серебряным острым кинжалам. По длине и металлу они были практически все идентичны, но огранка отличалась: некоторые имели отличительные символы, редкие драгоценные камни и предназначались скорее для подчеркивания привилегированного статуса владельца. А мне такое не нужно.
Стилет считается благородным оружием, потому что заколоть жертву он может с одного точного движения руки. По-аристократически изысканно и красиво.
Исход летальный, крови будет мало, рану без целительского дара не смогут залечить. А если на лезвие нанести яд или зачарованные кристаллы стекла, жертва даже не успеет досчитать до десяти.
– Прошу прощения, что вмешиваюсь, но я, как бывший эрш, советую вам взять вот этот, – он бережно поднял с платка один из стилетов и протянул мне.
Металлическая рукоять с крестовидной гардой, выполненной в чёрном цвете, выглядела и неприметно, и броско одновременно. Трёхгранный клинок – опаснейший вид клинка – не оставлял сомнений, что передо мной не искусная подделка и уж точно не игрушка.
– Он идеален для самозащиты и для своеобразного боя. Его легко спрятать, легко переносить с собой, он неприметен и прекрасно подойдёт для неожиданной атаки. Но с ним нужно уметь обращаться и построить правильные отношения. Это капризное оружие.
– Я беру, – спокойно ответила я, проводя пальцами по холодному тонкому металлу. Отношения с кинжалами у меня были замечательные. Лучше, чем с некоторыми людьми.
Расплачивалась я с пожилым драконом в неловкой тишине: хозяин лавки упаковывал стилет и делал расчёт, а я разглядывала серебряные шпаги. Начинать разговор не хотела – слишком много в Невилании бродило слухов о видящих. Обычно они молчаливы, не станут что-то предсказывать, когда в этом нет необходимости. Только если у человека грядёт нечто ужасное или грандиозное, если судьба нашепчет об этом на ушко видящему, он просто не сможет промолчать.
И я с некой внутренней паникой надеялась, что мне не достанется предсказания.
– Поздравляю с приобретением и благодарю за покупку, леди. – хозяин протянул мне полностью чёрную коробку без каких-либо отличительных эмблем или знаков, и я тут же убрала покупку в корзину, под свёртки с булочками.
До двери шла в напряжении, мысленно надеясь на чудо, но как только рука потянулась к железной ручке, в спину раздалось монотонное:
– Будьте предельно осторожны, держите кинжал всегда при себе и берегите его так же, как кулон, который носите на шее. Не доверяйте тому, кто в душе вашей место нашёл, присмотритесь, раскройте глаза на обыденные вещи – и увидите сокрытое.
Я судорожно вздохнула, как губка, впитывая каждое слово, медленно обернулась и, насколько это было возможно, благодарно кивнула.
– Спасибо вам.
С невестами мы договорились встретиться на центральной площади возле главного городского фонтана. Шагая до нужного места, я сокрушалась над последними словами дракона. Хотела ли я знать это предсказание? Не могу ответить. Одно дело – чувствовать приближение трудных времён и успокаивать себя тем, что интуиция может ошибаться. Другое – точно знать об опасности и не иметь возможности предотвратить её.
Кто может меня предать? В душе моей, кроме родителей, никого нет, что имел в виду провидец, неясно. Но со стилетом я теперь не расстанусь ни при каких условиях.
Идти оставалось всего ничего, я ускорилась, чтобы поскорее добраться до места встречи, но резко затормозила, увидев мужчину впереди.
Офицер Норд Аттвуд, собственной персоной, размашистым шагом шёл мимо торговых рядов, лениво осматривая товар.
Он тут что забыл?!
Не медля ни секунды, я юркнула за ближайший поворот, дабы меня не приметили, и притворилась, что копошусь в своей корзинке.
Приближённый к императору офицер сейчас выглядел как обыкновенный, ничем не примечательный горожанин, решивший из любопытства посетить ярмарку. Формы эрша на нём не было, как и не было иных знаков, указывающих на его принадлежность к высшему сословию.
До места, в котором я скрылась, он, слава Всевышнему, не дошёл, резко свернув в сторону маленькой лавки со странной, ни на что не намекающей вывеской «Сильв».
Разве может быть случайностью, что Аттвуд оказался в Дремилоне в то же время, что и мы?
Я сняла с плеч мягкий шарф и, поёжившись от прохладного ветра, прикрыла им голову. Черты лица быстро изменила с помощью отрепетированной иллюзии, чтобы у Норда даже мысли не промелькнуло о том, кто я. В академии нас хорошо натаскали в магии трансформации, даже посреди ночи, спросонья мы могли, не раздумывая, преобразовать не только физический облик, но и ауру. Из блондинки-аристократки я за секунду превратилась в малоприметную брюнетку, каких было много среди горожан.
Наложить иллюзию не просто девушки, а драконицы было невозможно. Я не знала, как это сделать, не знала, по каким параметрам драконы определяют, кто перед ним: человек или представитель родной расы. И определяют ли они это вообще.
Меня спасало лишь то, что крылатый народ внешне практически не отличался от нас. По крайней мере, из рассказов Астарты, драконов, не обладающих способностью обращаться и имеющих лишь крупицы магии, можно легко спутать с людьми.
Надеюсь, сегодня удача окажется на моей стороне.
Колокольчик над скрипучей дверью тихо звякнул, оповещая о моем приходе, вот только продавец был слишком занят переговорами с Нордом и лишь кинул на меня быстрый взгляд.
Офицер вовсе не заметил новую посетительницу.
Чтобы и дальше не привлекать внимания, я прошла к стеклянным шкафчикам, заинтересованно рассматривая сверкающие безделушки. На первый взгляд это были совершенно обычные подвески, заколки, кольца с дорогими камнями, но, прищурившись и настроив магическое зрение, я увидела неявные потоки энергии.
Это лавка артефактов. Причем далеко не заурядных артефактов.
Тут были и простенькие амулеты от сглаза, и сложные, уникальные, даже опасные артефакты иллюзии, порталов, внушения, усиления чувств и много чего другого.
Кажется, я попала в подпольный магазинчик.
– Прекрасный выбор для дамы! – Продавец светился от радости и разве что не танцевал, протягивая герцогу маленькую коробочку с какой-то драгоценностью. Норд изящно подхватил сверкающее под магическими лампами украшение и пристально, как коршун, начал его рассматривать.
Очертания золотого цветка из рубинов напоминали сондрилию, что росла в оранжерее дворца. Небольшая брошь была усыпана дорогими камнями и совершенно не фонила магией. Пустышка.
– Она точно сможет впитать в себя заклинания? – бесцветно спросил Аттвуд.
– Конечно-конечно! Накопитель мощный, долго держит магию, подойдёт для всего!
Вот оно что. И в Аргарионе этими штучками балуются.
– Прекрасно.
Продавец, услышав одобрение Норда, блаженно улыбнулся, и, к несчастью, вспомнил обо мне.
– Девушка, вы что-то хотели?
– Э-м, извините, нет ли у вас амулетов, увеличивающих силу? – промямлила я первое, что пришло в голову, крепко сжимая корзинку.
До слуха донёсся сначала смешок офицера, заставивший насторожиться, а после Аттвуд решил обратиться ко мне лично.
– Такой амулет можно получить только при наличии официального разрешения, которого у вас, как я догадываюсь, нет.
– Ах, да? Я не знала об этом. Прошу прощения, – вздохнула я, сохраняя образ бедной сиротки, и с поникшим видом направилась к выходу.
– Стойте.
Внутри все похолодело.
– Извините? – промямлила я, разворачиваясь.
Аттвуд сдвинул брови, всматриваясь в затравленное выражение моего лица. Именно в этот момент его внешность мне показалась невероятно отталкивающей, грубой, подходящей скорее для бывшего наёмника, нежели для герцога-ловеласа.
И что Катриона нашла в нём?

Глава 37

– Что у вас с аурой?
Всевышний, точно! Вот что я забыла. Аура драконов отличается от человеческой, это же очевидно.
– А ч-что с ней? – От страха оказаться раскрытой я по инерции начала выставлять блоки на сознание и перекрывать ауру всеми возможными способами.
– Я спросил это у вас.
– Вы, случаем, не дочь барона Гвилейна? – внезапно вмешался продавец.
Я нервно кивнула, внутренне молясь о том, чтобы всё обошлось. Норд с каждой секундой внимательнее всматривался в моё лицо, словно пытаясь прожечь искусную иллюзию с помощью одного испытующего взгляда. Но атак на защитные блоки я, слава Всевышнему, не чувствовала. Аттвуд не пытался их пробить.
– Милочка, ваш отец заходил ко мне с тем же вопросом всего-то пару дней назад! – возмутился хозяин лавки. – Мне жаль, что драконы-прародители не благословили вас даром, но так настойчиво пытаться изменить их волю просто возмутительно!
В глазах офицера промелькнуло понимание, он, кажется, поверил в эту странную историю, презрительно скривился и вернулся к разглядыванию своей броши.
– Я-я… Простите. Мне тяжело жить так, – проблеяла я, опуская голову и характерно шмыгая.
– Конечно, с отсутствием магии вам закрыты некоторые… хм… дороги. Но не всё потеряно! Оставьте пустые мечты, выйдите замуж и живите счастливо в нашем городе. Он ничуть не хуже столицы!
– Вы правы, спасибо за совет. И прошу прощения за беспокойство. – пока меня вновь не окликнули, я, притворяясь донельзя расстроенной, вылетела из лавки и поспешила прочь. Как же всё-таки мешает незнание самых элементарных вещей! Драконы без дара и высокого титула не востребованы? Что ж, у людей так же. Власть и сила решают все проблемы. Подумать только, если бы не любопытный продавец, всё могло бы закончиться очень и очень плохо. Я была на волоске!
Осталось надеяться, что Норд не встретится с неким бароном Гвилейном и его дочерью. По крайней мере до нашего отъезда.
Вечером мы вновь проводили время с семьёй Астарты, слушая интересные рассказы её отца о его жизни, о драконах и об Аргарионе. В гостиной было темно, комнату освещал лишь тёплый, яркий свет горящего старинного камина. Катриона сладко сопела в отдельном кресле, вероятно, видя седьмой сон, а мы согревались после долгой прогулки и внимали каждому слову главы семейства.
– Я далёк от высшей аристократии, но и мне посчастливилось как-то побыть приближённым ко двору. – Фредерик устремил взгляд на потрескивающие раскалённые поленья и глубоко задумался, вспоминая прошлое. – Хорошее было время, спокойное. Её Величество императрица Аделия Линарин Оторе устраивала званые вечера, куда приглашались не только отпрыски голубых кровей, но и простые служивые империи. Помню, как мы с Вираной впервые встретились с ней и Его Величеством Робертом. – мужчина добродушно усмехнулся и обратился к нашей заинтересованной компании: – Он сам предложил себя так называть. Просто Роберт. Лёгкий на подъём, хоть и император Аргариона… Был императором Аргариона… Очень жаль, что всё так получилось. А ведь я также помню совсем молодого принца Бертранда, который тогда и представить не мог, что вскоре взойдёт на трон. И Рейнард. В то время чрезвычайно серьёзный для своих лет, уверенный, он прекрасно знал, какой титул носит и кем является.
Я затаила дыхание, будто слушала что-то запретное, не предназначенное для моих ушей.
– Гордый, уравновешенный, даже после того страшного переворота не позволил себе слабости и смотрел свысока на каждого напыщенного аристократа, посмевшего усомниться в его авторитете. Только его регентство и спасло род Оторе от потери трона.
Что-то подобное мне уже говорила Астарта. Рейнард действительно через многое прошёл, и, наверное, этим можно оправдать его скверный характер… Но как бы мне хотелось поговорить с ним о его прошлом лично, а не слышать разные истории из чужих уст! Болит ли до сих пор его сердце? Тоскует ли он по родителям? Ведь не может же быть так, что он совсем не скрывает своих чувств и переживаний за маской холодного, чёрствого дракона, и…
Стоп. Оливия, не вздумай. Нет, нет и нет! Никакой заинтересованности! Он дракон, он тайный советник императора Аргариона, он Ледышка, в конце концов! Ему не нравятся люди, после отбора мы с ним явно никогда больше не увидимся и дружно забудем о том, что произошло в кабинете. Всё.
– Оливия, вы погрустнели, – ласково окликнула Вирана. – Расстроила судьба монархов?
Ничего я не погрустнела.
– Да, ужасно печальная судьба.
Хоть и думала я совсем не о ней. Траурное молчание, повисшее в гостиной, убивало весь уют вечера, поэтому я решила перевести разговор на другую, не менее интересную персону.
– Фредерик, скажите, – осторожно начала я, наблюдая, как высокое пламя вырисовывает причудливые узоры. – В перевороте же погибли не все? Не считая герцога Эстанвиля и его Величества.
– Вы знаете о слухах? – прошептала Мириэль, подвигаясь ближе.
– Их невозможно не знать. Даже в нашем городке изредка да проскакивают разговоры о Лариадне Линарин Оторе, хранительнице источника. Выжила ли она? Не знаю. Её тела не нашли. – Фредерик поворошил поленья в камине, выдерживая паузу. – Возможно, то, что я сейчас вам расскажу, будет… не совсем правильно… Я не испытывал восхищённых чувств к кронпринцессе. Она была замечательной женщиной, истинной дочерью своего рода, любящей тётей и сестрой. Но только напоказ.
– Как это? – озвучила наш общий вопрос Астарта.
– Много лет назад, во время моего пребывания во дворце, я застал весьма печальную картину, как Лариадна ссорилась с императрицей Аделией. Она не стеснялась в выражениях, не высказывала никакого уважения к своей старшей сестре и постоянно повторяла одно и то же… Она хранительница. Она знает, как будет лучше для источника, для драконов, для империи. В тот момент мне показалось, что Лариадна пытается доказать своё превосходство. В её глазах было столько уверенности, столько злости…
Мы дружно переглянулись, не ожидав услышать неприятную правду о той, которую сейчас почитает чуть ли не каждый житель Аргариона.
– Лариадна осмелилась дать Её Величеству пощёчину. Представляете? Пощёчину императрице! А потом, донельзя разгневанная, скрылась в темноте коридоров. Я виню себя за то, что остался и подслушивал их разговор, видел их ссору. Повёл себя не как благородный эрш, а как неудачливый шпион. И ведь вмешаться тоже не мог. Или мог? – Фредерик тяжело вздохнул. – Поздно сейчас уже метаться.
– Не вини себя, отец, – Астарта подошла к родителю, приобнимая его за плечи.
– Что было, то было, дорогой, – поддержала Вирана. – Лучше расскажи о нашей поездке к эльфам. Мириэль наверняка будет интересно узнать.
Мужчина вмиг оживился и задорно ухмыльнулся.
– Это было незабываемое впечатление!
Я краем уха принялась слушать забавную историю Фредерика, устремив взгляд на огонь. Получается, Лариадна не была такой уж и прекрасной, как когда-то упомянула мадам Тресса? Мне не известно, как в действительности она вела себя при подданных, но вне их внимания кронпринцесса явно не была кроткой ланью. И, кажется, Норд тоже рассказывал мне о ней. Мы тогда встретились в галерее, я рассматривала её портрет, а подозрительный офицер прервал моё одиночество.
«Умный стратег, превосходный собеседник, любящая тётя… прекрасная женщина».
Голос Аттвуда отдалённо промелькнул в мыслях, возвращая меня к нашему разговору. Знал ли он кронпринцессу лично? Очевидно, что да. Только скрыл её истинный облик и, скорее всего, соврал. Впрочем, «умный стратег»…
Я собиралась спросить у Фредерика, чем занималась Лариадна помимо должности хранительницы, но, увидев, как увлечён дракон своим рассказом, отбросила эту затею. Узнаю позже, уверена, дела кронприцнессы не являются большим секретом.
– Видели бы вы его лицо, – Фредерик заразительно засмеялся, вытирая проступившие слёзы.
Я по инерции улыбнулась шутке дракона, но, вновь переведя взгляд на камин, растерянно застыла.
Сначала я подумала, что мне почудились промелькнувшие на пару секунд красные сгустки дыма, но они появились вновь, окрашивая огонь в алый цвет. Наша беседа осталась позади, превратившись в неразборчивый шелест голосов, никто в гостиной не замечал ничего странного. Я, затаив дыхание, наблюдала, как передо мной неторопливо прорисовываются черты знакомого каменного колодца, объятого пламенем. Огонь нарастал с каждой секундой, стал выбираться наружу, заполняя собой весь камин, выползая за защитные панели. Я робко отсела подальше, сдерживая порыв вскочить и оповестить всех о происходящем. Это же всего лишь иллюзия, наведённая духами, Оливия! Это не происходит по-настоящему. Но огненный источник внезапно решил меня переубедить. Через какие-то пару секунд в ушах прозвенел раскатистый взрыв, огонь метнулся вперёд, накрывая меня с головой, обжигая кожу, проникая в лёгкие. От неожиданной острой боли я истошно закричала, и в этот же миг видение исчезло, возвращая целую и невредимую гостиную поместья Эрнандс.
Мириэль с Астартой шарахнулись в сторону, едва не упав с дивана, Катриона резко открыла глаза, Вирана удивлённо подпрыгнула вместе с чашкой чая, пролив пару капель на пушистый ковёр.
Лишь Фредерик довольно рассмеялся, похлопав меня по плечу.
– Оливия, ты решила подыграть мне? Умница! Вот примерно так и кричала та эльфийка, увидев нашу компанию в своём саду. Никогда не заходите в эльфийский портал неподготовленными, а то занесёт вас чёрт знает куда.
– Это уж точно, – натянуто улыбнулась я, сцепляя за спиной трясущиеся пальцы.
– Ливи, так и до остановки сердца можно довести, – возмутилась Мириэль, хлопая ладонью по грудной клетке.
– Скорее, наоборот, можно заставить его работать лучше.
Убедившись, что я в порядке, все вернулись к рассказам Фредерика, Катриона вновь забылась сном. Только Астарта послала мне обеспокоенный взгляд, но я тут же нацепила фальшивую лукавую улыбку, и драконица усмехнулась.
А мне было совсем не до смеха. Иллюзии духов перешли на новый уровень. То же самое произошло во время нашего с принцессой танца: теперь я не только видела, но и могла чувствовать, ощущать невыносимый жар, боль… Самое отвратительное, что контролировать видения у меня не получается, даже магия бессильна. Это явно не просто так. Похоже на настойчивый призыв к действию. Осталось лишь понять, действительно ли духи хотят того, чтобы я нашла источник, или у них иные требования.

Глава 38

Ночь была спокойной, без великих духов-прародителей с их странными подсказками и сновидениями.
Рано утром, сразу после завтрака, мы решили отправиться обратно в столицу, чтобы успеть прибыть к новой встрече с распорядителями и чтобы Катриона прекратила ныть о своём желании вернуться на отбор.
Астарта со слезами на глазах прощалась с родителями, впрочем, как и мы. За каких-то пару дней я успела проникнуться симпатией к Фредерику и Виране, к их мудрости, гостеприимству и замечательному отношению к нам, которое так редко встречалось у драконьего народа.
Эрши оседлали лошадей, окружая карету как тени или, скорее, как каменные статуи без эмоций и чувств. За время нашего короткого отдыха мы практически привыкли к ним, пусть даже эти драконы не сказали ни слова. Фредерик и Вирана выделили им маленький гостевой домик, но складывалось такое ощущение, что охранники совершенно там не появлялись, денно и нощно наблюдая за безопасностью невест.
– Я не хочу уезжать, – Астарта судорожно смахнула слёзы со щёк и прижалась к окну, наблюдая, как карета всё дальше и дальше отдаляется от небольшого поместья Эрнандс.
– Это были замечательные выходные, – согласилась я с грустью.
Снова попасть из домашней и тёплой обстановки в холодный и подлый отбор не хотелось никому.
Ах нет. Катриона совсем не расстроилась скорому отъезду, грезя новым испытанием и симпатией императора.
– Интересно, каким будет следующий этап, – принцесса предвкушающе зажмурилась, совсем не проникнувшись плохим настроением драконицы. – И сколько осталось невест на отборе?
– Этого нам не сказали, но не думаю, что выбыло много девушек, – прокомментировала Мириэль.
– А ты точно хочешь уйти? – Катриона с опаской посмотрела на эльфийку, словно та желала не покинуть ряды невест, а сделать что-то противозаконное.
– Конечно! Я ведь с самого начала не горела желанием ехать на него. А теперь у меня появилась веская причина покинуть этот, как выражается Ливи, цирк.
Я довольно фыркнула. Да уж, самый настоящий цирк. Осталось узнать, кто же в нём истинные шуты, а кто дёргает всех за ниточки, как кукловод.
Чем ближе мы подбираемся к финалу, тем опаснее становится эта игра. И тем сложнее мне держать под контролем Катриону. Последние недели меня и вовсе нельзя назвать охранницей. Какая из меня охранница, если большую часть времени я посвящаю себе и своим проблемам? Сохранять свою безопасность и безопасность принцессы становится сложнее. Менталисты не пойманы, драконы не могут найти подозреваемых, духи упорно пытаются что-то подсказать, но помощь их совсем не приносит результатов. Почему они не посылают сны Рейнарду или самому Бертранду? Император же может общаться с ними напрямую, но, как видно, он до сих пор не вышел с ними на диалог.
Это пугает больше всего.
– Ливи, ты слушаешь? – Катриона раздражённо потрясла меня за плечо.
– Я задумалась.
– О чем сейчас ещё можно думать, кроме отбора?
– Представляешь, есть дела намного важнее твоего отбора, – гаркнула я, не выдержав.
– Катриона, не начинай, – Астарта попыталась успокоить её, но принцесса и не думала прекращать истерику.
– Ты моя охранница! То, что важно для меня, должно быть важно и для тебя тоже!
– Катриона, – вздохнула я, прижимая ладонь ко лбу. Подопечная ойкнула, осознав, что сказала лишнее, но слов уже не воротишь. Да и незачем.
– Я не хотела… в том смысле…
– Поздно метаться. И беспокоиться тоже поздно. Астарта и Мириэль давно уже догадались, что я не фрейлина.
Девушки дружно кивнули.
– Разве ты не должна охранять меня тайно? Отец говорил…
– Да, Его Величество Тириан Второй говорил, что миссия секретная. Но ещё он говорил, что на отборе мы не задержимся надолго. Я могла бы сохранять инкогнито неделю. Максимум три. Но мы тут находимся уже больше двух месяцев. Я хоть и натренирована для продолжительных операций, но всё-таки не являюсь профессиональным охранником или актрисой. По крайней мере, пока. Нет смысла лезть из кожи вон и притворяться серой мышкой для тех, кто не представляет опасности.
– Поняла… Извини, – пробурчала Катриона, отвернувшись.
Как ребёнок, честное слово.
Я снова вернулась к размышлениям, тщетно пытаясь собрать все свои подозрения, все сны, все происшествия в единое целое и найти между ними хоть какую-то связь.
Что мы имеем? Огненный источник, который находится незнамо где и которому грозит опасность – одна штука. Странные сны, наводимые духами драконов-прародителей – огромное количество штук. Неизвестный менталист, а может быть, и менталисты, затихшие после гибели Аверилл – тут даже комментировать не буду.
В моих снах звучали неразборчивые женские голоса, значит, в деле замешаны не преступники, а преступницы. Или не только преступницы…
Куда во всю эту кашу можно поместить офицера Аттвуда? Ещё бы не забыть погибшую фаворитку императора, с которой и начались мои приключения. Кто её убил? Тоже менталист?
Всевышний, как же сложно. Нужно вновь попытаться рассказать всё советнику, и я уверена, мне станет легче. Просто попытайся, Оливия.
– Я хоть и мало знаю тебя, Ливи, но нечто мне подсказывает, что твои проблемы совсем не относятся к охране принцессы, – Мириэль прервала молчание. – Что тебя гложет?
Я внимательно посмотрела на Катриону, убедившись, что та задремала, и ответила:
– Офицер Норд Аттвуд. Вы что-нибудь знаете о нем?
– Скрытный, – сразу ответила Астарта. – Судя по слухам, он давно при дворе, выполняет управленческие обязанности, подконтролен тайному советнику, заведует портальной системой Аргариона и… И всё. Больше ничего не известно. С ним что-то не так?
– Он скользкий тип, – я раздражённо цокнула языком, умолчав о нашей встрече в лавке артефактов. – Мне не нравится его внезапный интерес к Катрионе, не нрав… Почему мы остановились?
Карета медленно, плавно затормозила прямо посередине дороги.
За окнами простиралось огромное заснеженное поле – открытая местность без единого сооружения. Не было ни намёка на жилые поселения, таверны или гостевые дома.
Я хотела приоткрыть дверь, но один из эршей спешился и заглянул к нам сам.
– Леди, мы сделаем остановку на пару минут, – дракон был напряжён, смотрел по сторонам, прищуривая глаза, словно пытаясь что-то разглядеть. – Не волнуй…
Вдруг вдалеке раздались странные возгласы, сопровождаемые протяжным ржанием лошадей. Охранник, не договорив, с силой захлопнул дверцу и скрылся из виду. Остальные дёрнули поводья, последовав за ним.
– Что происходит? – Астарта посмотрела в окно, но тут же дёрнулась назад, когда мимо кареты пронёсся огненный смерч.
Мириэль закричала, потянув драконицу на себя, а я судорожно начала будить принцессу. Сонная Катриона сразу смекнула, в чём дело, мелко задрожала, вытаращенными глазами глядя, как снаружи один за другим пролетают сгустки огня.
– Пригнитесь все, быстро! – рявкнула я, складывая ладони перед собой.
Понадобилось несколько минут, чтобы сосредоточиться на пространстве и перестать реагировать на всеобщую панику. Я напряжённо сплетала магические потоки в огромное полотно, вливая в него добрую половину сил и создавая непроницаемый защитный купол.
– Сядьте все напротив меня, прижмитесь друг к другу, – я старалась говорить уверенно, но голос всё равно выдавал волнение. – Видите мерцание вокруг себя? К нему не прикасаться, за него не вылезать!
Пол под ногами затрясся, кучер погнал лошадей, пытаясь увезти нас дальше от нападающих, но не прошло и секунды, как карета резко остановилась, едва не повалив нас с сидений. Среди грозных возгласов, криков боли, поражения, ликования я услышала хриплый болезненный стон и глухой удар.
– Это же… – Мириэль обернулась, громко всхлипнув.
Это кучер.
Побелев от тревоги, я начала лихорадочно соображать, что делать дальше.
Из оружия у меня только магия и стилет, который, слава Всевышнему, я до отъезда решила спрятать в корсете. Порталов поблизости нет, никаких поселений тоже…
А единственный способ связи с дворцом был у эршей.
– Что делать, Ливи? Что нам делать?! – Катриона прижала ладонь к губам и теснее приникла к Астарте.
Испуганные лошади, запряжённые в карету, остались без магического управления и бросились врассыпную, но прежде чем мы успели что-то предпринять, левую дверь кареты задел огненный шар. Невесты вновь заголосили, увидев, как колдовское пламя стремительно переходит на стены и потолок.
– Держитесь подле меня, ни шагу дальше! – приказала я, выбивая противоположную дверь, и выбралась наружу. Девушки вылезли за мной, стараясь казаться незаметными.
Но для пряток было слишком поздно.
От открывшегося вида волосы на затылке встали дыбом. Снежное поле вокруг нас было запятнано алыми следами крови. Половина императорской охраны оказалась убита, а та, что осталась, окружила нас и усиленно отбивалась от преступников.
Их было много. Слишком много. Драконы в чёрных масках, чёрных накидках, возможно, наёмники. У каждого на поясе висела сабля, которой они не спешили пользоваться, прекрасно справляясь лишь с помощью магии.
Мы не выстоим.
– Нам нужен артефакт связи, – прокричала я, срывая голос.
Если, не дай Всевышний, их уничтожили, если эрши, отвечающие за них, мертвы, мы подписали себе смертный приговор.
– Ливи, это он? – Мириэль выхватила из рук охранника круглый синий предмет с мерцающими жёлтыми вкраплениями.
– Да! Давай я… – договорить я не смогла, болезненно ощутив внезапные удары в купол.
Эрш, прикрывавший нас сзади, упал замертво, открыв наёмникам путь к нам.
– Катриона, у тебя же есть магия, верно? У вас у всех есть магия! – процедила я, укрепляя невидимый барьер. – Прикоснитесь к артефакту все вместе, попытайтесь сосредоточиться, мысленно представьте, как переливаете в него энергию!
– У нас не получится, мы не…
– Я не смогу это сделать сама. Если попробую, то ослабнет защита, и до нас быстро доберутся.
От напряжения у меня дрожали руки и ноги, я выбивалась из сил, не зная, что предпринять.
Ряды нашей охраны поредели, подготовленные императорские воины отчего-то с треском проигрывали, отдавая преимущество противникам.
– Ничего не происходит! – провыла эльфийка, отступая от артефакта, и испуганно вскрикнула, когда огненный шар попал в эрша позади неё.
От неожиданности она запуталась в подоле дорожного платья и оступилась, падая за пределы защиты.
– Мириэль!
Я ринулась к ней одновременно с драконом, создающим очередной магический шар. Вскинула руку, попав серебристой молнией ему в грудь, и дёрнула эльфийку обратно под купол.
А вот сама просчиталась.
Затылок прострелило болью, когда сзади кто-то рванул меня за волосы и прижал к шее широкую саблю. Руки оплели антимагические путы, заблокировав любые попытки вырваться.
– Убери свою защиту, немедленно, – прошипели над ухом, надавив острым лезвием на тонкую кожу. Я поморщилась от болезненных ощущений. Небольшой порез тут же начал печь, пульсировать, словно это был самый настоящий ожог. У драконов на клинках яд? Или… Стоп… Маячок!
Следящее заклинание активировалось! Советник же поставил на меня следилку, а я, дурочка, забыла. Но как она работает?
– Я сказал, сними защиту! – взревел дракон.
«Рейнард, услышь меня, прошу!» – мысленно взмолилась я, концентрируясь на ноющей метке.
– Сначала отпусти, мне нужно дотронуться до купола.
– Ты держишь меня за придурка?!
– Я не смогу убрать защиту, если не расплету энергетические потоки! – рявкнула я что есть мочи, понадеявшись, что этой нелепице поверят. Ответное молчание показалось вечностью. Дракон нехотя ослабил хватку, лишь на несколько секунд убирая саблю от шеи, но этого хватило, чтобы я успела вытащить стилет и ударить им преступника в живот.
– Ливи, сзади!
Пронзительный крик Мириэль перебила неожиданная острая боль в области рёбер, в один миг распространившаяся на всё тело.
Я в очередной раз просчиталась, не уследив за чёртовой саблей.
Наёмник зажал свою рану и на последнем издыхании попытался замахнуться на меня окровавленным лезвием, но его отбросила в сторону появившаяся ниоткуда свора красноглазых монстров. Кажется, нас нашли.
Мир пошатнулся, лёгкие опалило жаром, и я рвано вздохнула, оседая на землю. Но упасть не дали сильные руки.
– Всё хорошо, Оливия, – прошептали в макушку, прижимая меня крепче к чему-то тёплому. – Всё хорошо. Сейчас будет легче. Потерпи, милая.
В ушах зашумело, перед глазами стали расплываться огненные всполохи, голубые ореолы и образы драконов. Боль почему-то отошла на второй план, сознание подёрнулось дымкой, но перед тем, как провалиться в беспамятство, я почувствовала мягкий, терпкий аромат. Его аромат.
Он услышал.

Глава 39

– Ваша Светлость, ранение графини Шэролл вылечено, но магический резерв серьёзно пострадал. Она будет восстанавливаться пару дней, – пожилой дракон в белом халате низко поклонился, пытаясь скрыть дрожь в голосе.
– Свободен.
Короткий приказ, ледяной тон, и целитель, опасаясь гнева самого Рейнарда Эстанвиля, вылетел из помещения так быстро, как никогда не прибегал к своим тяжелобольным пациентам.
Герцог посреди белого дня переместился в лечебный отсек с раненой девушкой на руках, напугав добрую половину врачевателей и потребовав под страхом казни немедленного оказания целительской помощи.
Перечить правой руке императора не посмел никто, дворцовые целители мгновенно приступили к выполнению приказа и подозрительно косились на спящую графиню, пытаясь понять, почему тайный советник, которого годами сопровождали эпитеты «жесткий, безэмоциональный, опасный», так взволнован.
Сейчас, спустя десять часов после происшествия, Рейнард стоял в полутёмной лечебной комнате напротив высокого окна и думал, с какого момента всё пошло не по плану.
Когда человеческая гостья посмела дерзить ему в его же кабинете? Когда она, показывая полное отсутствие чувства самосохранения, бросалась непозволительными словами в адрес тайного советника Аргариона? Когда Рейнард безжалостно, со странным удовлетворением убил Освальда Коннела за то, что тот посмел её обидеть?
Нет. Всё началось, когда Оливия Шэролл прибыла во дворец. Когда, увидев её на торжественном ужине – хмурую, безразличную ко всему, – дракон Рейнарда будто проснулся от долгой спячки, поднял любопытную голову, принюхался и немедленно потребовал маленькую графиню себе.
Эстанвиль был шокирован, ошарашен, впервые за долгое время он оказался сбит с толку поведением своего зверя. Но, осознав, в чём дело, взбесился. Стал противиться странному притяжению, не понимал, не верил, думая, что наглая девчонка обычный менталист, безрассудно попытавшийся поработить его волю.
Он следил за ней ежечасно, желая поймать с поличным, обвинял и сотни раз проверял самого себя на магию внушения, но ничего. Пусто.
Так не бывает. Раньше не бывало. Только Рейнард не мог понять причины, не мог понять, почему раз за разом его тянет к Оливии. К человеку. К подданной вражеского королевства.
Он осаживал дракона каждый раз, когда тот внушал своему хозяину симпатию, невиданные ранее чувства нежности, интереса. А со стороны это выглядело как непостоянство подростка, безуспешно пытавшегося обуздать свою вторую ипостась. Словно все чувства, ранее находившиеся под контролем, решили взбунтоваться, вырваться на свободу: непримиримая ненависть в сторону герцогини, затем странное, противоестественное влечение.
Это неправильно. Это смехотворное поведение, душевные, эмоциональные метания не соответствовали характеру Рейнарда Эстанвиля. Но его зверю было всё равно, дракон лишь мысленно посмеивался, виляя хвостом.
Рейнард надеялся, что графиня уедет из Аргариона, исчезнет вместе с принцессой, но очень некстати начали происходить странности. Принцесса Невилании осталась на отборе по велению великих духов. Подумать только, за человека решили заступиться его предки, раннее игнорировавшие просьбы Бертранда! Это ли не повод подозревать вмешательство людей или самой Оливии Шэролл – упрямой, прямолинейной и беспардонной человечки?
Он издевался над ней, сажал в темницу, выгонял, обвинял и сам себе делал больно, видя её страдания.
Всё изменил тот роковой день, когда Рейнард с Бертрандом решили провести осмотр границ. Дракон после продолжительной спячки разминал крылья, свободно парил в воздухе, показывая жителям Аргариона свою силу, но вдруг что-то потянуло его ко дворцу. Что-то желанное, необходимое, нужное, требующее внимание. И он полетел. Не обратив внимания на рёв брата, полетел прямо вниз на небольшую террасу. Не замечая невест, слуг, распорядителей, видя перед собой лишь её: восторженную, удивлённую, но не испуганную, как остальные.
В голове набатом била тревога, Рейнард осознавал – происходит невозможное, неправильное. А потом его дракон покорно склонил голову и позволил человеку дотронуться до своей прохладной кожи.
Когда от осторожного прикосновения её ладони тело прострелило молниями, когда тепло разлилось патокой в душе и сердце, когда мысленно его зверь, оглушая своим рёвом, возликовал «моя», Рейнард всё понял.
Понял и возненавидел ещё сильнее. Но уже не её. Её он не мог ненавидеть, а себя – запросто. Возненавидел за слабость, которая не присуща ни тайному советнику империи, ни герцогу, ни просто Рейнарду Эстанвилю. Возненавидел судьбу за такую подлую ловушку, но почему-то всё равно решил отыграться на Оливии.
Внутренний зверь взревел, увидев, как она в то утро выбежала из кабинета, а Эстанвиль вновь его осадил. С усилием, переступая собственные желания, осадил и мысленно напомнил – он дракон, член императорской семьи, второй по власти в Аргарионе. А она человек. И этого достаточно.
Казалось, всё решено – после прямого совета уезжать Оливия Шэролл должна была избегать его и дожидаться отправления в Невиланию, но она в очередной раз удивила.
Удивила, обезоружила, заставила восхищаться дерзким и непокорным танцем, смотреть на плавные изгибы, внимать каждому движению. И злиться на то, что всё это не его. На то, что рядом с ним сидят проклятые пешки Бертранда, откровенно пялясь на неё, на её образ, её тело. Дракон внутри рычал, дышал огнем, и Рейнарду захотелось прямо в том зале сменить ипостась, разорвать каждого, кто посмел смотреть, а после схватить гордую упрямицу и запереть в своём собственном фамильном замке. Чтобы огонь в её глазах принадлежал только ему.
Сдерживая зверя, Рейнард позорно сбежал к себе в покои, перевернул вверх дном комнаты, разбил хрусталь, бокалы, графины, вина.
А потом услышал в своём кабинете её гневный оклик.
Дракон утих, как только увидел избранницу, подтолкнул Рейнарда навстречу к ней и грозно зарычал, когда хозяин вновь начал нести чушь.
И Эстанвиль смирился. Принял неизбежное, наконец посмотрел в нежные серые глаза, терзавшие ему душу всё это время, встретил упрямый взгляд, который он так любил…
Любил же? Взгляд – да…
А её саму?..
Податливые мягкие губы с прытью ответили на его напор, хрупкое тело отозвалось на ласку, затрепетало от прикосновений, и Рейнарду показалось, что он наконец испытал счастье. А всё остальное стало таким не важным, таким бесполезным…
Пара. Истинная пара.
Пусть это исключено, немыслимо, но только так можно объяснить его странное влечение к ней, его постоянное противостояние с собственным драконом, который с самой первой встречи заявил свои права на маленькую графиню…
Рейнард вынырнул из воспоминаний и, тяжело вздохнув, оперся затянутыми в перчатки руками на подоконник.
Чувство вины не давало ясно мыслить, снова и снова упрекая советника за то, что отпустил её тогда, за то, что позволил ей сбежать, взять перерыв и обдумать свой поступок. А может, позволил не только ей, но и себе… До него даже не сразу дошли слова о духах, Рейнард думал поговорить с ней об этом позже, но всё отошло на задний план, когда он услышал её мольбу о помощи.
Сцена, как тот смертник вынимает из её тела окровавленную саблю, до сих пор стояла у Рейнарда перед глазами. Тогда он подумал, что вырвет ему сердце прямо там, но шидаи – верные слуги, поняли хозяина без слов и первыми бросились на отродье. А внутренний дракон впервые со дня дворцового переворота жалобно завыл.
Рейнард в мгновение ока оказался рядом с ней, подхватил на руки, как пушинку – настолько лёгкой она была. Начал шептать что-то несуразное, а сам боялся смотреть на алое пятно, расплывающееся по белоснежной ткани. Он вливал свою силу, не давал ослабнуть и молил духов о том, чтобы Оливия осталась жива. Потому что, если она умрёт, он отправится за ней.
– Рейнард, подойди ко мне.
В мыслях раздался спокойный голос брата и окончательно развеял дымку прошлых событий.
– Сейчас? – отстранённо спросил герцог, рассматривая крепко спящую девушку.
– Рейн, ты уже окружил её всеми возможными щитами, – со смешком ответил император. – И графиню Шэролл охраняют мои личные эрши. Она в безопасности.
– В путешествии её тоже охраняли твои личные эрши! – рявкнул советник, сжимая ладони в кулаки.
Бросив последний взгляд на Оливию, он с явным недовольством открыл портал и перенёсся в приёмную Бертранда. Его брат был взволнован, хоть и тщетно пытался это скрыть.
– Что произошло?
– Меня волнует отбор, – император сидел за письменным столом, хмуро рассматривая подписанные недавно приказы. – Близится последнее испытание, но ни одну из невест я всё ещё не вижу императрицей.
– Тебе стоит пообщаться с ними лично. – Рейнард сбросил камзол и опустился в кресло напротив. Удивительно, но сегодня он за долгое время по-настоящему устал.
– Не думаю, что это решит проблему. Пока есть три претендентки, которые вызывают во мне, по крайней мере, интерес, но…
– Но сейчас тебя на самом деле волнует не это. Я прав?
Бертранд посмотрел на брата, снова отмечая его удивительную проницательность.
– Я так и не смог выйти с ними на связь, – угрюмо сообщил он. – Ни под каким предлогом. Ни наедине, ни во время снятия меток с выбывших невест. Духи принимают и отдают силу, они не спят, но не хотят начинать разговор. Может… может, ты попробуешь?
– Пробовал, – Рейнард утомлённо потёр переносицу, вспоминая, сколько раз пытался воззвать к прародителям. – Я пробовал, но тишина.
– Тогда я вижу единственный имеющийся выход – нужно допросить графиню Шэролл. Она не зря тогда заикнулась тебе о духах. – Правитель Аргариона уверенно хлопнул ладонью по столу, но сразу же остудил пыл, увидев, как глаза тайного советника загорелись золотом.
– Никакого допроса, Бертранд, – процедил Рейнард. – Ты услышал меня? Я поговорю с Оливией сам.
– Всё, спокойно. Я понял, – Бертранд, ухмыльнувшись, вскинул руки в примирительном жесте. – Насколько ты уверен, что она твоя…
– Уверен, как в самом себе.
На мгновение в помещении повисло молчание.
– Сможешь её отпустить? – Император выжидающе уставился на брата, подмечая, как напрягается его челюсть.
Эстанвиль, не ответив, отошёл к стеклянным шкафам, вытащил два округлых бокала, бутылку элитного эльфийского коньяка и поставил перед Бертрандом.
Под звук льющейся янтарной жидкости император Аргариона и его советник думали об одном и том же.
Только наедине, отбросив титулы и обязанности, они могут быть открытыми и расслабленными. Они могут быть обычными братьями.

Глава 40

– Она спит ещё?
– Спит. Хотя целитель говорил, что уже должна очнуться.
– Не переживай, она сильно пострадала, ей нужно много отдыха.
– Ой, смотри…
Сознание возвращалось донельзя медленно. Ещё не до конца понимая, где нахожусь, я пошевелила сначала пальцами правой руки, затем левой, удостоверилась, что вроде жива, и открыла глаза.
Яркий свет в ту же секунду ослепил, вынуждая снова болезненно зажмуриться.
– Ливи!
Я промычала в ответ что-то невнятное. Ну зачем же так кричать? Все чувства обострились: звуки, запахи, цвета обрушились снежной лавиной на одну бедную меня.
– Воды, – прохрипела я, снова пытаясь приоткрыть глаза.
– Сейчас, подожди минутку.
Мириэль подорвалась к хрустальному графину, стоявшему на прикроватной тумбе, и практически опрокинула его содержимое над стаканом.
– Как ты себя чувствуешь? – Астарта присела на край белоснежной постели, погладив мою ладонь.
– Как будто три года провела в пустыне, – призналась я, принимая из рук эльфийки стакан.
В горле словно царапали кошки, глотать было больно, даже вода не помогла.
События прошлого и последние воспоминания медленно, со скрипом возвращались ко мне: прощание с Фредериком и Вираной, дорога домой, нападение, защитный купол…
– Где Катриона? – Я подорвалась с постели, отбросив пустой стакан в сторону, но сразу же упала обратно из-за головокружения.
– Тебе нельзя так резко вставать! – прикрикнула Мириэль, присаживаясь рядом с Астартой. Вид при этом у неё был чересчур взволнованный, что сильно мне не понравилось. – Катриона в полном порядке. Она хотела дождаться твоего пробуждения, но император вызвал её к себе на встречу.
– Снова?
Я попыталась проверить, где находится принцесса, по заклинанию слежения, но, видимо, магический резерв восстановился не до конца. Вместо местоположения Катрионы я получила очередное головокружение.
– Мы сами удивлены. И не только мы, но и остальные невесты. И… Лучше начать с самого начала.
– Что значит с начала? – недоумённо переспросила я, принимая сидячее положение.
– Ты была без сознания пять дней, Ливи, – тихо заметила Астарта.
– Как пять?! Нельзя пять!
– Ты только не паникуй! Ничего плохого не случилось.
Громко простонав от досады, я покачала головой и уставилась в потолок. Пять дней. Практически неделю принцесса не была под присмотром, духи не выходили на связь, во дворце могло происходить что угодно, а Рейнард так и не… Ой.
Лицо мгновенно запылало от смущения. А может, и от стыда.
Вот теперь я точно вспомнила всё. И падение Мириэль, и наёмника с саблей, и ту адскую боль, и Рейнарда, и: «Сейчас будет легче, Ливи. Потерпи, милая», и… Всевышний, позволь мне просто провалиться под землю!
– Милая, – подозрительно протянула Астарта, а я дёрнулась, как от удара, услышав это слово. Прекрасно! Кажется, у меня выработался рефлекс. – О чём ты сейчас думаешь?
– У тебя жар?! – Мириэль едва не навалилась на меня, принявшись с усердием ощупывать лоб.
– Нет, тут просто душно, – простонала я, убирая настырные руки эльфийки. – Лучше расскажите мне, что творилось во дворце, пока я была в отключке. С момента нашего спасения.
– Это запросто. – Астарта устроилась поудобнее и углубилась в воспоминания. – Прямо в тот момент, когда тебя ранил наёмник, вокруг стали открываться порталы, из которых вышли десятки эршей! Мы побежали к тебе, но Его Высочество Рейнард Эстанвиль нас опередил: подхватил тебя на руки, прижал к себе и ушёл через собственный портал.
Драконица замолчала и послала мне откровенный, двусмысленный взгляд. Мириэль тоже не осталась в стороне и, сложив руки на груди, сидела с таким видом, словно сорвала куш.
Да что же это такое?!
Я возмущённо вздохнула, злясь больше не на подруг, а на собственную глупую реакцию, вытащила из-под головы подушку, замахнулась и…
– Подожди! – Астарта со смешком пригнулась, выставляя руки в защитном жесте. – Мы больше не будем. Я продолжу рассказывать дальше.
А дальше действительно не было ничего интересного. Ну почти. После того как нас спасли, всех невест сразу обследовали целители на наличие ран, но, ничего не найдя, отпустили. Девушки беспрерывно рвались ко мне в комнату, но, по их словам, сам советник запретил впускать кого-либо. Только вчера им всё же удалось меня увидеть.
– Ты не представляешь, как мы волновались за тебя! – жалобно протянула Мириэль. – Твоя рана была очень серьёзной! Даже мы, находясь на несколько метров дальше от тебя, видели огромное красное пятно на платье. И герцог Эстанвиль как с ума сошёл! Кричал на всех, распугал целителей, чтобы немедленно тебя вылечили.
С каждым новым откровением мои щёки, как назло, начинали краснеть, а внутри нарастало странное ощущение, похожее на наслаждение.
Кошмар. Я превращаюсь в одну из тех кисейных барышень в Невилании, которых раньше так недолюбливала.
– Давайте вернёмся к событиям во дворце, – попросила я, прокашлявшись и прочистив горло. – Как остальные невесты восприняли новость о нападении?
– Все были в шоке первое время.
– Да уж, первое время, – недовольно прокомментировала эльфийка. – Сначала они выражали соболезнования, но потом вернули себе прежний змеиный вид. А уж после того, как избранниц осталось всего десять, чуть не повырывали друг другу волосы из-за конкуренции! Представляешь, одна графиня…
– Стой, стой, стой, – затараторила я, подаваясь вперёд. – Как десять избранниц? Вас же было больше двадцати!
– На следующий день после нашего прибытия леди Кассандра, герцогиня Ла Фрейн и ещё кучка смотрителей устроили очередное собрание, где назвали выбывших. Ты бы видела, какой шок был у невест! Они-то думали, что все прошли, а тут такое.
Так резко выгнать сразу шестнадцать невест… Я бы тоже была шокирована.
– Катриона, выходит, на первом месте.
– Именно, – взяла слово Астарта. – Более того, наша принцесса теперь враг номер один практически для всех невест. Внезапная и очень явная благосклонность Его Величества вызывает зависть, а Катриона это только подогревает. Она сама заявила на ужине, что Бертранд Оторе приглашает её на прогулки.
Я на автомате закатила глаза и, не сдержавшись, прикрыла лицо руками. Чего добивается принцесса, не знает, наверно, сам Всевышний.
– На неё пытались напасть? – хмуро спросила я, внутренне надеясь на отрицательный ответ.
– Нет, что ты. Охрана для невест усилилась вдвойне, если не втройне. Вне покоев за девушками следят постоянно. Никто в здравом уме не посмеет сделать подлость при такой слежке.
Я лишь усмехнулась, вспоминая, как драконицы готовили подлянку Катрионе на самом первом испытании. И это было не при эршах, а при императорской семье. Поэтому сейчас можно ожидать всё что угодно. Катрионе повезло, что до сих пор не было никаких поползновений.
– А вы видели её вместе с Его Величеством? Может, она сама что-то рассказывала? – полюбопытствовала я.
– На удивление, нет, – ответила Мириэль. Выглядела эльфийка немного обиженной. Наверно, неразговорчивость принцессы явно ей не понравилась. – Мы как-то пытались расспросить её, но она почему-то разозлилась, сказала, что это не наше дело.
– Катриона так сказала? – удивлённо переспросила я и, получив дружный кивок, озадаченно уставилась перед собой.
У неё началось королевское обострение, что ли? Или успех в отборе так голову вскружил? Вероятность того, что император выберет Катриону, для меня всё ещё оставалась нулевой. Человека на трон Аргариона не посадят, и с какой целью Бертранд ухаживает за принцессой – непонятно.
– Завтра, кстати, новое испытание! – прервала молчание Мириэль.
– Ты выглядишь такой довольной, – не удержалась я от комментария, рассматривая светящуюся от радости эльфийку.
– Потому что больше я в этом не участвую! Представляешь, я совсем забыла, что с отбора нельзя уйти по собственной воле, можно только с одобрением императора и духов. Но мне повезло. Я заняла одиннадцатое место в конкурсе, не попала в десятку и выбыла честно.
– Мне кажется, духи уже ничего не решают, – пробормотала я, вспоминая слова Савейи и императора после конкурса.
Они на полном серьёзе спросили нас об отъезде в Аргарион. Что-то мне подсказывает, если бы мы дали положительный ответ, нас бы беспрепятственно отпустили домой. Но почему так? Неужели слова Рейнарда имели такую силу, что даже воля духов могла быть нарушена? Или, напротив, мы не интересовали духов, поэтому их разрешение не понадобилось бы? Нет, последний вариант точно не подходит.
– Что ты имеешь в виду? – спросила Астарта.
– Просто мысли вслух, – отмахнулась я и быстро перевела тему. – Расскажите, что за испытание будет завтра.
– Очень интересное, я даже на секунду пожалела, что выбыла, – поделилась Мириэль. – По словам леди Кассандры, новое испытание будет решающим для полуфинала! Они придумали какую-то иллюзорную комнату. Невесты попадут в разные обыденные ситуации, которые могут случиться с императрицей. Как нам объяснили, это может быть внезапное нападение, суд над предателями империи, приём титулованных гостей и ещё много чего. Чтобы успешно пройти испытание, нужно принять правильное решение, как и подобает правительнице драконов и мудрой жене императора. Вот так вот.
– А правильное решение – это какое? – спросила я.
Девушки одновременно пожали плечами. Весело.
Мы проговорили ещё добрых два часа. Ко мне пару раз заходили почему-то очень нервные на вид целители, спрашивали о самочувствии, давали какие-то горькие, противные настойки и уходили.
С наступлением вечера я осталась абсолютно одна. Тщетно надеялась, что Катриона соизволит навестить меня, но от принцессы не было ни слуху ни духу, что чересчур сильно раздражало.
Я как будто имела дело с маленьким ребёнком, но никак не принцессой королевства, невестой императора, претендующей на звание императрицы!
Когда на часах пробило девять, я плавно перешла к самокопанию. А именно – прокручивала в голове сцену после ранения раз по пятьдесят и почему-то улыбалась, как дурочка.
Он ведь испугался? Моя сентиментальная сторона усиленно кивала головой, а вот разум никак не хотел представлять напуганного и обеспокоенного Рейнарда Эстанвиля. Никак этот образ не хотел ложиться на всегда хмурого тайного советника.
Интересно, а он уже спит? Может, прийти к нему сейчас и поговорить? Ну нет… Или да?
С минуту я сидела на кровати, пялясь в одну точку и усиленно раздумывая, как поступить. С одной стороны, смущение после того поцелуя и его последних слов усиленно било тревогу и крутило пальцем у виска, мол, совсем ты, Ливи, ненормальная. Но, с другой стороны, какая-то неведомая сила упорно толкала меня пойти к Рейнарду.
Так я и сделала. Как была – в белом длинном платье для пациентов и такой же белой обуви, тихо вышла из комнаты и посеменила в сторону выхода из целительского отсека.
Руки подрагивали не то от волнения, не то от холода, в голове набатом бил липкий страх. А что, если всё повторится, как в прошлый раз? Что, если тот поступок на поле был из-за сочувствия ко мне?
Пока я страдала от сомнений, я успела подойти к его кабинету. Слуг на пути, на удивление, не встретилось. А может, и хорошо, что не встретилось.
Я уже занесла руку, собираясь стучать, как за спиной раздался глубокий хрипловатый голос:
– Вы почему не в постели?
Я вздрогнула, покрывшись мурашками, и быстро развернулась, встречаясь взглядом с очень недовольным герцогом.
– В какой постели? – глупо переспросила я и сразу же мысленно дала себе подзатыльник.
Нашла что спросить, Оливия! Судя по тому, как Рейнард вскинул брови, он тоже не понял моего вопроса.
– Вероятно, в той, в которой вы лежали последние пять дней.
– У меня к вам срочный разговор, – сказала я прямо в лоб, чтобы больше не ляпнуть ничего лишнего.
Советник молча открыл мне дверь, приглашая внутрь, и вошёл за мной. Я застыла посреди помещения, не зная, что предпринять, и спиной почувствовала, как Рейнард бесшумно подошёл ближе.
Только не вздумай дрожать, Ливи!
– У меня тоже к вам серьёзный разговор, Оливия. – он обошёл застывшую, как статую, меня и, как обычно, устроился за столом, кивком указывая на кресло напротив. – В прошлую нашу встречу в кабинете мы…
– Дайте догадаюсь, – перебила я, настойчиво отметая смущающие воспоминания о том вечере. – Духи?
– Верно, – Рейнард расслаблено откинулся на спинку, с интересом наблюдая за мной. Словно понял, что я специально не дала ему договорить.
– Хорошо, – вздохнула я и, прочистив горло, попросила: – Обещайте не перебивать и дослушать до конца.
Он слабо махнул ладонью, выказывая согласие, и я начала рассказ.
Руки вспотели, как на экзамене, но я старалась не выдавать своего беспокойства, подмечая каждую реакцию дракона. А реакции, в общем-то, не было. Советник сидел неподвижно, лишь изредка постукивая пальцами по столу, слушал внимательно. Только пару раз поднимал в недоумении брови – как раз в тот момент, когда я начала рассказ о снах и перемещениях по замку.
История затянулась на целый час, под конец у меня практически полностью осипло горло, но, несмотря на это, я почувствовала удивительную лёгкость. Даже зависла на пару минут, оценивая новые ощущения. Как будто избавилась от тяжёлого груза на плечах и наконец-то смогла свободно дышать. Хотя, наверно, так оно и было.
– Ваша прогулка той ночью и периодические исчезновения из этого мира по утрам – проделки духов?
Я кивнула.
– Сновидцы в ваших предках, получается, вымысел, – задумчиво резюмировал он. А после вдруг хмыкнул, поднялся со своего места, вызывая лёгкую настороженность, подошёл впритык к моему креслу и протянул не пойми откуда взявшийся стакан воды. – Помните, я говорил, что не люблю ложь?
– Помню, – просипела я, делая осторожный глоток. – Но у меня не было выбора.
– У вас был выбор – рассказать мне всё сразу же, как только начались странности.
– Нет, – я упрямо мотнула головой, тоже поднимаясь со своего места. – Вы разве не помните, как со мной обращались? Я боялась, что меня запрут в темнице после признания.
– Сейчас не боитесь? – Эстанвиль чуть наклонил голову и оценивающе прищурил глаза. Складывалось такое ощущение, что он наслаждался своим допросом.
Я, затаив дыхание, рассматривала аристократические, мужественные черты лица. Уголки губ советника слегка подрагивали, нарушая его непроницаемый образ. Значит, смешно ему?
– Не боюсь, – я дёрнула плечом. – Вы себя так ведёте, будто в том, что я рассказала, нет ничего необычного.
– О нет, моя дорогая, – низко протянул Рейнард, а я снова покрылась этими чёртовыми мурашками. Я когда-нибудь смогу говорить с ним нормально без этих побочных эффектов? – Вашу ситуацию нельзя назвать необычной. Она аномальная. Опасная. Скрывать её – преступление. Но я не стану вас ругать за молчание, хотя следовало бы.
– Вот спасибо вам. Удружили, – фыркнула я, не уследив за языком. – Может, вы ещё отлупите меня за непослушание?
Посмотрела на герцога с вызовом, но запал исчез, как только я увидела сверкнувшие золотом глаза. Рейнард внезапно коварно ухмыльнулся, напоминая скорее демона-искусителя, нежели дракона. Сделал шаг вперёд, сокращая и так слишком маленькое расстояние между нами, и вкрадчиво произнёс:
– Вас не то что отлупить нужно, графиня Шэролл. Вас нужно связать и запереть где-нибудь, чтобы вы больше не находили приключения себе на… голову.
– Странные у вас фантазии, Ваша Светлость, – пробормотала я, чувствуя, как ручка кресла впивается в копчик. Ещё чуть-чуть, и свалюсь вниз.
– Вы не правы. Фантазиям обычно не свойственно сбываться, Оливия. А вот планам – напротив, – заметил Рейнард.
Я зачарованно кивнула, а потом до меня дошёл смысл слов.
– Что значит – планам?!
– Вы помните, что говорили женщины в ваших снах? – Герцог резко сменил тему и как-то слишком быстро вернулся в кресло.
Я со скрипом подавила своё негодование и тоже присела.
– Они говорили обрывками, голоса были искажены… Что-то про зимний бал, про то, что он будет триумфом, а преступники совершат некий ритуал. Остальное, увы, не помню. Их разговор больше походил на набор слов, – удручённо ответила я. – Это что-то даёт нам?
– Зимний бал – это торжественное прощание с духами и официальное завершение отбора. На нём император объявит победительницу, – с каждым словом Рейнард всё больше хмурился, громко постукивая пальцами по столу.
– Возможно, они выберут тот момент, когда духи будут наиболее уязвимы, – предположила я. – Но я хочу узнать, почему духи просят меня найти кого-то? Они имеют в виду преступницу? Почему мне снится этот источник? И Вероника, та убитая девушка, и Её Высочество Лариадна Линарин Оторе?
– Как же вы раньше жили с этими вопросами? – Герцог внезапно низко рассмеялся, а я заворожённо зависла, глядя на его искреннюю улыбку. Захотелось ущипнуть себя, может, я всё-таки сплю. – Смею полагать, они вас мучили круглые сутки.
– Да, – протянула я заторможенно. – Потому я надеюсь, что вы мне наконец на них ответите.
– Источник, очевидно, цель заговорщиков, прародители указывают на его уязвимость. Убийцу Вероники мы не нашли, но теперь я полностью убеждён, что это был менталист. Насчёт Лариадны предположений пока нет. – советник задумался. – Скажите, что дословно духи говорили, когда обращались к вам?
– Постоянно повторяли «найди её».
– Они просили вас найти Лариадну, – мрачно заключил Рейнард.
– Но ведь… – начала я и запнулась, не найдя, что возразить.
Я же тоже об этом думала. Это самый логичный вариант – духи просили найти свою хранительницу.
– Я знаю, что Её Высочество пропала без вести, но есть ли шанс, что она жива?
– Мы с Бертрандом искали её двадцать лет. Двадцать долгих лет во всех уголках мира. Мы нанимали лучших сыщиков, использовали сотни самых мощнейших заклинаний поиска, – Рейнард горько усмехнулся, прерываясь. – Но не нашли. После её пропажи духи стали вести себя обеспокоенно, не отвечали на наш зов, а позже совсем прекратили выходить на контакт. Мы опасаемся, что вскоре можем окончательно потерять с ними связь. Но для того, чтобы её восстановить, нужна Лариадна – хранительница огненного источника. Раньше я думал, шансов на то, что она жива, больше не осталось. Но теперь у меня появилась надежда.
На последнем слове советник красноречиво посмотрел на меня.
– Думаете, я смогу помочь её найти? – поинтересовалась я скептически.
– Да. Мы обращались к видящим, но даже они оказались бессильны. Вы, Оливия, действительно последняя надежда.
Я всполошилась при слове «видящие», вспомнив ещё один вопрос.
– Что насчет герцога Аттвуда?
– Герцог Аттвуд находился в Дремилоне по приказу Бертранда. Он должен был присоединиться к вашему сопровождению, но в последний момент его вызвали обратно в столицу из-за вышедших из строя порталов. – Рейнард ещё сильнее помрачнел, вероятно, как и я, думая о слишком странном совпадении.
– Он купил накопитель магии в артефакторной лавке.
– Для него такие вещи характерны. Эршам часто в бою приходится пользоваться накопительными артефактами.
Значит, я зря следила за ним тогда?
– Он вызывает недоверие своим странным поведением, – упрямо продолжила я гнуть свою линию.
– Мы проверим его, – легко согласился Рейнард. – Но сейчас меня интересует другое. Скажите, Оливия, в ваших предках были драконы?
– Что? – выдохнула я, опешив. – Это невозможно!
– Иначе я не могу объяснить вашу связь с духами.
– Но… Мои родители люди! Предки тоже люди. Во мне нет никакой огненной магии, нет никаких других схожестей с вашей расой.
Рейнард улыбнулся, покачав головой, и я в очередной раз зависла. Мы не виделись неделю, но его будто подменили. За время нашего разговора я ни разу не увидела осуждающий, презрительный взгляд, не услышала ни оскорблений, ни упрёков. И надо бы признаться, неосознанно млела от такого непривычного мне советника.
– Вы уже знаете, что внешне мы практически ничем не отличаемся от людей. У нас развита выносливость, развито зрение, слух, сила, отличается природа магии, и у нас есть внутренний дракон – наша вторая ипостась. Однако некоторые подданные не обладают даже половиной этих свойств. И принадлежат к нашей расе только из-за чистоты крови.
– Почему же вы тогда так ненавидите людей?
Герцог выдержал долгую паузу, за которую я успела упрекнуть себя за резкий вопрос и перебрать, казалось, сотни ответов на него, вплоть до слухов про полукровок. Но Рейнард вдруг начал неторопливый рассказ:
– Во времена нашего сотрудничества с Невиланией периодические нападения, попытки переворота шли от людей и их желания захватить власть в Аргарионе. После того как они узнали, что могущество драконов заключается в источнике, их жажда править и получить эту магию пересилила мирные соглашения и дружеские отношения между нашими землями. – он вновь на мгновение замолчал, поднялся с кресла и подошёл к окну. – Я уже говорил, что менталистика распространена в Невилании, не так ли?
Не дожидаясь моего ответа, герцог продолжил:
– Перевороты, возглавляемые менталистами, нередкое явление, но лишь один был удачным.
В памяти всплыл разговор с Астартой, и я поражённо прижала ладонь к губам. Нападение на императорскую семью.
– Вижу, вам известно какой, – Рейнард повернулся ко мне, облокотившись на белоснежный подоконник. Вид у него был крайне напряжённым, сосредоточенным. Видно, что эта тема давалась ему очень тяжело. – Роберт, отец Бетранда, сгорел заживо. На моих глазах. На глазах своей жены и своего сына. То же самое произошло и с Аделией. И со всей моей семьёй. – Последние слова советник практически прорычал, глубоко дыша и прожигая подоконник пылающими огнём ладонями. – Мы так и не нашли убийц. На протяжении нескольких лет было затишье, и сейчас, когда Бертранд собирается вступить в полноправные права императора, на горизонте вновь происходит нечто странное. И вновь это связано с менталистами.
От таких откровений у меня заболела душа. Так сильно, будто я пережила тот страшный переворот сама, будто я каким-то образом транслировала чувства Рейнарда, перенимала их себе.
– Вы думаете, в этом замешаны мы? То есть люди? – тихо прошептала я, стараясь не заплакать.
– Да. Однако задачу усложняет то, что и среди драконов есть менталисты. Если они работают сообща, всё сильно усложняется.
Я не ответила.
– Оливия, у меня к вам важная просьба, – как-то незаметно советник снова оказался рядом. Тон его сменился с грубого и жёсткого на мягкий. – Сообщайте мне всё, что находите странным. Особенно подробности новых снов.
– Хорошо, – кивнула я, закусив губу.
Спросить или не спросить?
– В таком случае на сегодня наш разговор…
– Нет, постойте, – вздохнула я, собираясь с силами. – Почему вы тем утром сказали мне уехать? Почему так ненавидели меня?
Рейнард промолчал. А я мгновенно пожалела, что всё-таки решилась задать эти вопросы. Глубоко вдохнула, собираясь извиняться, но герцог вдруг протянул руку к моей щеке. Я зачарованно смотрела, как он убирает мешающий светлый локон и осторожно касается чувствительной кожи. Не знаю, сколько сил мне понадобилось, чтобы сдержать сдавленный вздох.
– Я не ненавидел вас. Слишком многое я не могу объяснить себе сам. Раньше не мог. Но в скором времени вы всё узнаете, Оливия. Даже ответы на те вопросы, которые вы сегодня не осмелились мне задать. Обещаю.
Герцог резко сделал несколько шагов назад, а меня окутал огонь. Языки пламени на секунду показались со всех сторон и сразу же исчезли, не давая даже пискнуть от неожиданности.
Я вместо больничной комнаты перенеслась в свои покои. Простояла несколько минут посередине гостиной, прокручивая в голове последние слова Рейнарда, и счастливо улыбнулась. Хотелось громко рассмеяться или вовсе завизжать от одолевающих эмоций. Теперь всё будет по-другому.

Глава 41

В нос ударил отвратительный запах сырости и прогнивших досок. В спину упирался круглый стол, который был практически не виден из-за сумеречной темноты. Только тонкий свет луны, пробивавшийся сквозь полузашторенное окно, освещал маленький участок пыльной комнаты и позволял хоть немного рассмотреть пространство.
Я попыталась сдвинуться с места, но ничего не получилось. Словно я была не в своём теле и смотрела на всё чужими глазами. Глазами духов.
Тягучую тишину прервал противный звук заскрипевших половиц. Я по инерции задержала дыхание и застыла, пусть даже и понимала, что это сон. Очень странный, слишком реальный сон.
Боковым зрением я увидела размытый силуэт мужчины, стоявшего напротив полуразваленной мебели. Его очертания были едва различимы, он завис возле противоположной стены, рассматривая небольшие шкафы, а после начал копошиться на полках, вытаскивая непонятные предметы. Как бы я ни старалась щуриться, всматриваться, разглядеть, кто этот дракон и что он делает, не получалось.
Неизвестный действовал взволнованно и быстро, решительно дёргая хрупкие, прогнившие от старости дверцы.
Откуда во дворце взяться такой запущенной, разрушенной комнате?
Дракон сваливал всё содержимое с полок в нечто, напоминающее маленький пространственный карман, который еле-еле мерцал слабым золотистым цветом.
В очередной раз взмахнув рукой, он зацепился рукавом камзола за сломанную, выпирающую из стены то ли деревяшку, то ли железку и сорвал свою запонку. Округлая, блеснувшая золотом застёжка отлетела на пол, как раз на то место, куда попадал свет луны.
Не поверив своей удаче, я изо всех сил напрягла зрение, пытаясь запомнить каждую деталь ювелирного изделия. Запонка на первый взгляд представляла собой обычный шарик, но, всмотревшись в неё получше, я узнала очертания цветка сондрилии. Лепестки были аккуратными, тонкими, практически незаметными, и, похоже, в некоторых местах имелись вставки из драгоценных камней.
Дракон, будто специально давая мне время опознать украшение, застыл на месте, вслушиваясь в ночные звуки. А после опомнился и, осторожно ступая по скрипящему полу, пошёл забирать пропажу.
На мгновение мне показалось, что даже духи затаили дыхание в ожидании. Но напрасно.
Ночной гость был либо слишком умным, либо слишком осторожным. Он не вышел на свет, не показал лицо. Лишь медленно присел, протянул свою руку вперёд и аккуратно, аристократическими тонкими пальцами подцепил золотистую запонку.
Пространство внезапно размылось. Не успела я и глазом моргнуть, как меня буквально вытолкнули куда-то назад, в темноту, плавно сменившуюся очередной комнатой. Перед глазами теперь стояло нормальное, благоухоженное, но незнакомое мне помещение, напоминавшее одну из многочисленных комнат отдыха во дворце.
Снова резкий толчок, и новая локация – узкий лестничный пролёт. Справа огромное прямоугольное окно, выходящее прямиком на сад. Кажется, это первый этаж…
– Ливи! Оливия, открой!
Дёрнувшись от резкого оклика, я распахнула глаза и вскочила с постели.
Дыхание, как обычно, сбилось, тело потряхивало, как после долгих тренировок. Я всё ещё находилась в прострации, затуманенным взглядом смотря перед собой, поэтому не сразу поняла, что меня звали вовсе не во сне, а в реальности.
– Ну Ливи! – Требовательный стук в дверь и высокий девичий голос, отчаянно выкрикивающий моё имя, окончательно развеяли сонливость и заторможенность.
Моргнув ещё пару раз, я накинула на себя халат и с поразительным спокойствием прошла в гостиную.
От Катрионы теперь не спрячешься даже во сне.
– Ливи! – взвизгнула принцесса, едва я приоткрыла дверь, и заключила меня в объятия. Вернее, задушила в своих объятиях. – Ты не представляешь, как я волновалась! Я как только увидела, как ты падаешь… я… Всевы-ы-ышни-и-и-й! Как хорошо, что ты жива! А у нас столько всего случилось, ты не представляешь! И сегодня испытание! Вот прям через пару часов! Ты просто не…
– Я не представляю? – вякнула я, пытаясь выбраться из крепкого кольца рук.
– Да! – крикнула принцесса на ухо и наконец отпустила меня.
Она застыла напротив, сложив ладони в замок, и уставилась преданными глазами, явно ожидая моей пламенной речи.
Ну уж нет, не сегодня.
– Пойду умоюсь, – коротко бросила я, направляясь в ванную.
В носу почему-то до сих пор стоял запах сырости и гнили, не давая вдохнуть полной грудью.
Надеюсь, я не начала снова страдать лунатизмом и не находилась в той комнате на самом деле.
– Даже ругать не будешь? – удивилась Её Высочество.
– Я тебе что, тюремный надзиратель?
– Ну-у-у, как сказать… – протянула та и приняла задумчивый вид, показушно направив взгляд в потолок. Тоже мне, актриса.
– Вот сейчас точно договоришься, – пригрозила я шутливо.
Я думала, что проснусь сегодня утром бодрой и буду в излюбленной манере выяснять отношения с Катрионой, но в итоге мне хочется лечь обратно в кровать и не вылезать из неё желательно весь день. Очередной сон значительно изменил мой позитивный настрой. Хоть на сон это и не было похоже. Я управляла своими мыслями, чувствами, даже отчасти действиями. Складывалось ощущение, что я действительно переместилась в старую, обветшалую комнату. Вот только последние кадры были слегка размытыми, но, как я поняла, это подсказка от моих любимых друзей-духов.
Возможно, то место является чем-то наподобие потайной комнаты. А она, в свою очередь, как-то спрятана в одном из помещений дворца. Скорее всего, недалеко от лестничного пролёта.
Тот дракон… Преступник? Что он складывал? От кого сбегал?
Судя по его нестандартной запонке и расшитому золотыми нитками рукаву камзола – единственному, что я успела увидеть, неизвестный был из знатных кругов.
И почему-то у меня стойкое ощущение, что имя его Норд Аттвуд. На ум сразу приходила та брошь в виде сондрилии, которую он покупал в лавке. Конечно, это вряд ли можно назвать весомым доказательством, ведь эти цветы многие любят и многие заказывают украшения в виде их. Но моя интуиция вопила о том, что офицер виновен.
Как бы это объяснить Рейнарду? Поверит ли он, если я скажу, что дракон, занимающий важное место при дворе и управляющий эршами, совершенно точно является преступником?
Не знаю. Нужно искать доказательства.
Как только я оделась, Катриона упрямо потащила меня к себе, чтобы, как она сказала, помогать готовиться к испытанию.
Не знаю, в чём заключалась моя помощь, но принцесса всё свободное время сидела на диване с закрытыми глазами, не реагировала на наш с Астартой тихий разговор и пыталась расслабиться.
– Ты уверена, что это тебе поможет? – спросила драконица.
– На все сто пятьдесят процентов! – бодро отчеканила Катриона.
– Странно, что не на двести, – пробормотала я, помешивая чай из каких-то очередных безвкусных трав.
Я постоянно возвращалась к своему видению, мысленно прокручивала в голове то, что видела в старой комнате, и тщетно пыталась найти ещё хоть одну важную деталь.
Вероятно, сегодня мне предстоит серьёзный разговор с Рейнардом. Может, он знает, кто носит запонки в виде сондрилий и где находится та полусгнившая комната.
Думы о предстоящей встрече с советником подействовали как самое действенное лекарство от хандры. Внутри почему-то сладкой патокой разливалось тепло, а губы сами собой норовили расплыться в улыбку.
Наверное, я сошла с ума похлеще Катрионы…
– Ливи, и ты надо мной смеёшься! – неправильно истолковала моё настроение принцесса.
– Нет, что ты. Я просто представила, как мы наконец-таки возвращаемся в Невиланию, – протянула я блаженно. – Ты уже закончила медитировать?
Катриона странно на меня посмотрела и, полностью проигнорировав последний вопрос, требовательно поинтересовалась:
– Кто сказал, что мы вернёмся?
– Не поняла, – нахмурилась я, отставляя чашку. Астарта тоже подвисла, бросив на принцессу недоумённый взгляд.
– Я же говорила, что я выиграю! Мне незачем возвращаться в Невиланию.
– Катриона, напомни мне, кто ты, – начала я спокойно.
– Принцесса!
– В первую очередь ты человек.
– И что?!
– Катриона, – пришла мне на помощь Астарта. – Понимаешь… Никогда на троне Аргариона не было представителя не драконьей расы. Никогда за тысячелетнюю историю.
Принцесса сильнее помрачнела.
– Тебе не обязательно выигрывать отбор, чтобы твой отец признал тебя. Ты прошла дальше, чем родовитые драконицы. Катриона, ты попала в десятку! Это уже убедительный повод для гордости.
– Верно, милая, – поддержала Астарта и попыталась потрепать Катриону по плечу, но та внезапно вскочила и зло сощурилась.
– Я должна выиграть! – прошипела она, вызывая одновременный ступор и у меня, и у драконицы. – Это вопрос жизни и смерти, если не я, то никто!
– Что происходит? – Мириэль обеспокоенно вошла в гостиную и удивлённо посмотрела на принцессу.
– Катриона, с тобой всё хорошо? – Я тоже встала, подходя к подопечной.
Она была чрезмерно напряжена, глубоко дышала и находилась практически на грани срыва.
– Нет! Не хорошо! Меня же обсмеют, если после такого долгого времени на отборе я вернусь в Невиланию ни с чем. Все будут считать, что меня держали тут ради веселья, а потом выгнали домой! Никто не поверит моим успехам, даже родной отец! – Нижняя губа девушки мелко задрожала, намекая на приближающиеся рыдания. Я поспешила взять принцессу под руку и применила успокаивающее заклинание.
Пока Астарта с Мириэль пытались вразумить Катриону словами поддержки, я, закусив губу от волнения, сканировала её сознание на посторонние вмешательства. Но даже после шестой проверки ничего не обнаружила. Значит, у неё просто нервы шалят? Никаких менталистов?
Но такое поведение уже выходит за все возможные границы. Либо она действительно слишком переживает из-за семьи, либо всё намного серьёзнее.
В таком случае в список необходимых дел необходимо занести разговор с Рейнардом о прогулках Бертранда и Катрионы. А может, и самому императору задать вопрос, как долго он собирается морочить голову принцессе.
Ровно через час после королевской истерики, когда Катриона вернула себе более-менее презентабельный вид, смотрители объявили о начале испытания.
Спектакль иллюзий, если так можно сказать, проходил в очередном светлом зале, на этот раз практически полупустом. В самом центре одиноко сияла белая овальная сфера или же, по-другому, иллюзорная капсула, предназначенная для моделирования ложной реальности.
Императорская свита, Бертранд Линарин Оторе, Рейнард и смотрители во главе с Савейей разместились на резных роскошных креслах, расставленных вдоль стены. Нам с Мириэль любезно разрешили наблюдать за процессом в качестве гостей, поэтому мы присели на места, отведённые для зрителей, возле другой стены. Кроме нас, тут были неизвестные мне драконы – вероятно, приглашённые придворные, но держались они отстранённо и никак с нами не контактировали.
– Как думаешь, что попадётся Астарте с Катрионой? – шепнула Мириэль.
– Даже предположений нет. Но надеюсь, это будет что-то лёгкое, – ответила я, исподтишка наблюдая за Рейнардом.
Встретиться с советником раньше не получилось, а подойти к нему сейчас прямо при всех и рассказать про сон было бы безумным решением, поэтому я благоразумно решила дождаться завершения. Герцог Эстанвиль, как всегда, выглядел безукоризненно, о чём-то тихо переговаривался с Бертрандом и проявлял абсолютное равнодушие ко всему остальному. На секунду я захотела, чтобы он так же, как и с братом, поговорил со мной, поделился чем-то, наплевав и на этикет, и на то, что он тайный советник императора, а я, хоть и ношу графский титул, но всё же человек.
Я по-новому смотрела на цепкий взгляд, на высокие скулы, упрямый подбородок и чувственные губы. По-новому смотрела на его выверенные, чёткие движения, лукавую полуулыбку, на то, как он спокойно даёт указания слугам и снова что-то говорит Бертранду.
Уж не влюбилась ли ты, Оливия?
Я горько усмехнулась. Влюбилась. Давно. Окончательно. Бесповоротно. Нет смысла врать самой себе. Я никогда раньше не испытывала подобные чувства к мужчине, не испытывала такой глубокой симпатии и такого интереса. В университете были лишь короткие переглядывания да лёгкий флирт. А сейчас…
Влюбилась. Себе в ущерб, ведь я пусть и не хочу, но понимаю, что моя симпатия уедет вместе со мной домой и там будет рвать мне душу.
Что происходило между нами в последние недели? Или в последние месяцы?
А ведь всё началось на том праздничном ужине. Почему-то именно я попала в эту запутанную историю и именно с ним.
И как же больно будет её заканчивать.
Мрачные мысли испортили и так паршивое настроение. Я поспешила перевести своё внимание на смотрителей.
Как назло, половина из них сегодня облачилась в свою излюбленную одежду храмовых священников: одни мантии, напоминающие скорее дворцовые шторы. Запонки были только у нескольких драконов, сидевших с нами на местах гостей, но и те сильно отличались от нужных мне.
Я вновь подсознательно приходила к выводу о том, что Норд Аттвуд преступник. Даже себе в полной мере не могла объяснить, откуда такая уверенность, но предчувствию стоило верить. Тем более после того, как благодаря ему я купила стилет и немного отсрочила своё ранение.
– Дорогие избранницы, – пропела Савейя, поднимаясь со своего места и обращая на себя внимание сбившихся в кучку девушек. – Мы рады приветствовать вас на пятом испытании драконьего отбора!
– Надо же, прошло всего лишь пять испытаний! – проговорила Мириэль, подвигаясь ближе ко мне. – А я-то думала, что все десять.
Я кивнула, соглашаясь. У меня было такое же чувство.
Савейя подошла ближе к невестам и начала давать указания:
– Каждая из вас будет по очереди заходить в сферу. Ничего не бойтесь! Как мы и обещали, вы переместитесь в созданную нами искусственную среду. Вам даётся десять минут на выполнение задания, после отведённого срока иллюзия рассеется сама. Удачи, девушки!
Аплодисментов после пламенной речи герцогини Ла Фрейн не последовало, но тем не менее на лицах невест виднелось предвкушение. Уверена, задание примерить на себя роль императрицы им пришлось по душе.
Первой пошла темноволосая драконица, имени которой я не знала. Да и кроме Астарты с Катрионой, я ни с кем больше не контактировала из оставшихся избранниц. Даже Люси уехала, а я, увы, так и не смогла побеседовать с ней.
Спустя минуту после того, как первая невеста исчезла, над сферой появилась чёткая картинка того, что происходило в иллюзорном мире.
Темноволосой драконице досталась проверка знания бального этикета. Разворачивающиеся события чем-то напоминали наш первый бал: тот же зал с украшениями, гости, правда, лица их были незнакомыми, танцующие пары и закуски. Разве что теперь испытуемая избранница была не в роли невесты, а в роли императрицы, обязанной принимать гостей по особым правилам.
Со своим заданием драконица справилась прекрасно, даже удостоившись удовлетворительных кивков от смотрителей. Сильная соперница.
После того, как она вышла из сферы, всё повторилось вновь, только уже с другими невестами. Ситуации были разные, некоторые даже абсурдные, например, разнять дерущихся на глазах дворцовой знати фрейлин.
Я с огромным усилием сдерживала смешки, наблюдая, как растерянная невеста стоит с округлившимися от потрясения глазами и смотрит на двух своих помощниц, таскающих друг друга за волосы.
Надо ли говорить, что бедняжка не справилась с испытанием?
Астарте, к нашему с Мириэль счастью, пришлось принимать во дворце заморских гостей. Она безупречно выполнила свои обязанности, радушно встретила послов из королевства дриад, провела светскую беседу с каждым их них и тоже заслужила честные одобрительные кивки смотрителей.
А я поймала себя на мысли, что очень хочу увидеть её на троне Аргариона. Астарта – сдержанная, мудрая, спокойная, умная девушка и, несомненно, может стать превосходной правительницей. Раскрыть бы ещё Бертранду на это глаза.
Немного повеселев, я уже без особого волнения ждала очереди Катрионы, но когда подопечная вошла в сферу, мне стало не по себе.
Стоило только увидеть выпавшее ей задание, как руки сжались не то от ужаса, не то от злости на низкую подлость со стороны смотрителей.
Принцесса выступала судьёй в непростом деле. Невысокая, худенькая и бедная, судя по одежде, девушка украла у некого герцога золотые карманные часы. Достопочтенный дракон занимал высокий пост, был уважаем и узнаваем в империи. Воровка же являлась дочерью простого работника гончарной мастерской, который сейчас со слезами на глазах пытался прорваться к своему ребёнку.
А я ведь совсем забыла, что в Аргарионе есть обедневшие слои населения, и даже не задумывалась о том, как они живут. Всё время пребывания на отборе видела лишь знатных и обеспеченных драконов.
Виновница мелко тряслась, усердно сдерживая всхлипывания. Она стояла посередине судебного зала и смотрела то на плюющегося ядом герцога, то на обескураженную Катриону, восседающую на троне.
Принцесса была удивлена, я бы даже сказала, до глубины души ошарашена и неотрывно смотрела на воровку.
Сначала я подумала, что дело в излишней впечатлительности, но когда увидела лицо преступницы, в горле пересохло, а глаза, наверно, округлились точно так же, как у Катрионы.
Воровкой была… я.
Точнее, девушка, похожая на меня как две капли воды. Её отличала только потрёпанная, чуть изорванная одежда, тусклые спутанные волосы и, в целом, неухоженный вид.
Но это была я.
– Это что, шутка? – выдохнула Мириэль.
– Это началось представление, – криво усмехнулась я, подмечая, что придворные, сидевшие рядом с нами, крайне заинтересованы происходящим и искоса бросают на меня ехидные взгляды.
Астарта, стоявшая с другой стороны зала, выглядела настолько изумлённой, что на какое-то время потеряла свой собранный вид. Так же, как и другие невесты. А вот на реакцию императорской семьи я даже боковым зрением смотреть не стала. У меня нет сомнений, что это дело рук смотрителей. Или Савейи. Очень похоже на неё.
Я сжала челюсти от злости, мысленно считая до десяти.
– Ливи, можешь не смотреть, – шепнула Мириэль, сжимая мою ладонь, но я упрямо мотнула головой.
Нет уж. Они определённо хотели, чтобы я на это посмотрела. Только бы Катриона не растерялась и приняла верное решение. Полагаю, необходимым наказанием для воровки будет заточение в темнице.
Принцесса, вероятно, отойдя от шока, внимательно слушала обвинение. Вернее, обвинения.
Стоящий рядом с ней импозантный дракон перечислял возможные меры расправы надо мной… то есть над воровкой, и с каждым новым вариантом я всё сильнее холодела.
– …Десять лет заключения в темнице и повешение! – звучно огласил слуга.
Всевышний, повешение… за мелкое воровство? Пусть и у какого-то важного дракона, но это же всего лишь обычные маленькие часы!
Надеюсь, они просто предложили принцессе все существующие наказания, чтобы оценить её выбор.
Я с напряжением наблюдала за происходящим, особенно внимательно следя за Катрионой. Она, выслушав все варианты, на секунду посмотрела в сторону потерпевшего, озлобленного герцога, затем на воровку и неожиданно во весь голос заявила:
– Повешение.
Громкие, поражённые охи, раздавшиеся во всеобщей тишине, принадлежали отнюдь не иллюзорной толпе в судебном зале, а, как ни странно, невестам и, возможно, даже смотрителям.
Мириэль рядом, кажется, обмерла, выпустив мою ладонь из рук и поднеся пальцы к приоткрытому рту.
А я с какой-то отрешённостью смотрела, как сменяется картинка, как теперь заливающаяся слезами моя копия стоит на эшафоте, глядя куда-то в небо, как затягивается на её хрупкой шее прочная петля, как палач кладёт руку на рычаг, как…
Моя голова внезапно, будто под чьим-то влиянием, отвернулась в сторону. Или же это я сама решила не травмировать свою психику. Я не увидела смерти воровки, зато услышала характерный звук.
Пальцы сжались, впиваясь в мягкую обивку стула. Повинуясь каким-то навязчивым мыслям, я вдруг захотела прикоснуться ладонью к шее, но сдержала порыв. Передёрнувшись, посмотрела на императора и ненамеренно перехватила внимательный взгляд Рейнарда. Советник взирал на меня с… беспокойством? Он всё так же восседал рядом с Его Величеством, поза была расслабленной, но руки крепко сжали витиеватые ручки кресла, губы плотно сомкнулись, а на скулах ходили желваки. Герцог сканировал меня с ног до головы: сверху вниз, снизу вверх по несколько раз, словно проверяя, в порядке я или нет. Неужели волнуется?
От дальнейшего созерцания Рейнарда меня отвлекла вернувшаяся с испытания Катриона. Принцесса спокойно вышла из сферы, улыбнулась Его Величеству и прошла к остальным невестам.
– Она что, рассудка лишилась? – возмущённо спросила Мириэль, наблюдая за подопечной.
– Не злись на неё, – тихо проговорила я, отметив, что голос не срывается и не хрипит от переполняющих эмоций. Меня пробирала мелкая дрожь. Длинное платье хорошо её скрывало, но я чувствовала, как волны озноба проходят по телу. – Она знала, что это иллюзия, и выбрала верный для императрицы вариант – наказать виновного, защитив честь приближённого подданного.
– Ливи, там были варианты с темницей! С плетьми! Но повешение… Это удел убийц, но никак не воров, – последние слова эльфийка уже прошептала, явно не до конца поверив в произошедшее.
Я тоже не поверила. Но упорно продолжала искать оправдания жестокому выбору подопечной.
– Мы же не знаем системы наказаний Аргариона. Может, Катриона была в курсе, как судят воров. А может, хотела произвести впечатление.
И ей это удалось.
Ожидание конца испытания превратилось в пытку. Периодически я ловила виноватые взгляды принцессы и постепенно успокаивалась. По Катрионе было видно, что её терзают муки совести, она даже пару раз понуро обращалась к Астарте и та, с явным неодобрением, качала головой.
– Испытание завершилось успешно, – удовлетворённо озвучила Савейя после того, как последняя невеста вышла из сферы. – Завтра будут оглашены списки тех, кто проходит в следующий этап. Светлого дня, девушки!
На этой унылой ноте все стали расходиться, а я, шепнув Мириэль, что присоединюсь к ней позже, уверенно, уже ничего не боясь после собственной иллюзорной казни, направилась в сторону Рейнарда.
Направилась и едва ли не зарычала в голос, потому как в эту же секунду на нём повисла герцогиня Ла Фрейн. Распорядительница, подойдя практически вплотную к советнику, начала что-то тараторить, а тот даже не сдвинулся с места!
Нескрываемая злость накатывала волнами, разгораясь внутри из маленького огонька в разрушительный пожар. Сознание помутилось, мне неумолимо захотелось оттянуть назойливую драконицу от Рейнарда и испепелить её прямо при всех.
Нечто странное, потустороннее настойчивым шёпотом твердило, что Савейя позарилась на моё.
– Ливи, дорогая, – сзади подлетела эльфийка. – Пойдём-ка со мной, а?
Меня аккуратно взяли под локоть и потянули в противоположную сторону.
– Тебе нужно срочно остыть, пока мы все тут не сгорели к этому… как у вас его? Всевышнему! – Мириэль попыталась вытянуть моё сопротивляющееся тело в коридор, но, потерпев неудачу, вдруг рявкнула: – Ливи!
– Что? – вздрогнула я, опомнившись.
Безумная злость испарилась, как по щелчку пальцев, не оставляя и малейшего следа, а я с какой-то заторможенностью обнаружила, что на мраморный пол от собственных ладоней разлетаются искры.
– Знаешь, я думала, что это я страшна, когда ревную, но ты побила все мои рекорды.
Ревную?! Я?
Вновь посмотрела в сторону Рейнарда и Савейи, но, встретившись с пристальным, изучающим взглядом советника, круто развернулась и торопливо пошла к выходу из зала.
Всевышний, я и правда ревную. И Рейнард, кажется, это заметил.
Я прижала пальцы к губам от осознания того, что на полном серьёзе собиралась уничтожить распорядительницу. Я хотела её испепелить! И даже не удивилась собственным желаниям! Это что ещё за фокусы такие? Не могла же у меня настолько крыша поехать от симпатии!
Эльфийка шла рядом, наблюдая за моими странностями, и высказала лишь короткое, но исчерпывающее:
– Н-да.
Когда я, обескураженная собственным поведением, вошла в покои Астарты, чувство дежавю накрыло с головой, потому как импульсивная Катриона вновь заключила меня в объятия и принялась бормотать всякую несуразицу:
– Ливи, я не хотела! В смысле, хотела, но не то! В смысле, я не хотела того, что с тобой случилось. Я хотела другого!
– На императора впечатление ты произвела точно, – просипела я.
– Так ты уже поняла? – виновато буркнула Катриона.
– Меня злит не твой выбор, – помедлила я, со вздохом опускаясь на диван. – Меня злит то, что они использовали меня в такой ужасной сцене. Как будто хотели напугать.
– Разве уже не поздно для запугиваний? – поинтересовалась Астарта.
– Не знаю, – я пожала плечами. – Может, они решили нам гадость устроить напоследок.
– Они пытались сделать так, чтобы я провалила испытание и ушла с отбора, – глубокомысленно заключила Катриона. И весело добавила: – Когда стану императрицей, заберу у них титулы! Правильно же?
– Ну как тебе сказать…
Неправильно! Не знаю, что наобещал Бертранд нашей принцессе, но их свидания необходимо прекратить сейчас же.
– Оливия, ты куда? – подорвалась Мириэль.
– Я обещала зайти к целителям, чтобы проверить здоровье, – соврала я не моргнув глазом. Эльфийка вскинула бровь, словно спрашивая, так ли это, и я поспешила её успокоить: – Я быстро. Всё будет хорошо.
А может, и нет. Главное, чтобы Рейнард был без Савейи. Иначе эта ящерица опять вызовет у меня какую-нибудь странную реакцию.
Из комнат Астарты я направилась прямиком к советнику, обдумывая, с чего лучше начать разговор. С информации о сне? Или с просьбы про Бертранда?
Но, как оказалось, ни то ни другое мне не светило.
– То есть как это занят? – недовольно спросила я у эрша, стоявшего возле кабинета Рейнарда.
– Его Светлость герцог Эстанвиль просил не беспокоить.
– Хорошо-о, – протянула и, быстро развернувшись, полетела назад.
Не беспокоить, значит? А Савейе, получается, можно бесп…
– Остановись, Оливия, – простонала я вслух.
Что я вытворяю? Веду себя хуже Катрионы! Это вот так работает влюблённость? В таком случае мне она и даром не нужна!
Нужно успокоиться и отвлечься. А лучше попробовать самой отыскать ту старую комнату, чтобы зря время не терять. Советник, наверно, будет недоволен, но это уже его проблемы.
Проведя ещё несколько часов с подругами, попытавшись в очередной раз вразумить Катриону, я хорошенько обдумала свой план. Вернее, признала его отсутствие и с чистой совестью в девять часов вечера стояла на первом этаже, задумчиво осматривая тот самый узкий лестничный пролёт.
– Вы что, не могли подсказку получше дать? – обратилась я к духам. – Как мне попасть в нужное место?
Не могу же я заглядывать в каждую комнату… Или могу?
Ну нет, надо думать рационально. Помещение из сна определённо являлось комнатой отдыха, но, в отличие от всех остальных во дворце, её обстановка была простенькой. Значит, она предназначалась не для гостей и не для придворных, а, скорее, для слуг.
Но станут ли простым слугам выделять отдельное место досуга? Вряд ли.
Если только это не дворецкий, не экономка или другие управляющие. Я тихо хлопнула в ладоши от внезапной догадки и пошла по коридору, взяв курс на крыло для слуг. В Невилании прислуживающие семье люди расселялись в доме согласно иерархии, а дворецким обычно предоставлялось специальное помещение, располагавшееся перед входом в служебный отсек. Зачастую в нём они проводили свободные от работы часы или же, напротив, что-то планировали, встречались с хозяевами для обсуждения насущных вопросов. В Аргарионе, полагаю, всё устроено так же, поэтому комната для отдыха должна встретиться мне первой.
На пути изредка попадались горничные, слегка удивлённые моей персоной. Но они старались не подавать вида и ничего не спрашивали.
Крыло прислуги значительно отличалось убранством от остальных частей дворца. Всё было достаточно невзрачным, кроме одной комнатной двери, ярко выделявшейся среди остальных своей позолоченной ручкой и затейливым орнаментом. А ещё она находилась прямо возле входа в служебную часть дворца.
Глубоко вздохнув для смелости и мысленно пожелав себе удачи, я осторожно приоткрыла её, заглянула внутрь и не сдержала улыбки.
Нашла.
Быстро, пока никто не увидел, забежала внутрь, заодно порадовавшись, что в комнате никого не оказалось, заклинанием запечатала за собой дверь и принялась сканировать магическим взглядом помещение.
Но никаких потайных зачарованных ходов почему-то не было. Совершенно обычная небольшая комната, с широким гостевым диваном, столиком, шкафом с полками и… гобеленом на всю стену.
– Неужели всё настолько банально, – хмыкнула я вслух.
Подошла ближе, всматриваясь в вышитый потускневшими нитками лесной пейзаж, и аккуратно подцепила края полотна.
За ним, совсем как в старых детективных романах, оказалась голая каменная стена. И ни единой подсказки, что делать дальше.
Окончательно примерив на себя роль сыщика, я осторожно потрогала прохладные камушки, попыталась надавить на них, но чуда, увы, не случилось.
Досадливо прикусив губу, я принялась тщательно прощупывать стену, пока не увидела небольшой камень над своей головой. Он единственный отличался от остальных по цвету и был не серым, а каким-то песчаным, что ли.
Мысленно умоляя, чтобы всё получилось, сначала я так же надавила на него, а потом, подумав, послала небольшой магический импульс.
И тут же отскочила, потому как стена начала сдвигаться, открывая желанный обзор на старую, разрушенную комнату.
– Мне определённо нужно вручить медаль за сообразительность, – проговорила я вслух.
В воздухе распространился знакомый запах гнили, только на этот раз он был куда ощутимее и отвратительнее. Прикрыв ладонью нос и благоразумно поставив полог тишины, я аккуратно ступила на скрипящие половицы.
Хоть бы мне не провалиться в какой-нибудь погреб! Эти отсыревшие доски совсем доверия не вызывают.
На пыльном полу были видны отчётливые следы от массивных сапог, явно принадлежавших непредусмотрительному ночному гостю. Не сдвинувшись с места, я внимательно осматривала каждый угол комнаты, особое внимание посвятив злополучным, практически полностью сломанным шкафам.
Нет, одна я тут точно ничего трогать не буду. Всё-таки зря сама сюда пришла, нужно звать Рейнарда.
«Смотри-и-и», – вдруг прошелестело сбоку.
Я дёрнулась от испуга, но не успела сделать и шага назад, как голова взорвалась адской болью, заставив согнуться пополам. Пространство перед глазами затуманилось, сменяясь яркими картинками. Лес, луна, порывистый ветер, гуляющая на опушке пара: что-то увлечённо рассказывающая Вероника и её спутник. Она держит ладонь своего кавалера, смеётся над его шуткой, а после замертво падает. Убийца протирает белоснежным платком окровавленный кинжал, быстро перешагивает безжизненное тело девушки, направляется в мою сторону и поднимает голову, позволяя яркой луне осветить своё лицо.
В горле застывает отрывистый крик.
На меня обезумевшими глазами с кривой жуткой улыбкой смотрит Норд Аттвуд.
«Убийц-ц-ца», – протяжно просвистели духи, и видение исчезло, забрав с собой головную боль.
Я оперлась руками о стол, потеряв равновесие, и глубоко задышала. Сердце стучало, как после бега, перед глазами стояла жестокая улыбка Аттвуда.
– Что же вы раньше мне это не показали? – прошептала я дрожащими губами.
Не дожидаясь, пока самочувствие придёт в норму, я метнулась к выходу. Я должна рассказать всё как можно быстрее. Если Норд пытался скрыться или что-то запланировал, мы можем опоздать.
Потянула в сторону гобелен, не закрывая кирпичную стену, и тут же с ужасом отшатнулась.
– Вы слышали фразу: «Любопытство сгубило кошку», леди Шэролл? – медленно протянул офицер.
Виновник моих кошмаров облокотился на книжный шкаф возле стеклянного столика и смотрел на меня с нескрываемой ненавистью. Ноздри его раздувались, руки сжимались в кулаки, а зрачки превратились в узкие тёмные линии.
Я осторожно, не делая резких движений, поднесла пальцы к шее и незаметно царапнула маячок Рейнарда с надеждой на то, что вызов сработает. А после, не придумав ничего лучше, ляпнула:
– Вы так вовремя, герцог. Я как раз вас искала.
Аттвуд дёрнулся в мою сторону, на ходу создавая огненный шар, но я успела отскочить и выставить щит.
– Будем играть в кошки-мышки? – он оскалился, перекрывая выход из комнаты. – Что же тебе не сидится на месте? Прекрасная Оливия, ты упорно продолжаешь рушить наши планы! Мы должны были изначально выбрать другого проводника. А я ведь говорил ей об этом!
– Проводника? Наши планы? – переспросила я, внимательно следя за его руками. – Не посвятите меня в них?
Дракон свирепо зарычал, в щепки разрушая стоящую на пути мебель, и вновь метнул сгусток огня. От мощного удара меня почти отбросило назад, но я, сцепив зубы, удержалась на ногах.
– Перестань убегать. Твоя судьба всё равно предрешена.
– Я так не думаю, – гаркнула я, создавая заклинание, но меня опередили.
Быстрый, огромный поток красного огня, вылетевший прямиком из появившегося портала, сбил Аттвуда с ног. А за ним из голубого ореола вышел до невозможности злой Рейнард в сопровождении эршей.
Драконы подлетели к лежавшему хрипевшему офицеру и придавили его к полу, застёгивая на руках белые мерцающие наручники.
– Герцог Норд Аттвуд, вы арестованы по подозрению в убийстве герцогини Вероники Эверли, герцогини Аверилл Вальтанис, по подозрению в организации императорского переворота, в организации…
Монотонная речь эрша внезапно оборвалась, меня решительно схватили в охапку и закинули в огненный портал.
Знакомые сгустки пламени оплели тело и мгновенно перенесли в очередное тёмное помещение. Не понимая, что случилось, и всё ещё переживая неприятные эмоции от нападения, я застыла каменным изваянием и глупо хлопала глазами.
Но когда в пространстве вновь появился портал и из него вышел Рейнард, всё встало на свои места.
Только сейчас я заметила его неряшливый, совсем не характерный для тайного советника вид. Волосы были взъерошены, белая шёлковая рубашка расстёгнута на несколько пуговиц, рукава засучены, а вместо имперской формы – свободные, явно домашние брюки. Глаза дракона удивительно и в то же время страшновато горели оранжевым пламенем, особенно эпично выделяясь в кромешной темноте и явно показывая крайнюю степень бешенства.
– Ой, – пискнула я, взволнованно придумывая себе оправдания. Хотя, с другой стороны, с чего бы мне оправдываться?
– Ой? – тихо повторил Рейнард, но у меня от этого сдержанного тона волосы на затылке зашевелились.
Я уверенно кивнула, на всякий случай отходя назад.
– Сейчас тебе будет ой.

Глава 42

– Мы снова перешли на «ты»?
– Оли-и-ивия, – как-то предвкушающее протянул советник, медленно наступая.
– Ой.
Меня, кажется, заклинило.
Полностью забыв про чувство самосохранения, я рванула в сторону. Куда – не знаю, вокруг было темно, поэтому бежала по интуиции. Ну не дурочка ли?
– Стоять! – прикрикнул Рейнард, впрочем, его приказ я исполнять не собиралась и только сильнее ускорилась.
Влетела в первую попавшуюся комнату, но крепкие руки сомкнулись на талии и потянули назад, заключая в тесные объятия. И в отличие от объятий принцессы, эти мне нравились куда больше. Ноги, совершенно не слушаясь, ослабли, а тело как-то странно отозвалось на прикосновения. Неправильно, призывно.
– Какие эмоции, – низкий голос выбил из колеи, пробуждая самые сладкие ощущения. Щёки предательски потеплели, выдав меня с потрохами. – Куда же у маленькой графини подевалась упрямость?
У маленькой графини?
Контролировать себя рядом с советником стало невыносимо сложно. Я задержала вздох, коря себя за то, что в голове не было ни единой мысли. Только его руки на моей талии, этот бархатистый голос и полнейшая темнота вокруг, делающая обстановку накалённой до предела.
– Ничего не хочешь мне рассказать? – ещё более проникновенно прошептал Рейнард, кажется, наслаждаясь своим положением.
– А ты? – Я обернулась к советнику, тоже прекратив «выкать» и постаравшись прозвучать хоть капельку увереннее. – Что-то не так?
Он хмыкнул, рассматривая меня чересчур пристально, подмечая каждую деталь, словно я увлекательный, редкий экземпляр. Ладони на талии почему-то сжались крепче.
– Меня не устаёт удивлять твоё умение попадать в неприятности, Оливия. Как ты оказалась в той комнате?
– Мне приснился сон. Видение про дракона, который что-то искал в старом, разваленном помещении. Я просто решила отыскать нужное место, – коротко ответила я, приготовившись услышать очередную претензию.
И долго ждать не пришлось.
– Мы договаривались, что ты будешь рассказывать мне о всех контактах с духами.
Да что ты?
Я наконец взяла себя в руки и совершенно справедливо начала злиться. Забарахталась в объятиях, упираясь ладонями в крепкую, мерно вздымающуюся грудь, и запальчиво проговорила:
– Я прекрасно помню, о чём мы договаривались. А вот вы, похоже, нет. Я пыталась рассказать о сне! И в иллюзорном зале пыталась, и после испытания пыталась. – сделала значительную паузу и едко высказала: – Но у вас, видимо, были другие заботы, не так ли?
Рейнард сощурился, слегка наклонив голову. Всё же этот жест был его привычкой. Очаровательной привычкой.
– Не у вас. У тебя, раз уж мы решили отбросить формальности.
– Я ничего не реш… – начала я, но проглотила все слова, едва подбородка коснулись тёплые, шероховатые пальцы.
– Мы решили, – настойчиво повторил советник. И с какой-то совершенно удивительной, не свойственной ему мальчишеской улыбкой добавил: – Ты ревнуешь, Оливия?
Возмущение, норовившее сорваться с языка, улетучилось, а заодно с ним и здравый смысл, и наигранное спокойствие. Может, причина в совершенно безобразном вопросе… а может, в такой прекрасной улыбке.
– Ревность? – удивилась я притворно. – Откуда ей взяться? Мне нет дела ни до тебя, ни до герцогини Ла Фрейн.
– Вот, значит, как, – отметил Рейнард.
Я сомкнула губы, мысленно давая себе подзатыльник. Ну какая Ла Фрейн? Зачем я вообще её упомянула?
– Вот так, – бросила я, дёрнувшись в сторону и выпутавшись из рук советника. Мне отчего-то стало настолько обидно за себя, за свою робость, за его усмешку, что захотелось просто уйти. Хлопнуть дверью и сбежать к себе. – Я ва… тебе не девочка на побегушках, Рейнард! Если ты и в дальнейшем хоче…
– Хочу.
Моё напускное сопротивление утонуло в чувственном поцелуе. В порыве недовольства я не заметила, как советник оказался слишком близко, непозволительно близко, как резко притянул к себе, поглаживая затылок, и пресёк на корню все возражения до единого.
Отбросив все страхи и сомнения, я дёрнула на себя белоснежный ворот рубашки, пылко отвечая.
Нам снесло крышу мгновенно. Разом. Насовсем. Рейнард целовал с жаром, покусывая приоткрытые губы, запечатлевая жадные поцелуи на подбородке, щеках, медленно проводя влажную дорожку вниз по нежной шее, ключицам, груди.
– Оливия, – низкий, хриплый шёпот прошёл дрожью по позвоночнику, и я сильнее сжала мощные плечи. – Ты с ума меня сводишь, девочка.
Я плавилась, чувствуя танцующий внутри огонь. Задыхалась, притягивая моего дракона ближе, зарывалась пальцами в мягкие волосы, ластилась, как послушная кошка, подставляла шею для мучительных, сладких ласк.
Мне было мало.
Рейнард, точно услышав мои мысли, дёрнул швы платья, разрывая ткань. Атласное одеяние, ведомое его руками, медленно заскользило вниз, вырвав из моих уст глубокий вздох.
Меня решительно подхватили и опрокинули на шёлковые простыни, придавливая горячим, натренированным телом. По венам разлилось сладкое наслаждение, концентрируясь где-то глубоко внутри, превращаясь в кокон из чувств, эмоций.
Больше не было ничего. Лишь учащённое, прерывистое дыхание, сильные руки, прижимающие запястья к постели, уверенные движения, безмолвно приказывающие подчиниться, покориться, требовательные губы, срывающие томные стоны-полувсхлипы и забирающие мимолётную боль. Жаркий, хриплый шёпот на неизвестном языке распалял, обволакивал, а огненные глаза напротив проникали в самую душу, горели восхищением, желанием, смотрели с невысказанной нежностью. В которой я беспрекословно утонула. Окончательно и безвозвратно.

Глава 43

Пробуждение было странным, непривычным. Слабость и приятная ломота в теле дали о себе знать сразу же, как только сон отступил. Щёки покраснели раньше, чем глаза успели открыться, в памяти воскресли события прошлой ночи, и я еле удержалась от желания зарыться лицом в подушку, накрыться сверху одеялом и громко-громко завизжать.
Противоречивые, непохожие друг на друга чувства выбивали из колеи. Я вроде счастлива, вроде ни о чём не жалею, но мне страшно от того, что будет дальше. И что делать сейчас.
Вслушиваясь в непривычную тишину вокруг, я тихо выдохнула и обернулась.
Место, где спал Рейнард, пустовало. Только смятая подушка давала знать, что дракон всё-таки был здесь.
Интересно, как бы он выглядел спящим? Сосредоточенно и холодно, как при дворе, или умиротворённо? Жаль, что мне не удалось это узнать.
Спальня герцога полностью соответствовала его аристократическому вкусу. Теперь я могла лучше рассмотреть алые шёлковые простыни, приятно холодящие кожу, того же цвета бархатное кресло, небольшой столик, конечно же, покрытый золотом, и белоснежные шторы, впускающие утреннее солнце.
Вдоволь налюбовавшись, я осторожно, не создавая лишнего шума, начала подползать к краю кровати, чтобы быстро ускользнуть к себе.
Сколько сейчас времени? Есть ли у меня шанс сбежать в свои покои незамеченной ни слугами, ни, упаси Всевышний, невестами? Очень на это надеюсь.
Я уже практически свесила ноги на пол, как со стороны дверей раздалось повелительное:
– Куда собралась?
Коротко ойкнув и едва не свалившись вниз, я вскинула голову, встречаясь с прищуром огненных глаз, и натянула одеяло почти до подбородка.
– Погулять решила.
Советник недоумённо приподнял бровь. Ну да, знаю, что глупость ляпнула. Рейнард выглядел так же, как и вчера вечером: белая, расстёгнутая на верхние пуговицы рубашка, чёрные свободные брюки и растрёпанные волосы.
Этот неряшливый, небрежный вид делал атмосферу более интимной, более близкой. Как будто герцог позволял мне видеть то, чего не видели и не видят другие. И эта мысль мне чертовски нравилась.
– Не самое удачное время для прогулок. – Рейнард с ухмылкой наблюдал, как я смущённо пытаюсь зарыться в простыню. – Мне казалось, вы не такая скромница, Оливия Шэролл.
– Мне тоже многое казалось, – пробормотала я, вспоминая свои убеждения насчёт Рейнарда и его отношения ко мне.
– Что же?
Герцог прошёл вперёд, присаживаясь на край кровати, а затем, совершенно неожиданно, поднял меня на руки и бережно усадил к себе на колени. Вместо сдавленного вскрика из груди вырвался только удивлённый вздох, и я с двойной силой начала кутаться в простыню, стараясь унять не то смущение, не то желание замурлыкать от удовольствия.
А Рейнард, кажется, забавлялся моим поведением. Он медленно провёл носом по шее, делая глубокий вдох, и удовлетворённо хмыкнул.
– Прекрати сжиматься. Я тебя не укушу. – советник, как и в прошлые разы, по-свойски поднял мой подбородок, заставляя посмотреть в глаза, и после минутного молчания уверенно добавил: – Пока.
– Пока? – недоуменно переспросила я.
В ответ последовала лишь слабая полуулыбка.
– Сейчас восемь утра, скоро будет завтрак. Я могу либо перенести тебя в твои покои… Либо приказать слугам накрыть здесь, – заговорщически прошептал герцог. – И у нас останется время для более приятных вещей.
Нет уж. Не в этот раз.
– Предлагаю третий вариант. Я бы хотела с тобой поговорить, – авторитетно выбрала я, не поддаваясь соблазну. Хоть и очень хотелось. Осторожные поглаживания по спине успокаивали, умиротворяли, погружая в томную негу.
Я принялась удобнее устраиваться на коленях Рейнарда, но вмиг отбросила эту затею, когда сверху донеслось хриплое:
– Если ты продолжишь это делать, мы точно говорить не будем.
– Будем, – вякнула я невпопад и сразу рубанула сплеча: – Мы обязаны поговорить. Почему ты вчера не встретился со мной сам?
Советник в миг посерьёзнел.
– Мы поймали подозреваемого менталиста, Оливия.
– Что?! – воскликнула я, подаваясь вперёд. – Когда?
– Позавчера ночью. Его имя Сильв Лайнер, до недавнего времени он занимал пост одного из помощников Норда Аттвуда. Как мы раньше не придали значения этой странной паре, стоит только догадываться, – герцог раздражённо поджал губы. – Эрши патрулировали территорию близ дворца, когда заметили бегущего куда-то взволнованного барона. Сначала его остановили, чтобы провести стандартную, формальную проверку, но когда увидели в его ауре недавнее проявление ментального дара, сразу отправили в темницу. Почти всё утро, весь прошедший день я посвятил его допросу. – Рейнард медленно пропустил мои волосы сквозь пальцы. – Я знал, что у тебя было видение, но я не мог встретиться с тобой. Знаешь, что такое самовыжигание?
– Да, – кивнула я, поёжившись. – Маги добровольно идут на смерть, настраивая собственный дар против себя. Выжигают свою ауру и сгорают изнутри.
– Умница, – советник одобрительно кивнул. – Когда мы начали допрос, у барона уже активировался процесс самовыжигания. Нельзя было терять ни минуты.
– Он сознался? Рассказал о других?
– Нет, – сурово ответил герцог, крепче сжимая руку на моей талии. – Нам удалось узнать только про ритуал, который будет проведён в день прощания с духами.
– Ритуал, связанный с источником? – спросила я, вспоминая свои сны.
– Ритуал, предназначенный для того, чтобы вывести источник из строя и подчинить силы прародителей, – терпеливо пояснил Рейнард. – Мы думали, что нам удастся узнать больше, но барон погиб. И сразу после этого я услышал твой зов.
Я осторожно поднесла ладонь к маячку на шее.
– Всё-таки это работает?
– Не совсем так, как представляешь ты, – ушёл от ответа советник. – Наш разговор завершился?
– Нет, – я упрямо мотнула головой. – Что будет с герцогом Аттвудом? Вдруг у него тоже запрограммировано самовыжигание?
– Насчёт него не стоит беспокоиться. Задержание было для Норда большой неожиданностью, герцог не успел ничего предпринять. Мои воины контролируют его ежесекундно, пытаются добыть информацию, но он хранит молчание.
Я задумалась, воспроизводя в памяти нашу последнюю встречу с офицером. Хмурилась, пытаясь понять, что так упорно ускользает от моего внимания, и внезапно меня озарило:
– Проводник! Когда Норд Аттвуд напал на меня, он сказал, что я проводник. И что я рушу их планы.
Рука на спине застыла. Рейнард стал мрачнее грозовой тучи и быстро развернул меня к себе.
Через пару секунд по телу прошёлся легкий холодок – меня сканировали на предмет посторонних вмешательств.
– Я не чувствую ничего подозрительного в себе, – поспешила уведомить я. – Кто такой проводник?
– Маг, который проводит через себя остаточную магию. Тот, чья аура по тем или иным параметрам подходит для успешного проведения ритуала. Тот, кого приносят в жертву.
Жертву?
Я резко втянула ртом воздух.
– То есть меня могут…
– Не могут, – жёстко возразил Рейнард. – На тебе прочная защита, и в связи с последними событиями она стала ещё крепче. Если что-нибудь случится, я сразу же узнаю.
Советник резко замолчал, о чём-то задумавшись. Уголки его губ подозрительно дрогнули.
– Так как ночью ты более уязвима, спать придётся в моих покоях.
– Что?!
От шока я даже забыла, что на мне всё так же лишь одна простыня, которая сейчас неприлично низко сползла. И поняла я это только по красноречивому, вспыхнувшему оранжевыми искрами, взгляду советника.
– Это невозможно! – запротестовала я, подтягивая шёлк к подбородку.
– Это самый правильный выход, – с каким-то удовольствием возразил дракон. – Днём ты будешь находиться в своих комнатах, ночью у меня. Так безопаснее.
– А…
– Ты умная девочка, Оливия. Подумай сама, где тебе спокойнее находиться после того, что ты узнала?
Как вы прекрасно умеете заговаривать зубы, герцог Эстанвиль.
– То, что тебя выбрали проводником, наводит на многие мысли. Ты приехала на отбор не случайно. И вовсе не ради охраны принцессы.
– То есть? – брякнула я ошарашенно.
– Вспомни, кто тебя назначил на роль фрейлины?
– Ректор Дэрриш, – прошептала я. – Но он не мог, он… Подожди. Хочешь сказать, они, менталисты, выбрали меня ещё до того, как я приехала сюда?
– Никто не станет совершать императорский переворот, не продумав план до мелочей. Совпадений не бывает, – Рейнард зло усмехнулся. – Ректор, говоришь…
– Он не мог! – Я протестующе вскочила, вставая напротив герцога. – Я знаю его много лет, Дэрриш друг моего отца. Если бы не он, путь в академию мне бы был закрыт.
– Просто Дэрриш? Без титула и имени рода? Насколько хорошо ты его знаешь? – спокойно спросил советник, но холод в его тоне мне совсем не понравился.
– Он был тем, кто смог полностью пробудить во мне дар, развить силы. Он уговорил родителей отпустить меня учиться в Королевскую Академию и помог с поступлением. И всё из-за того, что когда-то отец спас ему жизнь. После этого Дэрриш поклялся в преданности нашей семье.
Рейнард коротко кивнул.
– Хорошо. Мы узнаем, кто приказал отправить тебя вместе с принцессой. Если это был не твой ректор, мы свяжемся с Невиланией для дальнейших выяснений. Но в ином случае…
На этот раз помрачнела уже я.
Увидев изменения в моём настроении, советник подошёл ко мне ближе и осторожно поцеловал. Одна рука легла на затылок, другая тесно прижала к себе. Я снова поплыла от неописуемых ощущений, отметая все проблемы в сторону. Но к самым сладким, самым желанным чувствам добавилось ещё одно. Не совсем приятное.
У меня почему-то очень сильно зачесалась правая рука.
И чем дольше мы увлекались друг другом, тем сильнее нарастал зуд.
В конце концов я сама отстранилась и с недовольством начала расчёсывать кожу.
– Что за…
– Не чеши, – советник перехватил запястье и осмотрел место зуда. – Скоро пройдёт.
– Ты что-то знаешь, верно?
– Знаю. И, предвещая твой следующий вопрос, – нет, не расскажу.
Снова довольная улыбка.
– Но…
– Похоже, кто-то опаздывает на завтрак, – дракон указал на настенные часы, стрелки на которых уже давно перевалили за половину восьмого.
– Похоже, кто-то стал слишком часто меня перебивать, – возмущённо заметила я. – Самый последний вопрос. Обещаю! Зачем Его Величество ухаживает за Катрионой?
– Он не ухаживает, Оливия. Никогда не ухаживал.
– Но как же их свидания?
– После конкурса талантов Бертранд действительно пригласил Катриону Аравийскую на прогулку. Из-за обыкновенного любопытства, но не из-за заинтересованности в ней как в невесте. В последующие дни принцесса Невилании сама пару раз просила об аудиенции.
Я уставилась перед собой, переосмысливая информацию. Пару раз? Со слов Мириэль, принцесса ходила на свидания с Бертрандом едва ли не каждый день.
– Оливия, – позвал советник, обращая на себя внимание. – Ты же понимаешь, что император не может быть с человеком?
А ты можешь?
Но вслух я сказала лишь короткое:
– Понимаю.
На этом наш разговор закончился. Попрощавшись с Рейнардом и получив ещё один нежный поцелуй, я переместилась к себе. До невозможности счастливая, с бабочками в животе, подобными тем, что описывают во всех девичьих романах. И в одной простыне.
Моё разорванное платье оставалось оплакивать горькими слезами. А ведь вчера оно было новым!
На завтрак я всё же не пошла, предпочтя провести остаток утра, отмокая в ванне и обдумывая всё то, что услышала.
Проверила, где находится принцесса, убедилась, что с ней всё в порядке, и с чистой совестью окунулась в горячую, пахнущую травами воду.
Стыдно признать, но больше, чем ложные свидания Катрионы и допрос Норда, меня волновала ситуация со мной.
Как я могла оказаться проводником? Объясняет ли это мою связь с духами?
Всевышний, я ничего не могу понять. Почему они не выбрали дракона? Это же было логичнее!
Судя по словам Рейнарда, следить они начали за мной в академии, но проблема в том, что я не помню никаких подозрительных магов поблизости. Посторонних на территорию академии не впускали, я всегда чутко следила за своей безопасностью, да и Дэрриш помогал… Мог ли он?..
Нет. Ректор не мог. Человек, который многие годы заботился обо мне, как о родной дочери, не виноват. Только не он.
– Ливи-и-и-и! – Дверь в ванную с грохотом открылась, отлетая к стене и являя мне запыхавшуюся Катриону.
Ох, кажется, это дежавю.
– Ты с ума сошла?
Голос прозвучал слишком спокойно для такой ситуации, а я вспомнила время, когда мы только-только приехали в Аргарион. Катриона в тот день разозлила меня не на шутку, тоже забежав в ванную без стука.
Но сейчас никакой злости не было, лишь умиротворённое блаженство и абсолютное безразличие к взбалмошной принцессе. Неужели я окончательно привыкла к ней и её выходкам?
– Почему тебя не было на завтраке?
– Я поздно вчера легла и не выспалась.
И ведь не вру.
– Сегодня ляжешь пораньше, а сейчас вставай. – Катриона взяла меня за руку и бескомпромиссно потянула наверх. – Скоро будут объявлять результаты! Ты должна быть со мной!
Я досадливо застонала и добровольно ушла под воду. А чёртово запястье, как назло, опять начало чесаться.
Через час мы уже небольшой компанией сидели в малой гостиной. Мириэль не смогла присутствовать – у них с Кристианом вовсю бурлил конфетно-цветочный период, поэтому я была единственной, кто не имел никакого отношения к отбору. И чувствовала себя белой счастливой вороной среди серьёзных, взволнованных невест. Только Астарта да Катриона разряжали обстановку.
Вскоре массивные высокие двери раскрылись, впуская Савейю и вечно недовольных жизнью, постоянно молчаливых смотрителей. Но сегодня и сама распорядительница была особенно нервной, что, несомненно, меня радовало.
– Девушки, оставьте разговоры на потом! – скомандовала драконица, становясь во главе небольшого овального стола и наблюдая за избранницами как коршун.
Я подавила желание закатить глаза и безразлично почёсывала зудящее место сквозь рукав платья. Желание узнать, что за дрянь у меня на руке, снедало сильнее, чем интерес к результатам отбора. Радует только то, что Рейнард остался спокоен. Значит, зуд не опасен.
«Может, это побочный эффект после ночи с драконом?» – мысленно спросила я и чуть не засмеялась вслух от такой абсурдности.
– Следующее испытание будет финальным, – к Ла Фрейн присоединилась Кассандра, в отличие от герцогини выглядевшая донельзя довольной. – Все вы, леди, справились хорошо, но тем не менее только пять избранниц дошли до конца.
Сбоку от неё в воздухе стал проявляться рейтинг. Я облегчённо выдохнула, когда увидела Астарту на третьем месте. И поражённо подалась вперёд, когда на первом вновь оказалась Катриона.
Им настолько понравилась моя казнь?!
– Пять избранниц оглашены. Остальных я хочу поблагодарить за участие. – Савейя равнодушно осматривала готовящихся зареветь девушек. – Вашим семьям будут отправлены почётные знаки признательности от Его Величества. Император выражает искреннюю благодарность каждой из вас и сожалеет о том, что он не смог присутствовать на сегодняшнем завтраке.
Наверно, из-за допроса Норда. Бертранд вряд ли оставит в покое того, кто убил его фаворитку и хотел вывести из строя источник.
Выбывшие невесты одна за другой стали выходить из помещения: кто-то вышагивал с высоко поднятой головой, а кто-то еле сдерживал слёзы.
– Поздравляю финалисток отбора, – произнесла распорядительница таким тоном, что сразу стало понятно: плевать ей на успех невест. – Последнее испытание, как ни парадоксально, самое простое, но в тоже время самое сложное. Каждая невеста будет удостоена чести провести свидание с Его Величеством. Уже через день император выберет свою императрицу.
Драконицы, все, кроме Астарты, злобно посмотрели на Катриону, явно мысленно мечтая испепелить её за прогулки с Бертрандом. А принцесса бездумно улыбалась во все тридцать два и демонстративно сложила руки на груди.
– Когда состоится бал прощания? – спросила я, стараясь отвлечь внимание от бестолковой подопечной.
– Зачем вам об этом знать? – едко спросила Савейя.
– Мы на него приглашены.
– Кто вам сказал такую несуразицу?
Ла Фрейн фыркнула, самодовольно глядя и на меня, и на Катриону. Мне стоило сказать распорядительнице, что на бал могут попасть все желающие, но я, припомнив её приставучесть к Рейнарду, с садистским удовольствием поведала:
– Его Светлость герцог Рейнард Эстанвиль.
Торжествующее выражение исчезло с её лица так же молниеносно, как она залетела в эту гостиную. Глаза драконицы сузились, губы плотно сомкнулись, а ладони с громким стуком опустились на стол. Могу поспорить, Савейя находилась в крайней степени бешенства.
– Через неделю, – копируя змею, прошипела она.
– Полагаю, уже следует начинать готовиться и принимать приглашения от кавалеров, – я улыбнулась, вставая со своего места. Краем глаза увидела злую, хмурую Кассандру. Она внезапно на долю секунды положила руку Савейе на плечо. Повелительно, требовательно. Как будто смотрительница осадила герцогиню. Что за чушь? Странный жест не заметили ни невесты, ни смотрители, а я слегка кивнула Катрионе и стремительно вышла из помещения. Подальше от разборок.
Принцесса, к счастью, поняла мой намёк – за спиной послышался звук отодвигаемого стула и её звонкие шаги.

Глава 44

– Ливи, ты что делаешь?!
– А что я делаю? – переспросила я, почёсывая запястье. Когда же этот зуд прекратится?
Катриона насупилась.
Она нагнала меня быстро и сопровождала в крыло невест с явным возмущением на лице, но предъявлять свои претензии не решалась, только пыхтела подобно котлу с кипящим зельем.
– Подождите нас!
Не успели мы обернуться, как с нами поравнялись запыхавшиеся Астарта и Мириэль.
– Мне Астарта всё рассказала! – Эльфийка сделала донельзя довольное лицо. – Ты наконец-то решила объявить войну Савейе?
– Делать мне больше нечего, как войну ей объявлять, – фыркнула я, открывая дверь в свои покои и приглашая девушек.
– Но есть же причина, по который ты внезапно перешла в контрнаступление?
– Причина чересчур банальна – я хочу как следует отыграться на этой ящерице, прежде чем уехать в Невиланию, – слукавила я, за что получила слишком красноречивый взгляд Мириэль.
Она явно догадывалась, в чём был камень преткновения, особенно если учитывать ту сцену в иллюзорном зале. Но надо отдать должное, эльфийка хранила молчание и не пыталась вытянуть из меня признание.
– Ну раз так…
– Ливи, ты можешь не беспокоиться на этот счёт! После отбора я всё отрел… улер… у-ре-гу-ли-ру-ю, – по слогам произнесла Катриона и гордо приподняла подбородок.
– Почему ты…
«…опять говоришь так, будто победишь», – закончила уже про себя.
Я ведь прекрасно знаю почему. Из-за рейтинга, из-за того, что принцесса уже самым немыслимым образом обошла знатных и достойных дракониц. Обошла не в первый раз. Кто бы на её месте не предвкушал победу?
Вот только решение всё равно будет за императором, и, учитывая слова Рейнарда, выбор он сделает отнюдь не в пользу Катрионы.
Получается, смотрители и те, кто определяет рейтинг, хотят её унизить? Ставят на первые места, чтобы потом спустить с небес на землю? Если так, то…
– Что я? Договори, – потребовала принцесса.
– Я уже столько раз про это говорила, даже считать страшно, – заявила я, потерев виски. Астарта с Мириэль понятливо кивнули и сели по обе стороны от принцессы, а я в очередной раз завела всё ту же песню. – Ты же человек, Катриона. Что бы ты себе ни напридумывала, какие бы книжки ни читала, ты останешься человеком, который совершенно удивительным образом попал на отбор.
– Но, Ливи!
– Скажи, – перебила я принцессу, – позволил бы тебе отец выйти замуж за барона из провинции? Или же вовсе за подданного без титула?
Катриона переменилась в лице: нахмурила брови и слегка поджала губы.
Потому что знала, что нет. Никогда и ни за что Тириан Второй, приверженец традиций, авторитарный правитель до мозга костей, суровый родитель, не позволил бы случиться неравному браку. Он бы скорее отрёкся от своего ребенка – как бы жестоко это ни было.
– Тот же ответ будет и на вопрос, женится ли чистокровный дракон, император Аргариона, на человеческой принцессе. Человек на престоле драконьих земель равноценен гибели этих земель, плевку в традиции, плевку в подданных, плевку в сторону всего крылатого народа, который с самого детства ненавидит и наше королевство, и самих нас. Сможешь ли ты родить сильного наследника, достойного править империей?
Катриона молчала. И чем больше я говорила, тем ниже принцесса опускала голову, скрывая оскорблённое выражение лица шелковистыми прядями волос. От последнего вопроса её руки дрогнули, а ладони крепко сжали ткань платья.
– Ты ошибаешься, – еле слышно прошептала подопечная. – И глубоко заблуждаешься. Вот увидишь, у нас всё будет по-другому. Как в сказке!
Я издала не то страдальческий стон, не то отчаянный рык.
Чувствую себя профессором, который в сотый… нет, в тысячный раз объясняет своим непутёвым адептам теорию магии!
– Катриона, сказки на то и сказки, что в них правды даже на страничку не наберётся, – подала голос Мириэль.
– Но мне говорили иначе!
– Кто говорил? – Я подобралась.
– Няня, ещё в детстве, – невозмутимо ответила принцесса.
Мириэль с Астартой демонстративно закатили глаза, а я даже ответить ничего не смогла. Её слова звучали настолько наивно, настолько глупо…
– А вы слышали, что герцога Аттвуда арестовали? – резко перевела тему Мириэль, заметив, как быстро испортилось моё настроение.
– Офицера?! За что? – возмутилась Катриона. – Он же был таким галантным…
– Не знаю. Слухи о его задержании разнеслись быстро, но причину держат в тайне, – пожала плечами эльфийка и обратилась ко мне: – Ливи, тебе что-нибудь известно? У тебя же были подозрения на его счёт…
Я на секунду закусила губу, будто задумалась, и отрицательно качнула головой.
– Подозрения были, но причина ареста мне неизвестна.
– Жаль, мне интересно, за какую провинность его посадили. Он же не простой дворянин.
– В том-то и дело. Он заведует портальной системой, я как-то уже говорила об этом. Может, герцог использовал порталы не по назначению или что-то намудрил? – предположила драконица. – Больше полномочий – больше ответственности.
Мириэль согласно закивала, а я чуть расслабилась. Хорошо, что они не знают истинной причины, иначе бы началась паника. Думаю, даже после заключения Аттвуда императорская семья не станет раскрывать подробности. По крайней мере, до того момента, как все преступники не будут пойманы.
– У тебя на что-то аллергия? – внезапно спросила эльфийка, кивком указывая на моё запястье.
Всевышний, я уже сама не замечаю, как начинаю расчёсывать его. Это невыносимо!
– Случайно пролила одно из своих зелий, которое привезла из Невилании, – пояснила я невозмутимо.
Мириэль с принцессой стали причитать о моей неосторожности. Астарта собиралась к ним присоединиться, но отчего-то всмотрелась в место зуда внимательнее и после перевела на меня задумчивый взгляд.
Уже после наших посиделок, когда девушки стали расходиться по своим комнатам, а я намеревалась найти Рейнарда, Астарта подошла ко мне и обеспокоенно спросила:
– Ливи, скажи, с тобой недавно не происходило никаких… хм… изменений?
– Нет, никаких, – ответила я, напрягаясь. – Что-то случилось?
– Мне на секунду показалось, что на твоей руке… впрочем, нет. Забудь. Действительно показалось. – Она махнула мне рукой и быстро вышла из покоев.
– Показалось, – повторила я подобно эху. Это что ей там могло показаться?
Подошла к окну, распахнула шторы пошире, впуская солнечный свет, и уже самостоятельно осмотрела запястье. Кожа покраснела от постоянных расчёсываний, но в остальном ничего странного не было. Что Астарта увидела?
Сделав пометку выпытать у Рейнарда все подробности, я переоделась в платье с длинными рукавами, чтобы больше никому ничего не казалось, и решила позвать советника.
Вот только он предвидел моё желание. И пришёл сам.
Просто, как по щелчку пальцев, появился в моей гостиной с таким невозмутимым видом, словно для него подобные трюки были в порядке вещей.
– А можешь как-нибудь предупреждать о своём приходе? – нервно выпалила я и втайне порадовалась, что успела переодеться.
Как у него вообще получилось так незаметно переместиться? Где портал?!
– В следующий раз пришлю тебе письмо о своём скором прибытии.
– Очень смешно, – буркнула я. – А если бы я была тут не одна?
– Ты бы не стала меня звать, если бы была не одна.
– Как ты переместился без портала?
– Снова вопросы, – улыбнулся он. Ну хоть перестал строить из себя ледышку. И на том спасибо, как говорится. – Обещаю, что отвечу на них, но несколько позже.
– Несколько позже равно никогда? Сколько вы мне ответов задолжали, Ваша Светлость?
– Вы слишком плохого обо мне мнения, леди Шэролл, – дракон притянул меня за талию и заключил в нежные объятия.
– Когда это сам Рейнард Эстанвиль успел стать таким сентиментальным? – прошептала я куда-то в обтянутое камзолом плечо. – Или это тоже секрет?
– Какая ты догадливая, – усмехнулись сверху. – Оливия, ты явно звала меня не для того, чтобы спрашивать о чувствах.
– В следующий раз обязательно позову по этой причине, – заверила я, чуть отодвигаясь. – А сейчас я просто хочу присутствовать на допросе Норда Аттвуда.
– Исключено, – вмиг обрубил дракон.
– Ты даже не знаешь, почему я хочу этого!
– Я догадываюсь, – заверил Рейнард. – Поэтому исключено.
– Он признался мне в том, что я проводник.
– Аттвуд был зол, не контролировал себя.
– И в этот раз при виде меня он может потерять контроль! Нужно его только раззадорить…
– Ты собралась провоцировать менталиста? – Дракон повысил голос, явно намекая, что пора закрыть тему.
Как он ещё за столько времени не понял, что на меня подобные приёмы совершенно не действуют. Иммунитет вырабатывала годами!
– Да. Собралась. И если ты не дашь мне разрешение, я сама найду способ попасть на допрос.
Советник с минуту смотрел на меня немигающим взглядом, уголки его губ начали подрагивать – на сосредоточенном лице норовила расплыться улыбка. Это он так забавляется? Или гнев сдерживает…
– И как ты мне такая упрямая досталась?
Не успела я и пикнуть, как знакомые огненные вихри на секунду окутали подобно второй коже и выбросили нас в каком-то подземелье с грязными каменными стенами, источающими сырость. Не хватало только запаха гнили. Самое прекрасное место для пыточных комнат и тюремных камер.
– От меня ни шагу, поняла?
– Так точно, Ваша Светлость, – отчеканила я и для полноты эффекта еще и поклон отвесила.
Жаль, что не удалось увидеть реакцию Рейнарда, потому как из стальной массивной двери напротив нас вышли два эрша, тотчас перетянув внимание на себя.
Советник снова принял свой любимый облик холодной ледышки, дал какие-то отрывистые, непонятные указания стражам и подтолкнул меня вперёд.
Мы последовали за драконами, прошли несколько слоёв защитной магии и оказались в огромном помещении всё с теми же каменными стенами. В пыточной.
Она была разделена пополам мерцающей завесой, напоминающей тот купол, которым я защищалась при нападении наёмников.
С нашей стороны находились три огромные переливающиеся голубым сиянием сферы, которыми управляли эрши. От сфер, подобно паутине, тянулись белые тонкие нити. Они проникали через барьер и устремлялись прямиком к дракону, одиноко сидящему на магическом обсидиановом стуле, специально предназначенном для буйных заключённых.
Я нехотя втянула воздух, пропахший скверным запахом, чем-то напоминающим запах медикаментов из лекарского крыла, и принялась осматривать изувеченное лицо Аттвуда. Содранная кожа, открытые раны на руках, стёртые в кровь пальцы, следы на запястьях от магических кандалов – передо мной был уже далеко не благородный герцог.
Он смотрел куда-то в сторону, сквозь барьер, сквозь эршей и, кажется, сквозь стену. Взгляд был безжизненным, устрашал бездонной пустотой, блеклостью и туманной плёнкой, покрывшей некогда яркие зрачки.
– Что с ним? – шепнула я советнику, стараясь не издавать резких звуков.
– Наши маги контролируют его сознание и не дают ему проявлять ментальные способности. Это своего рода пытки.
Получается, подавление ментального дара разрушает его сознание?
– Он видит нас?
– Нет, – Рейнард осторожно положил ладонь мне на плечо. – Не видит, но может слышать, когда мы непосредственно к нему обращаемся.
Значит, его пытают уже второй день? Легко же ты отделался для убийцы, Аттвуд.
Я сделала маленький шаг вперёд, но в ту же секунду застыла на месте. Спиной почувствовала, как напрягся советник, а потом поняла, что в пыточной вовсе повисла могильная тишина.
Норд ожил. И резко посмотрел в нашу сторону. Точно на меня. Устремил свои безжизненные, затуманенные глаза прямо в мои.
– Да что вы, леди Шэролл, – злое шипение раздалось настолько внезапно, что я дёрнулась назад, практически впечатавшись в Рейнарда. А офицера это только позабавило. Он каркающе рассмеялся, запрокидывая голову назад, совсем как сумасшедший, потерявший рассудок пациент.
Советник, обхватив меня за плечи, хмуро бросил:
– Вильям.
Эрш, стоящий ближе всех, кивнул и начал что-то наколдовывать в сфере. Белые нити засверкали, проводя через себя магию, и натянулись, заставив Норда захрипеть от боли.
– Подожди, – остановила я, поморщившись от звука задыхающихся, болезненных стонов Аттвуда. – Я пришла сюда не затем, чтобы забавляться его конвульсиями.
Пытка прекратилась.
Одолеваемая еле различимым, крошечным страхом, прячущимся где-то глубоко внутри, я прошла чуть вперёд и выжидающе уставилась на бывшего офицера. Он приходил в себя недолго, быстро вернул себе маску сумасшедшего и снова устремил на меня свой пустой взгляд.
– На кого ты работаешь? – спросила я, придав голосу побольше уверенности. Нужно вспомнить, какие ужасные вещи совершил герцог, чтобы у меня даже на долю секунды не появилось чувство жалости.
– Вы либо слишком глупы, либо слишком самоуверенны, раз думаете, что я скажу вам, – прохрипел Аттвуд, вновь натягивая кривую улыбку. – Думаю, в вашем случае первое утверждение ничем не отличается от второго.
– Вы действительно считаете себя настолько сильным? – усмехнулась я, делая ещё один шаг вперёд. Страх притупился и отдал бразды правления необузданному желанию отомстить. – Настолько сильным, стойким, чтобы уметь противиться пыткам?
– Прекрасная леди, если бы я боялся пыток, я бы не протянул здесь и дня. Но, как видите, мы с вами вполне спокойно ведём разговор, – еле договорив последнее слово, Норд зашёлся в затяжном приступе кашля подобно неизлечимо больному. Когда агония закончилась, он сделал несколько глубоких вздохов, прежде чем заговорил вновь. – Да, я силён. И силён настолько, что даже ваши жалкие нитки, жалкое подобие заклинания контроля не смогло вытащить из меня информацию. Так же, как вы не смогли вытащить её из моих воинов-наёмников. Позор императорской армии!
До слуха донёсся выразительный скрежет зубов, принадлежащий оскорблённым эршам. Оглянулась на Рейнарда – у герцога на лице не дрогнул ни один мускул, но плотно сомкнутые челюсти и холодный прищур выдали его злость.
– Тем не менее ты за решёткой, Аттвуд, – протянула я, стараясь говорить как можно более саркастично. Повернулась боком к мерцающей преграде и прошла вперёд. – А нападение на невест потерпело неудачу. Подумать только, твои бравые воины не смогли преодолеть защитный барьер какой-то невзрачной адептки!
Норд наконец дрогнул, едва двинул бровями в попытке нахмуриться, но сразу же вернул себе надменный вид.
Вот куда нужно бить. По самолюбию.
– Не смей хамить мне, человек! Ты ведь пожалеешь о каждом своём слове! Лучше молча уйди и ожидай своей участи.
Боковым зрением я заметила, как один из эршей потянул за нити, но быстро вскинула руку, останавливая.
– Какая же ждёт меня участь, Ваша Светлость? – мягко произнесла я, снова поворачиваясь к Норду. – Настолько ли она плоха, как ваша? Впрочем, не отвечайте. Дело даже не в участи. Мне вас жаль.
Я замолчала, выдерживая паузу и безразличным взглядом осматривая камеру офицера. Прошла влево, желая помельтешить перед глазами Аттвуда и как следует подействовать ему на нервы. Безусловно, странно пытаться психологически давить на менталиста, такие фокусы не действуют на этих магов. Но, учитывая уязвимость и истощённость герцога, его психика сейчас сильно страдает.
– Вам меня жаль? – Норд засмеялся, прерывая молчание. – А должно быть наоборот!
– Позвольте, – в очередной раз я встала напротив офицера. – Действительно    жаль! Так опозориться нужно уметь.
– Что за чушь вы несёте?
– Ну как же? Провалить своё задание, когда вы уже на пути к цели. Великий менталист, обладатель недюжинной силы и почётного поста проиграл мне – какой-то девчонке! Вы даже не сумели скрыть свои следы!
Норд гадко ухмылялся, качая головой на каждое слово, но от последней фразы застыл. А я продолжила:
– Те следы на полу… Всевышний, мне хотелось рассмеяться. Офицер императорской армии не додумался скрыть за собой такие глупые улики.
– В эту комнату не заходили больше семи лет! – хрипло рявкнул он. – Они были бесполезны.
– Интересно, этого ли ждали те, кто отправлял вас? – продолжила я гнуть свою линию, медленно прогуливаясь мимо Аттвуда. – Кстати, каково это, быть обычной пешкой, выполняющей приказы?
– Я не…
– Не иметь ни капли власти, выполнять чьи-то приказы, зная, что вы не более чем жалкий слуга, ложно носящий высокий титул? Почему вы терпите это? Может, не настолько вы уж и сильны? На самом деле слабак, который трясётся от страха, стоит хозяину поднять руку?
– Замолчи! – Норд взревел и снова закашлялся, дёргаясь на стуле.
– Сколько раз вы их подставляли? Сколько раз проваливали задания? Полагаю… со времён первого переворота всё идёт не по плану. Из-за вас? Уверена, что да. Завидую терпению вашего начальника, я бы давно вышвырнула такого бесполезного недоноска. – Я подошла почти вплотную к барьеру, чуть наклонилась вперёд и с улыбкой прошептала: – Как старую, ни на что не годную половую тряпку.
– Дрянь! – Аттвуд подорвался со стула и сразу же с громким стуком впечатался обратно. Белые нити натянулись сильнее, обхватывая его руки, ноги, сдавливая туловище.
– Какой же ты слабак, – выплюнула я, брезгливо осматривая дракона. – Даже неумелый карманник из моего королевства вызывает большее уважение, чем ты.
– Ты умрёшь! Повелительница уже начала ритуал, и совсем скоро ты умрёшь! – гортанным голосом захрипел Аттвуд. Он мелко затрясся, с его глаз исчезла серая дымка, а белки налились кровью. – Все вы умрёте, если не примете её власть! Прародители уже несколько веков на её стороне, их сила принадлежит ей по праву крови!
Я отошла назад и обхватила себя руками, стараясь унять дрожь. Безумство, с которым офицер выкрикивал проклятия, не могло сравниться даже с Освальдом Коннелом в ту кошмарную ночь. Радовало только то, что Норд вышел из себя и начал говорить про планы преступников. Однако новость о существовании некой повелительницы была далеко не приятной.
Тёплая рука легла на спину, Рейнард мягко подтолкнул меня к выходу, но Аттвуд заметил и, точно обезумев, прокричал:
– Помяни мои слова, человечка, ты будешь корчиться от боли, ты будешь умирать долго и мучительно, пока духи не используют последнюю каплю твоей силы! Поверь мне, ты сполна узнаешь, что такое предательство, что значит проиграть всё и потерять всё!
Советник вскинул ладонь и выпустил потоки пламени, обрушивая их на офицера. Сквозь исступлённые, истошные вопли я услышала жёсткий голос Рейнарда, отдающего указания эршам, и после провалилась в портал.

Глава 45

– Поправь меня, если я не права, – обратилась я к советнику, осматривая себя. – Стандартные порталы для всех жителей Аргариона имеют голубой цвет. Порталы особей императорских кровей – огненные. Они переносят быстрее и без последствий. А каким видом порталов пользуешься ты?
– Второй вариант. – Рейнард налил мне воды из графина, а сам разместился в кресле возле окна. – Это очевидно.
– Неправда. – Я сделала несколько глотков и постаралась расслабиться после пережитых эмоций. Только тело до сих пор окутывал затхлый запах медикаментов, а в ушах звенели яростные крики офицера. – Сегодня в мои покои ты переместился без единого намека на какой-либо портал. Просто появился в пространстве!
– Тебя сейчас действительно только это беспокоит? – спросил советник, создавая в ладони сферу – точную копию тех, что были в пыточной, только намного меньше.
– Что это? – полюбопытствовала я, подойдя ближе.
– Воспоминания Аттвуда, которые нам удалось получить, когда ты его разговорила, – пояснил Рейнард, а после благодарно посмотрел на меня. – Ты умница, Оливия. Но больше ты так рисковать не будешь.
– Сама решу, что я буду, а что нет, – буркнула я, присаживаясь в кресло напротив. – Тем более Норд Аттвуд сказал…
– Не имеет значения, что он сказал, – перебил советник. – Ты под защитой драконьей магии. Магии моего рода, которая уничтожит любого, кто посмеет на тебя напасть.
– В первый раз слышу о подобных свойствах защитных заклинаний.
– Это не совсем заклинания, – уклончиво ответил Рейнард, а мне захотелось чем-нибудь в него кинуть. Например, книгой. В прошлый раз у меня это неплохо получилось. – Даже не думай, – вдруг хмыкнул дракон.
Я удивлённо вскинула брови. Это он про книгу, что ли?
– Мысли читаешь?
– У тебя чересчур кровожадное выражение лица.
– Странно, ведь до приезда в Аргарион у меня даже намёка на кровожадность не было, – посетовала я, откидываясь на бархатную мягкую спинку кресла.
Мысли о доме снова навеяли грусть. А смогу ли я вообще вернуться к родным? Переживу ли чёртов ритуал…
– Рейнард, скажи, у тебя есть подозреваемые на роль этой повелительницы? – озвучила я самый главный свой вопрос.
– Есть. Аттвуд упомянул, что духи подчиняются ей. По праву крови. – герцог почему-то выдержал долгую паузу, словно не хотел продолжать. – Пока я не выясню, верны ли мои подозрения, пусть они останутся в тайне.
– Опять?! Издеваешься?
– Просто поверь мне. Если ты всё узнаешь, преступники могут изменить свои планы и перейти к действиям. Твоя связь с духами им в этом поможет.
– Но духи же, наоборот, на моей стороне… Или нет?
– Они пытаются противиться воле своей повелительницы и дают тебе знаки о помощи, но в остальном предки всего лишь выполняют приказы. Это объясняет, почему мы с Бертрандом не могли дозваться их, – советник горько усмехнулся, проводя ладонью по волосам, и поднялся со своего места. – Я должен идти. До утра не выходи из покоев. Мы собираемся вытянуть из Аттвуда больше информации, пока он окончательно не сойдёт с ума, поэтому в ближайшее время я буду долго отсутствовать. Но если что-то произойдёт, немедленно зови меня.
Рейнард скрылся в портале, на прощание запечатлев короткий поцелуй на моей макушке, и оставил меня наедине со своими страхами. Всё это время духи имели ко мне, к моим мыслям и снам беспрепятственный доступ, а я совсем не противилась, потому что думала, они ждут от меня помощи. Но вдруг это было что-то другое?
Я уже практически не помню снов, в которых они являлись, не помню моментов, когда возникал красный туман, но точно уверена – в самый первый раз, когда прародители навели мне сон, они не хотели причинить зла. Они показывали мне преступления, просили найти виновника. И дальше их просьба повторялась, но потом… Потом их приход стал причинять боль. Не это ли проявление воли повелительницы?
Кем она вообще может быть? Та, кто по праву крови имеет власть над великими духами. Либо она сама является духом, либо у неё есть силы…
– Конечно, – прошептала я, внезапно догадавшись, и тут же прижала пальцы к губам.
Из всех членов императорской семьи хранительницей источника и его сил была Лариадна – кронпринцесса, которая пропала без вести! Именно на её портрет я смотрела, когда столкнулась с Нордом Аттвудом! Как я раньше была так слепа? Вероятно, с помощью контроля над духами Лариадна помогала управлять империей. Но потом ей захотелось больше власти? Насколько же она была жестокой, сумасшедшей, что ради трона убила собственную семью и не пощадила даже родную сестру…
Испугавшись опасности, к которой могут привести подобные мысли, я принялась ставить блоки на своё сознание, чтобы закрыть его от любого: живого и неживого существа. Скинула туфли, забралась в кресло с ногами и так провела всю оставшуюся ночь, пытаясь сложить все происшествия, все зацепки в один большой пазл.

Глава 46

Дни до бала потекли бесконечной вереницей невзрачных событий. Мою скуку разбавили разве что испытание Катрионы и приезд мадам Трессы.
Первое прошло, как ни странно, замечательно. По крайней мере, такого визга, с которым принцесса встретила меня после своего свидания, я не слышала ещё никогда. Внятных подробностей я, конечно же, не дождалась. Лишь многочисленные заверения в том, насколько прекрасен, учтив и галантен император.
Но больше всего в тот день меня заинтересовала Астарта, тайно рассказавшая о своей внезапной симпатии к Бертранду. Она так непривычно краснела, запиналась и нервно прикусывала губу, что не возникло никаких сомнений о её не пойми откуда взявшихся нежных чувствах. Оставалось только надеяться и верить, что император тоже не остался равнодушен к драконице.
Принцессу после допроса Аттвуда я сканировала на ментальное воздействие не раз. И даже не два. Ещё и советника попросила, когда у того нашлась свободная минутка. Рейнард действительно проверил Катриону и, к моему облегчению, не нашёл ничего.
Но обстановка во дворце всё равно была угнетающей. Большую часть времени я проводила одна вместе со своими догадками и подозрениями, каждый раз придумывая новые и новые варианты развития событий. Слишком многое случилось за время отбора, слишком многое было упущено и слишком многое я не могла вспомнить и понять.
От переживаний меня на чуть-чуть избавил приезд швеи, который я ожидала с удивительным теплом и толикой грусти. Ведь это, вероятно, был последний раз, когда чудесная мадам Тресса создавала мне платье.
– Дорогая, мы из тебя сделаем таку-ую принцессу, что все придворные ахнут! Даже сам император будет жалеть, что ты не его невеста, – щебетала мастерица, обматывая меня в какие-то ткани.
– Скажете тоже, – засмеялась я и чуть подвигала затёкшей рукой. Ещё десять минут примерки, и я свалюсь с ног.
– Не шевелись! Мы почти подобрали тебе образ. Только выбери: красное или серебристое? Мои девочки думают, что красное будет смотреться очень зрелищ…
– Серебристое, – заявила я бескомпромиссно и поморщилась при виде красной ткани, которую Тресса крутила в руке. Этот цвет навсегда будет ассоциироваться с Савейей.
– Я так и думала. Мы сделаем из тебя снежинку… ан нет! Снежную принцессу!
Швеи-помощницы согласно закивали с жадным предвкушением в глазах.
– Даже боюсь представить, как это будет выглядеть.
– Это будет выглядеть прекрасно! Я когда-нибудь подводила тебя? Нет? То-то же!
Воспоминания о тёплой встрече развеялись, оставляя лишь приглушённое эхо болтовни мадам Трессы. Передо мной вновь предстала пустая, тихая гостиная. Я сидела возле окна, наблюдая за медленным снегопадом. Катриона с Астартой и смотрителями были заняты подготовкой к балу. За принцессу я в кои-то веки перестала волноваться, советник и ей выделил дополнительную охрану, хотя, казалось бы, куда больше.
Мириэль с Кристианом планировали свою дальнейшую жизнь, изредка появляясь перед нашим взором. Рейнард с головой окунулся в расследование, вернее, в поиск странных вещей, которые Аттвуд забрал из той старой комнаты.
А я, оставшись одна, старалась особо не ходить по дворцу и проводить время в своей гостиной.
С каждым днём, с каждым часом меня сильнее одолевало предчувствие надвигающейся беды. И ощущение того, что я забыла что-то важное. Как обычно.
В некоторых снах я слышала голос Лариадны и ещё одной драконицы… или двоих дракониц? Кто они?
Ещё большая странность: зачем кронпринцессе нужно было трогать фаворитку императора? Это ведь по её приказу Аттвуд убил Веронику. Всё это похоже на один большой запутанный клубок из ниток. И шанс распутать его, чувствую, будет стоить жизней.
– Всевышний, или кто там ещё меня слышит… Дайте хоть подсказку какую-нибудь, – вздохнула я, протирая слипающиеся от недосыпа глаза. – Или, будьте добры, замедлите время…
Потому что наш судный день неминуемо приближается.

Глава 47

– Оливия, как я выгляжу? – в сотый раз за сегодняшнее утро спросила Катриона. Она обернулась вокруг своей оси, показывая голубое, расшитое жемчугом платье, и выжидающе уставилась на меня. – Не слишком посредственно для такого важного дня?
– Пре-крас-но, – отчеканила я.
– Ты преувеличиваешь!
– Я преуменьшаю, Катриона. Ты выглядишь потрясающе. Настоящая принцесса, – я кивком указала на мерцающую алмазную тиару в сложной прическе принцессы.
– Кстати, – спохватилась она. – Закрой глаза!
– Зачем?
– Просто закрой! Это сюрприз!
Я удивилась, но послушно выполнила просьбу и, затаив дыхание, начала ждать. Чего – не знаю.
Катриона подвела меня, вероятно, к зеркалу, усадила на невысокий стул, следя, чтобы я не упала, и принялась что-то делать с моими волосами.
– Надеюсь, это безопасно, – пробормотала я, чувствуя, как подопечная с пыхтением пытается прицепить к моей голове какой-то предмет.
– Безопасно! Я, правда, думала, что ты выберешь платье другого цвета, но так даже лучше! Сейчас я только закреплю тут… ага… Можешь открывать глаза!
Я нетерпеливо уставилась в собственное отражение, но никаких изменений не увидела. Разве что прическа стала более собранной, и теперь несколько прядей были убраны назад.
– Заколка? – спросила я, заведя руки назад и ощупывая макушку. В волосах действительно было нечто непонятной формы, прохладное на ощупь и, судя по всему, украшенное камнями.
– Да! – довольно подтвердила принцесса. – Хоть ты её сейчас не видишь, зато увидят другие! Я долго выбирала заколку, не знала, какие камни тебе больше нравятся, и остановилась на моих любимых. Надеюсь, ты оценишь!
– Спасибо, Катриона, – прошептала я, благодарно улыбаясь.
Не люблю телячьи нежности, но в этот раз всё же обняла подопечную, чувствуя необыкновенное тепло к этому взбалмошному ребёнку. Надо ли признаваться, что после отбора мне будет её не хватать? Где ещё найдёшь такую наивную, глуповатую и капризную принцессу?
Когда Катриону позвали смотрители, чтобы дать последние указания, меня начало потряхивать.
Сегодня император объявит победительницу, и отбор завершится. Сегодня император снимет метки с избранниц, примет силу духов. Сегодня Лариадна завершит ритуал. И от того, как он закончится, зависит и моя жизнь, и жизнь Аргариона.
До торжественной церемонии, а по совместительству открытия бала, оставалось всего часа два. Я не торопилась спускаться вниз и своим видом мозолить глаза высшей знати. Даже прекрасное платье Трессы из серебристой мерцающей ткани, с расшитым алмазами лифом не побудило меня предстать перед императорским двором.
Я упрямо взывала к духам. Всеми возможными способами: и мысленно, и вслух, и угрозами, и мольбой. Знаю, что рискую, что Лариадна с большой вероятностью узнает, но теперь плевать. Пора бы начинать действовать, а не сидеть сложа руки и ждать своего приговора. Особенно когда ждать осталось недолго.
– Ну где вы? – крикнула вслух, не выдержав. – Мне нужна ещё одна подсказка! Всего лишь одна последняя подсказка! Вы же сами хотите своего спасения!
Тщетно. Даже намёка на красный туман не было.
Устало выдохнув, с нескрываемым раздражением я схватила с комода белоснежные перчатки и вышла из комнаты. В последний раз взглянула на себя в настенное зеркало, поправила волосы и в этот же миг скорчилась от прострелившей голову боли.
Мучительные ощущения выбили почву из-под ног, сдавили лёгкие, но буквально через секунду их заменили образы. Пышный букет образов, которые сменяли друг друга так быстро, что к горлу начала подступать тошнота.
Я пыталась зацепиться хотя бы за что-нибудь, высматривала расплывчатые черты, пока передо мной не предстала яркая, чёткая сцена. С Кассандрой.
Смотрительница принимает сосуд с золотой жидкостью от Аттвуда, затем перешагивает через… через тело погибшей Аверилл и исчезает в огненном ореоле. Портал переносит её на первый этаж к двери прислуги. Но Кассандра проходит мимо, останавливается напротив огромной стальной двери и прикладывает к ней ладонь.
Образы исчезли, к горлу подступил тугой ком, но я, не обращая внимания на дурноту, выбежала из покоев. Мысленно позвала Рейнарда и, получив короткое «я у себя», рявкнула ошарашенным, охраняющим крыло невест эршам:
– Мне нужно переместиться в кабинет герцога Эстанвиля, быстро!
Драконы, словно узнав, что случилось, вопросов задавать не стали, а я рванула в портал, как только он появился.
Но то, что увидела в кабинете, повергло в ступор, заперев все восклицания, норовившиеся сорваться с языка.
– Рейнард, любимый, почему сюда может заходить кто попало?
Савейя пропела это ликующе, с трепетом прижимаясь к советнику. А он не отталкивал, держал её за талию, притягивал к себе и с невообразимым презрением смотрел на меня.
– Не знаю, дорогая, – ласково ответил он, а меня словно холодной водой окатило с ног до головы. Они стояли буквально впритык к стеллажу с книгами и тяжело дышали. Всегда идеальная прическа герцогини Ла Фрейн была растрёпана, а сама драконица бросала на меня обвиняющие взгляды, явно намекая на то, что я помешала чему-то большему. – Выведите её.
Холодный, не терпящий возражений тон Рейнарда подкосил, заставил в неверии отпрянуть назад. Сзади послышались грубые голоса эршей, меня потянули за локти, но я, не став дожидаться собственного позора, вырвалась и помчалась прочь.
От ласкового смеха Савейи, донёсшегося вслед, я сломалась окончательно.
Не видя дороги, побежала по чёртову мраморному скользкому полу, задыхаясь от рыданий и глотая горькие слёзы.
Всевышний, пусть лучше тот наёмник ещё раз пырнёт меня саблей! Пусть это всё окажется кошмарным сном!
Какой же глупой дурочкой я была! И ведь учила морали принцессу, говорила, что дракон не может быть с человеком, а сама, как эгоистка, надеялась на лучшее.
Он же сам… сам сказал тогда эту истину. Как будто намекал.
Сдерживать громкие всхлипы становилось всё сложнее, даже эрши, которые изначально припустили за мной, не стали преследовать.
– Ливи!
Навстречу откуда-то вылетела Катриона, дёрнула меня за руку и прижала к себе.
– Что произошло? Всевышний, из-за чего ты плачешь? Пойдём со мной, тебе нужно умыться! И воды! Срочно воды!
Туман в голове и перед глазами совершенно не позволял вернуть себе самообладание. Меня душили непрекращающиеся слёзы. Они текли по щекам, даже когда дыхание начало приходить в норму. Я чувствовала их солоноватый вкус. Вкус жестокой ошибки, вкус навалившихся проблем, вкус безутешного отчаяния, страха и предательства. Совсем как неделю назад предрёк мне Аттвуд.
– Ну что ты, Ливи! Ты же моя сильная, беспринципная охранница! Зачем же так убиваться?
Нет. Вовсе нет. Какая же я сильная, если меня настолько остро ранила простая неверность, хотя в верности мне даже никогда не клялись?
Но, Всевышний, почему так больно? Так отвратительно. Будто душу из груди вынули. Поверила в любовь, девочка? Почувствовала себя особенной? Вот и урок. Жестокий, суровый, а главное, жизненный. Вот она, реальность со своим цинизмом. А сказок не существует.
Голова снова стала невыносимо болеть, какие-то невидимые клешни точно специально сжимали виски, не давая прийти в норму.
– Катриона, мне не совсем хорошо, – вымолвила я одними губами.
– Да, я понимаю, – кивнула принцесса. – Сейчас мы дойдём в мои покои, и всё будет хорошо. Еще Астарту с Мириэль позовём, они выслушают и…
– Нет, ты не поняла. – Я вынула свой локоть из рук девушки и остановилась, начав массировать виски. Боль только усиливалась, не собираясь утихать ни на каплю. Понадобилась пара минут, чтобы понять, в чём дело и от чего идут болезненные импульсы.
Стала спешно ощупывать свою прическу, мечтая сорвать демонову заколку.
– Ливи! Мы должны идти! Вдруг кто-то увидит тебя в таком состоянии? – Катриона снова потянула меня за руку, но я заупрямилась, уже практически воя в голос.
– Кто увидит? – простонала я и вскинула голову. – Где мы вообще находимся?
– Как где? В покои наши идём!
– Какие покои? Они в другой… – Я всё же смогла отцепить странное украшение от волос. Пошатываясь от навалившейся слабости, поднесла его к лицу и приглушённо охнула.
Перед глазами возникло воспоминание из артефактной лавки: как Норд Аттвуд покупал у продавца поблёскивающую брошь, как внимательно, пристально рассматривал лепестки цветка, усыпанные рубинами.
Абсолютно такого же цветка, какой сейчас лежал у меня на ладони.
Накопитель.
– Катриона, – прошептала я, поднимая полный ужаса взгляд на притихшую подопечную. – Катриона, что же ты…
– Прости меня, Ливи.
Сознание всё-таки покинуло меня, уступая место тёмной бездне.
Последнее, что я увидела, – мокрые от слёз и невероятно грустные глаза принцессы.

Глава 48

Звонкий стук каблуков по каменному полу отдавался лёгкой болью в висках. Запястья и голени сдавливало что-то прохладное, но открыть глаза я не решалась. Слушала подозрительную тишину вокруг, слушала себя, свои чувства и вспоминала. Многое вспоминала: начиная с приезда в Аргарион, первых неудач, первых странностей, и заканчивая словами продавца в оружейной лавке.
Всё же видящие никогда не ошибаются.
– Открывай глаза, девчонка. Я знаю, что ты очнулась.
Противиться я не стала. Медленно, щурясь от резкого магического света, подняла веки и хорошенько проморгалась, пока расплывчатый силуэт драконицы не стал чётким.
– Ох, избавь меня от этих осуждающих взглядов, Оливия. Они должны быть предназначены не мне.
Заторможенно я отвернулась от ухмыляющейся Кассандры, ещё не до конца придя в сознание, и осмотрела себя. Как и ожидалось, меня пригвоздили к стене тугими энергетическими путами, не дающими даже пальцем шевельнуть. Полагаю, уже собрались жертвоприношение делать.
Помещение, в котором, по моим подозрениям, будут проводить ритуал, походило на подвал: каменные стены, расписанные неизвестными древними рунами, и пол с огромной пентаграммой, кажется, нарисованной кровью.
К горлу начала подступать тошнота. Я быстро запрокинула голову, чтобы не видеть омерзительные алые разводы и не чувствовать металлического запаха.
– Всё посмотрела? – Смотрительница подошла ближе, с каким-то потаённым превосходством взирая на моё обездвиженное тело. – И даже не скажешь ничего? Не будешь угрожать? Выпытывать подробности? Я разочарована.
– Ты… – я запнулась, закашлявшись. Голос осип, его привычные интонации едва ли прослеживались сквозь тихие хрипы. – Просто сумасшедшая ящерица на побегушках у своей недоповелительницы.
Вопреки моим ожиданиям, Кассандра почему-то рассмеялась. Злорадно, истерически, как в приступе. Видимо, безумный смех – обязательный атрибут для преступников.
– Я даже не буду пытать тебя за непочтительное обращение. На побегушках? Так ты ещё не поняла, – драконица натянула фальшивую, кривую улыбку. – Оно и неудивительно, столько месяцев мы отравляли твоё сознание.
– Вы…
– Молчи! – рявканье Кассандры отдалось звоном в ушах. – Молчи и смотри.
Смотрительница сделала шаг назад, подняла перед собой руки ладонями вверх и застыла. Не прошло и минуты, как у ног драконицы начал клубиться красный густой туман. Духи окутывали её тело, поглощали каждый миллиметр, пока вовсе полностью не скрыли Кассандру в алой дымке.
Я задержала дыхание, во все глаза наблюдая за странным размытым коконом, и не сдержала вскрика, когда туман стал рассеиваться, показывая совершенно другую драконицу. Ту, которая была виновна во всех бедах.
– Что скажешь, человечка? – Лариадна вновь рассмеялась, увидев ужас на моём лице. Заострённые, ужесточённые черты её лица значительно отличались от тех, что были на портрете.
– Но это невозможно… Невозможно, – я шептала себе под нос, не веря в происходящее. Значит, никакой Кассандры не было? – Такая смена облика подвластна лишь…
– Метаморфам. Впечатляет, не так ли?
Кронпринцесса принялась вращать в воздухе ладонью, создавая маленький алый ураган.
– Смотри внимательно! Они слушаются меня беспрекословно. Я их хозяйка. Я их повелительница. Только я могу управлять ими! Делать из них послушных питомцев.
– Ты называешь великих духов питомцами? – тихо изумилась я, пытаясь побороть неимоверную слабость.
Почему действие заколки до сих пор не отпустило?
– Посмеешь судить меня? – Кронпринцесса с силой сжала ладонь в кулак, и ураган исчез. – Я расскажу тебе небольшую историю. Подарок жертве перед её героической смертью.
– Будешь оправдывать то, что натворила, – нервно усмехнулась я. – Все преступники перед тем, как завершить дело, начинают оправдывать свою гнилую душонку.
Внезапная пощёчина заставила меня прикусить язык и на секунду поморщиться. Красный туман, повинуясь драконице, хлестанул по нежной коже, кажется, оставив на ней порез.
– Не смей обвинять меня! – истошно закричала Лариадна. – Никто не верил мне, никто не ценил то, что я делала для империи!
Со звериным рыком она запустила поток огня в стену чуть правее от меня. Я замерла, приготовившись к худшему, но камни позади замерцали, целиком поглощая пламя.
Она сумасшедшая. Совершенно ненормальная, спятившая…
– С самого рождения я была второй. Кронпринцесса, так и не ставшая императрицей! Прислуга для собственной семьи, полезная только своей связью с духами! Я знала, как нужно управлять Аргарионом, я знала больше их всех! Я могла привести империю к расцвету, сделать так, чтобы остальные земли со своим ничтожным народцем склонили головы перед драконами! Но Роберт всё испортил.
– И за это ты его убила? – выкрикнула я, провоцируя драконицу на признание.
– О нет, – прошептала она, хищно оскалившись. – Я убила великого императора и его убогую семью за предательство. Тебе ведь знакомо это слово, Оливия?
– Они ведь и твоя семья, – проигнорировала я вопрос и тут же сдавленно застонала от очередного удара по уже раненой щеке.
– Не смей причислять меня к ним! Они были моей семьёй, пока не отвернулись от меня! Роберт женился на пустышке Аделии, помутившей ему рассудок. – Лариадна тряслась от напряжения, выплёвывала отрывистые фразы, попеременно выбрасывая в стену новые и новые потоки огня. – Дрянь, занявшая место императрицы. Моё место!
Она говорила про свою родную сестру так, словно та была её заклятым врагом с рождения. Необузданный гнев драконицы окончательно доказал, что в ней не осталось ничего светлого. Лариадна черна, как сама ночь. Её аура, её сердце и её мысли. Всё отравлено ненавистью.
– Я обучалась запрещённым ритуалам. Исследовала духов-прародителей, их мощь, источник. И поняла, что они могут намного больше. Только представь, на что способна древнейшая сила, которая несколько тысяч лет копила магию моего народа! Духам подвластно всё! – кронпринцесса тяжело задышала, поднимая перед собой руки. – А мне подвластны они. Но ты, человеческое отродье, не поймёшь меня.
– Верно, – ответила я еле слышно. Силы медленно покидали меня, оставляя слабость и опустошение. – Я не понимаю преступников.
– Не нарывайся, – Лариадна сдавила мой подбородок длинными, холодными пальцами, вынудив посмотреть ей в глаза. Совершенно бездушные, обезумевшие глаза. – Ты представить не можешь, через что мне пришлось пройти. Я десятки лет училась управлять своими предками, чтобы доказать своё право на трон. Сначала это были безобидные иллюзии и заклинания, а потом я овладела искусством поглощения. Я надевала на себя личины умерших драконов, перенимала их магический дар и воспоминания. Я могла видеть глазами духов и слышать их ушами.
– Если ты была такой могущественной, почему попытка захватить власть провалилась? – спросила я и приготовилась к новой пощёчине, но Лариадна почему-то медлила с наказанием.
– Единственная ошибка была в том, что я недооценила собственных предков. – Она медленно провела острым ногтём по моей здоровой щеке. – Я убила практически всех, кто стоял у меня на пути. Но совсем не ожидала, что удар в спину нанесут те, чьей хранительницей мне суждено быть с рождения.
Кожу на месте порезов щипало, заставляя морщиться, силы покидали ежеминутно, словно их высасывали призрачные, ядовитые щупальца, но я с усилием заставляла себя не терять сознание и сосредоточенно слушать.
– Питомцы взбунтовались против своей хозяйки? – спросила я с иронией.
– И за это поплатятся.
Драконица отпустила меня, переключив внимание на пентаграмму, и принялась медленно осматривать кровавые контуры и древние руны. Пока один из таинственных символов не загорелся ярко-алым светом.
– Началось, – с придыханием сообщила Лариадна. – Кровь Тириана удивительно быстро впитывает магию.
Тириана? Мне послышалось?
Драконица неотрывно следила за вспыхивающими надписями и упоённо рассказывала:
– Когда переворот не удался, я приняла облик Кассандры – моей умершей две тысячи лет назад родственницы. И пока дворцовые ищейки – преданные Роберту псы – пытались найти виновников, а народ оплакивал кончину императорской семьи, я начала планировать вторую попытку. После долгих поисков собственной ошибки я наконец поняла, в чём было дело! Сама вселенная дала мне второй шанс! Духи – всего лишь души умерших драконов, но они обладают разумом. В тот день я рискнула присвоить их силу самостоятельно – без ритуалов, без должной страховки, и в результате сполна за свою глупость ответила. Предки разгневались и практически уничтожили меня. Спасением стал мой дар хранительницы. Убить ту, кто поддерживает баланс источника, эти предатели не посмели.
«Разве баланс поддерживает не император?» – подумала я про себя. Задать этот вопрос вслух не было сил.
– Я потратила немало времени, прежде чем поняла, что магию из источника можно вытянуть только тогда, когда духи находятся в бессознательном состоянии. Когда они сами добровольно отдают свои силы. Догадываешься, о чём речь?
Я кивнула, но драконице мой ответ не требовался. Она была целиком и полностью поглощена пентаграммой.
– Отбор! Единственное время, когда духи делятся с избранницами своей магией. Сила, заключённая в метках невест, сегодня соберётся у победительницы! А победительницей станет крошка Катриона.
Имя принцессы кольнуло сердце. Уже растеряв добрую половину эмоций, я всё же вновь почувствовала горький вкус отчаяния. Где же Рейнард… Знает ли он, что сейчас происходит?
«Потерпи, Оливия. Просто дождись меня».
Шёпот в голове прозвучал настолько неожиданно, что я едва не вскрикнула от испуга.
Заозиралась по сторонам и задержала взгляд на увлечённой кронпринцессе, подмечая, что она ничего не слышала.
Значит, это он? Действительно Рейнард? Или я начинаю бредить?
– Без тебя бы ничего не вышло, Оливия, – победно протянула Лариадна. – Для моего ритуала нужен был тот, в ком течёт кровь драконов. Из всех кандидатов ты стала идеальным вариантом.
– Мои родители люди! – прошептала я протестующе. – Мои предки…
– В твоих предках был полукровка. Так давно, что уже неизвестно, как он появился, от кого и когда. Но результат налицо. Именно в тебе проснулась сущность моего народа. Крошечная капля драконьей крови позволила человечке быть неуязвимой перед ментальной магией. Неудачник Аттвуд долго не мог понять, почему ты не поддаёшься ему. – Она скривилась, как от зубной боли. – Глупец! А ты удивительный экземпляр, Оливия Шэролл. Ментальное воздействие по-разному влияет на драконов, твой предок, верно, обладал стойкостью перед менталистами, и тебе передалось его умение. Уникальный случай! Даже я с радостью бы провела над тобой пару экспериментов.
А ведь Рейнард говорил о драконах в моих предках. Только я была слишком упёртой, чтобы признать.
– Дарование метки человеческой принцессе стоило мне нескольких месяцев магического истощения, – продолжила Лариадна. У её ног вновь закружился красный туман, медленно распространяясь по всей пентаграмме. – Катрионе не повезло с отцом. Кто бы мог подумать, что Его жалкое Величество Тириан Второй окажется сильнейшим менталистом во всём магическом мире!
– Что? – выдохнула я, не сдержавшись.
– Подданные-людишки не знают, что таится в шкафу у королевской семьи, – снисходительно пояснила драконица. – Ментальный дар у Аравийских передаётся только первенцам по мужской линии, поэтому Катриона не могла противиться внушению. Тириан хотел власти. Старик давно бредил породниться с драконами и нарастить свою мощь. Он даже не подумал, что бедная, несчастная драконья принцесса, пришедшая за помощью, может быть опасной, и беспрекословно пожертвовал своей дочерью ради сладкой жизни.
Мне захотелось кричать от бессилия и несправедливости. Но всё, что я могла сделать, – лишь дышать полной грудью, пока и это не отнял у меня жертвенный ритуал Лариадны.
– Знаешь, девочка, его убийство принесло мне неописуемое удовольствие, – заговорщически прошептала драконица, под конец перейдя на беззвучный смех. – А сколько удивления было в этих пугливых, бесстыдных глазах!
Я смотрела на радующуюся кронпринцессу из-под полуприкрытых век и не понимала, как она могла стать таким чудовищем. Что её сгубило? Что породило её безумие?
– Метка Катрионы – искусственная, хоть и поставлена духами, – Лариадна вернулась к рассказу, ликующе улыбаясь каждый раз, когда на полу вспыхивала очередная руна. – Я спровоцировала лишний выплеск силы из источника, чтобы эта человеческая пустышка попала на отбор. Но мне нужна была та, кто могла бы своей магией питать метку, не позволяя ей исчезнуть. Теперь понимаешь, насколько важна твоя роль?
Лариадна медленно осмотрела меня с ног до головы и удовлетворённо кивнула.
– Уже совсем скоро.
– Зачем тебе проводник? – просипела я, стараясь сфокусировать взгляд на драконице.
– Видишь ли, у Катрионы не получится отдать мне силы духов добровольно. Никто и ничто не сможет их забрать, кроме древнейшей ментальной магии. – Кронпринцесса прикрыла глаза, прислушиваясь к чему-то.
Новая руна в пентаграмме загорелась алым, а я с паническим ужасом почувствовала возникшую в пространстве потустороннюю энергию. Она ощущалась каждой клеточкой моего обездвиженного тела, тёмная, надмирная и, несомненно, опасная.
Воздух в помещении накалялся. Дышать становилось труднее.
– Когда силы из меток выбывших избранниц перейдут к Катрионе, начнётся главная часть ритуала. Древнейшая магия менталистов, заточённая в крови бывшего короля Невилании, пробудится в тебе, как только ты издашь свой последний вздох. Твоя устойчивость перед ментальным воздействием спровоцирует энергетическую коллизию, которая не позволит ритуальной магии выйти из-под контроля. За это время ты, или лучше сказать, твоя человеческая оболочка, контролируемая мной, отнимет силы духов у Катрионы.
– И спровоцирует их гнев, – закончила я, нацепив некое подобие ухмылки. Это похоже на бред. Такого ритуала попросту не может существовать, он нарушает все существующие законы магии! Какая, к чёрту, коллизия? Конфликт двух противоборствующих сил ведёт к разрушению! Мы все погибнем!
– Похвальная выносливость. По моим подсчётам, ты уже должна быть без сознания, – наигранно восхитилась Лариадна, повернувшись в мою сторону. – Магия предков начнёт сжигать тебя изнутри, пытаясь освободиться. Я же возьму на себя роль спасительницы, помогу духам, заберу силы себе и уничтожу источник.
Опять какие-то роли. Для неё это похоже на спектакль? Источник тысячелетиями был вместилищем могущества драконов. Если его уничтожить, наступит конец света. Как Лариадна этого не понимает?!
– И духи позволят тебе это сделать?
– Ты слушала меня невнимательно! – процедила драконица. – На отборе предки становятся бессознательными душами. Всё время, что ты провела в Аргарионе, я настраивала их против тебя. Они, как преданные псы, будут слушаться меня и позволят мне спасти их силу от твоего нападения.
Но духи давали мне подсказки и улики. Они же помогали, причём не раз!
Внезапное озарение подарило крохотную надежду. Лариадна ошибается. Предки не до конца потеряли разум. Они, возможно, слабы и не способны противостоять своей хранительнице. А мне нужно как-то им помочь. Только для начала мне бы кто помог.
Будто услышав мою просьбу, в углу подвального помещения вдруг появился огненный ореол. Сердце забилось быстрее при мысли о том, кто его мог создать, но всё разбилось в пух и прах.
Из портала величественно вышла Савейя. Вот кому принадлежал второй женский голос в моих снах.
– Ну наконец! – воскликнула Лариадна, рукой подзывая к себе распорядительницу.
– Бертранд выпил зелье. Скоро он выберет Катриону, – герцогиня искоса посмотрела на меня и брезгливо скривилась. – Рейнард ничего не заподозрил.
– Не заподозрил? Тайный совет…
Запястье, не беспокоившее меня пару дней, внезапно прострелило адской болью, и я истошно завопила, перебивая речь Лариадны. Я судорожно перевела взгляд в сторону и сквозь слёзы увидела проявляющиеся на руке огненные линии. То, что сейчас происходило, ни в какое сравнение не шло с ожогом от Освальда и с ранением от сабли. Запястье горело изнутри. Действительно горело, заставляя меня срывать голос, а мир перед глазами меркнуть.
– Это невозможно! – завопила Савейя, метнувшись ко мне разъярённой фурией. – Он не мог! Не мог!
– Успокойся! – гаркнула кронпринцесса, рывком освобождая мою руку от магических пут и всматриваясь в выженные раскалённые линии. Хватило пары секунд, чтобы она удивлённо отпрянула и перевела на меня ошарашенный взгляд. – Истинная. За столько веков… Удивительно, как ты не почувствовала, что в кабинете был не Рейнард. Впрочем, человек… Какой позор!
На осознание её слов не осталось времени. Глаза ослепила яркая вспышка. Образ обозлённых дракониц и ненавистные каменные стены испарились. Вместо них осталось только белое, как снег, пространство.

Глава 49

Вокруг было пусто. Белый плотный туман заменял пол под ногами, а вдалеке виднелось бескрайнее, подёрнутое серой дымкой пространство. Словно я стояла где-то на перепутье или попала на изнанку мира.
Когда зрение стабилизировалось после вспышки, когда предо мной предстала нескончаемая даль, я какое-то время просто стояла, гадая, сон это или нет. Даже не сразу заметила, что руки и ноги освободились от магических пут, а самочувствие стабилизировалось.
Я… умерла?
– Ещё нет, – раскатистый баритон раздался откуда-то сверху. Или справа. А может, и слева.
– Кто здесь?
Мой голос прозвучал звонко, разносясь громким эхом куда-то вдаль. Я заозиралась по сторонам, пытаясь обнаружить незнакомца, но не увидела ни единой души.
– Ты знаешь нас.
– Вас много?
– Так много, что со счёту давно сбились.
Понятно. А раньше вы не были настолько разговорчивыми.
Общаться с пустотой было очень неудобно и даже как-то неуютно. С другой стороны, за мной сейчас наблюдают тысячи душ крылатого народа, конечно, мне неуютно. Кому понравится такое?
– Сейчас мы не можем перед тобой показаться. Даже если бы захотели, – пояснил женский мелодичный голос.
– Но Лариадна вас видела, – напомнила я, усаживаясь на туманный пол и подбирая под себя ноги.
– Видела.
И всё. Духи затихли. Я тоже молчала, ожидая, что они соизволят пояснить свои причуды. Но для начала узнать бы, где я нахожусь. Эта информация была бы мне очень кстати.
– Ты на линии перехода, – прошелестело прямо над ухом.
– А не могли бы вы не лезть в мою голову? – раздражённо поинтересовалась я, отползая на добрых два метра куда-то влево.
– Мы не лезем. Мы всего лишь их слышим.
«Прекрасная отмазка. Лучше не придумаешь», – передразнила я мысленно, но продолжила уже вслух:
– Что значит линия перехода? Граница? Между жизнью и смертью?
– Да, – подтвердил мужской голос. – Ты все ещё дышишь, всё ещё жива, но времени осталось мало.
– Лариадна говорила, что во время отбора вы становитесь бессознательными душами. Но сейчас вы вполне себе в уме, – резюмировала я задумчиво.
Я точно не сплю?
– На линии перехода земные правила не работают, – обрушился хор голосов. – Ты хочешь вернуться назад, Оливия?
Назад? Туда, где из меня выжали энергию, как из лимона? Где сумасшедшая принцесса собирается угробить весь мир? Где я познала так много боли?
Спасибо, но мне и тут хорошо. Так спокойно, тихо и умиротворённо.
– На тебя действует эффект перехода, Оливия. Но все твои истинные желания здесь, – мои волосы на секунду поднялись в воздух, как от небольшого ветра. – У тебя в голове. Вспомни дорогих родителей, вспомни родную академию, друзей и любовь. Вспомни счастье, которое ты испытывала от жизни.
Я цокнула языком в негодовании, но после повторившейся требовательной просьбы закрыла глаза, сосредоточилась на себе и стала мысленно воспроизводить последние самые яркие события.
Плен у Лариадны, предательство Катрионы, Рейн… нет. Я не хочу смотреть.
– Не то. Глубже. Загляни глубже.
Вздохнула и напряглась ещё раз, уже тщательнее выбирая временные отрезки. Почему-то очень захотелось вспомнить академию.
Первая успешно закрытая сессия, широкие улыбки, предвкушение долгих каникул и первый в жизни глоток крепкого эля в какой-то сомнительной забегаловке. Потом драка с адептами-заклинателями: мы гордые, они пьяные, в хлипкие стены летят стулья и столы, хозяин таверны грозится вызвать стражу. Но в итоге вызывает ректора.
Наконец, громкий, обидный выговор Дэрриша и нескончаемые, почти вечные отработки в грязных аудиториях зельеварения.
Да, незабываемое время. Беззаботное.
– Хорошо, – прошелестели голоса. – Продолжай.
День королевского бала. Ужасное платье с тугим корсетом, духота, надоедливые кавалеры. Побег с торжества и прекрасная прогулка с родителями по ночному саду. Долгожданная свобода.
Я неосознанно улыбнулась, практически ощущая прохладный ветер, играющий с растрёпанными волосами. Показалось, что сейчас вокруг меня закружатся голубые светлячки, разнося нежный аромат цветов.
– Правильно, Оливия. Ещё.
Воспоминания сменялись одно за другим: первые детские радости, семейные задушевные беседы, путешествия, поступление в академию, друзья, преподаватели, Аргарион, поездка к Виране и Фредерику… Как много всего.
Но только одно вызвало мурашки по коже, разбудило тоску в сердце и непреодолимое желание всё исправить.
Я в одной простыне на коленях у советника. Сонная. И счастливая. Он что-то говорит, поглаживая меня по спине, перебирая волосы и целуя в висок, а я жмурюсь от удовольствия, от тепла, разливающегося по венам.
«Удивительно, как ты не почувствовала, что в кабинете был не Рейнард».
Приглушённый голос Лариадны возник всего лишь на секунду, но мне хватило и этого.
– Я хочу вернуться, – твёрдо проговорила я, вставая на ноги.
– Тогда послушай эту исповедь, – начали духи. Все призрачные голоса слились в унисон. – Лариадна. Наша хранительница. Наша помощница. Наше разочарование. Девочка, родившаяся с уникальным даром. Девочка, которой предназначалась особая роль в истории драконьей империи. Мы любили её настолько, насколько могут любить духи, утратившие земные чувства. Лариадна обладала с нами той связью, которой не обладал никто. Никогда. Эта связь её и погубила. Мы не уследили. Мы позволили большее в надежде на то, что она станет светочем, соединяющим мир предков и мир живых. Но Лариадна выбрала тьму. Наша сила опасна. Она потусторонняя, она связана со смертью, с горечью истории Аргариона, с первыми драконами и их древнейшей магией, которую Лариадна из-за своего упрямства захотела подчинить. Магия отравила принцессу, а она не смогла справиться с такой огромной энергией, с её давлением и сдалась, сама того не заметив. Лариадна нарушила баланс между жизнью и смертью, возвращая облики тех, кто давно почил, вороша их воспоминания, используя источник как место для собственной подпитки и экспериментов. А мы пытались её остановить. Пытались, да не могли навредить собственной хранительнице, не могли перекрыть ей доступ к священной энергии. Не могли оборвать нашу связь. Из наших знаний она постигла тайну о другой древнейшей магии, несущей смерть для драконов. Ментальной магии. Это та сила, которая конкурировала с сущностью нашего народа ещё задолго до становления мира. Та сила, которая безвозвратно повлияла на жизнь империи. Она порабощала наших предков, сводила их с ума и убивала. Всё дело в нашей природе, в нашей сущности. Первые драконы – те, от кого мы появились, не принимали человеческий вид. Они были зверями, не могли ни мыслить, ни говорить, ни противостоять магии, пока не осознали, что сами обладают силой огня. Из века в век мы постоянно видоизменялись, учились выживать, учились бороться и наконец создали зачарованный источник, который после смерти каждого дракона забирал его силы, превращая их в первозданный вид. В истинный огонь. Источник защищал нашу магию, но чтобы она оставалась стабильной, мы решили проводить священные отборы с ритуалами передачи. Это самый простой способ дать источнику отдохнуть, перенаправить энергию, соединить её с аурами драконов, дабы поддерживать баланс земель и не дать существам с ментальным даром нарушить наш покой.
Рассказ предков действительно походил на исповедь в храме. Их речь была монотонной, обрывчатой, иногда неразборчивой и бесцветной, но я всё равно слушала, не смея отвлечься ни на минуту.
– Если ваши силы должны соединяться с аурами драконов, почему на отбор попали другие расы?
– Лариадна, – ответили мне незамедлительно.
Ну конечно. Мне стоило догадаться.
– Потерпев неудачу в первый раз, она не оставила своё желание власти. А мы вновь оказались бессильны, чтобы её остановить. Наша связь крепла с каждым днём, ибо принцесса всё чаще перенимала воспоминания предков. Она на долгое время приковала к себе облик Кассандры и обрела в себе часть наших душ. Её план был безумен, но сама она так не считала. Лариадна спровоцировала дарование меток представительницам иных рас, чтобы не вызвать подозрений к человеческой принцессе. Но этим нарушила устоявшийся баланс, который нам придётся восстанавливать долгие столетия.
Значит, ауры эльфийки, человека, дриады и других невест из недраконьих рас буквально соединились с силами источника из-за метки?
Всё очень сложно и запутанно.
– В итоге Лариадна взяла над вами полный контроль?
– Да.
– Но как? – нахмурилась я, вспоминая первые недели в Аргарионе. И слова Дэрриша. – Мне говорили, что с вашим могуществом не сравнится ничто. Ваша воля – закон, и, если её нарушить, вы обрушите свой гнев на драконов!
– Мы никогда не причиним вреда драконам. Тебе могли соврать, могли подделать воспоминания, исказить информацию. Всё ради того, чтобы удержать на отборе.
Лариадна тоже об этом говорила… Что же получается? Дэрриш тоже под влиянием был?
– Король Невилании сделал немало зла нам, себе и своему народу, – пояснили духи. – Ты – единственный человек, который не поддавался ни ему, ни другим менталистам.
Я кивнула. Знаю. Во мне же капля драконьей крови.
– Но почему Лариадна всё равно имела на меня такое сильное влияние? Почему она могла проникать в мои мысли?
– С нашей помощью. Она была уверена в том, что мы стали бессознательными душами, и отправляла нас к тебе. В твои сны. Мы навещали тебя каждую ночь, а после и день. Иногда успешно, иногда нет. Твоя устойчивость к внушению блокировала многие наши попытки. Сначала мы пытались помочь, показывая малую часть правды, пока полностью не лишились воли.
Я промолчала, почувствовав, как голова становится ватной от обилия информации.
Ты хотела ответов, Оливия? Ты их наконец-то получила. А сколько нервов ушло на их поиск? Сколько нервов ушло на осознание своей обречённости и беспомощности?
Даже гадать страшно.
– Скажите, – начала я, поёжившись. Пограничная линия уже перестала казаться такой спокойной и умиротворённой. Теперь она пугала. – Что мне сейчас делать?
– Прими нас и наше покровительство.
Я посмотрела сначала наверх, потом в стороны, надеясь, что всем духам было ясно видно скептическое выражение моего лица.
– Оливия, ты вошла в императорскую семью. Ты имеешь право обрести связь с источником и с нами. Только признай это. Впусти нас.
– В каком смысле вошла в императорскую семью? – пробормотала я ошарашенно. – Да, в моих предках был дракон, но это… это же… я всё ещё человек! А баланс?
– Он компенсируется твоей драконьей сущностью, которая вскоре начнёт только расти. Посмотри на своё запястье.
Не хочу.
– Посмотри, Оливия!
Поморщившись от приказного тона, я поднесла запястье к лицу и внутренне вздрогнула. Тонкие изящные линии, в которых крохотной струёй текло некое подобие раскалённой лавы, складывались в замысловатый, непонятный рисунок. У меня лишь одно предположение.
– Метка истинной пары, – подтвердили мои худшие опасения духи. – Мы признали тебя. Остальное за тобой.
Но как я это…
– Всего лишь прими данное. Не отрекайся от него.
Легко сказать. Как принять то, что тебе кажется нереальным?
Я сглотнула для храбрости и принялась заворожённо рассматривать оранжевые линии. Как она вообще появилась? Рейнард был серьёзен? Может, это была ошибка и советник ничего мне не говорил, потому что не хотел, чтобы я узнала? Или готовил к неприятной правде?
Нет, так я ничего не добьюсь.
Метка ведь моя. Чем бы ни руководствовался Рейнард, теперь она никуда не исчезнет, она останется со мной навсегда. И я принимаю это. Я принимаю свою связь с духами, я принимаю свою связь с императорской семьёй. Я признаю наследие предка-дракона. Я хочу вернуть баланс источнику, Аргариону и себе. Я хочу, чтобы больше не было боли, страданий и отчаяния. Я хочу, чтобы всё закончилось.
Поэтому мне необходимо вернуться.

Глава 50

– Свершилось!
Я едва не дёрнулась от победного клича Лариадны, с особым усилием удержав глаза закрытыми.
Я смогла! У меня получилось!
Запахи подземелья, лёгкий холодок, звуки обрушились стремительной лавиной, отрезвляя после тихой, безжизненной линии перехода.
– Посмотри на меня!
Я подчинилась моментально, широко раскрыв глаза. Голова немного кружилась, но самочувствие было прекрасным. Где-то внутри, в солнечном сплетении, я чувствовала тепло. Странное, необычное тепло, пульсирующее по венам, нарастающее с каждой секундой. И одновременно с ним появлялось нечто холодное, тёмное, давящее.
– Ваше Высочество, почему ничего не происходит? – проблеяла Савейя. Краем глаза я видела, как она сжалась в углу и опасливо смотрит на меня. А я, похоже, стояла в центре алой сияющей пентаграммы.
– Сила просыпается, – благоговейно прошептала Лариадна. – Я чувствую её.
Да. Я тоже чувствую. Только не одну, а две силы, которые клокочут, бурлят, растут и вот-вот вступят в борьбу.
– Немедленно останови ритуал!
Жёсткий приказ, раздавшийся в полной тишине, ошарашил не только меня. За ним последовали гулкие хлопки открывающихся порталов, их было так много, что подземелье озарилось голубым светом.
Савейя вскрикнула, попытавшись ускользнуть, но была перехвачена вооруженными эршами. А Лариадна не двигалась и с видом победительницы смотрела на огненный ореол, через который выходили очень злые Бертранд и Рейнард.
Я не сдержала улыбку облегчения. Пришёл.
– Останови ритуал, Лариадна, – процедил герцог, еле сдерживаясь, чтобы не перейти на крик. Его руки были объяты пламенем, готовым вот-вот сорваться в сторону кронпринцессы. Создавалось такое ощущение, что Рейнард изменит ипостась прямо здесь.
– Ты не можешь мне навредить, – оскалилась драконица. – Ты знаешь, что она тоже пострадает.
Советник обернулся в мою сторону и дёрнулся вперёд, но контур пентаграммы не пустил его, загоревшись ярче и спровоцировав древнейшие силы. Ментальная магия, магия драконов – их истинный огонь, вступили в схватку. Из ладоней вырвалось багровое пламя, окутывая моё тело, согревая его, но не обжигая. Лёгкие сдавила тисками тёмная энергия, пытаясь поработить волю, прорваться в сознание. Только я не позволяла.
– Что происходит?! Что ты делаешь? – взревела Лариадна, пытаясь прорваться ко мне. – Не смей!
Огонь разрастался, становясь свирепее, мощнее. Он кружился вокруг меня ураганом, не давал ментальной магии вырваться наружу, заключая её в клетку. Потусторонняя энергия металась, вновь и вновь возобновляя атаки, но я не ощущала боли. Лишь полную власть над стихией драконов и абсолютное бесстрашие.
Отдалённо я слышала шёпот духов и рёв огня, сосредоточивалась на тёмной магии, пока наконец не выпустила её через ладони, вслед за огнём. Стоило только чёрному дыму показаться, как пламя набросилось на него, поглощая и растворяя в себе.
А потом взлетело ввысь, расплавляя камни даже через защиту, и исчезло.
– Нет. Невозможно, – обессиленно прошептала Лариадна. Мотая головой из стороны в сторону, абсолютно растерянная, она медленно подняла перед собой ладонь. Эрши, удерживающие её, и застывший император изумлённо смотрели, как кожа драконицы начинает тлеть, обращаясь в пепел.
Но я долго наблюдать за гибелью кронпринцессы не смогла. Меня прижал к себе Рейнард, не позволяя смотреть на агонию Лариадны. Он что-то говорил, заглядывал мне в глаза, а я решила, что мой эмоциональный лимит на сегодня исчерпан.
Похоже, обмороки – любимейший выход из всех критических ситуаций.

Эпилог 1

После событий в том поздемелье, после пробуждения на белоснежной кровати в лекарском крыле первое, что я сделала, – нашла Мириэль, собрала вещи и порталом отправилась в эльфийское королевство.
Именно туда доставили Катриону, которая из-за ментального внушения, длившегося не просто несколько месяцев, а несколько лет, была в абсолютно невменяемом состоянии. Эльфийские целители – лучшие в мире – немедленно занялись её реабилитацией, диагностировав сильнейшее расстройство, потерю памяти и повреждение ауры. Единственное, что радовало, – Катриону оправдали перед судом Аргариона. Сама Астарта просила за неё у императора, который, как оказалось, тоже недолгое время был под воздействием ментальной магии. Но как только Лариадна умерла, опасность миновала и многое встало на свои места. Духи обрели свободу и предстали перед императорской семьёй, рассказав всё, что случилось за последние десятки лет.
Что касается моей персоны, Мириэль временно поселила меня в своём доме, мы вместе навещали Катриону в лазарете Светлейшего Кириаля и так же вместе проливали за неё слёзы. Я по привычке считала принцессу своей подопечной, по привычке защищала её и не держала на неё зла. Да и незачем было. Вся вина лежала на погибшем короле и Лариадне, а Катриона просто стала их жертвой.
Через пару недель я всё же вернулась в Невиланию, посчитав, что тоска по дому стала невыносимой, и получив порядка двадцати гневных писем от Дэрриша с приказом немедленно предстать перед ним живой и невредимой.
В королевстве меня ждал хаос. Настоящий хаос, возникший после гибели Тириана. Драконы раскрыли тайну королевской семьи подданным Невилании и выдвинули ультиматум: либо династия Аравийских отрекается от престола и носители ментального дара берутся под тотальный контроль, либо грядёт война.
Люди испугались до чёртиков. Надо ли говорить, что в тот же день произошла смена власти?
В королевстве начались попытки восстания, но, слава Всевышнему, их быстро подавили, а на трон взошёл некий троюродный племянник почившего короля, уже давно находившийся при дворе. В общем, каким-то чудом Невилания сумела пережить тёмные времена.
А меня в первый месяц в академии поглотил круговорот событий. Общественный переполох от внезапных реформ, постоянные расспросы о моём долгом отсутствии, непростая учеба, защита диплома и забота о Катрионе, которую я навещала в эльфийском королевстве каждую неделю.
В академии моей персоне уделялось слишком много внимания. В основном из-за моей странной секретной стажировки, о которой никто ничего не знал. Нередко меня пытались вывести на чистую воду и выяснить хотя бы мало-мальские подробности, но в итоге уходили с пустыми руками.
– Куда ты ездила?
– Эту информацию не дозволено разглашать.
– Хорошее было место?
– Безусловно.
– Почему так долго?
– Контракт.
– Чем занималась?
– Многим.
– Когда ты успела так измениться?
– Я всё та же.
– Почему вернулась?
– Король погиб, меня обязали вернуться на родину.
И расспросы прекращались.
Конечно, были открытые нападки в мою сторону – слишком подозрительно выглядело моё отсутствие, но Дэрриш посодействовал, чтобы непутевые адепты не лезли ко мне со своими обвинениями.
Дэрриш вообще носился со мной, как курица с яйцом. Когда его освободили от ментального внушения, он будто ожил и с двойным усилием принялся меня доставать.
В первый день в Невилании у меня состоялась долгожданная встреча с родителями, которым я, конечно же, не раскрыла правду о липовой стажировке. А уже через день я пришла к ректору. И разревелась прямо на пороге, после ещё час поливая слезами его диван.
Я рассказала всё, что произошло на проклятом отборе: сны, гонения, ссоры, боль, что скопилась за столькие месяцы. Рассказала про Катриону, Мириэль и Астарту, про духов и источник, про Савейю и Лариадну.
Но умолчала о советнике.
Просто показала метку на запястье, и Дэрриш больше ничего не спрашивал. Только поджал губы, приобнял меня за плечи и сам едва не прослезился.
А мне полегчало. Ненадолго, правда.
Ровно через месяц началась ломка. Настолько адская, что я готова была сбежать в Аргарион незаконными путями, лишь бы увидеть его. Останавливал, опять же, Дэрриш, нагружая меня работой по самое горло. Но она не помогала.
Метка зудела, горела, иногда пылала, разогреваясь до такой степени, что длинный рукав на платье начинал темнеть, грозя вот-вот испепелиться.
Боли не было. Только желание прикоснуться к Рейнарду, увидеть его, обнять, почувствовать родное рядом и никогда не отпускать.
Днём я жизнерадостно общалась с адептами, сдавала проекты преподавателям, писала с Дэрришем дипломную, а ночью плакала в подушку.
Не спасали даже встречи с Мириэль, Астартой и Катрионой, которые постоянно упрашивали меня увидеться с советником.
Почему я не поехала в Аргарион? Не знаю. Женская гордость? Глупость? А может, всё сразу? Омрачало ещё то, что Рейнард сам никак не давал о себе знать. Ни в тот день, когда я уехала к Мириэль, ни когда вернулась в Невиланию.
Да, я понимала, что сама себе придумала проблему. Но я всё равно не могла просто взять и заявиться перед Рейнардом, навязывая своё общество. В Аргарионе тоже творился переполох, ясное дело, советнику было не до меня.
Когда наступил апрель, я чуть не сошла с ума. И тогда же состоялся скандал с ректором.
– Ты посмотри на себя! – взревел он, подводя меня к большому зеркалу в приёмной. – Посмотри, на кого ты похожа!
– Я выгляжу прекрасно. Бодрячком, – заявила я, игнорируя взбешённого мужчину.
– Если ты бодрячком, тогда я фея!
Я посмотрела на Дэрриша, нацепив недоумённое выражение лица.
– Это давно общеизвестный факт.
Ректор прижал ладонь ко лбу – его любимый жест – и наказал с чрезмерной строгостью:
– Или ты завтра едешь в Аргарион к своему чешуйчатому. Или я отправлю тебя к драконам сейчас же!
– Я сама решу, что мне делать со своей личной жизнью.
– Но такая жизнь доведёт тебя до могилы, – обречённо отозвался Дэрриш.
Точный смысл его слов я поняла уже на четвертый месяц пребывания в Невилании. Это была пора защиты диплома мага-боевика, но готовиться к ней было практически невозможно. Я не хотела ничего. Плевала на всё с высокой колокольни, перестала нормально питаться и спать, была похожа на бродячего мертвеца, которого упокоили раз двадцать и воскресили раз тридцать.
Но диплом в итоге защитила.
Вот прямо пару минут назад отстрелялась перед преподавателями и вылетела из аудитории, направляясь прямиком к ректору.
Теперь пусть отправит меня к драконам! Хоть в карете, хоть пешком, хоть верхом на черепахе – всё равно.
– Я сдала! – громко оповестила я, заглядывая в кабинет, но ответа не услышала. Перевела насторожённый взгляд на окно и выронила из рук пачку исписанных листов пергамента.
Тонкие листы с важной информацией о моей учёбе разлетелись во все стороны, но я даже не дрогнула и продолжала смотреть на него.
Совсем не изменился.
Всё такой же чёрный строгий камзол, расшитый золотыми нитками, собранный вид, прищур огненных глаз… Из образа выбивалась только лукавая полуулыбка.
Мой ступор длился пару минут, я вовсе потеряла дар речи, а Рейнард веселился, стоя возле ректорского стола и заложив руки за спину.
Боевые заклинания сами сорвались с ладоней, мне даже напрягаться не пришлось. От первого он отбился, как от назойливой мошки, со вторым так же, третий отразил уже изящнее, четвёртый перенаправил в лакированный шкаф ректора… Дэрриш меня убьёт.
Я не кричала, не истерила, но злилась до безумия. А потом вдруг бросила в Рейнарда огненным шаром.
Я. Огненным шаром.
Огненным!
– Полагаю, пора заканчивать, – сообщил советник и, пока я изумлённо смотрела на собственные руки, оказался рядом, заключив в крепкие объятия. Чуть кости не захрустели. – Я запру тебя в своём замке, обещаю. Чтобы больше никаких приключений.
– Кто тебе сказал, что я на это согласна? – запротестовала я, намереваясь высказать наглецу всё, что я о нём думаю, но вмиг притихла, почувствовав нежный поцелуй в шею.
Как мало, оказывается, мне нужно, чтобы растаять. Или это метка с ума сходит.
– Если не согласна, я построю замок здесь, – заверил советник и внимательнее всмотрелся в моё лицо. – Метка начинает входить в полную силу. В тебе уже проявляется магия драконов.
То есть огонь, который я каким-то непостижимым образом смогла сотворить, проделки метки?
– Почему так происходит? – спросила я без энтузиазма. Совсем не это я сейчас хотела узнать.
– Мы теперь соединены. Наши ауры, наша магия и наши жизни.
– Что-то вроде «и умерли они в один день»? – хмыкнула я скептически.
– Ты забыла о «прожили долго и счастливо».
Я притихла. Разговор как-то не клеился.
– Я не мог приехать раньше, – вздохнул Рейнард. – Аргарион был в опасности из-за последователей Лариадны. Я не мог рисковать и прервал с тобой все связи до тех пор, пока последний изменник не был казнён.
– Вы казнили всех? – поинтересовалась я, вспомнив о Савейе. Нет, мне её не жалко. Но она же тоже была частью императорской семьи… Впрочем, за ту иллюзию с Рейнардом я готова была убить её самостоятельно.
– Всех, – отрезал советник. – Благодаря Аттвуду мы поняли, что замышляет Лариадна, нашли многих предателей империи, но всё равно бездействовали. Любая попытка навредить ей или помешать привела бы к краху. Она бы убила тебя.
Руки, обхватывающие талию, напряглись.
– Я слышала тебя тогда. В подземелье, – поделилась я, проводя ладонью по его щеке.
– Я молил предков о том, чтобы ты услышала, – он на миг прикрыл глаза. – Аттвуд проговорился нам о твоей устойчивости к ментальной магии. Только ты смогла бы остановить ритуал. Поэтому мне пришлось ждать и не вмешиваться.
– Что будет дальше, Рейнард? – спросила я нетерпеливо и внутренне напряглась, готовясь к любому исходу.
Герцог аккуратно взял мою руку, осмотрел метку на запястье и показал свою. Точно такую же.
– Разве это не ответ? Перед великими предками ты уже моя жена.
– Чего?! А где ухаживания? Где цветы? Где предложение? Я твоя собственность, что ли?
– Ты моя герцогиня, – засмеялся Рейнард и весьма уверенно заявил: – Я куплю тебе все цветы мира, какие только захочешь. Я люблю тебя, Оливия. Люблю такую упрямую, весёлую, задумчивую, сонную, непоседливую, любопытную, смелую. Любую и…
– Это что такое?! – В проёме двери стоял растерянный Дэрриш. Он осматривал свой разрушенный кабинет, сломанную мебель и дрожащей рукой держался за сердце. Да уж. Кажется, когда-то я уже говорила, что уважаемому ректору нужен отпуск. Из-за его спины выглядывал Джеральд – секретарь был готов свалиться в обморок. Впрочем, для него это обычное состояние.
– Вы что наделали, черти окаянные? – провыл ректор, с гневом взирая на Рейнарда, и направил на него указательный палец. – Ты!
– Я? – возмутился советник и, как самый настоящий мужчина или, лучше сказать, предатель, вывел меня вперёд. – У вашей адептки огромный магический потенциал. Но не беспокойтесь. Я возмещу ущерб.
– Конечно, возместишь! Ты мне так возместишь, что мало не покажется!
На этой прекрасной ноте наша встреча и закончилась.
Ректор потом очень гордился, осознав, что заставил самого тайного советника Аргариона сделать ему ремонт в кабинете. Но я-то знала, какой это будет ремонт.
Уже через неделю Дэрриш стоял посередине полностью золотого кабинета с абсолютно золотой мебелью и, могу поспорить, проклинал весь драконий род самыми последними словами. А я, отметив выпускной и попрощавшись с академией, без раздумий и колебаний переехала в Аргарион – в фамильный замок Эстанвилей. Родители, правда, не могли оправиться от шока больше недели, но в остальном всё прошло хорошо.
И да, ухаживания были, официальное предложение было, цветы были – столько, что бедные слуги едва ли не плевались при виде очередного букета.
Через пару месяцев состоялась свадьба Астарты и Бертранда. Восхождение на престол новой императрицы отмечали все до единого, даже соседние королевства и империи.
Мы с Рейнардом не стали устраивать пышное торжество и просто тихо, без громких объявлений наслаждались друг другом.

Эпилог 2. 6 лет спустя

Рейнард Эстанвиль хмурился, читая присланный его заместителем отчёт о вчерашней встрече с эльфийскими послами. Они в два раза повысили цену на продажу пирита, объясняя своё решение тем, что добыча этой руды усложнилась из-за погодных условий.
Из-за природных особенностей эльфийского королевства сезон дождей затянется минимум на три месяца. Что весьма плохо для Аргариона, ведь пирит – незаменимый материал для создания стационарных порталов.
– Вильям, – советник активировал артефакт связи и дождался, пока его заместитель ответит на вызов. – Передай Его Величеству мое согласие на новый договор с эльфами.
– Будет исполнено, Ваша Светлость.
Рейнард облокотился на мягкую спинку кожаного кресла и цокнул. Настроение не задалось с самого утра. Северные границы ослабли из-за невосстановившегося баланса источника, послы от империй-союзников затребовали аудиенции Бертранда, эрши доложили о сбоях порталов. И всё это в один день.
– Па-ап. – Дверь в кабинет осторожно приоткрылась, отвлекая советника от раздумий. В проёме показалась светлая макушка. – Ты занят?
– Нет, солнышко, – тепло улыбнулся всегда хмурый и бесстрастный тайный советник.
Рейнард поднялся со своего места, подошёл к Эмили и бережно поднял её на руки.
– Что-то случилось?
– Я хотела показать тебе розу! – нетерпеливо выдала малышка, рассматривая отца своими упрашивающими янтарными глазками.
– Пойдём посмотрим на это чудо, – согласился он и вместе с дочерью незамедлительно отправился в сад.
На самом деле Рейнард был чертовски занят – на столе его ожидала внушительная стопка непрочитанных и неподписанных отчётов, но они отправились к прародителям, ведь Эмили хотела показать ему розу. Дочь растила её в саду несколько месяцев, ответственно заботилась о своём цветке и никогда не забывала о нём. Казалось бы, такая мелочь, но Рейнард любил малышку больше жизни и всегда ставил её желания выше своих.
Эмили появилась через год после того, как Оливия переехала в замок. Девочка родилась полукровкой, но каково же было удивление родителей, когда выяснилось, что она унаследовала сильный дар огня. Правда, потом Рейнард узнал, в чём причина. Сами духи рассказали о своём благословении для ребёнка Эстанвилей – благодарности за спасение Аргариона.
Сад в замке был излюбленным местом императорской семьи и гостей, но больше всего в нём любила проводить время Оливия. Она же самолично сажала цветы, деревья, растения, создавая особый, неповторимый уютный уголок.
– Мам! Мы пришли, – Эмили быстро слезла с рук отца и побежала к матери, держащей маленький глиняный горшочек с белоснежной розой.
Оливия присела, с нежностью глядя на дочь, и вручила ей цветок, который Эмили с детским, искренним восторгом продемонстрировала Рейнарду.
– Смотри! Правда красивая?
– Правда, – кивнул советник, подходя к жене.
– Как мама!
– Твоя мама прекраснее всех цветов мира, солнышко, – тепло отозвался Рейнард, поцеловав жену в висок.
– Ваша Светлость! Ваша Светлость! – запыхавшийся слуга вбежал в сад, привлекая внимание. – Приехала леди Тариллион с детьми.
– Я покажу розу тёте Мири! – тут же воскликнула Эмили и, крепко обхватив своё сокровище, понеслась в замок.
– Значит, вскоре сюда прибудут и Бертранд с Астартой, – заключил советник.
– Почему я слышу разочарование в вашем голосе, герцог Эстанвиль?
– Потому что мне снова придётся ждать глубокой ночи, чтобы побыть с вами наедине, герцогиня Эстанвиль, – заговорщически прошептал Рейнард.

* * *

Оливия была счастлива. Её жизнь сложилась так, как она и мечтать не могла. Родные и близкие окружали её каждый день, даже родители периодически навещали замок Эстанвилей и с нескрываемым удовольствием проводили время с любимой внучкой Эмили.
Мириэль с Кристианом поженились и переехали жить в эльфийское королевство, Астарта стала прекрасной императрицей, её обожал не только Бертранд, сдувавший со своей супруги пылинки, но и весь драконий народ.
Единственное, что оставило неизгладимый печальный след на сердце Оливии – гибель Катрионы. Принцесса так и не оправилась после ментальной магии. Она провела свои последние месяцы в доме у Мириэль, постоянно встречалась с Оливией и Астартой. Но потом ушла и забрала с собой частичку души своей вечной охранницы. Катриона всё же смогла испытать настоящее счастье, которого ей так не хватало с самого рождения. Пусть и ненадолго, но смогла. Узнав, что такое любовь и забота, увидев мир в его ярких красках, вздохнув полной грудью, она пообещала своим подругам, что в следующей жизни они обязательно встретятся. И обязательно будут счастливы вместе.
Оливия редко вспоминала приключения на отборе и предпочитала вовсе не затрагивать эту тему, всё ещё чувствуя горечь утраты. Лишь временами раздумывала над своими словами, сказанными когда-то принцессе, и понимала, что была не права.
Сказки действительно бывают не только в книгах, дорогая Катриона. Правда в том, что в реальной жизни намного больше трудностей, опасностей и разочарований, которые порой заставляют нас перестать верить в чудо. Нужно просто попытаться отыскать свой лучик света, оберегать его и идти за ним, не сдаваясь.
Снаружи раздался громкий смех Эмили, двойняшек Анариэль и Амандила и возмущённые возгласы Мириэль, пытавшейся успокоить непоседливых детей.
Оливия улыбнулась, отошла от окна, выходящего в любимый сад, и поспешила на помощь подруге.
Конец